Творчество и потенциал. Выпуск 2
- -
- 100%
- +
Очаг
Очаг —Он сложен из желаний:Он для тепла и для еды,Он,Чтобы что-то приготовить,Чтоб можно было стол накрыть.Он для жилища —Самый главный,И веет от него уют,Когда вокруг все домочадцы,И темы общие живут.Очаг одарит настроеньем,И ждёт тебя покой в дому,И обогреет,Когда зябко,К нему с мороза так и льнут.Что нужно сердцу?Мир и счастье,Открытые врата чудес,Очаг всё вам с лихвой подарит,Когда положены дрова.Владислав Злыгостев
Поэт японских трёхстиший хокку (хайку), японских пятистиший танка, японской эротической лирики сюнгаута, хоррорку, китайской пейзажной лирики, произведений жанра любовной лирики, научный публицист. Литературные произведения и научные работы автора являются победителями более 200 российских и международных конкурсов. Автор иллюстрированного сборника японской поэзии «Хоккубана», объединяющего в себе два вида японского искусства – «икебана» и «хокку», куда вошли лучшие композиции японской флористики и произведения автора.
Обладатель более 60 наград, включая знак отличия «За вклад в развитие образования», медаль им. Сократа, Золотую медаль «За новаторскую работу в области высшего образования», Серебряную медаль им. В. И. Вернадского, Золотую медаль «Европейское качество», орден «Первый среди равных», Грамоту от Генерального Консульства Японии за победу в ежегодном конкурсе хайку, золотую и серебряную медали за победу в международных конкурсах «Искусство. Совершенство. Признание» от Международной академии современных искусств в номинации «Литература», а также серебряную медаль за цикл работ по японской флористике «икебана». Награждён дипломом им. А. Нобеля Международной академии наук и искусств.
Член-корреспондент Международной академии образования при Британской академии образования, советник Российской академии естествознания, советник Академии образования и воспитания, ассоциированный профессор Региональной академии менеджмента, действительный член «Международного комитета по интеллектуальному сотрудничеству – Лига интеллектуалов», член редакционного совета электронного научного издания «Наука XXI века», член оргкомитета научно-практических конференций Центра научной мысли, кандидат в члены Интернационального Союза писателей, член литературного клуба «Творчество и потенциал» (звание «Мастер стихии огня поэзии»), член клуба выпускников японского центра «Диана», член Ассоциации Художников Ботанического Искусства, член Профессионального союза художников России, член Ассоциации студентов и выпускников Евразийской бизнес-школы «EMAS», Атташе Международной организации «Антарктический Союз», мастер «Икебана» 3 ступени японской школы «Согецу».
На грани пера – ещё шаг, и слишком откровенно: японская эротическая лирика «сюнгаута»
Как и другие редкие жанры японской поэзии, пятистишия танка также имеют свои уникальные разновидности. Одной из таких разновидностей, которая соответствует пикантной тематике, получила своё основательное развитие благодаря творчеству выдающегося японского поэта Рубоко Шо и представляет собой жанр любовно-эротических танка. Авторское и наиболее подходящее название – «сюнгаута», которое именуется «песнью весенних сюжетов». Лирика, рассчитанная на взрослую аудиторию, должна обладать не только намёком на откровенность в пересечении границ любовных отношений, но также сдержанностью, чтобы читатель имел право и возможность домыслить сюжет эротизма с помощью замысловатых образов и лаконичных форм, используемых в произведении. Главное условие при создании «сюнгаута», действительно, заключается в том, что поэт должен работать на грани своего мастерства в любовно-эротической форме, придерживаясь провокационной темы «любви под весенней Луной», но не переступать порог небрежности и явной откровенности «постельных сцен», поскольку это будет считаться другим жанром «взрослой поэзии».
Завуалированность явных действий при описании сюжета считается вершиной мастерства, поэтому важно не только владеть сакральными знаниями о японском символизме эротизма, но также «ловко жонглировать умелым словцом» при «росписи холста жарких картин».
Произведение жанра «сюнгаута» вынуждает читателя бесцеремонно «подсматривать в замочную скважину» или за «приоткрытую ширму» в надежде лицезреть таинство эротического сюжета, как бы войдя в чужую комнату. Гуляя по ней своим страстным взглядом и раскрывая для себя пикантные образы заданной темы, он должен ощутить происходящее и, возможно даже, представить себя главным героем или героиней происходящего. Намёки должны быть подобраны максимально точно, чтобы произвести на читателя впечатление гиперреализма, и тогда его сердце начнёт биться сильнее и сильнее с каждой прочитанной строкой.
Нельзя не согласиться с тем, что, сделав ещё один шаг навстречу откровенности, как фантазии читателя попросту разобьются на осколки и смысл изящного искусства потеряет всяческий смысл. Другое неминуемое условие, как и для большинства жанров японского писательского мастерства, – недосказанность и завуалированность. Поэт даёт описание окружающего пространства в буквальном смысле несколькими штрихами тонкой кисти, а остальное опять же ложится на плечи фантазии самого читателя. При этом окружающие действо объекты и предметы тонкой паутинкой должны ваять не только общую картину, но и создавать атмосферность внутри комнаты. Например, обозначая в произведении «пламя свечи», каждый читатель может по-разному представить и самостоятельно достроить часть или даже всё содержание комнаты. Другими словами, нужно не допустить, чтобы читатель всё-таки вошёл в «запретную комнату происходящего действа», допускается только наблюдать, бережно приоткрыв завесу. Недосказанность важна и в самом мотиве, чтобы предоставить читателю возможность не только «подсматривать в замочную скважину» и представлять, но и совершать прогулки в мире своих личных фантазий, делая определённые выводы и создавая свои образы, основываясь на происходящем.
Ещё одним условием и больше приёмом является олицетворение через образы и объекты природы. Здесь считается важным постоянно обращаться к японскому символизму и символизму эротизма, где, например, «белые кувшинки» могут быть прямым сопоставлением с прекрасной женской грудью, на которые поэт может сделать акцент, спрятав небрежную откровенность далеко под кровать. В каких-то случаях, когда поэт не может отыскать «нужный оттенок на палитре цветов японского символизма эротизма», он вправе самостоятельно домыслить предмет сопоставления и максимально приблизить читателя к пылкому намёку. Таким образом, особое значение представляет то, что поэт не должен передавать читателю целое руководство трактовки и расшифровки смыслов, используемых в «жаркой картине» штрихов, он должен передать саму кисть и едва подкрашенный холст с основными образами и атмосферностью.
Произведения «сюнгаута» должны создавать в сознании читателя особые, сакральные, может быть даже странные, но его личные внутренние ощущения и переживания, всего лишь на мгновение приоткрыв занавес происходящего.
* * *С закатом солнцаСкользят лучи по телу.Едва лишь обнажая.Словно ветра дыханье,Касаясь воды.* * *Сбросив лепестки.И тычинки лотосаСладкие на вкус.И лунный свет играет,В ущелье проникая.* * *Крепко сжималиНабухшие кувшинкиВетви в облаках.Росой любви и страстиЛуна оставит брызги.* * *Нащупал тепло.В ущелье среди ночиГрелся у костра.И сколько побывалоВ нём странников таких же?* * *Под крики чаекПриливы и отливыВстречала в простынь.Нанизанной строфоюБыла той влажной ночью.* * *Щекочет ветер.Раскрылась орхидея.Дрожит в объятьях.Упруго в ствол вцепившись,Забыв свою стыдливость.* * *В распадке двух горНаходит утешеньеМудрая сосна.Влюбляясь всё сильнееВ упругие вершины.* * *Сжимала нежноБутоны роз набухшихПод брызгами звезд.Всю ночь ты любоваласьПадением всех комет.* * *Водопад из слёзГорячий воск роняетНа бархат лилий.И с каждой каплей страстиСильнее подчинялась.* * *Сбросив кимоно,По белой коже страстноСкользили тени.Им, полностью отдавшись,Ты таяла свечою.* * *Наступил рассвет.Луна, забрав с собоюНочные стоны,Ушла до новой встречиС хозяином блаженства.* * *Слышно за стенкой, —Всю ночь скрипели сосны.Встречая рассвет.Ты словно в сочных краскахИзмазана любовью.* * *Безумная ночьНаутро солнце встретитПод водопадом.В румянце наслажденьяКупалась этой ночью.* * *Настало время.Холодным лунным светомТы обнажалась.Меняла ты ночлеги, —Искала пик блаженства.* * *Циновка в дырахДышала пылкой страстью.Ведь каждой ночьюВсё для тебя постельюКазалось в час желанья.* * *Журавль в озероСтупает грациозно,Расправив крылья.В онсэне растворяласьРаспутная девица.* * *Звёздное небо.Лишь тень в саду крадётся,Играя в прятки.И слышен скрип кроватиПод песнь ночной цикады.* * *Ветер, гуляя,И лотоса тычинкиКоснулся нежно.Натянутые струныГитары задрожали.* * *Лишь внутрь входящийУзнает, как пробратьсяХолодной ночьюМеж заросли бамбука,Дыханьем согреваясь.* * *Наслаждение.Вкусив однажды сливу,И сладкий персик.В забвении кувшинкиИ лотоса росинки.* * *Злыгостев В. Ю. © 2022
Улана Зорина
Настоящее имя Горлатова Юлия. Прозаик и поэт. Автор замечательной серии «Дар в Наследство» и множества других мистических рассказов.
Родилась в городе Курске, там же закончила учёбу и переехала в чудесный живописный уголок Ставропольского края – тихую и спокойную станицу Расшеватская.
Так и черпает она своё вдохновение в цветущей казачьей глубинке, продолжая радовать своими творениями читателей и поныне.
Занавес
C вершины прожитых годовВсё обретает ясный смысл.На гребне суетных ветров,Отбросив пыль былых оков,Свободной птицей вьётся мысль.Мчит колесница бурных лет,Сминая в хлам мечты.Роняя пену, бьют копытомЛихие скакуны.Но остановок нет,Нам не сойти с пути.Едва лишь жить начав,Уже обречены.Рождаемся мы с жаждойБезумный мир познать,Идти дорогой правды,Вершины покорять.Сначала робко мы ползём,По-детски, неуклюже.Летят года, встаём, растём,Влюбляемся и дружим.За быстрой круговертью летНикак не уследить,Не избежать невзгод и бедНа жизненном пути.Едва уют чрева покинувИ сделав первый сладкий вдох,Безвременья чертог отринув,Вливаемся в бурный поток.Несутся вихрем колесницыПо множеству крутых дорог.Как выбрать ту, не ошибиться,Чтоб упрекнуть никто не мог?А честно с гордостью пройти,Соблазны смело обойти,Нигде не оступиться,Длань помощи подать убогим,Свет истины очам вернуть,Разгладить тень, унять тревоги,В судьбы сплетения заглянуть.Понять, принять и не свернуть.Жизнь мчит без тормозов,Меняя скакунов брыкучих,Стремясь дорогу выбрать лучше,Кого-то спас из-под колёс.Сплетая судьбы, превознёсХвалу тебе очередной попутчик.Мир поглотила суета,Не властны ход остановить.Теряя прошлое в дорожной пыли,Бегут часы, минуты и года.И… Занавес…Окончен бал, пора платить.Тушите свечи, господа!Помилуйте, когда ж мы жили?Наталья Ионова
Наталья Ионова пишет под псевдонимом Natalion.
Родилась в 1946 году в городе Новочеркасске Ростовской области. Через полгода вся семья переехала в Москву.
Окончила школу-лабораторию № 1 от Академии педагогических наук, затем ВЗМИ, работала конструктором, испытателем в СКВ Минвуза СССР, ветеран труда.
С 1991 года – менеджер, потом предприниматель.
Сейчас на пенсии.
Печатается в социальной сети «Фейсбук», в группе «За рюмкой чаю» с 2020 года, а также в двух коллективных сборниках издательства «Четыре». Благодаря интернету и обстановке в мире начала писать – сначала мемуары, потом стихи.
«С надрывом голос, но ещё не хриплый…»
С надрывом голос, но ещё не хриплый,Пытается до правды достучатьсяИль что-то важное озвучить.Но горло пересохло,Исповедь замучила.С самим собой я в диалог вступаю,Закрыты все возможные порталы,Но истина наружу выйти хочет,Безмолвие ей душу точит.Аудиторий шумных избегаю:Сидит во мне трусливый заяц —Не хочет по этапам маяться.Что делать? Как с проблемой справиться?Я лоб расшиб об многоточия,Но время, знаю, камни точит.«Зачем красоты несравненные…»
Зачем красоты несравненныеЗемле подарены вселенной,Когда в сравненье параллельноАкцент направлен в пошлость тления?Да, в мире всё не вечноИ человека путь очерчен.Но пусть «уходит» он красиво,Без пошлости и негатива.Прощанье с бренной оболочкойЛожится камнем на друзей и родичей.«Недокумекали» небесны силы,Как сапиенса проводить красиво.Природе такой шанс позволен,Она всех радует, доколе…Деревья умирают стоя,Величием ни с кем не споря.Трава, цветы – те засыхают простоИли становятся едой скота или компостом.С ними всё просто:Наверно, человек, по жизни кровожадный,Не заслужил почтенияИ ласки.«На окнах льдинки…»
На окнах льдинки,А в душе аншлаг их,Сдуваем кружево снежинок,Попавшее на образа.Случайно или сильным ветромИх занесло судьбу поведать.Молчат священные глаза,Таинством скрыты образа.Жить по канонам и достойноУмеют лишь святые, боги…А потому мы в церковь ходим,Чтоб душу облегчить и совесть…И ищем в храме утешения пред ликамиСвятых, моля прощение.«Мои мысли чистые…»
Мои мысли чистые,Как слеза ребёнка,Мысли, людям близкие, —Чутким, светлым, тонким.Мысль объединится, непременно,В строчке возродится,Как вселенная…Трудное начало,Но оно настало, —Буйным ветрам – слава!Не умрёт держава!«Не теряйтесь, друзья…»
Не теряйтесь, друзья,Между нами – злые ветры.Наша вера в чудесаС силой духаБудет крепнуть.Нас не надо разделять,Вместе мы – творцы и рать,Голос свыше – наша «крыша»,А любовь спасёт от дышла.«Зачем пишу?!.»
Зачем пишу?! —Я так дышуУ одиночества в плену.Пытаюсь что-либо понять…Для диалога надо взятьПеро и толстую тетрадь,А дальше мысли-скакуныНавстречу гнать обречены.«Как человека распознать…»
Как человека распознатьСреди волков, червей и жаб?!Неравнодушием своимНа голову он выше их.А сострадание к убогимЕго поставит выше многих.Любовь и доброта дополнят образ, —Пример для всех…Подобное рождается подобным…Давайте вместе подумаем о многом.С любовью к человечеству откроютсяСвободы.«Что наша жизнь?!.»
Что наша жизнь?! —Игра без правил,Идём на ощупь —Бог направит.И интуиция – наш брат.Амбиций много, цель одна —Оставить «след» после себя.Талантлив каждый индивид,Талант не продают в разлив.И каждый сам найдёт свой путь,Лишь руку стоит протянуть.И с виду баловни судьбыДушою в цель устремлены.Идущему препоны не страшны.«Как глупо уводить сознанье…»
Как глупо уводить сознанье
Подальше от реальности –
В глухую ирреальность
От бед, проблем
И их решений,
Когда дамоклов меч
Висит над шеей!
Но такова у многих сущность –
Хвататься за соломинку
В час судный,
Уйти в творенье, раствориться,
Укрыться в нём,
На миг забыться,
Чтобы счастливой стать
И возродиться.
Айшат Мальсагова
Родилась в семье Чахкиевых 27 июля 1956 года в г. Щучинске (курорт Боровое, Кокчетавская область Казахской ССР), куда были сосланы не только её родители, но и весь ингушский, чеченский и многие другие народы.
Стихи Айшат Магометовны публиковались в сборниках «Поэт года», «Детская литература», «Георгиевская лента», «Есенинский сборник», «СовременникЪ», «Антология русской поэзии», «Наследие». Автор статей по творчеству Орцхо Артагановича Мальсагова и Ахмета Орцхоевича Мальсагова, статьи «Восточная лексика в повести Л. Н. Толстого “Хаджи-Мурат”». Печаталась в журналах и газетах «Голос Назрани», «Ингушетия», «Сердало», в альманахе «Утро гор». Готовится к изданию отдельный сборник «Достояние Ингушетии».
Вручён диплом лауреата в номинации «Выбор издательства», памятная статуэтка и сертификат.
В 2015 году принята в члены Союза писателей Республики Ингушетия, в 2018-м стала членом Интернационального Союза писателей, в 2020 году принята в Российский союз писателей. За своё Айшат Мальсагова творчество награждена звездой «Наследие» (2020) и медалями «Антон Чехов 160 лет», «Анна Ахматова 130 лет», «Михаил Лермонтов 200 лет», «Георгиевская лента 250 лет», «Иван Бунин 150 лет», «Афанасий Фет 200 лет». В 2022 году стала лауреатом премии Виссариона Григорьевича Белинского.
В январе 2022 года принята членом-корреспондентом в Международную академию наук и искусства.
«В жизни порою бывает…»
В жизни порою бывает:Есть жертва, а кто-то – орёл.На подвиги Бог вдохновляет,Чтоб славу в борьбе приобрёл.– Блестяще паришь над землёю, —Сказали когда-то орлу. —Гляжу на тебя я с любовью,Как круто берёшь высоту!И об скалу не ударишься,Красив твой полёт в вышину!Когда же, орёл, ты состаришьсяИ вниз упадёшь в глубину?Однажды в горах при удареВсю прыть я твою оценю.Достойная пара в полёте,Приму тебя в нашу родню!– Об этом ты не беспокойся,Родимая, переживу!А ты от меня лучше скройся,Не то ввысь тебя подниму!Дичь моя, нежная, робкая,По нраву хочу быть тебе!В полёте такая хрупкая,А мой интерес весь в борьбе!Ведь в жизни всегда так бывает:Есть жертва, а кто-то – орёл!Бог сильным всегда помогает,Кто дух, а не силу обрёл!«Мы по лужам босиком…»
Мы по лужам босикомВ детстве пробегалиИ от мамочки тайкомВ лужах танцевали.Нам не страшен летний дождь —Лужи обходили,Ночью нас бросало в дрожь,Утром вновь бродили.Ванны грязевые мыБыстро находили,Были игры веселы,Хором голосили.Не придумали для насФизики айфоны,Старший брат давал наказ,Были и заслоны.А родители всегдаБыли эталоном,Много в стариках тепла,Плакали над стоном.«Старших нужно уважать! —С детства нас учили. —Малышей не обижать,В школе не грубили».Хоть игрушек нет у нас,Мы не обижались.А любили воду, квас,Велик все катали.Мы в движенье целый день,Дома прибирались.Забывали слово «лень»,Знали, знанья – кладезь!«Март начался, а снег ещё лежит…»
Март начался, а снег ещё лежит,Прощаться с нами не желает.И каждый, как осиный лист, дрожит,А снег узорами пленяет.Коты лишь негодуют: «Вот не повезло!С любимыми мы сможем повстречаться?Ведь время мартовское заново пришло,Неужто мы не сможем повенчаться?»Снежок растаять вовсе не спешит,А кошечки его уже заждались.Снег перепрыгнуть котик норовит,Ведь знает, что по нём истосковались.Мурлычет кот, держа цветок в руке,В надежде, чтоб родная услыхала:«Пойми меня, я вышел налегке,Желаю, чтоб ко мне ты прибежала».Мороз крепчал, пронизывал слегка,Но кот стоял, как будто бы в дозоре!Ему подмигивали облака:«Твою любовь мы видим в каждом взоре!»Кот всё шептал: «Родная, поспеши!Мне без тебя и март уже не в праздник!Меня ты ожидания лиши,Чтоб снежные построить замки!»«Жаль тех, кто с лошадьми не дружит…»
Жаль тех, кто с лошадьми не дружит,Не передать их жесты, взгляд.И, как никто, нам верно служат,И много в будущем сулят.К ним больше тянет, чем к магнитуКусок железа с быстротой.В путь отправляясь, вновь молитвуТвержу я про себя с душой!Их ржанье лёгкое при встрече,При угощенье – нежность губ.В любом скачу с ним в направленье,А цоканье, как нежный звук.Копытных царства представительИмеет добрый, строгий нрав.Он в мире лучший есть водитель,И я, конечно, в этом прав.Их грациозность, обаяньеНас удивляют каждый раз.Всегда к ним было притяженье —Очарованье напоказ.А доброту не забывают,И зло им не дано забыть.И вместе сопереживают,Глаза не могут это скрыть!Несокрушимость и величье,Неодолимость им даны.Они в единственном обличьеИ человеку так верны!Дорогу к дому не забудут,И память их не подведёт.Маршрут годами помнить будут,В дуэте с ним душа поёт!Раиса Мельникова
Педагог, поэт, прозаик, публицист, переводчик.
Состоит в СПР, Международном писательском союзе СПСА, ИСП, в Союзе русских писателей и художников «Рарог». В РО Международной ассоциации писателей и публицистов является членом правления и секретарём. Принимает активное участие в различных литературных мероприятиях. Академик Международной Академии Развития Литературы и Искусства.
Издано двадцать книг автора на литовском языке и восемь на русском: сборник стихотворений и эссе «В измерении надежды и любви», поэтические сборники: «Плывущие во времени», «Пространство для диалога», «Неслучайное пространство», «Неуловимые горизонты», «На фоне переменчивой эпохи», «На ветрах Вселенной», стихотворные циклы и поэмы «Моё время».
Стихи и проза печатались более чем в шестидесяти изданиях разных стран. В Сербии издан её перевод поэмы Стояна Богдановича «Разговор с Божьей Матерью».
Призёр и лауреат международных литературных фестивалей и конкурсов. За вклад в развитие русской литературы награждена девятью медалями и звездой «Наследие» 3 и 2 степеней.
Летнее пространство
Вдали от исхоженных троп,среди многолистной дубравыудушливым запахом травыв гортани щекочут остро.И воздух облит резедоймедового терпкого лета,поляна шмелями распета —кружится их радостный рой.Изящна структура листа,под ним – красота-земляникаалеет, и нить Эвридикиус тянет, достойный холста.И в луже танцует звезда,играя с текущим пространством.По рельсам июньского графствак созвездьям летят поезда.Ах, Август
Ах, Август милый!Что ты натворил!Накуролесил и насенокосил.Любовью с головой меня накрыли чудную вуаль на жизнь набросил.Ты, Август,не способен уберечьот острых и горячих летних мук,от светлых заблуждений, ярких встреч,когда в ушахлишь громкий сердца стуки явь любовной тайны на двоихсвиданья превращаетв один миг.На двоих
Бред и зыбкие видения,словно сон,и святое вдохновение —это он,и безумные свидания,жар любви,а за ними – расставанийкорабли,губы страстные палящие —томный вздох,мы с тобой уже пропащие,знает Бог,всё, что было, в Лету канулов один миг,разделили страсть и счастье мына двоих.Запрокину лицо
Запрокину лицо – крики чаек,Словно болью пронизанный звук,В нём тревожное эхо прощанийИ движенье взметнувшихся рук.Птицы-чайки, под небом несётеДревних предков святую мольбу,Торжествующий зов на охотеИ в дыхании туч – ворожбу.Ветер тешится с дудкой гобоя.Звоном копий и блеском кольчугГоворит в стонах чаек былое,В женском сердце рождая испуг.В криках чаек – смятенные душиУ бездомного ветра в пленуОставляют в природе зовущийДух вселенский, что память вдохнул.Новый текст
Я выгораю новым текстом,внутри колдуя и снаружи,и движется упорный вектор,границы бывшие нарушив,и отпечаток на бумагуложится от нежданной мыслии, словно подчинённый магу,вращается клубок коллизий.А птица умерла в полёте,не завершив судьбы маршрута,на предпоследнем повороте,не уловив другого смысла,в последний часпоследних суток,с последней мыслью.Евгения Палетте
Родилась во Владивостоке в семье офицера военно-морского флота. Писать стихи начала в девятом классе. Обо всём. Но особенно – о неизведанной любви.
Где бы она ни работала, всегда писала. Позже пришло время прозы. Изданы романы: «Пейзаж с голубым до самого горизонта», основанный на воспоминаниях о первых послевоенных годах жизни в Балтийске, «Бенефис», «Алиби», «Квадрат», «Интрига», – сборник повестей («Сёрфинг», «Пека», «Сослагательное наклонение», «Агнес», «Я только посмотрю и вернусь»). Повесть «Агнес» переведена на немецкий и опубликована в Германии. Изданы две книги стихов. В 1978 году была делегирована на Всесоюзную конференцию молодых литераторов в Ленинграде.
Поэзия публиковалась во многих сборниках. Проза – в журнале «Запад России» и нескольких тематических сборниках.
Член Союза российских писателей.
Несколько стихотворений из цикла «Балтийск»
1Разбитый бот у самой у воды.Звук тишины. И – острый вкус «Победы».И в улице – последние следыушедших навсегда в иные беды…Всё видевшие травы-васильки.И – заросли былого – ежевика…Дыханье волн, и – синь из-под руки,в которой лица, образы и лики…Здесь жизнь, вернувшись, вновь своё брала.И не хотела ждать, и торопила.И за собой в другую даль звалана языке, которым говорила.И были в нём нездешние слова,хоть слово «мир» употреблялось всеми.И старая унылая вдоваЕвропа вновь почёсывала темя.Она была тогда уже больнабессмысленно… Но, нет. Не перестанет.И новая когда-нибудь войнаединственной её молитвой станет.Но мир пришёл. И будто – навсегда…Взрывались мины, очищая море.И всё, что скрыла тёмная вода,вдруг поднялось над синью акваторий…И медленно, шаг в шаг. За годом – год,высвобождая жизнь в большом и малом,откатывалось от её воротпо длинной улице к морскому терминалу.2Коричневый портфель. Цигейковая шуба.И варежки – резинки в рукавах.и – торопливый шаг. И в трёх шагах от дуба —заминка – ворон взмыл, всё вовлекая в мах.И – долгий, долгий взгляд туда, в воронье небо,чтоб оценить, какие там дела —где ворон пролетел, а где, похоже, не был.Но вот дорога в школу увела.С тех пор то на дворе, то на заборе,на лавочке, у школьных у воротон поджидал меня. И, будто вторявнезапной радости своей, летел вперёд.Летел вперёд, красиво вскинув крылья.Летел вперёд, как будто знал куда…И пирожком, обыденною былью,мой друг не соблазнялся никогда.Он улетал и снова возвращался.И, возвратившись, каждый раз опятьстремился вверх, как будто собиралсяоднажды научить меня летать…И я летала… поднимаясь к ветру.Как буревестник, восхищаясь им.И на последнем, дальнем километревновь возвращалась в детство… за своим…И, не найдя сегодня друга боле,храня в себе восторженный завет,благословляю башенку на Первой Школе,которой выше и прекрасней нет.3Матросский парк. И птицы в небе – строем.И – танцплощадки струганая стать.И Рио-Рита, возвратясь из боя,вновь продолжает мирно танцевать.Танцует старомодно и свободно —фокстрот не изменился за войну.И синих форменок прибой холодныйтеплеет за минуту за одну.И с истовостью уцелевшей жизни,оплаченной бессмертием наград,без сожаленья и без укоризныздесь каждый каждому, как другу, рад.Гляжу по малолетству сквозь оградуна праздник, уходящий в облака.Он – в каждом. Он – во всём. Он – всем награда.И понимаю, это – на века.И понимаю восхищённость взглядов,девчоночье смущенье и порыв,и интерес – совсем не для парадов,и Рио-Риты чувственный прорыв.И старшина, предвосхитив румянец,порукой в том – наградная броня,шагнул вперёд и пригласил на танецдевочку, ПОХОЖУЮ НА МЕНЯ…4По Краснофлотской улице, где – синь из-под руки(то весела, то хмурится), шагают моряки.Гангутская, Синопская, Кронштадтская, Истомина,да Катерная с Якорной с Форштадтской за углом.Зелёная и длинная, прямая, как соломина,Нахимовская улица, где «номер шесть» – мой дом.Что не сбылось, то сбудется, что должно – не забудется.Но знаю – не разминётся со мною. – Ну, давай!Давай, война, откатывай! Шагай, как те ребята, вон,подальше от короткого на доме «MINEN FREI!».Здесь публика отличная. И жизнь – почти столичная.И общее – как личное. Сплошной ПОБЕДНЫЙ ВАЛ.И уже рядом слышится – и слышится, и дышится —гибридное название – «посёлок Комстигал»…Здесь всё – мечты и радости. И – жизнь из-под руки…По Краснофлотской улице шагают моряки…х