Иное начало. Книга третья: И грянет весна! И грянет весна!
- -
- 100%
- +
Я насторожиться:
– То бишь, как она его убила, никто не видел?
Герхард поднял на меня потускневшие глаза на осунувшемся лице:
– Вы его труп сами видели. Кто ещё мог это сделать, коли не она? Ведьма убила его своим тёмным колдовством!
Глубоким вечером я собрал в Буртс Валле своих командиров. Так же позвал Каменюку, и управляющего.
Как и обещал, староста был приглашён и усажен за стол в Большом Зале, и честь по чести помянули его сына. Обе анайлэ выказывали явное недовольство сим фактом, но перечить мне не стали. Привыкли уже к моим выкрутасам. Мне крайне не хотелось чтобы староста отдалённой деревни считал, что анаю побоку смерть его сына. После ужина, Герхард низко поклонился и отблагодарил за сочувствие его утрате. Я в свою очередь твёрдо его заверил, что с ведьмой мы обязательно разберёмся, но выехать ближайшую неделю в Лесовку никак не получится. Мне нужно было время для отладки затеянных работ. До того времени, старосте предложено было оставаться в городе. Хоть мужику и было не до того, но я предложил ему присмотреться как да что будем делать, особенно в отношении частокола. Хотя наверное уже правильнее будет называть это сооружение настоящей стеной, пусть и деревянной. Проект явно вышел за рамки «просто навтыкать колышков». Я откровенно намекнул Герхарду, что в будущем неплохо будет построить такую же и вокруг самой Лесовки. Особого энтузиазма в глазах мужика я естественно не нашёл, но оно и понятно. Такая трагедия случилась, а барин с какой-то работой сунется! Но на то и был расчёт. В доброй работе, переживать невзгоды оно как-то полегче будет, сам знаю. Да и откровенно говоря, старосте деваться было некуда, кроме как согласиться. Горе горем, а перечить анаю, то последнее дело.
Спровадив его, я первым делом вернулся к теме командировки рукавого в соседний туримас. Проблему Лесовки игнорировать я естественно не собирался, но приоритеты для меня были ясны как белый день.
– Варгон, бери близнецов, и ещё воинов на твоё усмотрение. Оденьтесь как наёмники. Ни в какие драки не ввязывайтесь! – я строго посмотрел на братьев. – Нарвётесь на неприятности, подставите под удар всё дело.
Нойхэ со всей серьёзностью кивнул, понимая суть правильно.
– Мастер Лобель, – обратился я к управляющему. – Как обстоят дела, что сделано за сегодня?
Лобель чинно откашлялся и как ученик в школе встал с места с лёгким поклоном:
– Начало положено, господин. Первую часть стены почти разобрали. Завтра займёмся разборкой фундамента. Как вы и приказали господин, более-менее целые блоки отлаживаем в сторону, а то, что негоже – дробим и ссыпаем в кучу.
– Кто руководит работой?
– Тангоры Хвидульф и Кульфман, господин. Я справедливо решил использовать их для этого дела.
– Молодец. – похвалил я его. – Что с частоколом?
– Вырыли и подготовили яму под её фундамент, согласно вашему ммм… рисунку…
– Чертежу. Это называется – чертёж!
– Мда, – закивал Лобель. – Согласно вашему чертежу.
Покумекав, я разработал план по строению деревянной стены. Ставить обычный частокол я не хотел. Больно ненадёжная тема. Вместо этого, отступив от стены метра четыре, решено было рыть траншею шириной метра три и глубиной примерно так же. Потом, надо поставить передний ряд брёвен из толстых, вековых сосен. Столбы приказал брать не меньше десяти метров длиной и потолще в обхвате, всё-таки фасад! Лишнее потом спилется. И так, первый, наружный ряд, определён. Дальше, вдоль противоположной стороны ставим ряд из брёвен помельче немного. Середину же котлована засыпаем глиной, замешанной с измельчёнными блоками с выбраковки. Благо местная глина хороша для стройки, и после того как засыхает, становится почти каменной. Добывать её уже можно, хоть и не без труда. Хорошенько это дело утрамбовываем, перелаживаем брёвнами поменьше, можно даже и не столь прямыми, и снова утрамбовываем. Ждём пока схватится маленько, и снова повторяем процесс, пока эдакий «сэндвич» не подымется над землёй метра на три. Естественно обеспечиваем контроль отклонения столбов. Об этом я тоже подумал. Изнутри, ряды обеих стен частокола скрепляются горизонтальными жердями, приколоченными к каждому бревну. Плюс – дополнительно необходимо ставить распорки изнутри так, дабы они не мешали укладывать «сэндвич». Снаружи обе стороны подсыпаются землёй, образуя насыпной вал и сдерживая давление отсыпки изнутри. Таков был мой план.
– Есть ещё кое-что, мой господин, – продолжил Лобель, но теперь уже в его голосе угадывались негодующие нотки. – Некоторые дома за городской стеной стоят на пути строения деревянной. Они явно будут мешать и придётся их сносить. Когда я собрал людей из этих подворий и объявил им об этом, многие возмутились и заявили, что не допустят этого! Как тут быть, господин анай?
«Упс! Я как-то этот момент упустил из виду. Хреновая ситуация… И чё теперь делать!?»
– Я решу вопрос…
– Нет, рукавой! – остановил я уже поднявшегося было Варгона. – Знаю я, как ты… что сможешь решить! Я в тебе не сомневаюсь. Короче, поступим так… Сколько домов находятся на линии строительства наружной стены?
Лобель поморщился, вспоминая:
– Пять, мой анай.
Я кивнул сам своим мыслям:
– Угу… И сколько в этих пяти домах народу?
– Семнадцать душ если не ошибаюсь. И это если не считать детей!
«Дохрена…»
– А сколько у нас прислуги во всём родовом доме? – взяв себя за подбородок, задумчиво спросил я Лобеля.
– Примерно столько же, господин.
– И все живут в комнатах для слуг? – нащупывая решение, снова задал я вопрос.
– Ну, не на каждого по комнате конечно, – пожал управляющий плечами. – Но часть из них зачастую ходят на ночь к своим близким в городе.
– Значит слушай мой наказ: тех слуг, кто живёт в комнатах постоянно – переселить в пустые комнаты в Буртс Анайман. Тех, у кого имеются родня в черте города – пусть съезжают на время к ним, а в освободившиеся комнаты прислуг заселить людей из этих пяти домов.
Я решил обойтись малой кровью, справедливо ожидая тонны негодования матери и сестры, поэтому в свободные комнаты временно переедут именно прислуга.
– Но…
– Подумай хорошо над следующими словами, управляющий! – вперив в него взгляд, с угрозой в голосе процедил я.
Постоянные оглядки на мнение моей матери от моих подданных, начинали меня изрядно бесить. Именно об этом полагаю он и хотел сейчас спросить. Но Лобель был отнюдь не глупым человеком. Глупый на этой должности долго бы не продержался. Старик после моих слов лишь со всем почтением поклонился, и опустился на стул.
– И так, вернёмся к нашим баранам. – сменил я тон. – Капитан Рон, на вас останется защита города, пока меня и Варгона не будет.
Капитан встал и чётким движением руки «взял под козырёк»:
– Как прикажете, анай!
«Вооот! Сам перенял. Хвалю!»
– На каменоломни отправишь смешанный отряд из фенрировцев и простых солдат. По большей части бери из фенрировцев. Их задача – обеспечить полную изоляцию карьера от посторонних. Что б ни одна душа не проскользнула поглазеть или, упаси бог, какую каверзу утворить. Если что – лично спрошу с тебя капитан, не обессудь!
– Положитесь на меня, господин анай.
– Отлично. Айтэн, завтра же начинайте вывоз камня с каменоломен, весь который есть. И да, чуть не забыл – плоские куски скалы не топтать, не дробить. Складывать их аккуратно в стопки, они нам пригодятся.
Каменюка в своей манере как всегда хотел проявить любопытство, но я остановил его вопросы жестом руки:
– Всё потом! Просто делайте как я сказал.
Мы ещё долго проводили совещание, обговаривая планы и буквально расписывая дорожную карту работ: кто, где, что делаем первым, организация подвоза материалов, кормёжка, и прочее, и прочее, и прочее…
К себе в комнату я буквально ввалился. В сумерках затухающего камина с ходу рухнул на кровать… И едва не раздавил Линни! Маланорка спала, свернувшись клубочком на краешке постели, и подпрыгнула как на батуте, запищав с перепугу своим тоненьким голоском. От неожиданности я сам пересрался не на шутку.
– Линии! Почему ты… Могла бы лечь на подушки, ну!
Я встал, скинул сапоги, прошёл к камину и подкинул пяток хороших полешек на ночь.
Маланорка почти по кошачьи потянулась держась за спинку кровати, и сладко зевнула:
– Сегодня я ночую у тебя, ты разве забыл? – обидчиво спросила она.
– Нет конечно, просто я…
– Обманщик, – промурлыкала она, упав на спину и лизнув лапку. – Я могу чувствовать когда мне врут… Но я на тебя не сержусь! Я хоть и маленькая, но понимаю, что у тебя много хлопот. Особенно с этой стеной. Большое дело ты затеял! Я столько больших в одной куче никогда не видела.
Я разделся до нижнего белья и с облегчением улёгся в постель.
– Прости, малышка. А дел и вправду доху… Много.
Линни тут же забралась на меня и уселась на грудь. Я погладил нежную шерстку на голове маланорки и почесал её за ушком, отчего маланорка зажмурилась и довольно заурчала. Меня так и распирало поговорить с ней об их разговоре с Вишной, услышанным тогда мной. Но я всё не решался, боясь что об этом узнает молодая учительница и станет избегать меня. А мне этого ой как не хочется. Я готов… Нет, я ХОЧУ видеть её каждый день. Разговаривать с ней, видеть как она смеётся, и… И просто быть с ней.
Перед тем как провалиться в сон, я окончательно для себя понял:
«Я снова влюбился!»
Глава 3
Наступил день, когда с небес заморосил первый весенний дождик. Пришлось основательно потрудиться над выявившимися недочётами ливнёвок, и проконтролировать установку дополнительной отмостки от воды вдоль линии строительства деревянной стены. Хоть настоящего дождя и не случилось, но тоненькие ручейки воды стекающие по склону городка ясно показали, что и где надо доработать в этом плане.
В крайний день перед отъездом, не гнушаясь этой работы я порядком взмок и выделался в грязи. Пришлось идти переодеваться в Буртс Анайман.
Когда я почти закончил, в комнату без стука вошла Фелани.
– Маам!? – возмущённо протянул я голосом, разводя руки. – А вдруг я тут голый бы стоял?
Фелани усмехнулась:
– Я тебя два года омывала, – вздёрнула она брови. – Так что вогнать меня в краску, ты вряд-ли сможешь.
– Да, но…
– Сейчас не о том! – сложив перед собой руки в замок оборвала она меня. – Я по поводу ведьмы за которой ты, не смотря на мои уговоры, всё-таки собираешься отправиться.
Я раздражённо фыркнул:
– Ты меня всё равно не отговоришь! Я прошу от людей многого, но и делать должен для них не меньше.
Фелани кивнула:
– Да уж, в этом ты весь. Порой я забываю, что на самом деле ты взрослый мужчина, и проявляю чрезмерную заботу как о ребёнке.
Я вздохнул:
– Мы всегда остаёмся детьми для своих родителей, даже не смотря на то, что уже сами не молоды. Мне ли этого не знать.
Фелани подошла и заботливо поправила складки на моей одежде, потом провела морщинистой рукой по моим волосам, на секунду задержав руку на затылке. Наши глаза встретились.
– Тоскуешь о нём? – с сочувствием в голосе спросила она.
Я опустил глаза:
– Каждый божий день.
Анайлэ кивнула своим мыслям и проведя по моей щеке ладонью чуть отступилась:
– Сколько ему было, когда… ну, когда ты…
– Шестнадцать. Кириллу было шестнадцать. – дрогнувшим голосом ответил я. – До его семнадцатилетия оставалось пару месяцев.
– Большой! – печально протянула она с улыбкой.
Я встрепенулся, отсекая накатывающую волной тоску:
– Если ты об этом хотела поговорить, то сейчас не время.
Фелани словно очнулась от неведомых мне мыслей, и вновь превратилась в строгую анайлэ севера. Она повернулась и взглянула в распечатанное после долгой зимы окно, по которому стекали редкие капли дождя:
– Бороться с ведьмой не имея за спиной мага – опасная затея! Обычно на таких, травят красных.
Я пожал плечами, натягивая сапоги сидя на кровати:
– Ну, у меня магов нет! Посылать за красными и ждать когда они с ней разберутся, тоже не вариант. Слишком долго. Да и не хочется, если честно, обращаться к истинианам.
– Понимаю. – кивнула она поворачиваясь и отходя от окна.
Я встал, нацепил ножны, и накинул плащ на плечи.
– Я прошу тебя, – словно в молитве, прислонив руки к груди, произнесла Фелани. – Не рискуй! Будь крайне осторожен и не геройствуй, умоляю тебя!
На её глазах вдруг выступили капельки слёз.
– Фелани, – не на шутку забеспокоился я, и подойдя к ней, приобнял за плечи. – Да в чём дело? Я уже не первый раз ухожу, но даже отправляясь в пещеры ты за меня так не волновалась?
– Никогда так не говори матери! – сурово пристукнула она кулачком меня по груди. – Каждый раз когда ты отправляешься в дорогу, я ночами не сплю, молюсь всем богам чтобы они сохранили тебя! Ты думаешь я не знаю, как ты каждый раз кидаешься в бой?
Мне стало стыдно за свои слова. А ведь она права! Когда мой сын уходил куда нибудь, на тренировку или просто погулять, я ни на мгновение не терял бдительность и всегда созванивался с ним через время, дабы узнать всё ли в порядке. Если он по какой-то причине не отвечал, я начинал нервничать и беспокоиться.
– Прости, мам. – я поцеловал её в лоб и крепко обнял. – Обещаю тебе, что буду крайне осторожен и не лезть на рожон.
Фелани усмехнулась сквозь слёзы и утёрла глаза:
– Я же не глупая, Сергей. Я понимаю, что в глубине души ты таишь надежду вернуться домой. К жене и сыну. К своей матери. К своей семье… Так что, во что бы то ни стало, ты должен жить!
Она со всей присущей матери нежностью погладила меня по щеке и развернувшись, без оглядки ушла, оставив меня в смятении.
«Мда уж, „домой“! Я уже и сам не знаю, где теперь мой дом.»
Староста Лесовки стоял рядом с тремя телегами у дома Мори, терпеливо ожидая меня и о чём-то неспешно переговариваясь с парой мужиков, которых Лобель отрядил на погрузку металла и в сопровождение до самой Лесовой. Весь основной груз уже находился в телеге и по пути со склада они остановились, как и было уговорено, у кузнецов. Кивнув им проходя мимо, я юркнул в кузницу, откуда слышны были голоса.
Внутри находились оба моих доверенных кузнеца, Варгон, и Над. Когда я вошёл, Над как раз делал пробные взмахи новым, для местных, видом оружия. Поздоровавшись со всеми за руку, я взял протянутый тут же мне клинок. Взвесил. Крутанул. Осмотрел его со всех сторон, и вполне остался доволен.
– Ох и намаялся я с ним! – сокрушённо покачал головой Мишка. – Считай почти весь точильный камень извёл на него.
– Один? – спросил я у него, кивнув на меч в своей руке.
У мишки глаза на лоб полезли, а мори приподнял бровь, что означало высокую степень озадаченность вопросом.
– Один конечно! Прямые клинки ковать проще намного, не то что этот! – фыркнул друган.
– Опробовал?
– Естественно! – возмутился друган.
– И как?
– Колоть им такое себе получается, – покривился Мишка. – Как только не изощрялись. Так что если чё, лучше рубить. В этом отношении клинок крайне хорошо справляется!
– А черновые заготовки сделал?
– Пять чтук токмо, господин. – прошамкал Мори, утирая усы.
– А нам больше и не требуется, – довольно улыбнулся я, кладя меч на стол. – Михан, стыканись с Лобелем и распределите по деревням, всё как договаривались.
– Сделаем, господин анай. – кивнул здоровяк. – Эх, такой бы отковать из небесной стали… – мечтательно протянул Мишка и усмехнулся. – Да боюсь работы вышло бы на пол года!
Мори сощурив один глаз фыркнул в бороду:
– Из небесной стали? Ишь какой! – в голосе старого кузнеца заискрились нотки забияки. – Как ты вообще, задорукий, выковал господину анаю его меч в Выселках, ума не приложу!
Мишка насупился:
– Глаза боятся, руки делают!
Я удивился реакции деда по этому поводу:
– А что такого?
– А того, что при работе с небесной сталью, требуется немалое мастерство! – дед Мори помахал многозначительно пальцем. – Мало того, нужно ещё и особый дар к этому ремеслу иметь! Некоторые кузнецы считай всю жизнь тратят на это.
«Думается мне, без сущности Сварога в Михане тут не обошлось… То-то я думаю, да откуда у Мишки, геолога, так масть катит по кузнечному делу!? Вон, и древесный уголь сноровисто наладил топить. Старик конечно лукавит, и скорее всего просто подначивает другана по поводу его мастерства. Дело стало ясным, когда Род разглядел в нём частицу своего сына, бога-кузнеца. Просто я как-то особо не задумывался над этим фактом, но сейчас дело проясняется.»
Мишка скептически посмотрел на старика:
– Ой, да ладно тебе, дед! – отмахнулся он на его слова.
– Мне не веришь, – ткнул в себя Мори пальцем. – Поспрашай вон рукавого! – мотнул он седой головой в сторону Варгона и снова ткнул перстом, но теперь уже на его ножны, в которых находился подаренный моим отцом клинок.
Мы все перевели взгляд на Нойхэ, от чего тот аж немного смутился как мне показалось.
– А я что? – вздёрнул бровями рукавой. – Мне лишь бы меч хороший, да и ладно. А то, что с небесной сталью возни много, так это и не секрет ни для кого. Оно и с обычной-то сталью возни не мало выходит. Чернушный металл всяко легче куётся, хоть и дерьмовое из него оружие выходит: гнётся, ломается, да и ржавчина быстро жрёть.
Мори шмыганул носом и утёр бороду рукой:
– Зато дешевле, и доступно каждому. Всё же лучше, чем с гольным колом в руках.
– Ладно, – решил сворачивать я полемику. – Что со шлемом?
Мишка протянул мне каркас из склёпанных между собой полос металла. Я взял изделие в руку. Осмотрел, взвесил. Надел на голову. Покачал ею, и снял. Ничего сверхъестественного: обод кольцом, и гнутые полосы дугами, крест на крест.
– Изнутри обивается кожей, а поверх натягивай что хошь: хоть той же кожей с металлическими вставками, или просто металлом. Тут уж надо пробовать, да смотреть.
– Есть две таких? – качнул я каркасом шлема.
Мишка кивнул.
– Отлично! Над, отнеси эти заготовки в телегу. – близнец сгрёб в охапку железяки и вышел, а я обратился к оставшимся. – Ну что мужики, дай бог, свидимся! Оставляю новоприбывших подмастерьев по вашему делу, под вашим началом. Лобелю даны указания содействовать вам и во всём помогать с организацией работы. Не подведите! Михан, ты парень головастый, – подмигнул я другу. – Присматривай за процессами, авось подскажешь чего.
Кузнецы поклонились, пожали крепко мою руку, и мы с Варгоном вышли на улицу.
– Когда ждать обратно? – спросил я рукавого, подходя к небольшому каравану и проверяя подпруги на своей лошади.
Беспалый задумался на минуту, потом сказал:
– Три полных недели, не меньше. Это если всё пойдёт по плану.
– Ясно. – я подошёл к нему вплотную так, чтобы слышал только он. – Нойхэ… Понимаю что шанс на миллион, но… если Галвен объявится, или у тебя есть вариант передать ему весть… Забери парня! Неровен час, сгинет в какой-нибудь мясорубке устроенной очередным интриганом, жаждущим приподняться повыше.
Варгон на секунду задумался уставившись в одну точку, едва мне стоило упомянуть имя его сына.
– Понимаю, обязательства, клятвы, и всё такое. Но лучше уж с нами, чем на стороне хер пойми кого.
Варгон повёл бровью:
– Думаешь и нас коснётся всё-таки?
Я пожал плечами, поглаживая шею каурой лошадки которая мне досталась:
– Надейся на хорошее, но готовься к худшему.
Варгон хмыкнул:
– Хорошо сказано. Сам придумал?
Я отрицательно махнул головой:
– Нет. Какой-то мыслитель, из моего мира.
– Добро, иномирок. – кивнул Варгон, немного помолчав.
Какое-то время мы с ним суетились у телег, проверяя припасы, закреплён ли груз, и прочие подготовительные мероприятия. И тут я вдруг понял – как-то неохота мне расставаться на такой долгий срок с ворчливым рукавым! За всё то время, что я провёл в этом мире, этот суровый мужик постоянно был рядом, готовый подсобить в любой момент и словом, и делом. Нойхэ Варгон, этот урум, буквально заменил мне отца, как бы это сумбурно не звучало. Хоть я и состоявшийся мужик, но в душе мне всегда не хватало отца, которого я видел за всю свою прошлую жизнь всего лишь раз, да и то не долго. Безусловно, Варгон никогда не будет относиться ко мне как к сыну, но я-то привязался к нему как к отцу! Такое странное, необъяснимое чувство, обозначилось и прояснилось именно сейчас, когда я вдруг должен расстаться с этим человеком на долгий срок. А учитывая этот мир, это ещё и риск расстаться навсегда!
В свете всех событий и планов, пришлось немного скорректировать и свою группу. Так как Хата едва оклемался, я категорически отказался брать его с собой. Алагат с прищуром и гуляющими желваками на скулах, молча выразил мне своё мнение по этому поводу и попытался всунуться тайком в группу Варгона. Однако быстро понявший что к чему рукавой едва ли не пинками отогнал алагата от конюшни, в которой он и близнецы подготавливали лошадей в путь.
Так что окромя пятёрки брычей и старосты, со мной отправлялись засидевшийся в городе эквилианец Тарталан, Хорст, и двое клятвенников: Нурхл, крепкий, проверенный боец с опытом; и Заран, который по совместительству являлся ещё и фенрировцем. Из простых солдат Заран вступил в ряды фенрировцев первым на добровольной основе.
Были конечно и другие желающие, но после основного состава порог вхождения в мой элитный отряд стал весьма высок. От претендентов требовалась хорошая физическая форма, и самое главное – боевой дух, и добротное умение пользоваться оружием! Были конечно и такие, которые попросились покинуть отряд Фенрир, ибо просто не выдерживали темпа тренировок. Таких я переводил в солдаты, предварительно посовещавшись с близнецами и Варгоном.
Уже привычным ритуалом было решено по рыхлому привести к клятве Кедана, о чём парень настойчиво намекал вот уже несколько дней. Он явно понимал, что клятва не только повысит его статус, но и возможно сможет привести его к использованию Силы! И хоть со стороны это казалось корыстным, я отнюдь не был против. Каждый уважающий себя мужчина должен быть в той, либо иной мере амбициозен! Поэтому ритуал был проведёт в кратчайшие сроки, и Кедан стал обладателем кулона пурпурного цвета. Очень кстати необычный цвет для этого мира, чем немало удивил нас, да и самого клятвенника!
«Странно… Ну да ладно!»
В общем, почти к обеду тронулись!
«Госпожа Удача, будь добра ко мне и моим людям! Сохрани мой город!»
В первые же часы путешествия стало ясно, что путь предстоит отнюдь не простой. Угадать под обильно таявшим снегом и обширными лужами узкую дорогу на север можно было лишь по просеке между деревьев. Мелко моросящий с самого утра дождик оседал противной плёнкой на лице и руках, из-за чего приходилось постоянно утираться тряпицей. Дрянная погода и условия вокруг вынуждали двигаться почти без привалов, но основательно экономя силы лошадей. Иногда я всё же спешивался, как и мои спутники, чтобы размять ноги пешим ходом, ведя под уздцы всхрапывающих и потряхивающих гривами лошадок.
На ночлег выбирали место долго, потому как куда не кинь взор, всюду царила чёртова слякоть. Создавалось уверенное мнение, что все земли вокруг превращаются в какое-то б#ять болото! Но в конце концов всё-таки удалось найти более-менее приличное местечко под внушительных размеров упавшим дубом, где мы наконец все смогли отдохнуть и нормально поесть горячей пищи.
«Как мы будем ловить по такой погоде эту ведьму – в душе не е@у!… Тьфу ты! Вот же напасть на мою голову!»
Как водится, мы расположились у отдельного костра от простого люда. Перед этим Хорст правда заставил их натаскать к анайскому костру вдоволь дров. Хотел ещё заставить их и еду приготовить, но я воспротивился. Ну в самом деле, я что, не смогу поджарить на костре кусок сырого мяса?! Пф… Легко! Нурхл и Заран наскоро перекусив, заняли дозорные позиции на поваленном стволе могучего некогда дерева.
Основательно поджарив кусочек ароматно пахнущего мясца, я достал маленький мешочек из дорожной сумки и осторожно взяв щепотку замешанных с солью специй из трав, посыпал его сверху.
Хорст и Тарталан завистливо покосились на это дело, но спросить не решились. Если травяные приправы ещё были в ходу у простого люда, то вот с солью – это уже привилегия!
Я протянул мешочек Хорсту:
– Держите мужики, так оно повкуснее будет.
– Спасибо господин! – повеселев поблагодарил алагат и с некоторым благоговением на лице, принял мешочек в руку.
Хорст посыпал себе кусок и протянул было кисет эквилианцу, но замешкался.
– С твоими лапами, у тебя щепотка, что горсть обычного человека! Давай кусок, я сам посолю.
Тарталан сперва было насупился, но бросив короткий взгляд на махонький мешочек в руках алагата, протянул тому палку с насаженным на неё куском оленины. Хорст бережно посолил ему, и завязав кисет, вернул его мне.
Отрывая добротные куски крепкими зубами, Тарталан махнул головой в сторону телеги, поодаль которой расположились остальные: