Свирепый вильдграф. Мир Tornscape

– Ваше сиятельство… – начал он, но Вильдграф оборвал его коротким жестом.

– Это в замке я был Вильдграф, – сказал он. – Теперь ты один из моих офицеров, и твоё место за столом. И обращаться ко мне лучше «командир» или «капитан».

– Слушаюсь, капитан, – кивнул Найджел и прошёл оставшиеся шаги, отделявшие его от штабного стола.

– Что ты хотел мне сказать, Найджел? – вежливо поинтересовался Вильдграф.

– Я видел своих людей, – прежняя решимость вернулась к юноше и говорил он с почти мальчишеской запальчивостью, – они пребывают в непотребном виде. Мало того, что по дороге половина отправится к Опсору, так ещё их состояние может привлечь на весь лагерь Морбиса.

– Не стоит поминать такие имена, – произнёс обычно молчавший спутник мастера Кадьо.

– Не стоит привлекать гнев божества болезни, держа несколько сотен человек в скотском состоянии, – осадил его Найджел. – Грязь. Вши. Отсутствие нормальной одежды. Как только их работа станет немного более тяжёлой, чем помощь солдатам в строительстве и разборке вагенбурга, они начнут падать один за другим.

– Это ты ещё не видел, чем их кормят, – иронически заявил Рауль Надёжный.

– Я буду есть с ними из одного котла, так что скоро узнаю.

Решимости Найджелу было не занимать.

– Найджел, это же ауксилия, – развёл руками Вильдграф, – чего ты хочешь? Даже не лагерные слуги. Их дело рыть канавы и строить укрепления.

– А разве для этого нужно меньше сил, чем для битвы? – резонно заметил Найджел.

– Срезал он тебя, командир, – тут же поддел Вильдграфа Рауль. – Заступом махать и топором рубить – для этого сил побольше нужно, чем в бою.

– И что ты предлагаешь, Найджел?

– Отмыть их, – принялся перечислять юноша. – В замке есть баня для слуг, она достаточно большая, чтобы вместить десяток человек сразу. Поэтому до завтра можно управиться. Нужна нормальная одежда и обувь для всех. И главное, чем они будут воевать?

Этот вопрос поверг всех в лёгкий ступор. Офицеры воззрились (иначе не скажешь) на Найджела, и над штабным столом на несколько долгих ударов сердца повисла тишина.

– Это же ауксилия, – первым нарушил тягостное молчание Рауль, – она воюет заступом и топором.

– Обычно, это так, – согласился Найджел, – в обычной войне. Но вам доводилось драться с дикарями с окраин Великого леса?

– А тебе, юнец, что же, доводилось? – вместо ответа не слишком вежливо поинтересовался кривоногий командир разведки по имени Ле Музар.

– Они доходили рейдами до окраинных владений Коедвира, – сообщил Найджел, – и я вместе с отцом был в войсках, которые отражали набеги.

– И что ты хочешь нам сказать? – вернул разговор в деловое русло Вильдграф.

– Что в селениях ближе к Великому лесу у всех есть стальное оружие, вопреки восемнадцатой строфе Саги. Там шерифы смотрят на это сквозь пальцы, потому что пейзане должныиметь возможность защитить себя от угрозы в любой момент, а не ждать помощи, которая может прийти слишком поздно.

– Ты хочешь сказать, что ауксилия должна иметь возможность защитить себя, – кивнул Вильдграф.

– Дикари очень быстры и легки на подъём, к тому же мы пойдём в их землю, – напомнил Найджел, – где у них будет преимущество во всём. Ауксиларии должны иметь возможность обороняться, иначе очень скоро войско останется без них. Кто тогда будет воевать топором и заступом?

Тут Рауль Надёжный расхохотался в голос. Он держался за бока, сунув большие пальцы за узкий пояс, и хохотал словно безумец.

– Хватит ржать, – осадил его Бодуэн Мрачный, – не конь.

– Мои так противно не ржут, – возразил ему явно дежурной шуткой Ги де Лозьер.

– Болтать ты мастер, – впервые заговорил тощий мастер меча, глядя на юношу из-под зелёного капюшона, – но что ты можешь предложить на деле? Чем ты хочешь вооружить своих людей?

– Самострелами. – Эту мысль Найджел обдумал давно, и потому ответил сразу. – Самыми простыми. Не полноценными арбалетами, пока для них мои люди ещё не слишком хороши, а самыми примитивными самострелами. Уверен, со временем среди них удастся найти и лучников, и более-менее сносных пехотинцев…

– Но главная их работа всегда будет заступом и киркой, – резко оборвал его Вильдграф. – Мне не нужен ещё один пехотный полк, Найджел, у Рауля достаточно людей. Мне нужна ауксилия, которая будет рыть и строить. Это тебе понятно?

– Так точно, – вытянулся в струнку, как перед отцом, Найджел. – Но только рыть, строить и защищать себя.

Над столом снова повисла тишина. Вильдграф смерил Найджела взглядом, словно к жеребцу приценивался, а после рассмеялся. Прямо как Рауль.

– Ты мне нравишься, Найджел, – он сделал шаг и крепко хлопнул юношу по плечу. –Мастер Кадьо, запиши в расходы дрова для бани и отправь людей в Коедвир за нормальной одеждой для ауксилариев.

– А что с оружием? – тут же напомнил Найджел.

– Подождёт, – покачал головой Вильдграф. – Не всё сразу, парень, не всё сразу, а то можно от заворота кишок помереть.

Найджел только кивнул в ответ. Раз уж ему придётся тянуть худшую по мнению многих часть войска, то он сделает это как следует. Отец всегда учил, что его люди должны находиться в наилучших условиях, насколько это вообще возможно, и Найджел сделает всё, чтобы так оно и было.

На следующее утро прибыли новые ауксиларии, на сей раз от здешнего лендлорда, бывшего хозяина Найджела. Они пребывали в столь же плачевном состоянии, от многих за милю разило тюрьмой или ямой. Кое-кто пытался вести себя с привычной воровской лихостью, однако быстро получили укорот от фра Мауро. Клирик не скупился на слова, и был скор на расправу. Рукоятка его двуручной булавы легко и быстро выколачивала из бывших бандитов наглость, при этом он умудрился никого не покалечить.

– Пошёл бы в монахи, – сообщал он поколоченным ауксилариям, – дали бы мне имя брат Траквилий за всю кротостью мои и великое смирение.

Найджел в это время стоял в стороне, предоставляя клирику выполнять обязанности карающей длани. Тот был не против, потому что и прежде ему приходилось поколачивать особенно строптивых ауксилариев.

В это время остальные отмывались в замковой бане под присмотром кастеляна и десятка солдат гарнизона. Правда, вели себя ауксиларии, что мывшиеся, что ждущие своей очереди, вполне прилично. Никто не пытался ничего стащить, а проходивших по двору женщин провожали тоскливыми взглядами, никто даже не свистнул им вслед. Ведь за свист фра Мауро обещал лично выбить шутнику передние зубы, чтоб больше неповадно было.

Одежду привезли как раз к тому времени, когда все ауксиларии вымылись. Прежние вонючие, вшивые лохмотья давно уже сгорели, и солдатам приходилось сидеть в не особенно тёплом предбаннике, кутаясь в одеяла.

Примечания