Крещатик № 92 (2021)

Я очень переживала, когда услышала, что дня через три после Нового года – их маме уже пора было на работу – они чуть не попали под машину. Но всё обошлось. Для них – не для меня.

Тот одинокий мальчик стал заводилой их маленькой компании. Он-то меня и убил: разжёг в моих корнях костёр, и я засохла. На последней ветви, тянувшейся в сторону дуба, оставались пара вишен, но и их склевал во́рон.

А потом пришли озеленители с бензопилами.

Люди нас боятся. Люди вообще пугливые создания – ими правит Страх. Ну, ещё страсть. Они не слышат наших предостережений. Они не знают, что когда у умирающих на поле битвы мы вынимаем глаза, то не ослепляем их, а помогаем искать тропы песен внутри себя. Не догадываются, что своими острыми, как иглы, клювами мы латаем ткань бытия, расползающуюся под гнётом их свободы. Или пронзаем её в тонком месте – и тогда из прокола льётся всесжигающий свет.

Да, мы пересмешники: за смехом скрывается истина. Да, мы часто спорим с тем, чьих рук дело «это всё». А кто с Ним не спорит? Люди?! О, это заядлые спорщики! Как кровь пить дать, они приведут тысячу и один довод, чтобы меня опровергнуть. И потому я вычеркну свои слова, лишь прокурлычу последнюю песню – ту, что звучала в машине у Диаз: «Я – пущенная стрела».

Мне повезло с Во́роном. Он бросил мои семена в жирную, словно сочащуюся маслом, почву. Место оказалось удачным: огороженная горка, которую никто не потревожит. Дождавшись дождя, я потянулась сначала вниз, потом вверх – я умею расти в противоположные стороны, – дала побег, распустила листочки, пробралась меж комьев земли, наткнулась на доски, сделанные из сестры моей, сосны, нашла в них щель и протиснулась в пустоту.

Вслед за мной туда проникла частица солнечного света. Она помогла мне найти мумифицированное тело, и я обняла его корнями так, как не умеют обнимать люди.

Чтобы вернуть – любимого? – в круг Жизни.

Через год, когда его родня – моя новая золовка с деверем – приехали помянуть, мы встретили их белым, как юный снег, покрывалом моих лепестков.

Владимир Гандельсман

/ Нью-Йорк /

Давид

«Ни шалых стад…»

Ни шалых стад,Точащих смрад, —                          Блажен, блажен! —Ни жирных шейВластемужей, —                          Блажен, блажен!Волей Его приневолен,Солью Его просолен. —                          Так влагой недр                          Вспоенный кедрУстро продуленИ совершен!                          Нечисти чавк                          В чахлых ночахСгинет в безвестье.Вечны созвездьяТолько у праведника в очах.

«Зачем взвихрён…»

Зачем взвихрёнТщетой времён                          Народ? Воззри —Зачем восставшие цари                          Идут – воззри! —На Господа? И бред племён                          Воспламенён:                          «Расторгнем узыС Ним и с Помазанником Божьим!»                          Как бездорожьем                          Пройдёте, трусы?«Сияю в Сыне, —Так скажет Он, —Рождённом ныне.Ему – Сион.                          Ему в наследье                          Тысячелетья                         И Мой народ —Мой многосвечник.А ты, увечник,Слепей, чем крот».                          В страхе склонясь,                          Радуйся в Нём,                          Он совершен.                          Или, гневясь,                          Выжгу огнём                          Порчу и тлен.Лишь уповающий на НегоВ мощи блажен.

«Мыши вражды шуршат…»

Мыши вражды шуршат,Грудятся в сыпкий сор.«Не пощадит, – пищат, —Шею твою, Шаддай…»                          Боже, Ты мой простор,                          Крепость моя, мой сад!                          Дню говоришь: светай, —                          Сын Твой безмерно рад!Вот – я встаю с зарёй.Вот – я ложусь и сплюПод небесным шатром.Жизнь Твоим Словом длю.                          Боже, Свой Суд верши,                          Зубы им сокруши.                          Не устрашусь шелудивых орд.                          Боже, благословен Твой народ!

«Услышь мой голос, Эль-Шаддай, молю…»

Услышь мой голос, Эль-Шаддай, молю.Ты и в тесненье ширил жизнь мою,Бог истины, Тебе мои молитвы!Сыны вельмож, зачем хотите лжиИ множитесь, как блохи или вши,В кишении, для насекомой битвы?Бог лучшего избрал из сыновейСвятительствовать. В ярости своейНе согрешив, размыслите на ложеИ уповайте, жертву принесяОт сердца, на Него. Вся радость, всяЖизнь светоносная, хлеб и вино – мой Боже!

«Едва начнёт растоп…»

Едва начнёт растопЗаря, – я пред Тобой,Услышь, Господь, мой воп,Молитвословный мой.Ты пагуба лжецов,Паскуд и грехомыг,Чьи рты вроде гробовРазверстых, а язык —Труперхнущая лесть.Войду в Твой храм, занеТвоих щедрот не счесть.Страх – очищенье мне.Коварства не примиИ злобы не прощай.Лишь Сына путь прямиИ благостью венчай.

«Порази…»

Порази,Но когда не во гневе,Не во гневе и ярости,И спаси,Я в смертельной огневе, —Кость, как хворост, трещитВ скорбной хворости.Порази,Но избавь и помилуй.Где Твой щит?Оборвутся сыновьи стези, —Кто Твоей залюбуется Силой?Быв слезами прошитВсквозь, ослеп, —Зренья жилаПересохла, застыла.Вы, прислужники идольских треб,Слово Божие – вот! – оно не дляВас, чей хлеб —Требуха, – прочь немедля!

«С мольбою, Господи, и стоном…»

С мольбою, Господи, и стоном:Обереги!Как зверя, промышляют гономМеня враги.             Да не будет настолько сильна             Лапа льва,             Чтоб гортань мою пережать.             Мне ль в позоре дрожать?             Если ж доброму был я неверн,             Если скверн             Был я на руку, скор и зол, —             Пусть затопчут в подзол!Так пробудись судить по правде,Чтоб сокрушитьЗломудрия блажные рати,Дай Сыну жить!             Эль-Шаддай, Ты мой щит и судья,             Снизойдя             До меня, испытатель нутра,             Дай добра.             Пусть смертельные стрелы летят,             Впив свой яд             В нечестивцев, да будет им кров —             Смрадный ров.Пусть яму роющий в ту ямуСам упадёт!О Боже, славлю Твоё ИмяИ Твой народ!

«Твоё Имя…»

Твоё ИмяСквозь земной замесПрорастает,Твоё ИмяНа шитье небесПроступает,                         Твоё Имя                         Младенца уста                         Восхваляют,                         Твоё Имя —                         Как выхлест кнута                         Тем, кто лает.О, Эль-Шаддай, вот гроздья звёзд,Вот спелые плоды планет,Вот дерева дремучий рост, —Дай мне ответ! —Кто человек Тебе, что ТыС небесных нивК нему нисходишь, с высоты,Пред ангелом не умалив?                         Птицы неба                         И рыбы морей,                         Мги и ветры,                         Срезок хлеба                         И крики зверей —

Примечания