- -
- 100%
- +
СЕРГЕЙ И НАСТЯ
Накануне эксперимента на Большом адронном коллайдере Сергей Костюков пригласил к себе на чай всю международную группу физиков, которую возглавлял американец Том Купер. Величайшим экспериментом называли это событие не только журналисты, но и руководители Европейского центра ядерных исследований. Идею вечеринки предложил грек Алексиос Пантазис, которого Сергей со своей супругой Настей между собой звали Алешей. Грек намекнул, что Том Купер затевает что-то невообразимо страшное, и хотел поговорить об этом со всей группой, попытаться образумить, остановить американца.
Сергей предложил собраться у него на квартире. Он приготовит интересные блюда, которые понравятся всем физикам. Пригласил всех, но Том Купер сослался на занятость перед экспериментом и отказался прийти. Отказалась и итальянка Изабель Беар, что, впрочем, порадовало Костюкова. Он опасался, что его беременная, на сносях, жена Настя заревнует, начнет нервничать, и это скажется не только на настроении всех участников вечеринки, но и на ребенке.
Дело в том, что до знакомства с Настей, у Сергея был роман с Изабель, но она сама кинула его, увлеклась другим участником их группы англичанином Кристофором Мортоном, а тут как раз в группе появилась Настя. Костюков быстро нашел с ней общий язык, и вскоре они поженились.
Сергей помчался на своем мотоцикле за продуктами для ужина в супермаркет, который находился на окраине швейцарского городка Мерен, где было Управление коллайдером. Настя, неуклюже, выставив большой живот, вышла на просторный балкон, с улыбкой проводила сверху взглядом мужа, летевшего на своем мотоцикле по пустынным улочкам тихого городка, подумала: «Не может тихо ездить! Уж сколько раз штрафовали, всё не угомонится!».
Вдоль улицы между проезжей частью и тротуаром на газонах с обеих сторон в два ряда росли деревья, листья которых начали светлеть, желтеть. Кое-где на зеленом газоне появились первые опавшие листья. Ранняя осень. День солнечный, теплый ветерок слегка шевелил светлые волосы Насти. При виде опавших листьев в ее памяти всплыло, как прошлой осенью они с Сергеем гуляли по дорожкам парка «Дружбы» по желтым листьям на противоположном от города берегу реки Цны в ее родном Тамбове. Там они были в отпуске у родителей. Вспомнилось мимолетно, как в детстве, плескались она с другими детьми в чистой воде реки у песчаного берега. Месяца через два после эксперимента они мечтали снова поехать в Тамбов. Осень, к сожалению, закончится, придут морозы, может быть, выпадет снег, и они смогут всласть побегать на лыжах по сосновому бору. К тому времени малыш должен окрепнуть, и его можно будет оставлять под присмотром родителей. Рожать она собиралась здесь, в Швейцарии. Срок подступал. Сегодня с утра Насте нездоровилось, слабость, подташнивало.
Она вернулась в комнату, взяла с дивана ноутбук и снова вышла на балкон. Там устроилась в мягком кресле перед небольшим столом, на который положила ноутбук и включила, решив проверить, не исчезло ли из компьютера изображение строительства Вавилонской башни, которое почему-то вчера появилось во время подготовки к эксперименту на всех компьютерах в городке Мерен.
На экране ноутбука возникли загорелые дочерна полуобнаженные рабы, которые месили ногами глину в большой яме. Возле другой ямы рабы брали руками готовую глину и укладывали-утрамбовывали в деревянные формы. Около большой горы прокаленных жарким солнцем кирпичей толпились рабы, у одних на плечах за спиной закреплены деревянные приспособления для переноски, другие накладывали на них кирпичи. Вереница рабов, согнувшись под тяжелой ношей за спиной, направлялась к возвышающейся до небес башни, у вершины которой застыло небольшое облачко.
Четверо рабов поднесли на паланкине к строящейся башне архитектора Арада, смуглого, худощавого, с большим носом, как у хищной птицы. К нему подбежал, подобострастно согнувшись и опустив голову, надсмотрщик Хашдай. Рабы опустили паланкин. Арад вышел из него и спокойно обратился к надсмотрщику, глядя на него строгими и острыми глазами.
– Комната готова?
– Можете осмотреть, – угодливо ответил Хашдай и поклонился.
Арад и Хашдай неспешно направились к башне. Они вошли в комнату, стены которой выкрашены в черный цвет и испещрены клинописью и золотыми фигурками людей.
– Для чего эта комната? – заискивающе спросил Хашдай.
Арад не ответил ему, безмолвно осмотрел комнату.
Донесся звук мотоцикла. Настя остановила картинку на ноутбуке, поднялась и посмотрела с балкона вниз, увидела, как на мотоцикле подъезжает к дому муж, слезает с умолкшего мотоцикла и снимает шлем с головы, смотрит вверх, машет ей рукой и улыбается. «Быстро как примчался!», – помахала ему в ответ Настя.
Она, сильно выпятив большой живот, взяла ноутбук и потихоньку вошла в комнату, поставила на стол открытый ноутбук с замершим на экране в потайной комнате Арадом и направилась к входной двери.
На пороге появился улыбающийся Сергей. В одной руке он держал шлем, а в другой – большой пакет, набитый продуктами. Он поцеловал в щеку жену так, будто вернулся из долгой поездки, и протянул ей шлем.
– Часа через два будет готов Очарованный кварк, – улыбнулся он.
– Фантазер, – засмеялась Настя, ставя шлем на полку.
– Тебе не лучше?
– Слабость… И он что-то беспокоится, бунтует…
Сергей поставил пакет с продуктами на пол, нагнулся и приложил свое ухо к животу Насти, потом резко и радостно выпрямился, воскликнув:
– Хулиган!.. Прямо пяткой в ухо! – Он с улыбкой поднял пакет. – Пойду работать с кварком, а ты полежи… приготовлю, позову.
Сергей с пакетом двинулся на кухню, Настя следом.
– Я тебе помогу… – проговорила она.
Сергей увидел в открытую дверь на столе открытый ноутбук с застывшим Арадом на экране и спросил:
– Не исчез?
– Хочу понять, что у вас произошло? Почему сразу на всех компьютерах появился фильм о строительстве Вавилонской башни? – ответила Настя
– Мортон обращался к киноведам. Они говорят, такого фильма никогда не было.
Костюков поставил пакет на стул, вынул из кармана смартфон положил его на дальний угол стола и начал выкладывать из пакета помидоры, авакадо, перепелиные яйца, большой кусок тунца, банки с медом и красной икрой, салат фризе, соевый соус, горчицу.
Настя сняла со стены разделочную доску, вынула из ящика стола ножи.
Сверху донесся резкий звук то ли выстрела, то ли упавшего на пол предмета.
Сергей и Настя разом вскинули головы, прислушались. Тишина.
– Упало что-то у Алеши… – предположил Сергей.
– Тревожно что-то мне перед завтрашним днем… – вздохнула грустно Настя.
– Не волнуйся ты так… Врач у тебя хороший… Осмотрит завтра… – успокоил ее Сергей.
– Я не за себя… Из-за вашего эксперимента…
ТОМ КУПЕР
Американский физик Том Купер, плечистый, мускулистый, самоуверенный, возглавлявший группу ученых, которым завтра предстояло провести исторический эксперимент, лежал в это время в постели с коллегой француженкой Изабель Беар. Она расположилась у него на плече, отдыхала безмолвно. Том был задумчив, из его головы даже в эти минуты не выходило предстоящее дело. Завтра должна решиться его судьба, должна завершиться многоходовая комбинация, в результате которой он должен стать властелином мира. Купер в который раз прокручивал и прокручивал в голове все свои маневры с генералом Дастином, который приставлен к нему Пентагоном, со своим отцом, бывшим министром обороны США, с учеными из своей группы. Особенно беспокоили его физики, которые могли испортить всё задуманное. Этот шустрый грек Пантазис каким-то образом догадался о его планах и чуть не расстроил их. Генерал Дастин должен был его остановить сегодня вечером. Удалось ли ему это сделать или нет? Может грек сейчас на вечеринке у этого неугомонного русского рассказывает всем, что он узнал о нем. Изабель шевельнулась на его плече, спросила:
– Волнуешься?
– Есть немного… Не упустить бы чего… – вздохнул Купер.
В его планы не входило продолжать отношения с Изабель после того, как он станет властелином мира. Она, не подозревая, должна была невольно стать изолятором группы, для этого он и сблизился с ней, по сути, отбил у Мортона, с которым у нее была интрижка.
– Да… Всяко может быть… – подтвердила его опасения Изабель.
Том достал сигарету из пачки, лежащей на тумбочке рядом с кроватью, и закурил.
– Ты куришь такие же сигареты, как Мортон, – Изабель взяла в руки пачку и вытянула из нее сигарету.
– Это Мортон курит то, что и я. Он, как обезьяна, делает всё вслед за мной, – ответил с усмешкой Купер.
Он не догадывался, что англичанин Мортон сейчас, полулежа в кресле в своей комнате, положив ноги на журнальный столик, на котором стояла начатая бутылка виски рядом с точно такой же пачкой сигарет, как у Тома, смотрит по ноутбуку, как тот разговаривает с Изабель. Мортон держал в правой руке стакан с виски, а в левой у него дымилась сигарета. На животе лежал ноутбук, на экране которого был Том Купер в постели рядом с Изабель. Мортон услышал, как Том с ехидством отозвался о нем:
– Это Мортон курит то, что и я. Он, как обезьяна, делает всё вслед за мной.
Мортон мигом нервно допил виски и швырнул стакан в стену. Стакан разлетелся на мелкие осколки.
– Сучонок! – выругался Мортон. – Спит с моей бабой, и вякает, что я иду по его следам.
А индийский физик Тхакур в это время сидел перед компьютером, разговаривал по скайпу с матерью, которая вместе со своей многочисленной семьёй заполнила весь экран. В семье были и взрослые индийцы, и подростки, и дети. Мать ласково обращалась к Тхакуру.
– Сынок, когда же мы тебя дождемся, ждем, ждем… – Она взглянула на свою семью и попросила: – Скажите ему.
Многочисленное семейство дружно закивало головами, загалдело.
– Давно ждем…
– Соскучились…
– Приезжай скорей…
– Мама, я говорил тебе вчера, – стал оправдываться Тхакур, ласково улыбаясь. – Завтра закончим эксперимент, обработаем и дней через двадцать я обниму вас.
– Ой, как долго! – воскликнула мать. – Я тебе новую невесту присмотрела…
– Ты опять за свое…
– Дочка старосты из деревни Кералы. Ты посмотри, какая красавица!
Мать показала портрет молодой очень полной девушки, на верхней губе которой заметен черный пушок.
– Мама, я говорил тебе: у меня есть невеста. Я тебе ее показывал. Вот она, посмотри еще раз!
Тхакур взял со стола портрет своей коллеги физика Изабель Беар и показал матери.
– Ой, сынок, зачем тебе француженка? Разве такая худая сможет в поле работать?
– Мама, не надо ей в поле работать! Она, как и я, физик. Мы за столом работаем…
Том и Изабель лежали задумчиво, молча курили. На тумбочке рядом с Купером раздался резкий сигнал смартфона, загорелся экран. Том схватил его с тумбочки, прочитал смску и энергично откинул одеяло.
– Зовут, – бросил он хмуро и стал торопливо одеваться.
– Сергей? – спросила Изабель. – На вечеринку!
– Ну, нет, – кинул он поспешно. – Я к ним не иду! Поважнее дела есть.
КОСТЮКОВЫ
Сергей и Настя готовили салат. Настя резала кубиками помидоры, а Сергей – авакадо. Раздался сигнал смартфона, лежащего в дальнем углу стола. Пришла смска. Сергей посмотрел на экран, потом на свои испачканные руки. Не стал брать смартфон, обратился к Насте.
– Алеша Пантазис что-то прислал…
– Он придет?
– Непременно. Он что-то важное хотел сообщить о завтрашнем эксперименте.
– Изабель будет?
– Я её не приглашал.
– Почему?
– Боялся, ты заревнуешь!
– Ой, это же до меня было… После тебя там побывало…
– Боялся, что она тебя соблазнит, отобьёт у меня. Помнишь, как она тебя чуть в постель не затащила, еле отбил.
– Хватит дурачиться.
– Шучу. Она и Том отказались, говорят, заняты вечером.
– Тхакур знает, что она сейчас с Томом?
– Причем здесь он?
– Ты разве не замечал, что он на нее глаз положил?
– Да-а, не замечал! С ней из нашей группы, кажется, только Тхакур и не был?
– Изабель – женщина без комплексов.
– По моему, и Ван не был с ней, – заметил Сергей.
– Он – не бабник.
– Как и я!
– Юморист. Сколько у тебя жен было до меня?
Сергей ответил серьезным тоном:
– Одна, всего одна! Женился студентом, по глупости!
– А Изабель?
– Если Изабель считать женой, то она жена всей нашей группы. Видела, как Мортон занервничал, когда она ушла от него к Тому.
– А ты не нервничал, когда она от тебя к Мортону ушла? – шутливо подколола его Настя.
– Чего мне нервничать, когда появилась ты. Если бы я знал, что приедешь ты, разве бы я стал… – совершенно серьезно ответил Сергей.
– Ой-ой-ой! Так я и поверила! – продолжала шутить, не обращая на его тон Настя.
ТОМ КУПЕР
Том Купер торопливо вышел из подъезда дома и почти столкнулся с китайским физиком Ван Цзюньфэном, с которым он уже разговаривал сегодня утром о завтрашнем эксперименте, убеждал поддержать его. Именно Ван сказал Куперу, что грек Алексиос Пантазис категорически против его предложения и представит группе какие-то доказательства против Купера. Поэтому Том и предложил генералу Дастину действовать решительно, не допустить грека до эксперимента. Увидев китайца, Том спросил:
– К Сергею?
– Пригласил исследовать Очарованный кварк, – ответил с улыбкой Ван. – А ты будешь?
– Не до этого… – коротко бросил Том и хотел продолжить путь, но Ван остановил его, напомнил об утреннем разговоре извиняющимся тоном.
– Может, не стоит завтра, а? Не наше это дело.
– Наше, именно наше! Поздно отступать, – решительно и убежденно ответил Том.
– Алексиос категорически против, – намекнул Ван.
– Алексиос – чепуха! – уверенно сказал Том. – Сергей меня беспокоит… Он проводит эксперимент с антиматерией…
– А Тхакур? – Ван считал, что и индиец тоже будет против.
– Тхакур примет всё, как должное, – твердо сказал Том. – А вот Сергей…
– Да, Сергей не поддержит… – убежденно подтвердил Ван. – Для него наука главное. Мечтает завтра новую физику открыть.
– Может, сегодня поговоришь с ним, – попросил Купер с надеждой.
Ему хотелось хотя бы на время отвлечь упертого русского от своих настоящих планов, увести в сторону, а когда всё случится, от Сергея можно будет легко избавиться. Главное, чтоб он не понял заранее его задумку, принял то, что сообщит китаец на вечеринке, за его реальное предложение, которое введет их в заблуждение насчет основного плана. Грек Пантазис каким-то образом догадался о его истинной цели, может дойти и до Сергея.
– Попробую, – согласился Ван.
Он и без просьбы Тома Купера хотел рассказать всем на вечеринке о том, что американец предложил ему сегодня утром.
– Постарайся вдолбить русскому, если такое оружие попадет в руки военных горилл, всем кранты! – уверенно и убежденно заявил Том. – Надо самим действовать… Извини, я тороплюсь. Меня ждут, – попрощался Купер и быстро направился по тротуару мимо ровного ряда одинаковых тополей, листья которых начали осыпаться, потихоньку покрывать зеленый газон.
На автостоянке возле театра стояло несколько машин. Увидев в одной из них, черном «Шевроле», женщину за рулем, а позади нее генерала Дастина, Том сбавил шаг, намеренно неспешно подошел к машине, открыл пассажирскую дверь и сел рядом с генералом. Машина тут же тронулась и выехала на дорогу.
Генерал Дастин протянул Тому флешку.
– Записи Алексиоса.
– Проверяли? – спросил Том.
– Копировал специалист. Я в этом ни бум-бум, – ответил генерал.
– Что с греком? – с опасением хмуро спросил Купер.
– Забудь о нем. Сработано чисто…
– Как быть с Сергеем? – неуверенно, с беспокойством бросил Том. – Ведь именно он работает с антиматерией.
– Ты говорил, что антиматерия не главное в вашем эксперименте?
– Это так. Но крошечная частица антиматерии мощней самой грозной атомной бомбы. Я убежден, что Сергей работает на свои спецслужбы.
– Да… Такое оружие в руки русским не должно попасть.
– Что делать? Мы все в одной комнате.
– Мы предусмотрели это. – Генерал Дастин протянул маленький футлярчик. – Здесь игла. За миг до появления частицы антиматерии подойдешь к компьютеру русского сзади и кольнешь его иглой, через минуту русский вырубится.
– А что подумают… – с сомнением возразил Том.
– Подумают, приступ от напряжения, – успокоил его генерал. – А дальше действуй вместе с китайцем. Загоняйте антиматерию между магнитами.
– А что с Сергеем?
– Заберет скорая, и ты его больше не увидишь… – ответил генерал и спросил о другом. – Зачем ты связался с Изабель?
– Она нам пригодится.
– Зря Мортона оттолкнул.
– Перебьется… Как ученый, и как человек он малого стоит.
– Он установил камеру в твоей спальне и наслаждается твоими играми с Изабель, – усмехнулся Дастин.
– Вот сволочь! От него всего ожидать можно… До завтра! – попрощался Том и вылез из остановившейся машины.
У него должна была состояться ещё одна важная встреча с командиром спецназа капитаном Майклом Эвансом, без которого невозможно было осуществить его сумасшедший план захвата полной власти над миром. Эта встреча была даже важнее, чем встреча с генералом. Дастин успокоил его, грек больше не помеха. Флешка с его разработками, которые должны помочь в дальнейшем исследовании, в его руках. Алексиос был по-настоящему талантливым физиком, не то, что этот пьянчужка Мортон. Но и он сейчас нужен для того, чтоб отвлечь других ученых от его истинной цели. Пусть занимается чертовщиной, пока он выполняет дело своей жизни.
Том Купер проводил взглядом машину с генералом и направился в сквер, сел на лавочку, огляделся. Поблизости никого не было, только в другом конце сквера молодая мамаша неторопливо катила перед собой коляску с младенцем. Том достал смартфон, с озабоченным видом нажал кнопку и поднес его к уху, услышав ответ, произнес, стараясь говорить спокойно:
– Пап, привет!
Отец Тома, пожилой подтянутый человек, увидев на экране смартфона лицо сына, быстро поднялся из кресла и торопливо направился на балкон.
– Минуточку… Как ты, сынок? – спросил он, прикрывая за собой балконную дверь.
– Всё по плану, – ответил Том. – А у тебя?
– Тоже, – коротко ответил отец.
– Завтра в пять по европейскому – готовность номер один. Жди сигнала!
– Жду… Встречался?
– Только что. Они не подозревают… Пап, завтра ты будешь гордиться мной. Помнишь, как ты хотел, чтоб я стал военным, ругался, что в физики пошел. Я ещё тогда знал, реальная власть у физиков! – с гордостью проговорил Том.
– Ладно, ладно, сынок! Только не суетись. Будь спокоен! Держись капитана Эванса. Он надежный человек, я его готовил.
– Я сейчас с ним встречаюсь… Обсудим детали.
– Действуйте слаженно!
У КОСТЮКОВЫХ
В столовой Костюковых всё готово к приему гостей: посреди круглого стола расположилась большая стеклянная чаша, заполненная доверху салатом. По обеим ее сторонам две бутылки с красным и белым вином. Шесть приборов с бокалами на столе перед стульями.
Настя устало сидела в кресле у окна, а Сергей стоял рядом, обзванивал друзей. Первому позвонил индийцу, он жил дальше всех.
– Тхакур, – весело обратился к индийцу Сергей, когда тот откликнулся. – «Очарованный кварк» готов к реализации. Жду! Срочно!
– Не понял? Какой кварк? – устало откликнулся Тхакур.
– Очарованный. И коктейль «Антиматерия» в придачу, – прежним шутливым тоном продолжил Сергей.
– Извини, заработался. Бегу! – засмеялся Тхакур.
Сергей набрал номер Алексиоса на своем смартфоне, приложил его к уху и долго ждал ответа грека, слушая непрекращающиеся гудки.
Алексиос в это время сидел в кресле перед компьютером, уронив простреленную голову на окровавленные клавиши компьютера. Рядом с ним на столе беспрерывно звонил смартфон.
Сергей отключил телефон и взглянул на Настю.
– Алеша что-то не откликается.
– Может, к нам спускается.
Из коридора донесся звонок в дверь.
– А вот и он! – проговорила Настя и попыталась подняться, но Сергей остановил ее.
– Сиди… Я открою.
Он быстро вышел в коридор и открыл дверь. На пороге стоял улыбающийся Ван Цзюньфэн.
– Успел? Кварк еще не рассосался? – улыбаясь, спросил он.
– Кварк замер очарованно в ожидании великих физиков, – засмеялся Сергей.
Они направились в столовую. Настя тяжело встала со стула навстречу им. Ван Цзюньфэн с улыбкой подошел к ней и поцеловал в щеку, говоря:
– Сиди, сиди! Как ты себя чувствуешь?
– Держусь.
– Запахи какие! Вкуснотища! – потянул носом Ван.
– Так пахнет антиматерия. Сейчас насладишься ею вместе с очарованным кварком, – засмеялся Сергей.
Ван серьезным тоном обратился к нему.
– Мне хотелось бы с тобой перекинуться парой фраз. – Ван улыбнулся Насте. – Извини, мы минуточку!
– Говори при ней. Всё равно я ей расскажу, – произнес Сергей.
– Ну ладно… – заговорил Ван. – Ты хорошо знаешь; чтобы физики ни открыли, военные первыми пользуются этим. Расщепили атом – атомная бомба, изобрели двигатель – появились танки и самолеты…
– Хочешь сказать, надо остановить прогресс? – с улыбкой перебил Сергей. – Его остановка означает гибель цивилизации.
– Я не об этом… Прогресс безопасен лишь под контролем разума. Завтра, убежден, нам удастся приручить антиматерию. Что ей делать в мирной жизни, пока непонятно, но для военных – это готовая бомба сверхразрушительной силы. Отключи магниты и вся Швейцария превратится в пустыню.
– Военные не узнают о результате эксперимента, – возразил Сергей.
– Этого не скрыть, – убежденно, но с сожалением проговорил Ван.
– Мы давали подписку о неразглашении, – откликнулась Настя.
– Всё равно узнают… – стоял на своем Ван. – Главное в другом, антиматерия – детская игрушка в сравнении со сверхэнергией первичной плазмы, которую пытается поймать Том.
– Это величайшее благо для всего человечества! – воскликнул Сергей. – Не нужны будут ни атомные, ни теплоэлектростанции, не нужно добывать нефть…
– Это в твоих руках благо, а в руках власти любой страны – это величайшее зло. Кто из властителей, даже мелких, откажется от власти над всем миром? – с тревогой убежденно спросил Ван.
– Как говорил один наш деятель: всем пресыщаешься – едой, женщинами, даже водкой, – только власть такая штука, что чем её больше имеешь, тем больше её хочется! – заметил Сергей.
– Верно, верно! – подхватил Ван. – Я рад, что ты меня понял. Чтобы наше открытие не превратилось во зло для всех живущих на земле, мы решили взять власть в свои руки.
– Как это? Кто – мы? – с недоумением спросил Сергей.
– Наша группа, – серьезно ответил Ван, глядя в глаза Сергея.
– Идея Тома? – догадался Сергей.
– Да, это он подготовил план действий.
– И как же вы его осуществите? – усмехнулся с недоверием Сергей.
Он сразу посчитал эту затею безумством, глупостью самовлюбленного властолюбивого Тома Купера.
– Том всё просчитал и подготовил. У него отец бывший министр обороны США.
– В чьих руках будет власть: отца или сына? – уже с явной насмешкой спросил Сергей.
– Власть будет у нас, у нашей группы, – уверенно ответил Ван.
– Верится с трудом… Все поддержали?
– Алексиос категорически против… Тхакура не посвящали…
– Видишь ли, о признании, славе ученого я всегда мечтал. Верю, сделаю открытие, которое обессмертит моё имя. Но власть, власть… Зачем мне власть? – с сомнением проговорил Сергей.
– Для того, чтобы пользоваться своими открытиями и спокойно работать, – непоколебимо стоял на своем Ван.
– Цель моей жизни – доказать теорию суперсимметрии и опровергнуть Стандартную модель элементарных частиц, а это значит, создать новую физику, на пороге которой мы стоим, – с уверенностью произнес Сергей.
А китаец решил, что он соглашается и воскликнул с упоением:
– Вот для этого и нужна власть! И ещё для того, чтобы наши открытия работали во благо людей. Нужно правительство ученых, власть физиков.
– Мы должны делать свое дело, а не биться за власть. Я прав, Настя? – глянул Сергей на жену.
– Ты прав, прав! – уверенно поддержала Настя. – Я полностью с тобой согласна.
– Подумайте, поразмышляйте… – с некоторым огорчением, что не удалось уговорить Костюковых, и вместе с тем с непонятной ноткой облегчения, что они не согласились, хмыкнул Ван.
Из коридора снова донесся звонок в дверь.
– Это Алексиос, – произнес Сергей и быстро направился в коридор.
– Не говори с ним на эту тему… – крикнул вслед Сергею Ван. – И вообще, лучше не обсуждать это за ужином.
– Ну, и идея у вас! Ужас! – с удивлением высказалась Настя.