Сведенборг, герметический философ
- -
- 100%
- +
Однако я хочу сказать, прежде чем продолжить, что я не берусь решать вопрос о действительности или ценности толкования. Мое призвание – пролить свет на любопытный вопрос, который, я уверен, достоин изучения со стороны внимательных людей, но каждый должен принять решение по этому вопросу сам.
Томас Воган под именем Евгения Филалета примерно в середине семнадцатого века опубликовал ряд работ по алхимии или герметической философии, почти в каждой из которых автор что-то говорит об интерпретации Книги Бытия, отсылая читателя к духу, а не к букве; то есть, отвлекая его внимание от буквы к духу. Мне трудно выбрать среди многих отрывков те, которые могут хотя бы в малейшей степени указать на принцип, на который я ссылался как на основу доктрины соответствия, но я начну с работы под названием Magia Adamica, опубликованной в 1650 году. В этой работе есть длинное обсуждение, цель которого – доказать, что Моисей был прирожденным магом, под которым подразумевалось, что он был по природе мудрым человеком; правильное происхождение от древнего использования слова magi; и, далее, доказать, что он писал о магии [мудрости] под завесой; и под магией Воган понимал алхимию или герметическую философию; то есть Философский Камень; Камень – человек, а предметом искусства является совершенство человека, как я изложил в своих «Замечаниях об алхимии и алхимиках».
Филалет утверждает, что в Книге Бытия Моисей «открыл много подробностей [помимо того, что появляется в письме] и особенно те секреты, которые имеют наибольшее отношение к этому [герметическому или алхимическому] искусству. Например, он открыл [то есть сделал известным] Минеру человека, или ту субстанцию, из которой был создан человек и все его собратья. Это Первоматерия Философского Камня. Моисей иногда называет ее водой, иногда землей; ибо в определенном месте я читаю так: И сказал Бог: да произведет вода пресмыкающихся, которые имеют душу душу живую, и птиц, летающих над землей по открытой тверди. Но в другом месте мы читаем иначе, так: И образовал Господь Бог из земли всех зверей полевых и всех птиц небесных. В этом последнем тексте мы читаем, что Бог создал всех птиц небесных из земли; но в первом написано, что Он создал их из воды. Конечно, Аристотель и его силлогизм никогда не могут примирить эти два места; но немного мастерства в магии [мудрости] заставит их поцеловаться и стать друзьями без чар. Эта субстанция тогда (продолжает Филалет) есть и земля, и вода, но ни одна из них по своим общим характеристикам, но это густая вода и тонкая земля. * * * Философы называют это водой и не водой, землей и не землей: и почему Моисей не может говорить так, как они? или почему они не могут писать так, как Моисей? Это истинная земля Дамаскина, из которой Бог создал человека». ***** Но это не все, что Моисей написал с этой целью; я мог бы привести еще много магических и мистических мест; но, делая так, я был бы слишком открыт; поэтому я должен воздержаться.
Затем автор пытается показать нечто из того, что он называет практикой (Моисея), соответствующей искусству философов в изготовлении того, что герметические писатели называли durum potabile; а затем делает следующее важное заявление:
«Если бы я настаивал в этом месте на Моисеевом церемониальном законе с его несколькими почитаемыми тенями и их значениями, я мог бы потеряться в дебрях тайн, как божественных, так и природных; ибо, поистине, вся эта система есть не что иное, как один огромный ЭКРАН или некая величественная тень, наброшенная на два мира, видимый и невидимый. Но это вещи более высокого уровня спекуляции, чем допускает сфера нашего настоящего рассуждения. Я только сообщаю читателю, что Закон имеет как оболочку, так и ядро; это буква говорит, но дух интерпретирует».
Следует помнить, что автор был герметическим философом и ничего не скажет нам открыто. Он тоже говорит через письмо и предоставляет читателю самому докопаться до смысла, насколько он может, проявляя терпение, суждение, прямоту и изобретательность; или, может быть, с теми, кто благословлен этим, с помощью Духа.
Далее он продолжает показывать, что «явная» часть, то есть буква, была предназначена для основной массы людей, «чьи мысли (говорит он) были сосредоточены здесь, на земле [на чувствах и на чувственных благословениях], а сокрытая – только для немногих, чьи умы стремились вверх, к небесным вещам».
Это могло бы утомить читателя, или я мог бы процитировать дюжину или больше страниц, чтобы показать, что алхимики считали книги Моисея экраном, нуждающимся в духе для понимания «внутреннего смысла», как называет его Сведенборг; и что вступительные стихи относятся не к естественному или материальному миру, а к возрождению человека.
Читатель видел, что Воган отчетливо говорит о писаниях Моисея как о ширме. Давайте теперь посмотрим, сможем ли мы обнаружить, что герметические философы думали, что стояло за этим. Но мы должны помнить, что мы имеем дело с герметическими писателями, которые пишут «перед и позади», «внутри и снаружи». Они предполагают, но редко говорят нам что-либо открыто. Их писания полны неясности, потому что считалось, что простые люди не могут вынести истину или будут неправильно использовать и злоупотреблять ею. Но простые люди этого века были бы необычными людьми, когда были написаны герметические книги. Я предупреждаю читателя, что эта тема имеет более реальное значение, чем любая другая вещь, которая может прийти в голову человеку. Но продолжим.
Сандивогий был алхимиком, возможно, столь же известным, как и любой из искателей мистического камня, с новым именем, написанным на нем, «которое никто не знает, кроме того, кто его получает». Я не могу назвать дату его работ на латыни; но часть из них появилась на английском языке в 1650 году, а второе издание – в 1674 году под названием: «Новый свет на алхимию, взятый из Фонтана природы и ручного опыта: к которому добавлен трактат о сере».
В «Обращении к читателю» переводчик исходит из того, что философия и богословие – это одно и то же; в доказательство чего он говорит:
«Может ли кто-нибудь отрицать, что Гермес, Платон и Аристотель, хотя и были чистыми натуралистами, не были самыми глубокими богословами? Разве не все признают, что две первые главы Книги Бытия являются истинным божеством? Я осмелюсь утверждать, что они являются самой глубокой и самой истинной философией. Да, они являются основой и суммой всего богословия и философии: и если их правильно понять, они научат тебя большему знанию о Боге и о тебе самом, чем все книги в мире».
Этот конкретный автор не говорит больше по этому поводу; но мы скоро увидим, к чему относится это правильное понимание Бытия, и что это возрождение человека, которое завершается, когда указ Вечного посылает «свет» в душу человека. Читатель, пожалуйста, заметит и запомнит огромное значение, придаваемое алхимиком двум первым главам Бытия, если их правильно понимать.
Следующая работа по алхимии, на которую я сошлюсь, имеет столь примечательное название, что я скопирую его целиком, желая, чтобы читатель заметил притязание на вдохновение, выдвинутое в ней издателем, а не автором, из чего можно видеть, что у Сведенборга был предшественник в этом вопросе. У шведского мистика (?) были предшественники в его собственном своеобразном пути. Название гласит:
«Раскрытые тайны, или открытый вход в закрытый дворец короля. Содержащие величайшее сокровище в химии [алхимии], которое никогда еще так явно не было открыто [стало известным]. Составлено самым известным англичанином, именующим себя АНОНИМОМ, или Эйренеем Филалетой Космополитом: который посредством ВДОХНОВЕНИЯ и чтения обрел Философский камень в возрасте двадцати трех лет, Anno Domini, 1645».
Это произведение было опубликовано в 1659 году; и 5-я глава начинается следующим образом:
«Пусть Сын Философов выслушает единогласно пришедших к заключению, что эта Работа [то есть работа по созданию Философского Камня] должна быть уподоблена сотворению вселенной. Итак, в начале сотворил Бог Небо и Землю, и Земля была пуста и пуста, и тьма была над бездною; и Дух Господень носился над водою, и сказал Бог: да будет Свет, и стал Свет.
«Этих слов (говорит этот автор) достаточно для Сына Искусства, ибо Небеса должны быть соединены с Землей на ложе дружбы и любви» и т. д. В заключение главы автор восклицает на языке Священного Писания: «Боже милостивый! Как чудесны дела Твои! Это Твои дела, и они кажутся чудесными в наших глазах. Отче, я благодарю Тебя, что Ты скрыл эти вещи от мудрых и открыл их младенцам».
Что может читатель понять под этим языком, кроме того, что автор был субъектом какого-то необычайного опыта; и к чему это может быть отнесено с такой большой вероятностью, как к тому, что известно в Писании обычно под названием нового рождения; то есть возрождения человека? И все же работа иллюстрируется прямой ссылкой на первые стихи Книги Бытия, которые, как говорит нам другой алхимик, научат нас, если правильно поняты, большему, чем все книги в мире. Давайте также рассмотрим язык Эйренея в связи с заявлением Воана о том, что книги Моисея имеют как оболочку, так и ядро, и что буква Пятикнижия представляет собой один огромный экран, натянутый на два мира, видимый и невидимый: какой же вывод следует из этого? Чтобы ответить на этот вопрос по-настоящему, возможно, нужно сначала найти Философский Камень.
Вот еще один отрывок, и я взял его из работы Эспанье «Тайна, или Великая Тайна Герметической Философии, в которой упорядоченно и методично «проявлены» Тайны Природы и Искусства, касающиеся содержания и способа создания философского сочинения» (1650 г.)
«Рождение нашего Камня (говорит этот писатель) происходит по образцу сотворения мира; [пусть читатель учтет, что это человек, проходящий через процесс возрождения: от хаотического состояния тьмы, невежества и страсти к состоянию света, знания и свободы под учением и руководством природы и Бога], ибо необходимо (говорит Эспанье), чтобы он имел свой хаос и первую материю, в которой колеблются смешанные элементы, пока они не будут разделены огненным духом: будучи разделенными, легкие элементы переносятся вверх, а тяжелые вниз. Возникает Свет [знание], Тьма [невежество] отступает. Воды собираются воедино, и появляется суша. Наконец возникают два великих светила, и минеральные силы, растительные и животные, производятся на ЗЕМЛЕ Философа». То есть в ЧЕЛОВЕКЕ, который является субъектом этого возрождения, ибо это «земля, которая не есть земля, и вода, которая не есть вода», самое чудесное творение вселенной.
Вышеприведенный отрывок, правда, просто сравнивает работу с работой Книги Бытия; но этот способ письма очень распространен у герметических философов. Они часто сравнивают Камень с человеком, говоря, что, как и человек, их Камень имеет тело, душу и дух; подразумевая тем самым, что внимательный читатель поймет, что предметом работы является человек. Иногда некоторые из авторов выражаются довольно открыто, но таким образом, что они, кажется, позволяют себе отступление, оставляя в стороне тему Камня.
Они приписывают человеку троицу, и в этом Сведенборг также находится в гармонии с ними, поскольку он описывает человека как имеющего природную, духовную и небесную природу, иногда называемую внешней, внутренней и сокровенной, которые, как он говорит, последовательно «открываются» в человеке при определенных условиях. Иметь сокровенное «открыто» – значит находиться в небесном состоянии, где принципы и вечные истины созерцаются, а факты видны в их принципах, вне связи со временем или местом. Это помещает человека в то, что Сведенборг называет третьим небом, и делает его ангелом. Здесь он ни с кем не спорит [см. параграф 270, Рай и Ад]: все есть свет и истина, и индивидуум в этом состоянии составляет «небо в его наименьшей форме». Общество таких людей – это небеса в более широкой форме, в то время как вся раса или человечество, если бы оно могло прийти в это состояние, составило бы вселенские небеса, где все «предстали бы как один человек перед ГОСПОДОМ», который есть Божественная Человечность Бога, СЛОВО, Вечная Истина, Жизнь.
Я говорю только о том, что я понимаю под теорией Сведенборга, и в самом общем виде. Его основные труды могут быть легко доступны тем, кто желает ознакомиться с его системой более подробно.
Я нахожу еще одну ссылку на книги Моисея в Espagnet, по этому поводу, которую я скопирую. Автор привлекает для герметической иллюстрации, в дополнение к Бытию, несколько стихов из Второзакония, и я не буду сокращать отрывок, хотя часть его является повторением того, что уже было прочитано.
«Некоторые искали (говорит Эспанье) скрытую философскую землю путем прокаливания, другие – путем возгонки; многие – в глазурованных сосудах, а некоторые – в купоросе и соли, как и в естественных сосудах; другие предписывают возгонять ее из извести и стекла.
«Но мы узнали от Пророка, что: «В начале сотворил Бог небо и землю; земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною; и Дух Божий носился над водою, и сказал Бог: да будет свет. И стал свет. И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил свет от тьмы» и т. д.
«И благословение Иосифа, о котором говорит тот же пророк, будет достаточно для мудрого человека (Втор. 33):
«Благословен Господь его ЗЕМЛЯ, за ЯБЛОКИ небесные, за РОСУ и за БЕЗДНУ, лежащую внизу; за яблоки плодов СОЛНЦА и ЛУНЫ; за вершины древних гор; за ЯБЛОКИ вечных холмов» и т. д.
На что Эспанье говорит: «Молись Господу от всей души, сын мой, чтобы он даровал тебе часть этой благословенной Земли».
Под землей, о которой здесь говорится, Эспанье, очевидно, подразумевает то, что в шестой главе «Раскрытых тайн» названо «водами, заключенными внутри, которые избегают нашего взгляда, и все же действительно и истинно существуют. Это те воды (говорит Эспанье), о которых говорит автор «Нового света», а именно, которые есть и не появляются, пока не пожелает Художник». Этот ХУДОЖНИК (человека) снова упоминается в той же главе, в которой о работе возрождения все еще говорится образно. Итак: «Да будет благосклонна к тебе Диана, которая знает, как укрощать диких зверей [дикие страсти]; чьи два голубя [так называемые два светила] будут умерять злобность воздуха своими перьями; тогда юноша [философский ребенок] легко входит через поры, тотчас же сотрясая воды наверху, и возбуждает красноватое и грязное облако: ты вносишь воду над ним даже до яркости луны, и так тьма, которая была на поверхности бездны [нерарожденного человека], будет рассмотрена духом, который движется в водах [тем же человеком]: так по повелению Бога [единственного ХУДОЖНИКА в этой духовной работе] явится свет: отдели свет от тьмы в седьмой раз, и тогда это софическое [мудрое] творение твоего Меркурия [тебя] будет завершено, и седьмой день будет для тебя субботой покоя».
Все это может показаться очень мистическим, и, если понимать это буквально, то, без сомнения, так оно и есть: но внимательному читателю это может указать на ту точку зрения, которую я пытаюсь установить: герметические философы интерпретировали писания Моисея, я имею в виду начальные стихи Книги Бытия, как символ возрождения человека, что Сведенборг, нарушая герметический закон секретности, открыто утверждал как свое собственное понимание этих писаний.
Глава 5
Чтобы показать, что я не говорю наобум, сравнивая учения Сведенборга с учениями алхимиков относительно трех природ в человеке, я сошлюсь здесь на работу Филалета под названием «Anthroposophia Theomagica» (опубликованную в 1650 году), стр. 38, где автор говорит:
«Как великий мир состоит из трех частей: элементарной, небесной и духовной, над всеми из которых восседает сам Бог в том бесконечном, недостижимом свете, который струится из его собственной природы, так и ЧЕЛОВЕК имеет в себе свои земные элементарные части вместе с небесной и ангельской природой, в центре которой движется и сияет Божественный Дух».
Не нужно углубляться в труды Сведенборга, чтобы не найти там указанную выше доктрину, разве что слегка измененную во фразеологии, использованной при ее изложении. Например:
«В человеке есть три принципа, которые совпадают и объединяются вместе: природный, духовный и небесный. Природный принцип никогда не получает никакой жизни, кроме как от духовного, духовный – только от небесного, небесный – только от одного Господа, который есть сама Жизнь». Небесные Арканы, пар. 880.
Это достаточно ясно для моей цели, и, возможно, мне не следует утомлять читателя длинными выдержками для дальнейшей иллюстрации этой доктрины и ее применения. Сведенборг, действительно, изменяет используемые термины и их порядок, но значение меняется вместе с ними, сохраняя тот же смысл или бессмыслицу, если читатель выберет, хотя, кажется, есть некоторый смысл в этом взгляде на очень абстрактную и таинственную тему. Я хотел бы, чтобы читатель обратил внимание на использование алхимиком слова «ангельский», что соответствует использованию Сведенборгом слова «небесный», как третьего состояния или природы человека; потому что сам Сведенборг, как я уже сказал, говорит о человеке как об ангеле, когда он находится в этом третьем состоянии, или когда его «внутреннее чувство» «открыто до третьей степени». Это вряд ли можно назвать случайным совпадением.
Герметические писатели постоянно ссылаются на доктрину Троицы в единстве, когда трактуют свой КАМЕНЬ, но они писали так неясно, что перегнули палку; ибо, намереваясь этой неясностью только отвести свои книги от просто невежественных и от профанов, они по большей части закрыли их от ученых и от благонамеренных. Они никогда не говорят о Камне как о ЧЕЛОВЕКЕ, напрямую; но они часто сравнивают его с человеком, подразумевая, что внимательный читатель поймет, что человек является реальным субъектом. Следующий отрывок из "Ripley Revived" (1678) покажет, на что я здесь ссылаюсь:
«Наш КАМЕНЬ уподобляется ЧЕЛОВЕКУ, который, хотя и имеет жену, отличную от него по полу, однако она едина с ним по природе; и в этом смысле человек называется микрокосмом, или малым миром: ибо поистине, после человека, который есть образ Бога, Камень является истинной малой системой большого мира. * *
«Этот КАМЕНЬ также называется Трином, или Троицей в единстве, из-за однородности материи: как говорит Тревизон: Наш КАМЕНЬ сделан из одного корня, то есть из двух Меркуриальных Субстанций и т. д. Эта Троица различается в компонентах; ибо во-первых, есть Тело, которое есть Солнце; и вода Меркурия; в которой, помимо ее ртутности, есть духовное семя Серы, которая есть Тайный Огонь. Это есть Троица, и они называются Телом, Душой и Духом: Тело есть мертвая Земля, которая не растет без небесной силы; Дух есть Душа нашего Воздуха или Хамелеона, которая также имеет двойное строение, но сделана одной неразрывно; Душа есть Связь Меркурия, без которой наш Огонь никогда не появляется и не может появиться, ибо он обнажен». * * * * "Таким образом, Троица соразмерна, а именно, три природы в первой смеси. "Работа доводится до совершенства согласно добродетели Тела, Души и Духа: ибо Тело никогда не было бы проницаемым, если бы не Дух, и Дух не был бы постоянным в своей сверхсовершенной Тинктуре, если бы не Тело; и эти двое не могли бы действовать друг на друга без Души, ибо Дух есть невидимая вещь, и он никогда не появляется без другой ОДЕЖДЫ, которая есть ДУША".
Я мог бы здесь настаивать и проиллюстрировать подробно, что это ОДЕЖДА (в алхимии) есть то, что Сведенборг понимает, как Духовное Тело ЧЕЛОВЕКА, истинного ЧЕЛОВЕКА. В естественном человеке, так называемом, эта душа должна быть хаотичной, и ее нужно коснуться Духом; который, тем не менее, она несет в себе, пока еще неведомый ей самой, и он остается неизвестным, пока не будет угодно "Художнику", Богу. И здесь текст часто повторяется, ветер дует, как хочет, и т. д.
Что касается этой одежды, я приведу еще один отрывок, в котором на это еще более ясно указывает тот же автор, отмечая, между прочим, что именно представление о Духовном Теле, представленное Сведенборгом, впервые привлекло внимание ученого профессора в Нью-Йорке, который опубликовал том на эту тему, объявив себя сведенборгианцем.
«Таким образом (говорит Космополит!), твоя «Работа приведена к истинному Пробному Камню, и это Троица в Единстве; ибо в этом пруде твоего Меркурия [тебя, читатель, ибо предмет – человек] у тебя есть потенциальное Тело [Духовное Тело Сведенборга], которое является одной частью трех Меркурия [человека], которое может быть вызвано Искусством. [Это Искусство они называют божественным.] Это потенциальное Тело должно быть причислено к твоему фактическому Телу, и это составляет с ним два; и так, inpotentia, у тебя есть два Тела к одному Духу, который есть три к трем и один к одному. И это потенциальное Тело сначала духовно и изменчиво, in manifesto, ради единства; ибо без него не могло бы быть единства. Таким образом, потенциальное Тело, но актуальный Дух, соединяется с актуальным Телом, посредством чего актуальное Тело, когда оно фактически растворяется и становится не Телом, а Духом или Духовным Телом, это потенциальное Духовное Тело, которое было в воде прежде, принимает это потенциальное Тело, и оба объединяются и застывают вместе, и наделяется двойной природой и добродетелью, то есть Духовной и Телесной, Небесной и Земной. И таким образом создается союз, движущей причиной которого была пропорция воды в ее первоначальном приготовлении и ее должное смешивание с ее Телом, действительно, хотя и скрытно, усиливающая соединение необходимостью его цели, чего она не могла бы сделать, если бы не была так пропорциональна».
Читатель может осуждать эту тему сколько угодно и высмеивать идею о том, что алхимики были религиозными философами; но тот, кто возьмет на себя труд изучить их мистические писания, легко увидит их истинный предмет и при некотором терпеливом изучении сможет узнать кое-что об их сокровенных воззрениях; и тогда он не сможет не увидеть, если познакомится с писаниями Сведенборга, что шведский философ шел по стопам Филалета Космополита и других искателей мистического Камня.
Сведенборг говорит, что цель (объект, цель или назначение) Господа – это всеобщее небо через человека; что все ангелы небесные когда-то были людьми; что Небеса состоят из людей в ангельском или небесном состоянии.
Эта доктрина в изобилии встречается в герметических книгах, хотя, поскольку авторы выражаются туманно, требуется некоторое знакомство с их манерой письма, чтобы понять их цель; но я, возможно, смогу сделать ее понятной внимательному читателю.
Вряд ли найдется какой-либо принцип или догмат, упоминаемый в герметических трудах чаще, чем тот, который можно найти в так называемой Изумрудной таблице, приписываемой ГЕРМЕСУ, труде, занимающем около страницы обычного печатного текста, написанном неизвестно кем и неизвестно когда, а именно:
«То, что наверху, подобно тому, что внизу, и то, что внизу, подобно тому, что наверху, чтобы творить чудеса одной вещи».
Этот принцип, по правде говоря, является корнем учения Сведенборга о соответствии и также показывает его связь с его учением о ГОСПОДЕ; ибо «выше» и «ниже» – это духовный и естественный миры Сведенборга; а «единая вещь» – это ГОСПОДИ, Жизнь двух миров. На языке Сведенборга Господь – это Цель, духовный мир – Причина, а естественный мир – Следствие; однако Следствие содержит в себе Причину, и оба выражают Жизнь. Назовем их Солью, Серой и Ртутью, и мы выразим то же самое на алхимическом языке. Так называемый естественный мир, означающий видимое, – это мир следствий, и символизирует или «соответствует» духовному миру, и был бы ничем без него, как духовный, в свою очередь, был бы ничем без Жизни, «единой вещи» во всем.
В мире, как мне хорошо известно, распространено мнение, что неясно изложенная доктрина по этой самой причине содержит в себе необычайные тайны неопределенной и невыразимой важности. Я считаю уместным сделать это замечание, чтобы читатель, при необходимости, предостерегал себя от того, чтобы доверять своему воображению при толковании тайн.
Я бы не хотел, чтобы кто-либо принимал никакую интерпретацию, которая не покажется рациональной. Гораздо лучше вообще воздержаться от интерпретации, чем придумывать просто фантастическую и фиктивную, под смутным представлением, что мы обязаны понимать все, поскольку есть много вещей, которые мы вообще не можем понять. Никакое временное удобство или воображаемое удовлетворение не могут компенсировать принятие ошибки как существенной истины.
Эта доктрина или догмат Гермеса появляется во многих формах в герметических писаниях. В одной из форм она читается, переведенная с коптского, как утверждается:
«Небо вверху, небо внизу;
Звезды наверху, звезды внизу;
Все, что наверху, то же самое и внизу: