В погоне за радугой!

Глава 1

Был дождливый осенний вечер. Листья на деревьях уже пожелтели и начали опадать. Виктор возвращался домой после работы в научно-исследовательском институте. Его проект по перемещению во времени был завершен. Он не докладывал руководству об успешном окончании долгой и кропотливой исследовательской работы, чтобы не остановили финансирование. Его предположение о раздвижении временных контуров с помощью резонанса частот оказалось действенным. Сегодня днем в лаборатории он обнаружил записку с поздравлением самого себя, отправленную в будущее несколько месяцев назад. На душе не было эйфории от достигнутого. Так часто бывает, что вкус победы не так сладок, как его себе представляешь. Интересен и ценен сам процесс достижения успеха, чем его конечный результат.

На душе у него было тоскливо. Да еще и этот дождик промочил всю одежду. Виктор любил прогуляться пешком, любил наблюдать как изменяется мир вокруг. В автомобиле он ездил только на дальние расстояния либо, когда нужно было успеть много где побывать и многое сделать за день. Из автомобиля не видно, что происходит в городе. Как он меняется. При возможности он всегда выбирал пешую прогулку. Она помогала привести мысли в порядок, полюбоваться миром. Вот и сейчас он шел домой и думал, как бы скоротать вечер. Вспомнил, что можно зайти в видеосалон к старому отставному военному пенсионеру и взять какой-нибудь фильм на вечер. Он подошел к старому двухэтажному зданию, в котором располагался видеосалон. Поднялся по пожарной лестнице и вошел в здание.

– Здравствуй, дядя Ваня! Как дела?

Дядя Ваня был рыженький маленький пухленький с пролысинами на голове и, в общем-то, миловидный мужичок.

– Здорова! Какие у меня дела?! День проскрипел и Слава Богу! Это у вас молодых дела!

– Дядя Ваня, что-то тоскливо на душе, есть что-нибудь под настроение тоскливое дождливое осеннее?

– Сильно тоскливое настроение?

– Да не особо. Хандра какая-то на душе. Вроде все сделал, а радости особой нет.

– Посмотри на том стеллаже. Там как раз такие. Клин клином вышибает!

Дядя Ваня махнул рукой в сторону стеллажа и философски улыбнулся.

И тут взгляд Виктора упал фильм-катастрофу, которая когда-то была очень популярна.

– Дядя Ваня, возьму у тебя «Титаник» до завтра?

– Да, конечно бери, Витёк. Можешь даже до послезавтра взять! И захохотал.

– Спасибо, занесу тогда на днях, если тебе не горит!

– Да такие фильмы уже не смотрят!

– До свидания!

– Счастливо!

Он подошел к своему дому. Это была многоэтажная высотка. Зашел в подъезд. Заглянул в почтовый ящик. Взял кипу писем и поднялся на лифте на свой этаж.

Он зашел в квартиру. Бросил письма на комод в прихожей. Ему было лень разбирать входящую корреспонденцию и он решил оставить это занятие на следующее утро. Виктор принял душ, его настроение немного приподнялось. Достав бутылку пива и красную рыбу он прошел в зал. Вставил кассету в видеомагнитофон, удобно уселся в кожаном кресле и включил фильм.

Два часа пролетело не заметно. На столе уже стояла батарея пустых бутылок. Мысль о бриллианте не давала ему покоя. Он включил ноутбук и в поисковой системе стал искать информацию о сокровищах «Титаника». После не продолжительного поиска в интернете он убедился, что на тонущем судне есть чем поживиться. Это и бриллиант, и жемчужное колье некой миссис Уайденер стоимостью 16 миллионов долларов по ценам начала XX века. Алчные мысли наживы не давали ему покоя. То, что сокровищ не хватятся он не сомневался. «Все равно им лежать на дне» – подумал он. Он достал из портфеля частотный резонатор раздвижения временного контура, который забрал из научно-исследовательского института. Данный прототип он решил оставить себе. «Будет финансирование соберу еще один экземпляр. Ну, а на нет и суда нет!» – вспомнил он с улыбкой свою мысль, когда забирал с собой прибор.

Он помнил из поисковой системы, что «Титаник» отправился из английского порта Саутгемптон 10 апреля 1912 года. Он ввел координаты Саутгемптона широту и долготу, высоту над уровнем моря, установил дату отправления «Титаника» в первый и последний рейс и запустил прибор.

Стало потрескивать пространство, и точка размером с игольное ушко постепенно разрасталась. С расширением точки искаженного пространства треск становился сильнее и сильнее. Тупая боль эхом отдавалась в ушных перепонках. Точка постепенно расширялась и расширялась. Вибрации в перепонках все усиливались и усиливались. Левое ухо стало болеть. Он засунул палец в ухо и высунув посмотрел на него. На подушечке пальца была капелька крови. Открылась старая рана. Когда-то от резкого и стремительного входа в воду от давления у него лопнула перепонка в левом ухе. Думать об открывшейся ране было уже некогда. Точка пространства уже расширилась до размеров человеческого тела. Он положил прибор в портфель и с фразой «Эх, была не была» шагнул в прошлое.

Голова неудержимо болела. Сказывалось чрезмерное выпитое пиво перед телевизором. Он огляделся. Вокруг была полутьма. Сквозь грязное окно просматривался рассвет. Он огляделся вокруг. Его забросило в старую кузницу. Он понял это по наличию предметов, лежавших в мастерской. Здесь были кузнечные меха, горнила, молоты и наковальни, заготовки на подковы. «Надо как-то пробираться на «Титаник»» – подумал он. Только сейчас он понял, что у него нет «современных» денег. А те что, с собой в портфеле будут платежеспособны лет этак через сто. Отчаиваться преждевременно. У него с собой всегда был набор отмычек для английских замков – «Подарок приятеля на день рожденья, который еще не родился и на мой день рождения, которое еще очень нескоро» – подумалось ему.

«Надо продвигаться к морю. И не мешало бы разжиться деньгами этой эпохи!» – думал он. Самый легкий способ наживы – это базар. В юности они часто практиковали карманными кражами на базаре, и в автобусах, и в трамваях. В студенческие годы навыки карманника помогали не остаться голодным. На студенческую стипендию не пожируешь. Для посещения базара было еще слишком рано. Солнце только-только вставало на горизонте. На рынок лучше идти работать под конец рабочего дня. Уже и выручки больше у продавцов, и устали они за день, и внимание уже рассеянное. Вариант до вечера Виктору ни сколько не подходил. Отправление «Титаника» ожидалось в 12.00 местного времени.

«У моря быстро светает. Также, как и быстро темнеет. Все это вызвано высотой над уровнем моря. У моря она нулевая – с улыбкой подумал он. Судя по Солнцу и времени года, примерно 6.30 утра. Надо найти место дислокации корабля». В углу мастерской он заметил спящего юного подмастерья. Возможно этажом выше расположены жилые комнаты. Виктор решил подняться и осмотреть комнаты в поисках ценных вещей и денежных средств. Старая деревянная лестница жалобно заскрипела под ногами. Он старался наступать на шляпки гвоздей, которые по логике должны располагаться по краям ступенек. Почти бесшумно он поднялся на второй этаж и начал осматриваться. Нужно было найти комнату хозяина. Все ценное явно хранилась там. Одну за одной он приоткрывал двери и заглядывал во внутрь. Ему попадался то чулан со скарбом, то детская комната, то гостиная с кухней. Наконец-то он обнаружил комнату с более-менее приличным интерьером и спящей супружеской парой. Аккуратно, на носочках стараясь не издавать никакого шума он пошел к трельяжу. Приоткрыв один из ящичков он увидел шкатулку. Открывать ее он не рискнул, помня из старых фильмов, что люди этого века имели мало развлечений и очень любили музыкальные шкатулки. Не исключено, что одна из них сейчас у него в руках. Стараясь не шуметь, он также аккуратно спустился по скрипучей лестнице. Прошел через мастерскую и вышел во двор. Открыл шкатулку. Шкатулка заиграла полонез Огинского. Быстро вытряхнув все содержимое в руку, он закрыл шкатулку и положил ее на рядом стоящую бочку. В руке у него лежало серебряное колечко и две золотых серьги. Вот и вся скромная добыча. Он прошел двор и вышел на мощеную камнем улицу, которая спускалась с сопки к морю. Вдалеке он увидел четыре огромных трубы, три из которых извергали черные клубы дыма. Он помнил из интернет-источников, что богатые люди этого времени страдали гигантоманией, не исключением был и собственник «Титаника», четвертая труба на «Титанике» была муляжом. Рабочих трубы были всего три. Значит, там в дали стоял именно «Титаник».

Он не спеша пошел к пирсу. Голова все также болела. Он решил снять похмелье и зайти в один из пабов отведать настоящий ирландский эль. Впрочем, как и во всех городах мира во все времена почти все питейные заведения работали до самого утра. Он увидел деревянную вывеску с изображенным старым моряком с трубкой во рту и кружкой пива в руке. Не надо было иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что данная вывеска афиширует. Он зашел в паб. Внутри был полумрак. На потолке висела небольшая люстра с двумя догорающими свечами. В пабе стояло с десяток прямоугольных столов. За одним столом сидели полусонные ночные выпивохи. Табачного дыма было так много, что слезились глаза. Виктор подошел к барной стойке и обратился к бармену:

– Привет, налей мне кружку пива и что есть из еды?

– Доброе утро, кухарка уже ушла. Могу предложить вяленую свинину. Прекрасная закуска к пиву, сэр.

– Да, будьте добры.

Бармен ушел в погреб и вернулся с двумя пинтами пива и порезанным вяленым мясом на грязном блюде. Виктор был не из брезгливых. Про санитарные нормы это заведение еще явно не знало, как и в прочем всё общественное питание того времени. Пока Виктор жадно поглощал пиво с мясом бармен внимательно смотрел на него изучаю его одежду.

– Сэр, вы одеты явно не по погоде. Что-то случилось?

– Я приехал ночным экспрессом. Проснулся утром, а у меня исчез багаж с бельем. У начальника поезда нашелся кем-то давным-давно забытый чемодан и он был так любезен, что одолжил мне немного вещей.

– Как же вы собираетесь расплачиваться за завтрак?

– Я везу с собой колечко своей сестренке в подарок на день рождение. Она у меня такая умничка. Освоила ткацкое дело и её пригласили работать на фабрику составлять узоры на ткани. Давайте я оставлю колечко в залог, а к вечеру мне должны прислать чек с моей корпорации «Синк Вайлд» – это геологическая компания разрабатывающая месторождение полезных ископаемых (сказал он первое, что пришло ему на ум) и я выкуплю его у Вас. Хорошо?

Бармен согласился. Виктор знал, что момент выкупа колечка не наступит никогда. После второй кружки эля появилась легкая эйфория и головная боль отпустила свои железные тиски. «Расслабляться рано, как говорится, не время и не место. – сказал он себе и заулыбался. – Вообще не то ВРЕМЯ. Надо сосредоточиться как попасть на «Титаник. Надо осмотреться у корабля. Явно, есть какой-то вариант. Без выходных ситуаций не бывает. Нет выхода только из могилы.».

Он вышел из паба и продолжил свой путь. С моря веял утренний прохладный бриз. Солнце уже встало, но жадничало еще давать тепло этому уголку земного шара. Он шёл поеживаясь на ветру и потирая от холода руки. Зеваки и фотографы уже стали собираться на пирсе. Народ начал стягиваться тонкими ручейками со всего Ливерпуля.

У причала стоял «Титаник», пришвартованный левым бортом. Для того времени это была грандиозная махина. По меркам XXI века «Титаник» был чуть больше нефтяного танкера и такого восторга у Виктора не вызывал, как у присутствующих здесь зевак. По парадному трапу уже поднимались пассажиры. Погрузка багажа осуществлялась стюардами или самими пассажирами. Все зависело от социального класса пассажира. Погрузка снабжения велась портовыми грузчиками. Слишком габаритный груз подавался веревками на противовесах. Кранов с электродвигателями в то время еще не было. Он проследил с какого склада идет вереница портовых грузчиков и двинулся туда. Он зашел на склад и увидел в углу нечто похожее на раздевалку, подошел к кабинкам и стал по очереди их открывать. В одной из них он нашел старую портовую рабочую одежду и одел ее поверх своей. Дождался, когда группа грузчиков двинется за следующий порцией груза и пристроился за ними. Грузчики подошли к стопке тюков и каждый взял по одному. Виктор последовал их примеру. Взял один тюк, и они вереницей двинулись на «Титаник». Виктор надеялся, что его в грязной портовой рабочей одежде и в общем потоке грузчиков никто не заметит. На грузовой палубе как на грех стояли вахтенный офицер и видимо бригадир, регулирующий погрузку. Грузчиков они знали в лицо и по именам отправляли их в разные трюмы грузить снабжение. Его план бесплатно и беспрепятственно попасть на самый дорогостоящий вояж того времени стремительно рушился. Срочно нужно было что-то придумать. Постепенно вереница грузчиков проходила мимо вахтенного офицера и бригадира. Несколько шагов и его отправят на берег. Он внимательно смотрел на вахтенного и бригадира. Те стали забивать трубки. Все их внимание сейчас сосредоточено на кисет с табаком и трубки. Виктор стал идти шаг в шаг с впереди идущим грузчиком и что есть силы пнул по его зависшей в воздухе стопе, на которую уже был перенес весь центр тяжести. Грузчик стремительно завалился на канатное ограждение, его ноги оторвались от трапа. На доли секунды грузчик с тюком завис на канатном ограждении. Тюк начал заваливаться, утягивая за собой грузчика через канат и тот полетел с 20 метровой высоты в низ. Дальнейшую судьбу падения Виктору некогда было наблюдать. Он шел дальше, делая вид что внимательно смотрит куда сделать следующий шаг. Сам же боковым зрением наблюдал за вахтенным офицером и бригадиром. Те встрепенулись, быстро убрали трубки и кинулись вниз по трапу на помощь, как они подумали, к крайне неловкому носителю тюка. Проход на «Титаник» был свободен.

Он поднялся на борт «Титаника». Тюки со снабжением складывали на палубе. Далее матросы на верёвках спускали тюки в трюм. Виктор положил свой тюк на палубу и замыкая вереницу грузчиков, возвращающихся на берег, незаметно зашел в ближайшую корабельную надстройку. В помещение в котором он оказался было два люка. Один был врезан в нижнюю палубу, другой в верхнюю. Куда пойти? Задался он вопросом. В таком виде в высшем обществе делать нечего. Он был одет в лохмотья портового грузчика. Виктор решил поискать одежду в багажном отделении, которое располагалось в нижних трюмах. Он открыл люк и увидел приваренные скобы ведущие глубоко вниз, исполняющие роль лестницы. Высота была примерно 30 метров. Виктор не боялся высоты и быстро спустился по лестнице вниз. Старую одежду портового грузчика он пока решил не снимать. Меньше привлекать внимание в данной ситуации было ему на руку. В отсеке был люк, герметично задраенный. Открывая люк, он обнаруживал еще один. Люки были всюду: в стене, в полу, на потолке. Виктор старался двигаться по диагонали к днищу корабля. Господский багаж ему все не попадался. За одним из люков он обнаружил гигантское помещение. Это была котельная. Гул и жара стояла не выносимая. Мокрый от пота кочегар, с лицом чернее ночи, закидывал лопатой уголь в топку. Виктор подошел к нему и окликнул его. Кочегар повернулся. На фоне черного лица глаза казались белоснежными. Угольная пыль так осела на его лице, что около ресниц казалось был проведен тушью контур, как у египетских фараонов.

– У вас здесь заплутать можно, что я собственно и сделал. Подскажи как в багажный отсек пройти? Мистер Уинстоун, – назвал он первую попавшуюся на ум фамилию, – свой багаж с выходной одеждой туда отдал ошибочно. Меня отправил за ним.

– Пройди еще два отсека. Поднимись на одну палубу выше и ты на месте!

– Благодарю.

– Бывай.

Виктор проследовал по указанному маршруту и оказался в большом трюме с высокими потолками. Среди множества тюков и багажа выделялись разнообразные предметы: здесь были и автомобили, заколоченные в деревянные ящики, и резная мебель ручной работы, и кожаные софы. В одном углу лежал даже саркофаг с мумией. Он не был египтологом и не верил в суеверия, но от такого соседства ему стало не по себе. Он слышал о проклятиях мумий и за ранее знал, чем закончится этот рейс для «Титаника». Не это ли первопричина гибели корабля?! Отбросив мрачные мысли в сторону, Виктор начал открывать багаж в поисках подходящей одежды. В одном из чемоданов он нашел смокинг. Примерять было некогда, да и не хотелось одевать чистую одежду на грязное тело. Он знал способ не одевая брюки узнать подойдут ли они – это вытянуть штанины за основания на длину рук, если длины штанин хватит и не окажется избыточной – в самый раз! Первые проверенные брюки оказались короткими. Виктор вскрывал чемоданы по очереди в поисках подходящего по размеру смокинга. У второго найденного смокинга брюки были больше по длине, со следующей находкой повезло больше. Длина рук и длина брючин идеально совпала на подбородке. Он подобрал еще себе пару белоснежных рубашек. Завернул это все в бумажный кулек и стал выбираться из багажного отсека подальше от зловещего соседства.

Виктор выбирал путь наименьшего скопления людей. Он увидел вертикально расположенную лестницу идущая в верх. Люк на верху был задраен. Кулек с одеждой и портфелем стеснили бы его попытки открыть люк под потолком. Он обвязал бечевкой кулек и портфель, в котором хранилось его изобретение, повесил ремень на шею, закинул связку за спину и стал взбираться по скобам к потолку. Запорный механизм люка был тугим. Он уперся ногами в перегородку, взялся двумя руками за запор и повис, как паук под потолком. Ремень портфеля давил на шею. Его лицо стало наливаться кровью. Он вздохнул как можно глубже и что есть сил рывками крутить против часовой стрелки запорный механизм. Запор не поддавался. Он встал ногами на скобу и перевел дух. У него мелькнула мысль, что надо крутить по часовой стрелки, так как он находится с низу задраенного люка. Он опять повис на запорном механизме, уперся ногами в перегородку между отсеками и что есть сил рывками стал тянуть механизм уже по часовой стрелке. Запор не спеша поддался его усилиям. Запорный механизм был открыт. Осталось поднять тяжелый люк с низу. Он встал на скобу, пригнул голову, уперся плечом и стал поднимать люк. Так он поднялся еще через две палубы. Ориентировочно он был уже выше ватерлинии. Значит где-то на этой палубе должны находится жилые каюты с душевыми. Ему было необходимо принять душ, ванну или любые доступные водные процедуры. Он не мог в таком виде явиться на палубу миллионеров. Виктор пошел по длинному коридору и встретил уборщицу со шваброй и ведром. Это была молодая пышногрудая стройная брюнетке. Он обратился к ней с таким нежным взглядом и взором, что даже самая прожженная феминистка не устояла бы:

– Привет, красавица, подскажи где можно руки сполоснуть?

Та кокетливо заулыбалась и показала рукой:

– Вон та третья дверь. Мое служебное помещение. Можешь там помыть руки.

– Спасибо тебе, богиня красоты! – и послал воздушный поцелуй. Девушка покрылась румянцем и пошла дальше по коридору.

Виктор зашел в служебное помещение, на которое указала девушка. Для принятия водных процедур в каюте была только раковиной. Смыть с себя дорожную пыль и этого было вполне достаточно. Он привычно подвел руку под кран – струя воды, как обычно, не ударила в руку. «Прошлый век!» – вспомнил он с улыбкой. Открыл кран, полилась холодная вода. Он быстро скинул с себя одежду. Положил все свои вещи на рядом стоящий табурет и стал горстями закидывать на себя холодную воду. Он взял с вешалки полотенце, намочил его водой и скрутил в жгут. Взял с умывальника кусок мыла и стал мылить свернутое спиралью полотенце. Немного добавив воды в полотенце, он начал им растираться как мочалкой в бане. Тщательно прополоскал полотенце и начал смывать мыльную пену со своего тела. Закончив принятие импровизированного душа, он стал одеваться в украденный в багажном отделение смокинг. Он ещё не успел одеть ни рубашку, ни даже застегнуть пуговицы на брюках, как в этот момент вошла молодая хозяйка каюты.

– Это ты так руки помыл? Грязи развел, как на полевой дороге после дождя! А где твоя роба?

Виктор подошел вплотную к девушке. Взял ее за подбородок и пронзительно посмотрел в глаза. И ледяным голосом произнес:

– Я работаю на Ми-6 – английская разведка. Выполняю ответственное задание Правительства. Никому ни слова обо мне! Поняла? Присядь!

Она послушно села на кровать.

– Как зовут тебя, Афродита?

– Джейн.

Он тем временем достал золотые серьги из своей одежды, которая лежала на стуле.

Подошел к Джейн, взял ее руку и как лучших домах Лондона, прикоснулся губами к ее запястью. И уже нежным голосом произнес:

– Очень приятно, Джейн. Я Крис. Будешь работать на меня. Это твой аванс, – и положил ей на ладонь серьги, – Примерь!

Та стала одевать серьги.

– Ты стала еще красивее, Джейн. От тебя взгляд невозможно оторвать.

Виктор присел на кровать рядом с Джейн и поцеловал девушку в губы. Та ответила взаимностью. Страсть охватила их. Он стал целовать её шею и расстегивать ей блузку. Одной рукой он гладил её ягодицы, другой массировал грудь. У нее были упругие мясистые груди. Он спустился поцелуями с шеи и стал целовать груди. Соски уже набухли. Он снял с нее то не многое нижнее белье, которое на ней оставалось. Она лежала раздвинув ноги и манила его к себе своей чувственностью. Виктор не заставил себя долго ждать и вошел в нее. Непроизвольно крик вырвался у нее из груди. Её груди качались в такт его движениям. Джейн закатила глаза и обхватила его за плечи. Стоны срывались с ее губ все чаще и чаще.

Когда акт любви закончился, он сел на кровать, закурил и начал проводить новоиспеченной сообщнице инструктаж:

– Джейн, нужно узнать у твоих коллег: в какой люксовой каюте проживает миссис Уайденер? – он помнил о первоначальной цели своего визита на «Титаник» – завладеть жемчужным колье и по возможности «проклятым» бриллиантом.

– Конечно, узнаю Крис. У меня подруга в люксе горничной работает. Спрошу у нее.

– Тогда постарайся взять у нее список пассажиров из люкса с номерами кают, в которых они проживают. Будем встречаться здесь. Если встретишь меня на пароходе не подавай виду, что мы с тобой знакомы. Не надо здесь афишировать нашу связь. Хорошо?

– Хорошо, милый! Пока надо прибрать здесь. Грязи-то!!! – воскликнула она и принялась за уборку. Она накинула легкий халатик, взяла тряпку и стала ее макать в ведро, стоявшее в углу. Она нагнулась к полу и круговыми движениями стала мокрой тряпкой собирать следы, оставшиеся от принятия импровизированного душа. Волна вожделения снова охватила его. Он подошел сзади. Поднял подол халата и закинул ей на спину. Ее обнаженные ягодицы сексуально двигались. Он обхватил её за талию и вошел в нее. Она снова вскрикнула. Он дотянулся до ее грудей и стал их ласкать, одновременно вонзая свой фаллос в нее. Она уперлась руками в перегородку, прикусила нижнюю губу и старалась не закричать от истомы.

Когда все закончилось он нежно поцеловал её. Стал одевать смокинг и сказал ей:

– Действуем по плану, Джейн. Ты закрываешь каюту, когда уходишь на работу?

– Нет ключей от двери. Закрываю изнутри, только когда ложусь спать.

– Если дверь будет заперта я постучу вот так в дверь, – и отстучал вспомнившемуся ему мелодию Полонеза Огинского. Серьги в её ушных мочках напомнили ему об утренней добыче.

– Я буду ждать тебя. Когда ты придешь, милый?

– Осмотрюсь для начала на корабле, к вечеру достанешь список членов пассажиров?

– Да, я думаю проблем не будет.

– Подскажи какого класса эта палуба?

– Второй класс. Чем выше класс, тем выше расположена палуба над морем.

– Спасибо, дорогая, вечером увидимся. Удачи тебе.

– И тебе.

Он поцеловал ее перед выходом и вышел в дверь. Виктор пошел по коридору и увидел лестницу, ведущую на палубу 1 класса, поднялся по ней и вышел на свежий Атлантический воздух.

Сегодня 10 апреля 1912 года в полдень по местному времени и дате «Титаник» отправился в свой первый последний рейс. Отдали швартовы от пристани и буксиры стали толкать «Титаник» в открытое море, где он мог запустить главный двигатель. Когда запустили главный двигатель, винты «Титаника» создали такое сильное подводное течение, что не далеко стоящее судно под названием «Нью-Йорк» стало быстро дрейфовать в сторону «Титаника». Только профессиональные навыки штурмана «Нью-Йорка» предотвратили столкновение с исполином.

– Ох, не к добру это! – и воскликнули рядом стоящие пассажиры. Виктор стоял, облокотившись на фальшборт, наблюдая воздействие подводного течения на корабль внизу, который чуть не столкнулся с «Титаником». Рядом стоял сэр, раскуривая сигару. Виктор обратился к нему:

– Табачком не богаты, сэр? Оставил свои сигары в каюте.

– Да, конечно, угощайтесь, – и протянул ему сигару.

Виктор привычно похлопал по карманам ни зажигалки, ни спичек с собой не было.

– А огоньку не будет Вашу сигару раскурить?