Путешествие Иранон

После обретения седьмой ступени я получил приглашение из замка поучаствовать в конкурсе за место в многочисленной армии, но мне не было это интересно. Я понимал, что ничего нового не узнаю в тех стенах и ничего нового не получу, поэтому гораздо охотнее отправлялся за белокаменную ограду собственного района, охранявшую наиболее важных людей города. Таких стен здесь было несколько, и дом Дарии располагался ближе всего к замку, показывая, насколько были велики ее статус и богатство. Далее шел еще один район с жителями попроще, которые, впрочем, составляли большую часть населения. Здесь было много школ магического искусства, различных мастеров, что могли научить тебя драться, людей, что придумывали собственные направления, выуживая и совмещая уже известные и забытые знания. Сюда стремились все иноземцы, преодолевающие Скай, но большинство оседало за другими стенами, в районе бедняков. Самый край Беллатора тоже защищался от внешнего мира каменной кладкой, но люди давно уже облюбовали и ближайшие окраины вне стен, занимаясь рыболовством и обслуживая огромный порт. Там же расположились многочисленные рынки рабов, иногда возникавшие прямо на прибывшем судне или возле моря, и такая продажа, как правило, была незаконной – так как люди в ошейники попадали чаще всего обманом и силой, а не по своей воле, – и обращались с ними как с обычным скотом. Уважаемый человек ни за что не взял бы себе такой товар, а родственники рабов могли обратиться к правительству, чтобы недобросовестных торговцев наказали.

Небольшой рынок Араша располагался у входа в район, где проживали люди со средним достатком, и за годы работы тот показал себя весьма добросовестным торговцем, как минимум потому, что на все расспросы о моей прежней семье отвечал отказом, упрямо следуя контракту о продаже. Его товар всегда был хорошего качества, все документы на рабов он хранил словно зеницу ока, чем заслужил уважение со стороны более высокопоставленных жителей города и чем сам любил гордиться, но сегодня явно что-то пошло не так.

Заглянув во внутренний двор довольно большого дома, я не нашел слуг и, спустившись на нижние этажи, где обычно стояли клетки, увидел лишь пятерых рабов. Четырех мужчин и девушку.

– Араш! Куда ты запропастился?!

Из дальних комнат подвала послышался шум, и мужчина уже преклонных лет с черной козлиной бородкой и светлым тюрбаном на голове вылетел из-за дверей. Его длинный балахон, висевший так, словно его накинули на вешалку, чуть ли не волочился по полу.

– О! Давид, мой любимый покупатель, чем обязан?

– Несколько сильных мужчин с магическим потенциалом, чем больше магии, тем лучше.

– О, как удачно, бери этих, они как раз подойдут, девчонку отдам в подарок, она последняя, мне не очень охота возиться.

– А-араш, у меня нет места, да и какой от нее толк?

– Так вам все равно материал постоянно нужен, ну, подложите ее под кого-нибудь, она чистая, здоровая – без проблем родит.

– Ты предлагаешь мне демонов младенцем кормить раз в год? Они с такой диетой нас сожрут. Лучше скажи, отчего ты так трясешься и мне ее сосватать пытаешься? Что ты задумал?

– Так я это… просто предложил.

Араш отвел взгляд, перебирая в руках край мятого рукава.

– Тогда отправь ко мне мужчин, на этом все.

Я дернулся было к выходу, но торговец тихо произнес:

– А девчонка демонам точно не подойдет?

Обернувшись, я вперил взгляд в Араша, и тот, тяжело вздохнув, всплеснул руками.

– Давид, ну ты же мне как друг, забери ее духа ради, мне их чуть ли не силой подсунули, перепутали с чьим-то товаром.

– И в чем проблема? Продай.

– Не могу, бумаги есть только на мужчин, а на девчонку нет.

– Ну и выслал бы ее, денег дай, и пускай гуляет.

– Не могу, мужики эти – братья ее. Пришли к предыдущему торговцу сестру вызволять и сами попали под замок. А я что делать должен? Куда бежать? Она ж такой скандал учинит.

– Я понял тебя.

– Давид, ну ты же сильный, ты же умный, да тебе ж самых строптивых приводят, ну забери ты эту пигалицу с глаз долой. Я не знаю, хоть сам прибей, хоть на корм отправь, ну пожалуйста. Я уважаемый человек, мне нельзя подобным заниматься.

– А чего сам не убил?

– Так я… не могу, я не убивал никогда. Я о рабах забочусь, а не убиваю, у меня и рука не поднимается, я пытался, даже вот, всех слуг прогнал, чтобы не смотрели. Дави-ид…

Под расстроенный стон Араша я прошел к клеткам и взглянул на девушку. Симпатичная, юная совсем, наверняка только исполнилось восемнадцать, если исполнилось, конечно. Силой в рабство утягивают и совсем детей. Ее братья были минимум на три или четыре года старше, действительно сильные, явно не боялись работы.

– Хорошо, надеюсь, хотя бы Дария придумает, что с ней делать.

– Дави-ид! Ты мой спаситель! Я за тебя молиться буду!

Покачав головой, я развернулся и направился обратно домой, лишь по пути вспомнив, что не спросил о количестве магии у рабов. Надо было бы, конечно, уточнить, но по сути выбора не было, и, оставив этот вопрос на совести Араша, я вернулся к работе.

Ближе к вечеру очистил две клетки в своем подвале и, дождавшись, пока туда введут рабов, сел за разделочный стол, стоявший рядом. Дария должна была прийти с минуты на минуту, а у меня оставалось время осмотреть новых постояльцев.

Понурив головы, мужчины сидели на низких топчанах в камере. Они, с их огрубевшими руками, темным загаром и коротко подстриженными почти черными волосами, не отличались от обычных жителей бедного района.

– Отпусти ее, прошу…

Голос, доносящийся из камеры, был очень тихим и слабым, но, разглядев его обладателя, я увидел, что это был самый крупный из братьев.

– Что-что?

В нетерпении спрыгнув на пол, я подошел к прутьям и присел у топчана, разглядывая говорящего.

– Умоляю, отпусти сестру.

– О-о… да ты, наверно, самый старший из них. Сильный, сопротивляться пытаешься, можно сказать, я удивлен.

Раб поднял на меня взгляд пустых серых глаз и хотел было сказать что-то еще, но шаги Дарии по каменной лестнице отвлекли его.

– Ой, что тут у нас? Это та самая девушка? Она правда чистая?

– Да-да, и для нее нет места, буквально завтра должны привезти еду для демонов.

Моя хозяйка прошла к клетке и, заглянув в нее, понимающе кивнула.

– Я подумала… может, подложить ее нашему эксперименту? Должно выйти нечто крайне интересное. Если ребенок унаследует демоническую часть, то можно будет забыть о проблемах совместительства двух видов. Отдадим возможность самой природе создать нечто уникальное в своем роде.

– Я не против попробовать, если ты хочешь. Подготовить ей отдельное место?

– Конечно! А если повезет, то уже через год у нас на руках будет нечто, что перевернет представление о Завесе и тварях в ней.

Восхищенная своей идеей, Дария обняла меня и, расцеловав лицо, вновь упорхнула к себе в лабораторию.

Ощущая внутренний бунт самого старшего из братьев, я интереса ради дал ему возможность высказаться.

– Только не демон! Прошу, лучше убейте ее, только не отдавайте демону! Умоляю, в крайнем районе столько женщин, возьмите любую из них, только не Арию!

– Так сказал бы любой родственник тех самых женщин.

– Она еще дитя, светлое и наивное, не черните ее душу.

– Это дитя обрекло себя и вас четверых на жизнь в рабстве, я не могу очернить ее сильнее.

– Ее силой затащили к Тахиру, она не виновата!

– Ага, а вы пошли за ней и поверили тому, что он отпустит девчонку, если вы отработаете за нее?

– Да-а…

– М-м… я даже не представляю, кто из вас был более наивен, но знаешь что? Я тебе помогу, чуда, конечно, не обещаю, но кое-что мы сделать сможем.

Мужчина дернулся к прутьям, чуть ли не лицом прилипнув к ним. Его трясущиеся руки обхватили металл, а широко распахнутые напуганные глаза вперились в меня. Я чувствовал, в каком он отчаянии, и, предложи я найти любую девушку города вместо сестры, он тут же побежал бы выполнять это задание без тени сомнения и управляющего ошейника.

– И что же? Говори! Что угодно, просто дай мне шанс!

Встав, я спокойно выдохнул и отошел к стене, наблюдая за рабом. Мне хотелось дать возможность его братьям тоже почувствовать, чтобы посмотреть за их реакцией, но работать сразу со столькими артефактами было сложно.

– Увы, я не смогу ее отпустить, это просто выше моих сил, но отсрочить ее встречу с демоном я вполне способен. Для этого потребуется твоя помощь, причем в ближайшие пару дней, так как потом вас отправят к эльфам.

– О светлый дух… но что ж… Даже отсрочка даст возможность спасти ее, избавить от этих мучений. Вдруг мы успеем вернуться…

– Конечно, я рад, что ты понимаешь важность этого шанса, поверь, я делаю все, что в моих силах, и, если ты не против, я могу уже сейчас впустить тебя в ее камеру.

– Но… что мне делать? Как это поможет?

– То же, что мужчины обычно делают с женщинами, когда они делят одну постель. Дария не подпустит демона, если девушка будет беременна, так что у Арии будет целый год отсрочки.

Раб заметно побледнел, не веря в то, что услышал, и в каком-то священном ужасе смотря на меня.

– Никогда, это же кощунство…

– Это все, что я могу предложить, не самому же мне с ней спать. К тому же родной брат явно позаботится о ее комфорте лучше, чем демон из-за Завесы. Он у нас появился не так давно, и я боюсь, может сделать что-то такое, после чего ее даже есть другие твари откажутся. Эксперимент еще толком не исследован, мне сложно сказать, как он себя поведет, может, вообще откажется отпускать ее и станет истязать, пока не натешится.

– Что вы за чудовища…

– Мы ученые, ты сам слышал.

– Но это же бесчеловечно.

– А вы это и мяснику говорите, когда покупаете мясо в его лавке?

Я вздохнул, скрестив руки за спиной, обошел клеть и направился к лестнице. Мужчина, лишь мгновение поколебавшись, кинулся вслед за мной, вновь вцепившись в прутья.

– Хорошо, я согласен, позвольте мне это сделать, пожалуйста, только не отдавайте ее демону.

– Извини, это было ограниченное предложение, мне больше не интересно.

– Нет-нет, помоги, вернись, умоляю, пусти меня к ней. Я разделю с ней жизнь, мы построим семью – обещаю..

Усмехнувшись, я остановился на первых ступеньках и поднял голову наверх.

– Дария, ты слышишь? Этот мужчина умоляет помочь обесчестить его сестру! Он просит меня пустить его к ней, чтобы надругаться над ее безвольным телом! – повернувшись к рабу, я осуждающе покачал головой. – И это я здесь чудовище? Ну и нравы сейчас пошли, она же совсем еще дитя, светлое и наивное. Мне противно находиться с тобой в одной комнате.

– Ты не оставляешь мне выбора!

– Да неужели. Скажи, как тебя зовут?

– Сарда.

– Угу, что ж, наверно, это был неплохой человек, но ты больше не Са-арда, у тебя нет имени, ты его недостоин. Никто не дает табуретке или молотку имя, а ты лишь инструмент в чужих руках, твоя стоимость… – Я достал из кармана небольшой лист, передающий право собственности. – Сто золотых. Как маленький домик в крайнем районе, было бы странно, если бы лачуга выставляла мне претензии, а твоя сестра не стоит и медной монеты. Подарок. Если мне будет угодно, я проведу ее по всем демонам, что у нас есть, или по всем борделям, что найду в порту, абсолютно бесплатно для каждого желающего, и буду прав, потому что я хозяин, а не раб. Тебя ее участь больше не касается, ты ей никто, и если бы я желал посмотреть на то, как кто-то портит свою сестру, обливая ее горючими слезами, я бы сходил на представления Тахира. Он обожает эту грязь, скажи спасибо, что не остался у него в товарах.

Передернув плечами от отвращения, я отвернулся и продолжил подниматься по лестнице, прислушиваясь к отчаянному вою раба в подвале. Его с братьями отправили к эльфам на следующий же день, после чего я с помощниками занялся отдельной комнатой для оставшейся девушки.

Предстояла немалая подготовка для нового исследования, и на мои плечи легла забота о рабыне. К сожалению, управлять ею так же просто, как и остальными, не получилось бы, за ребенком нужен будет уход, на который неспособны обычные безвольные куклы. Камера должна была быть достаточно комфортной, чтобы девушка могла жить в ней долгое время, обслуживая себя сама, и лишь еду и расходные материалы ей приносили бы извне.

Тем временем Дария продолжила возиться с самим подопытным. Мужчина, с тех пор как начал свою жизнь с демоном внутри, несколько изменился, раздавшись в плечах и став выше ростом, возвышаясь над хозяйкой, словно молчаливая угрюмая гора. Мне становилось не по себе рядом с ним и не только из-за размеров (он был на голову выше меня), но и из-за странной ауры, его окружавшей. Рядом с ним постоянно барахлили светильники, а солнечный свет становился будто тусклее, погружая и без того темнокожего черноволосого беллаторца в довольно пугающий полумрак.

– Ты уверена, что он тебя слушается беспрекословно?

Я смотрел на раба и с трудом верил, что из него получится что-то путное, ибо особых способностей, кроме поглощения света и живучести, он не проявлял.

– Конечно, и он уже учится менять форму. Еще немного, и сможет принять вид демона, я в него верю, это очень способный раб, и он очень старается помочь мне. Все же не зря у нас получился опыт именно с той тварью, что жила у нас дольше всех. За время экспериментов она сильно привязалась ко мне, и прогресс более заметен.

– Хорошо, но прошу тебя, будь осторожней и попроси его не только демоническую форму принять, но и вообще быть чуточку меньше. Скоро его плечи перестанут пролезать в дверной проем.

– Ой, да ладно тебе, проем можно увеличить. Меня больше интересует идея испытания на открытом воздухе, посмотреть, насколько огромным он может стать. Отрастить там когти или щупальца, может, какие-то наросты, словно броню или крылья. Давид, ты только представь, если он научится летать!

Представив это, я больше не был рад результатам наших опытов, и мне все больше казалось, что Дария заходит слишком далеко в воплощении своих идей, но пока я готов был ее поддержать.

Позже, когда подготовка оказалась закончена, у нас все же получилось провести задуманный эксперимент, несмотря на то что шансов на положительный исход было достаточно мало. В качестве охраны для нас самих даже наняли несколько наемников на случай, если подопытный начнет бушевать, подстегиваемый инстинктами, станет слишком агрессивным. Узнать наверняка, как поведет себя этот мужчина наедине с рабыней, было сложно, тем более предстояло дать ему одну конкретную задачу, и так, чтобы он не переусердствовал. Но к счастью, контролировать состояние демона хозяйка действительно научилась мастерски и без особых проблем смогла приглядывать за ним, хоть и не получилось при этом поддержать ту форму, что я рекомендовал. Тем не менее, потратив на все целый вечер, я больше всего надеялся, что нам не придется повторять подобные манипуляции, организация была даже более хлопотной, чем приветствие короля Целестии в угольном замке Беллатора. К нашему счастью, демон остался доволен встречей, став, кажется, еще тише и спокойнее, чем раньше, а специально нанятый лекарь вскоре порадовал нас хорошими новостями.

Так наш необычный эксперимент вышел на новый, наверно, самый скучный этап, разбавляемый лишь тем, что подопытный действительно научился отращивать крылья и когти. Дария была вне себя от восторга, придумывая для него все более сложные задания. В какой-то момент она заставила меня обучить его ну хоть чему-нибудь для того, чтобы он мог считаться полноценным воином. Правда, единственное, что я мог показать демону, это как защищаться от атак и как ударить крылом или рукой самому. За счет своих габаритов подопытный был не слишком ловким, но отлично поглощал магию и смог-таки отрастить более толстую кожу. Если бы наши правители увидели это чудо, то точно заставили бы наклепать таких как минимум десяток, чтобы в любых военных действиях они брали на себя основной удар.

Девушка же в это время так и оставалась в своей камере, навещаемая только лекарем. Меня она боялась как огня, поэтому я полностью предоставил ее в руки Лайи и врача, который пичкал ее лекарствами, чтобы поддерживать здоровье рабыни и дитя.

Это время пролетело почти незаметно, ребенок наконец-то появился на свет. Несмотря на довольно внушительный вес при рождении, он выглядел достаточно обычным, пока был мал. Дарию несколько расстроил этот факт, но она понимала, что даже магия раскрывается не сразу. Мы вновь оставили девушку и плод нашего эксперимента в покое, занимаясь новыми попытками сделать гибрид человека и демона.

Так прошло еще шесть лет. Близился праздник, день рождения наших четырех правителей, и, отмечая круглую дату, они собирали в своих стенах почти всех знатных господ Беллатора, чтобы с размахом провести целый вечер за вином и диковинными яствами со всего света. Как истинные воины, правители старались не злоупотреблять ни алкоголем, ни женщинами, ни едой, своим примером показывая, к чему должны стремиться все жители страны, но в праздник позволяли себе некоторые вольности. Несмотря на довольно долгое правление, наши Высшие все еще поддерживали форму, не давая даже талантливым и опытным генералам переплюнуть их в силе или ловкости.

Дария и Марк не слишком любили подобные мероприятия, но положение обязало их откликнуться на приглашение. Они надеялись смахнуть пыль со старых контактов и, может быть, завести новые знакомства с гостями из других стран. Я же наотрез отказался принимать участие в подобном, памятуя о том, что совершенно ни с кем не общаюсь из знати, и не пошел на конкурс за место в армии, чем также не прибавил хорошего к себе отношения.

Я проводил своих господ до двери, как всегда смеясь и стараясь обнять каждого. Дария отдала мне трубку Марка, чтобы он не дымил на празднике, распугивая гостей. Хозяин, в свою очередь, в кои-то веки оказался одет полностью, подобное я видел всего несколько раз в жизни. Их наряды сочетались – дорогой, расшитый золотом шелк цвета рубина и изумруда мягкими волнами подчеркивал их фигуры, и каждая складочка была тонко выверена и лежала на своем месте. В Беллаторе люди привыкли носить что-то свободное и закрытое и нечасто, как Марк, открывали свое тело, не боясь яркого солнца и гордо показывая свою красоту и загар. Если денег хватало, то можно было покупать специальные масла, чтобы кожа блестела, привлекая завистливые взгляды, и пахла розами, сандалом, пачули или чем-то еще. Я сам любил баловаться подобным, правда, в основном лишь для того, чтобы не сидеть часами в одной позе перед хозяином и делать хоть какие-то перерывы, когда нужен был отдых.

Попрощавшись, я быстро отвлекся, занявшись своими делами. Времени, что я мог бы провести один, у меня было мало, и чаще всего я просто зарывался в книги или изучал листы Некономикона, надеясь, что хозяева достаточно быстро вернутся.

В этот раз все было так же. Забрав старинные фолианты, я вышел в оранжерею, чтобы встретить закат, и, потерявшись в тексте, не сразу заметил, как солнце окрасило небо в красный цвет. Я обожал смотреть на картины, созданные облаками, и лишь в такие моменты мог остановиться и оглядеть дело рук своих. Чего я добился за время своего развития и исследований?

Где-то далеко послышался грохот, и небосвод пронзил столп белого света. Через удар сердца эта сила осветила всю округу, а может, и весь город, ослепляя его жителей. Вспышка длилась всего мгновение, но яркие круги перед глазами и боль, пронзившая меня, заставили замереть и прижать ладони к векам.

Что это было?

Я боялся пошевелиться, опасаясь, что свет вновь решит выжечь мое зрение, но пение сорокопута и его острые когти, вцепившиеся в плечо, быстро привели меня в себя.

– Что-то случилось?

Птица захлопала крыльями, снова зачирикав. Внутренне я похолодел, но заставил себя подскочить и выбежать из дома, как того хотел ручной демон. Где-то вверху улицы вновь раздался грохот, до меня донеслись крики людей. Подстегиваемый страхом, я помчался к замку, надеясь лишь на то, что это ошибка. Неудачно взорвался фейерверк, или еще какая чушь приключилась, и все в порядке, а люди кричали просто от неожиданности.

Мои надежды разбились в тот миг, когда я увидел зарево магии одного из Высших. Голоса людей на площади слились с шумом разрушения самой крайней стены города. Лишь раз обернувшись на распростертый у моря город, я увидел корабли Целестии и Соларии, подплывающие к порту. Страшно и странно представить, что светлые решили захватить нас.

Достигнув ограждения замка, я едва успел увернуться от чьей-то молнии, после которой по земле тотчас прокатилась волна черных острых шипов, отгонявших противников к противоположной стене. Я не видел, кто именно напал, воздух заволокли пыль и дым, но тернии, покрывшие гранитные плиты, явно принадлежали Дарии. Она и еще несколько магов, включая одного из Высших, вновь ударили магией, и в сполохах заклинаний я заметил их врагов.

Достаточно большой отряд, включавший и эльфов, и светлых воинов, медленно теснил остатки выживших, заставляя их отступить от входа в пещеру, где прятались раненые. Тела покрыли площадь, там над следами бойни возвышалась фигура невысокой светловолосой девушки, гордо смотревшей на то, как четверо воинов перед ней пытаются прорваться вперед. Кажется, она совсем не была напугана или шокирована, ее легкие доспехи светились белым светом, разгоняя туман, а рука крепко держала лук. Не целясь, незнакомка натянула тетиву и отпустила ее, стрелы не было, но вместо нее несколько тонких кристаллов ударили по остаткам беллаторской знати, и, даже не видя, что происходит среди уцелевших, я услышал крик боли Дарии.

Не теряя ни секунды, я нырнул в тень и ринулся к своей хозяйке, подхватывая ее на руки. Когда она увидела меня, ее губы дрогнули в улыбке.

– Милый…

Рядом послышался новый голос, в полутьме мелькнуло лицо, удивительно знакомое, хоть и не встреченное никогда ранее.

– Сын!

Мужчина явно хотел что-то сказать, удивленный не меньше меня, но я почувствовал, как мои ладони коснулись влаги. Один из осколков попал в живот Дарии. Не задумываясь, я покрепче обнял девушку и, подхватив ее, ринулся с поля боя. Оклик незнакомца потонул в шуме битвы. Я забыл о нем в ту же секунду.

Мельком на краю площади я заметил перевернутые столы и черные мелкие косы под слоем ткани, рассыпанные по полу. Жизни я там не почувствовал.

– Давид!

Чей-то голос окликнул меня, заставив притормозить. Из тумана и пыли сражения вышел высокий мужчина с мечом в руках. На нем был эльфийский доспех, явно созданный специально для него. Высокомерный взгляд показался знакомым, но я никак не мог вспомнить откуда.