Прекрасный мерзавец

Глава 9. Мерзавец

Возле медицинского центра мы появляемся вовремя. Итан кивает в сторону массивного внедорожника.

– Там корзина с цветами. Красные розы якобы от тебя. Мои – белые. Ничего не перепутай!

Я больше не стараюсь вывести Наглеца из себя и действительно веду себя послушно. Кажется, так называется слепое следование указаниям. Замечаю актёров и родственников Эмилии и Ченса, притаившихся по сторонам. Кажется, встреча будет грандиозной.

Встреча получается грандиозной. Даже меня, циника и матершинника, на мгновение пробивает светлым, радостным чувством. Что-то шевелится внутри. Я знаю, что это жалкий обрубок чувства, которые другие двуногие называют привязанностями.

Ладно, признаюсь, что я по-настоящему привязан к своей стае. Ченс и даже зануда-Итан для меня всё равно, что братья. Почти родные. Я готов ради них на всё. Даже ради Наглеца, хоть он и считает меня куском дерьма, годного только на то, чтобы от него избавились.

Но я, не раздумывая ни одной секунды, брошусь под пули ради одного из них, если этого потребует ситуация. Просто моя привязанность не такая благородная и демонстрируемая, как у Итана. Он словно рыцарь на белом коне, а я ублюдок верхом на злобном, хромом волке. Ну и по хрен. Главное, что они оба – моя стая.

Сегодня праздник у старшего бро, значит, я должен затолкать своё дрянное настроение в задницу и улыбаться. Улыбаться, хотя бы ради солнечной малышки, стоящей рядом с Ченсом. Я давно не видел Эмилию, и мексиночка кажется мне ещё аппетитнее, чем до этого.

– Подбери слюни. Не пялься на её сиськи, если не хочешь, чтобы Ченс проломил твою пустую черепную коробку! – вполголоса говорит мне Итан.

Блять, и всё-то он замечает. Говорю же, не человек – робот, пеленгатор, сраный киборг!

– Я не пялюсь. Я просто давно не видел Эми. Но думаю, что ты и сам заметил, что её шары стали огромными, как для игры в боулинг… – хмыкаю я, потому что вижу, что Итан тоже скользнул взглядом по фигуре Эмилии.

– Это всё потому, что она будет кормить грудью. Молоко прибывает, грудь набухает, – отвечает Итан.

– Ты-то откуда знаешь? Имел с этим дело, пай-мальчик?

Итан не отвечает, но хмурится и словно замыкается в себе. Хотя, куда ещё больше? Он и так словно ходячий сейф – несгораемый и непробиваемый. Хрен знает какие тайны он хранит! Мы переругиваемся вполголоса, пока Эми и Ченса поздравляют самые близкие родные. Потом Ченс замечает нас двоих и широко расставляет руки.

– Ко мне, стая! – командует он.

Мы с Итаном шагаем навстречу своему другу почти синхронно. Он сгребает нас в охапку и сталкивает лбами.

– Признавайтесь, как вам, козлам, удалось не поубивать друг друга без меня? – уточняет Ченс и хлопает по плечам.

– Ченс, как всегда, в своём репертуаре, – улыбается Эми, держа на руках малышку.

– Можно? – спрашиваю я, протягиваю руки к свёртку.

– Не уверен, что малышей можно трогать такими чернильными пальцами, как у тебя, – смеётся Ченс.

– Согласен на все сто процентов! – соглашается Итан, осторожно обнимая Эмилию.

– Ты умеешь держать младенцев, Мэт? – спрашивает Эмилия.

Пожимаю плечами.

– Хорошо, я дам тебе подержать её. Вот так, пусть головка лежит на твоём локте…

Понятия не имею, как у женщин получается так ловко управляться с эти хрупким тельцем. Кажется, я даже забываю, как дышать, когда у меня на руках появляется крошка.

– Вы уже придумали ей имя?

– Да, её зовут Кейтлин.

Малышка куксится и начинает агукать, лёжа в розовом свёртке. Крохотное личико капризно морщится от натуги.

– Я же говорил, что доверять Мэту младенцев не самая хорошая идея, – вклинивается Итан.

– Что с ней делать, а? – нервно спрашиваю я.

Я словно прирастаю к земле, не понимая, почему малышка орёт. Неужели я настолько пугаю детишек?

– Дай её мне, – снисходительно говорит Итан.

Он отбирает у меня свёрток, улыбаясь, и начинает легонько покачивать младенца. Чудо, но крошка Кейтлин замолкает через несколько секунд.

– Кажется, мы определились с крёстным отцом, – улыбается Эмилия и утешающе гладит меня по плечу. – Не расстраивайся, Мэт. Ченс очень серьёзно настроен насчёт деторождения. Грозится настрогать мне, как минимум троих детишек.

– Отличная новость. Если следующим будет парень, можешь считать его моим, – легонько целуя Эми в щеку, вручая цветы от себя и от Итана. Тот полностью занят младенцем и выглядит, как заправская нянечка.

– Девочки к девочкам, – хмыкаю я так, что меня слышит только Эмилия. Она толкает меня в бок острым кулачком.

– Засранец!

– Мерзавец, – парирую я.

Ченс оттесняет меня плечом.

– Всё, хватит скалить зубы перед моей жёнушкой…

Ревнует? Смеюсь, конечно, но откровенно говоря, если бы не Ченс, я бы подкатил к мексиканочке, чтобы завалить её и потрахаться. Но она – жена Ченса, его слабое место, ахиллесова пята и самый огромный стимул в жизни. Поэтому сексапильная блондинка с ногами от ушей автоматически переходит для меня в разряд сестры. Она для меня вроде как Ченс, только с сиськами и сладким голосочком.

День пролетает незаметно. Поздним вечером мы собираемся на открытой веранде просторного дома Ченса, купленного им недавно.

– Я отдохну с Кейтлин. Скорее всего, усну почти сразу же. Так что заранее спокойной ночи, мальчики. И не шалите, – Эми по очереди целует в щеку меня и Итана, забирая у него малышку. Кроха спала на руках Итана почти всё время.

Мне кажется, он отдаёт её с сожалением. Я давлю смешок в зародыше, но едва Эми удаляется, начинаю подкалывать Итана.

– Возьми себе бэби из дома малютки, Наглец. Уверен, твоя грудь придётся младенцу по вкусу! – ржу, выпуская наружу громкий хохот, скопившийся за целый день.

Наглец наклоняется и хватает пивную банку. Швыряет её в меня молча и с такой силой, что я еле успеваю увернуться. Банка сплющивается о каменную стену, взрываясь пивом.

– Воу-воу, козлы! Полегче! Вы находитесь в моём доме! – рыкает Ченс.

– Хочешь сказать мне ещё что-то? – холодно спрашивает у меня Итан.

Глаза Наглеца стремительно темнеют. Он сдвигается на край кресла совсем немного, но я замечаю, как напрягаются его пальцы. Он не такой массивный, как я или Ченс, но чертовски быстрый и жилистый, словно соткан из стальных канатов.

– Не сказать – двинуть. Ты целый день макаешь меня с головой в дерьмо, а я тыкнул тебя носом в молокосоство всего разочек! Один крохотный разочек.

Итан стремительно движется в мою сторону. Но я готов к его броску, поэтому вскакиваю так же молниеносно, выбрасывая вперёд кулак. Он успевает закрыться и пробивает мне по корпусу. Я двигаю ему в ответ так, что Итана отшвыривает фута на три, а то и больше. Но этот засранец быстро приходит в себя, вскакивает на стол, словно грёбаный ниндзя и, бросившись на меня, бьёт по лицу.

– Разбежались! Живо! – орёт Ченс.

Он несколькими сильными тычками расталкивает меня и Итана в разные стороны, пока мы обсыпаем друг друга бранью.

– Закрыли рты! Оба! – для пущего эффекта Ченс двигает мне кулаком в бок. Не сильно больно, но ощутимо.

– Сядь! – приказывает он Итану. – Сядь! И остынь!

– Я в порядке. В полном.

Итан переводит дыхание и падает в кресло, как мешок. Расслабленная улыбка появляется на его губах.

– Дерьмо, что с вами творится?

Глава 10. Мерзавец

После гневного окрика Ченса я сажусь и выбираю банку холодного пива, чтобы приложить к щеке. Всё-таки Итан смог разбить мне губу.

– Он, – показывает на меня Итан, – разбил мою тачку. Жёлтую.

– Жёлтую? Ты самоубийца? – уточняет Ченс у меня. – Ты же знаешь, что эта тачка для Наглеца особенная. Помнишь, как он взбесился, когда я слегка чиркнул по ней байком?

– Помню, – ухмыляюсь. Потом смотрю на Итана. – Ты двинул меня по морде. Полегчало?

– Полегчало, – спокойнее кивает Итан. – Значительно!

– Вот так бы и сделал сразу! А то сидел и жался, как целка, якобы не обижаешься ни капли!

Подкидываю ему банку пива. Итан вскрывает её и стукает по моей.

– Аллилуйя, блять! – подводит итог всему Ченс и советует мне. – Мэт, мой тебе совет, больше не трогай его тачку. Себе дороже встанет!

– Не буду. Я пригнал ему новую, но наш пай-мальчик хочет только свою жёлтую машинку. Я отдал её в ремонт. Но для восстановления потребуется время.

Ченс кивает мне.

– Эй, Наглец? Кажется, Мэт решил проблему?

– Проблему будет решена, когда жёлтая малышка вернётся в мой гараж! – упрямо говорит Итан.

– Я знаю, почему тебе дорога эта тачка, бро! Но есть вещи и поценнее. Например, жизнь твоего приятеля, который запросто мог разъебаться в лепёшку, но выжил после аварии. А если ты хочешь, чтобы твоя тачка была в целости и сохранности, просто держи её в гараже. В стерильном боксе. Под плёнкой, – предлагает Ченс. – Чтобы на неё даже мухи не гадили!

Смеюсь. Ченс умеет развести нас по углам и обернуть всё в шутку.

– Ладно. Я понял, – бурчит Итан. – Меня просто бесит, что Мэт корчит из себя невиновного!

– Блять, я сразу позвонил тебе и покаялся, что тачка в хлам. Но обещал всё восстановить! – говорю, начиная злиться. Потому что разборки с тачкой затянулись, а я не хочу трындеть об одном и том же. – Что мне ещё нужно было сделать?!

– Ты не признаёшь свою вину. Говоришь, что не ты создал аварийную ситуацию. Но мы все знаем, сколько раз ты попадал в аварии. Исключительно по своей вине.

– Ёбаный зануда! – опрокидываю в себя остатки пива и встаю. – Ладно. Если тебе так важно услышать только это, то пусть это буду я. Мудила, расколотивший твою тачку. Окей, я виноват! И пусть меня черти жарят за это до скончания времён! Ты это хотел услышать? Удовлетворён? Смотри, не обкончайся от удовольствия удовлетворённого эго!

Я резко поворачиваюсь и иду на выход.

– Мэт. Быстро верни свою задницу на место. Сегодня – мой день. И я не позволю вам сраться так, будто у вас обоих словесный понос, – жёстко осаживает меня Ченс.

– Бро, я за тебя рад. Честно, но…

– Сядь, – приказывает Ченс. – А ты, Итан, конечно, тот ещё наглец, и до конца стоишь на своём. Но конкретно сейчас ты не прав.

– Да ладно?

– Да! – повышает голос Ченс. – Если вы думаете, что пока я был занят подготовкой дома к встрече дочери, организацией встречи жены и только трясся за неё, сидя в коридоре, пока она рожала, то вы ошибаетесь. Да, я был занят делами семьи. Но вы тоже моя семья. И я приглядывал за вами одним глазом. Так что я в курсе всего. Да, в курсе. И поскольку я знаю, как ценна эта жёлтая крошка для Итана, я попросил через знакомых дать мне общую картину.

– Ага… Мэт мог подкупить всех! – не сдаётся Итан.

– Реальную общую картину! – настойчиво говорит Ченс. – И у меня есть данные с видеорегистратора той тачки.

– Там был видеорегистратор? – удивляюсь я.

– Был. Но об этом не трубят. Разумеется, скрыли. Но ясно одно – Мэт не при чём. Тёлочка водила чертовски небрежно. Она была либо бухая, либо накурившаяся. Одним словом, ей было нескучно!

Повисает тишина.

– Это точно? – уточняет Итан.

– Абсолютно, – отрезает Ченс. – Я покажу тебе данные, чтобы ты, сукин сын, успокоился и перестал гнать бочку на своего друга.

– Извини, – говорит после паузы Наглец, смотря на меня.

– Да пошёл ты!

Пью пиво. Повисает тишина. Пару минут мы все молчим.

– Так и знал, что вас, козлов, даже на несколько дней одних оставить нельзя, – смеётся Ченс. – Знаете, мы купили для Кейтлин подгузники, соски, бутылочки, какие-то приборы… Одним словом, кучу всего. Но теперь я понимаю, что подгузников и сосок надо было купить больше. Вам обоим точно нужна соска, чтобы заткнуть свои рты вовремя. И подгузники не помешают, вы без меня беспомощны! Одним словом, после всего, что здесь произошло, я считаю, что у меня трое младенцев. Вместо одного.

– О да! Куда мы без плохого папочки! – ухмыляется Итан. – Кстати, Ченс, ты теперь отправишься в загул?

– С хера ли?

– После родов некоторое время нельзя заниматься сексом, – отвечает Итан.

– Бля, я не буду спрашивать откуда ты столько всего знаешь про роды и про младенцев, – усмехаюсь я. – Но лучше возьми свои слова обратно или Ченс выбьет тебе челюсть.

– Да, спасибо, Мэт. Заткнись, Итан. Моя Карамелька даст фору любой. И не хрен совать свои носы в мой секс. Не доросли, сосунки. Завтра подарю каждому из вас по пустышке!

Мы смеёмся, окончательно забивая на размолвку. На душе становится спокойнее. Мне не хватало этого – дружеского общения и под колов Ченса, его умения развести меня и Итана по разным углам бойцовского ринга.

– А теперь расскажите, что ещё случилось за краткое время моего отсутствия, кроме того, что вы поцапались? – интересуется Ченс.

– Разнесли твой любимый клуб в щепки! – смеётся Итан. – Кажется, ты там ещё не был.

– Придумай что-нибудь более реальное! – фыркает Ченс. – Ты бы не разнёс мой клуб в одиночку. Вот на пару с Мерзавцем – да, вполне возможно. Но вы дули друг на друга губки, как заправские педики, поэтому исключаю этот вариант!

Пока Итан перебрасывается словами с Ченсом, я прокручиваю в голове диалог с Эби.

– Мерзавец? Эй, Мэт!

Я прихожу в себя только после хлопка по плечу.

– Над чем завис? – интересуется Ченс.

– Знаешь Стенли Купера? – внезапно спрашиваю я у Подонка.

– Стенли Купер? Сын Чарльза Купера? Да, знаю, конечно. Чарльз владеет контрольным пакетом акций банка, но поднимался на бирже. Его сын занимает хороший пост в банке. К чему вопрос?

– Да так, ни к чему… – туманно отвечаю я.

– Нафиг он тебе сдался? – продолжает допытываться до правды Ченс. Потом он резко замолкает и широко ухмыляется. – Кажется, я понял. Та авария. Виновной считается Эбигейл Вуд. Невеста Стенли… Я прав?

Итан присвистывает.

– Мэт задумался о девке? Об одной? – Наглец усмехается и лезет в карман. – Посмотрю, что за цыпа прельстила нашего друга, у которого в телефоне все номера тёлок записаны под именем «детка»!

– Можно подумать у тебя по-другому! – усмехаюсь я.

– Разумеется. Я в каждый контакт вношу краткое описание и место знакомства, чтобы не путаться, – веселится Итан.

– Так-так-так… Покажи и мне эту цыпу! Я слышал о ней, но в живую не встречал! – просит Ченс. – Всегда думал, что Мэту похер кого трахать. Но я вижу, как он завис, значит, дело пахнет жареным!

Друзья сидят плечом к плечу и разглядывают фотографии Эбигейл. Почему-то я начинаю нервно покачивать ногой.

– Она ничего, – подаёт голос Итан. – Рыжая. Огонь. Секс. Знаешь, я давно не пялил рыженьких…

– Завались! Она моя! – отвечаю прежде, чем успеваю понять, что именно я сказал.

Парни зависают.

– Звони 911, Наглец. Мне кажется, что скоро я потеряю своего друга. Он точно болен! – обеспокоенно заявляет Ченс.

– Наш трахаль завис на единственной цыпе? – потешается Итан.

– Нет, я на ней не завис! Она просто должна мне! – рычу я, сминая банку так, что она сплющивается в моём кулаке. – Я хочу получить от неё моральную компенсацию. Очень… Очень большую моральную компенсацию. За то, что выставила меня кретином перед другом, который вытрахал мне весь мозг.

Друзья слушают меня.

– И в свою очередь ты хочешь трахнуть её? – уточняет Ченс.

– Бинго, Подонок. Именно так.

– Ха. Там – Стенли Купер, – Ченс показывает пальцем куда-то в небо, потом тыкает им в направлении пола. – Там – Мэтью Хилл. Разницу понял?

– Ты опустил меня, что ли? Если ты помнишь, у меня есть бабло. Не меньше, чем у Стенли.

– Бабло папаши, к которому ты принципиально не притрагиваешься, – уточняет Ченс.

– Стенли и Эбби смотрятся вместе великолепно. Но если мысленно представить на месте Стенли наше чернильное пугало, становится ясно, что вы с Эбби не пара… – потешается Итан. – Не-а, бро! Тухляк.

– За каким хером ты представляешь нас вместе, как пару? – удивляюсь я. – Я просто буду трахать эту сучку, пока не решу, что она возместила мне всё!

– Эй, стая, мы пережили вместе многое. Но сегодня, блять, воистину исторический момент! – торжественным тоном говорит Ченс. – Мэт нашёл тёлку, которую жаждет трахнуть, но ещё не трахнул, и…

– Трахнул! – лениво возражаю я. – Причём давно. Несколько лет назад. У меня есть фото, где прелестница Эбби стоит на коленях с моим членом во рту. Но вам я его показывать не стану.

– Член или фото? – ржёт Подонок. – Твой член мы видели. Много раз…

– Ты можешь блефовать, говоря о фото! – заявляет Итан. – Но если мы дожили до момента, когда Мэт думает… Думает, блять, это невероятно! Это событие нужно отметить чем-то грандиозным. Парни, я предлагаю спор. Предупреждаю, ставки будут высокими. Нищеброды могут сразу свалить в сторону, – говорит Итан, подразумевая под нищебродом меня.

– Всегда готов! – азартно потирает ладони Ченс. – Итак, я ставлю на то, что Мэт не оприходует эту резвую и норовистую кобылку.

– Поддерживаю! – жарко говорит Наглец. – Эбигейл Вуд выглядит тихоней, но уверен, она та ещё штучка. Огненная кобылица… Она не по зубам нашему чернильному дружку!

– Спор? Да пожалуйста! – заявляю я. – Эта сука будет моей шлюхой. Моей подстилкой. Несмотря на наличие крутого жениха!

– Джентльмены, пора делать ставки! – хлопает в ладоши Ченс.

Глава 11. Эбигейл

«… Потрогай свою ебливую щель. Она течёт… И будет постоянно течь рядом со мной. Готовься быть моей шлюхой. Шлюхой Мерзавца!»

Не знаю, почему слова Мерзавца крутятся на повторе внутри моей головы. Короткая перепалка с ублюдком невероятно сильно измотала меня. Я встаю и осушаю стакан воды, потом падаю без сил и засыпаю. Почти мгновенно.

Но мне снятся эротические сны. Полноценное порно в формате сна. В нём я стою над столом, подставляясь промежностью под безжалостные удары длинного члена. Или сама насаживаюсь влажной киской на торчащий ствол. Поглощаю его. Трахаюсь так, как никогда в жизни не трахалась. И во сне я не считаю секс чем-то отвратительным. Во сне незнакомец, лица которого я не вижу, заставляет меня кончать без перерыва.

После очередной грязной сцены я просыпаюсь, замерев почти на самом пике. Моя сорочка прилипает к телу. Соски напряжены и ноют. Я сжимаю одеяло между бёдер очень крепко и трусь об него. Вперёд-назад… Ещё и ещё… Ткань натирает складочки.

Не помню случая, когда я ещё просыпалась такой неудовлетворённой. Абсолютно голодной. Я откидываю одеяло в сторону и развожу ножки. Так широко, как если бы тот незнакомец из сна залез на меня сверху, чтобы трахнуть. Я опускаю руку между ножек. Боги. Мои трусики мокрые насквозь. Я завожу пальчики под ткань трусиков и дотрагиваюсь до клитора.

Вскрикиваю. Всего одно прикосновение, но оно обжигает, словно удар током. Сдавленно мычу, прикусывая ладонь. Потом торопливо стаскиваю трусики по ногам и снова полностью раскрываюсь перед своим неизвестным любовником. Мои пальцы нажимают на бугорок чувствительной плоти. Двигаю ниже – складочки набухшие. Скользкие от влаги. Лоно извергает потоки влаги.

Обвожу щёлочку по кругу и медленно ввожу сразу два пальца. На всю длину. Бёдра сами взмывают вверх. Я нанизываюсь на свои пальцы. Вверх-вниз. Ещё и ещё.

Мысленно моя киска сжимается вокруг толстого члена, способного вывести меня за грань удовольствия. Мысленно, о да… Ещё. Ещё. Ещё…

Я орудую пальчиками в хлюпающей дырочке. Понимаю, что мне этого мало. Мои тонкие пальчики – это не то, что я хочу почувствовать в себе. Мне надо что-то большее. Мне хочется кричать и выть от подступающего наслаждения. Но я ещё живу в доме родителей, и я обязана быть тихой.

Я быстро меняю позу. Теперь я сижу в постели на коленях. Мои пальцы до сих пор находятся внутри лона. Я быстро поднимаюсь и опускаюсь над своей ладонью. Едва не ору от разочарования, потому что мне не хватает остроты ощущений. Если бы Стенли был сейчас рядом, я бы просто умоляла его натянуть меня на свой член. Но вместо голоса улыбчивого Стенли в ушах звенит другой голос. Низкий, но безумно эротичный и приятный. До мурашек по коже. Голос Мерзавца.

«Твою попку натягивали на большой член?»

Боже!

Я выгибаюсь в спине и начинаю двигаться быстрее. Хватаюсь пальцами за изголовье кровати и прокручиваю в голове все его грязные словечки и похабные маты.

Ускоряюсь. Ещё и ещё… Потом прижимаю пальцы к стеночкам киски, вибрирующим бесперебойно. Теперь я не двигаю пальцами. Теперь я совершаю фрикции бёдрами так, что постоянно сама наталкиваюсь промежностью на пальцы. В быстром и точном ритме. Раз за разом удовольствие бьёт в одну и ту же точку.

– Да! – стону в голос.

Оргазм сотрясает моё тело. Я кончаю обильно и влажно над ладонью. Ещё одно движение бёдрами. Медленнее. Эротичнее. Для того, чтобы словить ещё одну волну жаркого оргазма.

– Да-а-а-а… Да… Да… – шепчу, как сумасшедшая.

Это один из самых сильных оргазмов, которые я испытывала за последнее время. Я распадаюсь на кусочки от удовольствия. Падаю на кровать. Бёдра дрожат. Лоно становится расслабленным и до сих пор посылает спазмы удовольствия по всему телу.

На следующее утро я предпочитаю не думать о ночном сумасшествии. В зеркале отражается девушка с копной рыжих волос и прозрачно-серыми глазами. Но сегодня я едва узнаю в ней себя. Глаза горят больше обыкновенного. Я взбудоражена. Предчувствие, что вот-вот случится непоправимое, нависает над моей головой.

Я долго и тщательно наношу макияж, выбираю брючный костюм из числа тех, что купил для меня Стенли. Во мне бунтует чувство противоречия. Хочется надеть ярко-жёлтое платье, от вида которого Стенли поморщился, и распустить волосы, рассыпав их по плечам. Но вместо этого я надеваю костюм оттенка гейнсборо. Долго зачёсываю волосы так, чтобы ни одна волосинка не выбивалась из причёски, а пробор был ровным.

Дополняю образ дорогими золотыми часами на запястье и массивным ожерельем, виднеющемся в треугольном декольте. Девушка в отражении выглядит дорогой стервой. Холодной и неприступной. Я делаю селфи и отправляю Стенли. Уверена, ему понравится, что невеста носит одежду и украшения, подаренные им.

До офиса отца я добираюсь на служебном автомобиле. Стенли пообещал, что Мерседес восстановят в кратчайшие сроки. Но я из тех девушек, что любят быть пассажирами, а не сидеть за рулём.

В офисе я поначалу собираю руководящих лиц фирмы и провожу небольшой брифинг. Они считают меня выскочкой. Все эти мужчины, добившиеся должности топ-менеджеров лишь к сорока годам, думают, что я занимаю своё место незаслуженно. И я могу хоть сколько доказывать, что я не глупее их и щёлкаю сложные задачи, как семечки. В их глазах я всегда буду всего лишь дочкой директора, занявшей его кресло исключительно по причине родственных связей.