Грешная девственница

Глава 4

Вряд ли граф не расслышал, что сказала Лора. Она подавила желание выскочить из этой комнаты. У нее остался выбор из двух возможностей. Лора могла извиниться и, вероятно, еще больше увязнуть в щекотливой ситуации или же сделать вид, будто ничего не говорила.

– Ми… милорд. – Казалось, что даже мисс Триммет лишилась самообладания. – Как любезно с вашей стороны, что вы нанесли нам визит. Можно я представлю вам миссис Гордон? – Этой матроне удалось выдавить из себя общепринятые вежливые слова. – Наверное, вы знакомы с миссис Джордан, – добавила она, когда граф вошел в комнату.

– Миссис Гордон, рад знакомству с вами. Миссис Джордан, вот мы снова и встретились. Вы оправились после вчерашнего падения? – Голос графа звучал вкрадчиво и мягко, и Лоре уже казалось, что он вряд ли стал свидетелем ее оплошности. Она не сомневалась, что ее щеки покрылись яркой краской, и пыталась скрыть свою растерянность, отхлебывая прохладный чай. «Слава богу, что его посадили рядом со мной!»

– Нога уже совсем перестала болеть. Благодарю вас, лорд Уикхем. – Лора бросила взгляд на часы, которые, к счастью, висели напротив графа. Она сидела здесь двадцать минут, что означало, что, следуя правилам утренних визитов, миссис Гордон скоро уйдет, поскольку отведенные ей полчаса уже миновали. – Я только что рассказывала этим леди, что вчера нарушила границы вашего чудесного парка. – Лора улыбнулась и покачала головой, когда миссис Триммет жестом указала на чайник. Она допьет эту чашку, затем откланяется, как только подвернется удобный момент. Миссис Гордон явно решила продлить свой визит после того, как явился столь интересный гость. Этим она нарушала принятый этикет.

– Вы ничего не нарушали, к тому же моя дочь Алиса пришла в восторг от знакомства с вами.

Обе пожилые женщины напряглись, вежливые улыбки угасли на их сжатых губах. Граф сказал это намеренно, подумала Лора. Эти слова были произнесены не случайно – он хотел увидеть реакцию этих леди. Тут Лору осенило. «Они ведь строят нелестные догадки относительной моей дочери».

– Мисс Алиса чудесная девочка, – ответила Лора. – У нее такие очаровательные манеры, она так прелестна и умна. Милорд, она ваша гордость. Я надеюсь, что очень скоро девочка обретет здесь маленьких друзей. Миссис Триммет, у вас есть внуки?

На лице жены приходского священника появилось такое выражение, будто ее укололи булавкой.

– Гм… нет. Они все в Дорсете. Какая жалость.

– Мои внуки на следующей неделе приедут погостить у меня, – сообщила миссис Гордон. – У меня две внучки шести и восьми лет. Может быть, мисс Алиса пожелает приехать к нам на чай?

Довольное выражение на ее лице сменилось такой тревогой, что Лора чуть не рассмеялась. Она читала мысли этой женщины – у графа есть дочь… но незаконнорожденная. У миссис Гордон возникнет повод войти в большой дом… однако это рискованно, ведь соседи могут осудить ее.

Лора решила, что защитила Алису и, возможно, искупила свою вину за нетактичное замечание в адрес лорда Уикхема, которое было непростительно, что бы она ни думала о нем.

– Ради Алисы я с удовольствием принимаю это приглашение, – ответил он.

Лора рискнула искоса взглянуть на него и встретила приятную, но озорную улыбку, в которой чувствовался какой-то намек. Или же ей это просто показалось?

– Ну что ж, здесь так чудесно. Спасибо, миссис Триммет. Надеюсь, что застану миссис Филпот дома, – сказала Лора, вставая.

Лорд Уикхем поднялся и оказался рядом с ней, отчего Лоре стало не совсем уютно в этой женской гостиной.

– Я была у нее около часа назад, – сообщила миссис Гордон. – Так что вы ее обязательно застанете в Лорел-Лодж. Миссис Джордан, мне доставило большое удовольствие познакомиться с вами.

Продолжая обмениваться любезностями, Лора удостоила графа, придерживавшего для нее дверь, легкого поклона. Она вышла, надеясь, что ее уход не смахивает на бегство. У дома приходского священника стоял маленький двухколесный экипаж, в котором сидел грум. Лора предположила, что тот ждет графа. Проходя мимо экипажа, она с завистью взглянула на пару гнедых. Увидев ее, грум коснулся своей шляпы. Лора пошла по лужайке, тянувшейся перед группой коттеджей, и направилась к повороту, который, как ей говорила Меб, вел к Лорел-Лодж.

Лора шла без спешки, надеясь, что свежий воздух и время позволят ей восстановить внутреннее спокойствие. Лора коснулась щеки запястьем, не прикрытым перчаткой, и с облегчением обнаружила, что та не пылает от смущения, чего она опасалась. Чего она ожидала? Лора поймала себя на мысли, что надеялась услышать, как эти женщины начнут поносить Уикхема, делиться сплетнями о нем, которые подкрепили бы ее неприязнь к нему. Но она добилась лишь того, что лорду и в голову не придет еще раз пригласить ее в свой дом. Она лишила себя возможности видеться с дочерью.

– Здесь настоящая глушь, милорд, – заметил Грегг, скрестив руки на груди. Не глядя на собеседника, Эйвери догадался, что тот ухмыляется.

– Верно. Но такова уж сельская жизнь, – согласился он.

– Милорд, мы к этому вряд ли привыкнем.

– Это уж точно. – Уикхем подумал, что симпатичному груму средних лет, поглядывавшему на смазливых девушек, трудно обходиться без театров, таверн, парков, где можно весело провести время. – Через неделю или две мы отправимся в Лондон, – обрадовал он своего приунывшего приятеля. Том Грегг служил ему более десяти лет и пользовался свободой, которую не мог себе позволить никто из прислуги графа.

Грегг удовлетворенно вздохнул, а мысли Эйвери вернулись к загадке, которую для него представляла миссис Джордан. Что именно ей не понравилось в нем? Разумеется, кроме бровей, которые вряд ли могли бы побудить хорошо воспитанную леди отрицательно высказаться о нем перед двумя почти незнакомыми леди. В его присутствии она вела себя безупречно, хотя и была холодна, однако он постоянно ощущал ее настороженность и враждебность, как бы странно это ни выглядело. Возможно, она так относилась ко всем мужчинам. Граф предположил, что это могло быть следствием несчастного брака, однако инстинкт подсказывал, что такое отношение к нему носит личный характер.

Это не только вызывало досаду, но и представляло для графа загадку. Миссис Джордан была привлекательной женщиной, и Алисе она понравилась. Он кисло улыбнулся своему тщеславию и подумал, что не привык, когда леди с самого начала испытывает к нему неприязнь.

– Милорд, нам надо свернуть сюда. – Грегг указал на дорожку, ведущую в сторону от зеленого луга.

Сейчас граф оказался перед выбором. Конечно, можно позволить острой на язык вдове взять верх над собой или целых полчаса терпеть ее неприязнь в доме миссис Филпот. Нет, к черту, подумал он, направляя пару гнедых к дорожке. Ему говорили, что у миссис Филпот имеются юные родственницы, а он не собирался лишать Алису возможности завести друзей из-за предрассудков миссис Джордан.

А вот и миссис Джордан неторопливо шагает по дорожке прямо перед ним, будто у нее в мире нет никаких забот. Граф заметил, что и на этот раз она идет без сопровождения служанки. Разумеется, слуги у нее также нет. Но, впрочем, это всего лишь тихая сельская местность и середина дня, так что вряд ли стоило спешить с выводами относительно ее средств, респектабельности или происхождения.

Лошади графа пошли шагом, почва здесь была мягкая, и миссис Джордан, видно, не услышала приближения экипажа, даже когда он поравнялся с ней. Граф не проронил ни слова и заметил, как она вздрогнула, когда одна из лошадей фыркнула. Казалось, она не совладала со своими нервами. Граф вспомнил, как у миссис Джордан покраснела шея, когда она заметила его и догадалась, что он мог услышать ее обидные слова. Ему хотелось прикоснуться к теплой коже шеи миссис Джордан и выяснить, не покраснела ли еще какая-нибудь часть ее тела…

– Миссис Джордан. Еще раз добрый день. Разрешите подвезти вас к дому миссис Филпот.

Лора бросила взгляд на дюжего Грегга.

– Спасибо, лорд Уикхем, однако мне доставляют удовольствие пешие прогулки, – ответила Лора и продолжила путь.

Значит, она не желает разговаривать в присутствии грума. Что ж, это разумно.

– Грегг, возьми поводья, – сказал граф. – Жди меня у Лорел-Лодж через полчаса.

Пора во всем разобраться.

Лора даже не подняла головы, когда двухколесный экипаж стал удаляться. Широкими шагами граф пошел следом за Лорой. Она не удивилась, когда он оказался рядом с ней, уже полностью овладев собой.

– Милорд? Вряд ли есть необходимость сопровождать меня, ведь до цели рукой подать.

– Однако мне надо поговорить с вами.

– Вы ждете моих извинений. Милорд, я сожалею о невежливых словах, которые произнесла в доме приходского священника.

– А вы не могли бы перестать называть меня милордом? – Эти слова сорвались с его уст невольно, испуганный взгляд Лоры говорил о том, что граф удивил ее не меньше, чем самого себя.

– И как же мне следует называть вас?

– Кэролайн, меня зовут Эйвери.

– Разве мы настолько близки, что настала пора обращаться друг к другу по имени? Если бы мы были друзьями с детства или кузенами, я бы припомнила это.

– Я не против дружбы. Не понимаю, что я сделал такого, что дало вам повод испытывать неприязнь ко мне. Если я вас чем-то обидел, мне хотелось бы исправить свою оплошность.

– Как же вы могли обидеть меня? – спросила Лора, не глядя на него. – Мы только что познакомились. И к чему вам дружба со мной?

– Алисе вы нравитесь. Думаю, женское общество желательно для нее.

Лора затаила дыхание, ее волнение каким-то образом передалось графу, холод пробежал по его спине. «Так вот в чем дело… Я возжелал эту бойкую на язык и строптивую вдову с бледным лицом». Эйвери застыл на месте, будто уже протянул руку, прося ее остановиться. Лора тоже остановилась.

– Взгляните на меня.

Лора чуть повернулась и с серьезным выражением лица пытливо посмотрела на него. Как и в парке, она всматривалась в него так напряженно, точно изучала не только его внешность, но также мысли и характер. Казалось, что каждая мышца под ее тонкой кожей напряглась, а в черных глазах отражались настороженность и страх и теперь еще кое-что. Граф мог спорить, что это было нечто такое, чего она совсем не желала.

– Как бы там ни было, – пробормотал Эйвери, размышляя вслух, – мы испытываем физическое влечение друг к другу.

– Вы себе льстите! – Лора выглядела и возмущенной, чего ему следовало ожидать, и застигнутой врасплох.

– Нет. Нет смысла стыдиться инстинктивной реакции. Но я ведь прав, разве не так? – Пока они говорили, граф стянул перчатку с правой руки и пальцами коснулся ее щеки. Теплая, нежная кожа. Мышцы чуть дрогнули под этой кожей, но она не отступила, не отбросила его руку и не ударила его по лицу. – Кэролайн, вас что-то гнетет?

Граф прочитал ответ в бездонных глазах Кэролайн, смотревших на него без тени доверия, однако ее реакция не говорила о слабости.

– Вы снова льстите себе, полагая, что нежелание заигрывать с вами объясняется какой-то ошибкой в моей жизни.

– Я не пытаюсь заигрывать с вами. – Он понял, что говорит правду. Легкомысленный флирт лишь разжег бы желание коснуться ее. – Мне ваше общество необходимо исключительно ради дочери, а также чтобы понять, что влечет нас друг к другу и что причиняет вам такую боль.

Она опустила ресницы, прикрыв глаза. Когда Лора открыла их, ему показалось, что она приняла какое-то решение.

– У меня нет причин доверять мужчинам, особенно сильным, властным, особенно тем, которые стремятся распоряжаться жизнями других. Но прошло уже много времени с тех пор, как… Я не могу ничего поделать с собой, если возникает чувство к зрелому мужчине. Но я не желаю обсуждать эту тему.

Или поддаться этому чувству. В этом нет никаких сомнений. «Что за человек был ее муж? Тиран? Или не допускавший возражений громила? Все же этот человек пробудил ее плотские чувства». Граф уверял себя, что одно не исключает другого.

– Я не собираюсь злоупотреблять вашим вниманием. Я уже говорил, что лишь хочу понять вас.

– Разбираться в людях – ваша профессия, разве не так? – Лора снова неторопливо зашагала в сторону дома. Несвойственное для графа импульсивное поведение, похоже, вызвало в женщине еще большее недоверие к нему.

– Да, это так. Я изучаю побуждения людей, их сильные и слабые стороны. Обстоятельства, при которых они проявят снисходительность, и обстоятельства, при которых не уступят ни на йоту, будут стоять насмерть.

– Если хотите, я навещу Алису, – невпопад заявила Лора. Напряженная интимная атмосфера окутала их, словно туман, однако Лоре, похоже, хватило сил не поддаться очарованию мгновения. – У нее есть гувернантка?

– Нет, но я очень скоро собираюсь нанять ее. Я считаю, что девочка и в самом деле очень способна. Однако я не собираюсь подавлять ее радость и энергию строгой учебой.

– Гувернантку следует выбрать очень тщательно. – Похоже, Лора успокоилась, теперь в его обществе она чувствовала себя более непринужденно. Эйвери надел перчатку и зашагал рядом, стараясь попадать в ногу с ней. – Лучше всего выбрать молодую энергичную женщину с естественными манерами. Девочка очень напоминает…

– Кого?

– Мою лучшую подругу Имоджен, когда та была в возрасте Алисы. Пожилая, церемонная женщина может подавить характер девочки.

Лора задумалась над его словами.

– Кэролайн. – Эйвери произнес ее вымышленное имя, но она не отозвалась. – Кэролайн?

– Ах! Прошу прощения, я задумалась. Знаете, вам не следует называть меня по имени.

Задумалась? Посреди разговора, который начался с чувственного влечения, затем перешел к теме, к которой она проявила мнимый интерес? У него создалось впечатление, будто она не узнала собственного имени…

– Я забылась, думая о выборе гувернантки, – объяснила Кэролайн. – Я знаю, многие считают, что женщинам свойственно думать о множестве вещей одновременно. Боюсь, что мне это не по силам.

Впервые Лора произнесла нечто похожее на шутку. Эйвери упрекал себя за подозрительность. Вот что получается, когда проводишь слишком много времени в обществе профессиональных лицемеров, отпетых шпионов и ловких женщин.

Граф заметил, как Кэролайн глубоко вздохнула, будто избавляясь от каких-то тяжелых дум.

– Эйвери, это, наверное, Лорел-Лодж. Как вам кажется, не лучше ли нам явится туда порознь? – Граф скрыл свое удивление, услышав, что она назвала его по имени. Но Лора сама ответила на свой вопрос: – Однако притворяться глупо. Оставшись одни, они все равно станут сплетничать о нас. – Когда граф отворил калитку перед Лорой, та искоса взглянула на него. – Столь же глупо давать им повод думать, будто мы что-то скрываем.

– Вы совершенно правы. – Эйвери постучал в дверь, удивляясь маске спокойствия, которую Лора мгновенно надела, подобно опытной светской даме. Да, действительно, скрывать нечего, они только что во время визита оба признали, что недавно познакомились. Что, собственно, не должно вызывать удивление.

Сидя за столом, Лора поймала взгляд Эйвери и сдержала желание улыбнуться. Появление Лоры вместе с Эйвери представило миссис Филпот, ее дочерям, двум гостившим здесь женщинам и молодому человеку, всячески угождавшему хозяйке дома, весьма удобный повод для всевозможных догадок. Конечно, если они любят посплетничать.

Это был небольшой городишко – средоточие манерного общества. Появление таинственной вдовы и хорошо известного в международных кругах дипломата – отличный повод для сплетен и догадок, которых хватит на многие месяцы.

Лоре было нелегко улыбаться, вести себя непринужденно, допускать фамильярность, которой Эйвери добивался. Но все это необходимо, раз ей хотелось провести хотя бы какое-то время с Алисой. Она перестала сдерживать себя, и это напоминало отступление от твердой позиции – неприятия и недоверия – и переход к рискованной игре в подозрение и… к чему именно? Граф говорил о физическом влечении. Он прав, в этом у нее не оставалось сомнений. Граф был наделен очень привлекательной внешностью, умом и силой. Он был настоящим мужчиной. Граф напоминал ей Пирса, только более зрелого, к тому же он не был таким безудержным романтиком, как его кузен.

Одна из дам обратилась к ней с вопросом, Лора улыбнулась. Да, это действительно очаровательный городок, как раз такой, в котором лучше всего поправлять здоровье. Да, лорд Уикхем любезно согласился проводить ее, хотя она нисколько не сомневалась, что в этой местности леди может прогуливаться одна, не опасаясь за свою безопасность.

Его светлость похвалил миссис Филпот ее племянниц, которые играли в саду под присмотром гувернантки. Возможно, хозяйка дома сможет посоветовать лорду, как лучше найти гувернантку для его дочери?

Лора решила, что миссис Филпот более утонченна и опытна, чем жена пастора. Она и глазом не моргнула, когда упомянули мисс Фолконер. Именно миссис Филпот предложила, чтобы Алиса навестила ее девочек и поиграла с ними. Лора порадовалась тому, что у Алисы появится возможность обзавестись подругами.

Ну а теперь ей пора уходить, положенное время для визита прошло. Она не пробудет здесь дольше недели, хотя и не собиралась говорить об этом сейчас. Пожалуй, нет необходимости заводить новые знакомства, ей будет достаточно тех, что она уже завязала.

Эйвери согласился выпить еще одну чашку чая и весьма умело выдерживал томные взгляды мисс Филпот, брюнетки со свеженьким личиком. Теперь появился удобный случай откланяться, ибо лорд вряд ли сможет отказаться от чашки чая и внимания юной леди, не обидев ее.

Лора возвращалась домой по тропинке, мысленно повторяя имя Кэролайн Джордан, Кэролайн. Эйвери чуть не разоблачил ее, когда она не отозвалась на свое вымышленное имя. Если она собирается выдержать целую неделю встреч с ним, должна крепко запомнить, что здесь ее зовут не Лора, а Кэролайн.

На что он надеялся, заявив, будто их влечет друг к другу, да еще и предложил называть его по имени? Неужели за этим скрывается попытка соблазнить ее? Лора поежилась. Было непросто примириться со столь неожиданным выводом, ведь она ни на минуту не забывала, кем является в действительности. Подобный ему мужчина, конечно, отнесется к вдове совершенно иначе, чем к незамужней женщине. Возможно, граф счел ее достаточно искушенной для мимолетной любовной связи.

Лора сказала правду, признавшись, что у нее уже давно ничего такого не было. Не стоило уточнять, что это означает. Граф и так понял, что речь идет о том, когда она в последний раз спала с мужчиной. Самое ужасное, что Лора вдруг вспомнила лицо Пирса, когда тот целовал ее, лежа на ней, проникая в нее… оно менялось, куда-то исчезало, превращалось в лицо Эйвери Фолконера, графа Уикхема. Ее врага.