Крылья и пламя: Жертва ради любви

Я хотела подойти к нему, но Рамон схватил меня за руку.

— Мы вызвали директора, — тихо сказал он, пытаясь увести меня. — Она и целители позаботятся о теле.

— Нет, — твёрдо ответила я. — Я помогу.

С этими словами я вырвалась из его рук и подошла к ангелу. Присев рядом, я ощутила его бездыханное тело. Он был отравлен энергией, но я знала, что могу помочь. Я поднесла руки к его голове и почувствовала, как энергия, словно река, течёт через его тело. Она не давала ему возможности жить дальше, но я могла это изменить.

Я начала призывать энергию, и она постепенно вливалась в меня. Это было похоже на то, как вода наполняет пустой сосуд. Я чувствовала, как сила наполняет меня, и в этот момент я поняла, что могу сделать то, что никогда раньше не делала. Я могла забрать энергию ангела себе.

Кату, Молох и его брат подоспели к нам, их лица выражали ужас и восхищение одновременно. Они не знали, что я собираюсь сделать, но я не собиралась останавливаться.

— Ещё чуть-чуть, — прошептала я, собрав все свои силы. Я продолжала поглощать энергию, чувствуя, как она наполняет меня до краёв. Глаза ангела озарились светом, и в этот момент он сумел сделать глубокий вдох. Его сердце забилось, и я почувствовала, как энергия покидает его тело.

Директриса, только что подошедшая, кинулась к нам.

— Что здесь произошло? — спросила она, с беспокойством глядя на меня.

Я была переполнена энергией, и мои глаза озарились огнём. Я чувствовала, как сила внутри меня растёт, и каждое движение, каждый вздох казались испытанием. Но я знала, что сделала правильный выбор. Я спасла ангела.

Рамон прошептал мне на ухо: «Тише...» Его горячие руки, касающиеся моей спины, действовали как успокаивающее зелье. «Вот так, дыши», — монотонно говорил он. Я почувствовала, как буря эмоций внутри меня начала утихать. Глубокий вдох — и огонь в глазах погас. Разум прояснился.

Я обернулась и благодарно улыбнулась ему. «Спасибо», — тихо прошептала я. Он убрал руку с моей спины, и я ощутила, как его присутствие стало менее ощутимым.

Ангел, внезапно очнувшийся в панике, начал бормотать неразборчиво. Целители, пришедшие с директрисой, забрали его и увели в сторону медицинского крыла. Директриса мягко коснулась моего плеча, привлекая внимание.

— Пойдем, чаю попьем, — предложила она с теплотой в голосе. Я последовала за ней, махнув друзьям на прощание.

Мы оказались в её кабинете. В прошлый раз он показался мне строгим и пугающим, но теперь всё было иначе. Тусклый свет лампы освещал одну половину комнаты, создавая атмосферу уюта и спокойствия. Тёплый свет разливался по кабинету, словно волна солнечных лучей. В воздухе витала тёплая дружеская атмосфера.

Директриса заваривала отвар.

— Садись куда захочешь, — мягко произнесла она.

Я улыбнулась и посмотрела на её место за столом.

— И туда? — спросила я с лёгкой насмешкой.

Она рассмеялась и ухмыльнулась.

— Попробуй, — с поддразниванием предложила она.

Я обошла стол и, отодвинув стул, присела. Кресло оказалось невероятно удобным и мягким. Большой каменный стол, отточенный до блеска, выглядел шикарно.

— Ваш отвар, госпожа директор, — шутливо произнесла она

Директриса присела напротив. Я поднесла отвар к носу, наслаждаясь его ароматом. Он отличался от отвара, который мне давала Кату, — был более сладким и приятным. Сделав глоток, я округлила глаза от восторга.

— Вкусный! — сказала я, делая ещё один глоток и глядя на неё.

— Эти травы я собирала сама, — начала директриса, погружаясь в воспоминания. — Раз в год я улетаю на свою родину, в город Кемаль. Это самый северный город. На вершине горы растут уникальные травы, которые достигают зрелости всего на пару дней раз в год. Представляешь? — Она улыбнулась, и её глаза наполнились теплом

Я слушала её рассказ, наслаждаясь моментом и чувствуя, как напряжение покидает моё тело.

— Почему вы так редко летаете домой? — неожиданно вырвалось у меня, и я тут же прикусила губу, осознав, что задала вопрос, который мог оказаться неприятным для неё.

Она посмотрела на меня спокойно, будто не замечая моей неловкости.

— Меня там никто не ждёт, — ответила она тихо, и я опустила взгляд, не зная, что сказать.

— Простите, я не хотела, — пробормотала я, чувствуя, как моё сердце сжалось от сочувствия.

Она кивнула, будто принимая мои извинения, и продолжила:

— Я хочу найти с тобой общий язык, верно? Для этого нужно быть откровеннее. Пятнадцать лет назад на мой город напали чудовища, отравляющие своей энергией всех, кто попадается им на глаза. Моя семья — мать, муж и ребёнок, к которым я летала почти каждые выходные от академии, — все были отравлены. И теперь каждый год, в день их смерти, я возвращаюсь туда и собираю целительный отвар.

Она встала, подошла ко мне и выпила свой отвар до конца. Я поднялась с места, уступая ей его, и она села напротив, глядя на меня с какой-то странной смесью боли и решимости.

— Это так грустно, — прошептала я, не зная, как ещё выразить своё сочувствие. — Я даже не представляю, что вам пришлось пережить.

Она кивнула, её взгляд стал задумчивым.

— А теперь расскажи, что там произошло, — попросила она, сосредоточенно глядя на меня.

Я уселась поудобнее и начала свой рассказ. Когда я закончила, она погрузилась в свои мысли, её лицо стало задумчивым и отстранённым.

— Это чудовище уже было здесь, верно? — вдруг спросила она, глядя прямо на меня. — В коридоре, с Кату, правильно?

Я кивнула, чувствуя, как внутри меня нарастает тревога.

— Верно! — резко сказала она, её глаза сверкнули. — Ты знаешь, кто они?

— Нет, но я что-то почувствовала рядом с ним, — ответила я, погружаясь в свои мысли.

Она сложила руки на груди и откинулась на спинку кресла, её лицо стало задумчивым.

— Это древние, те, кто был изгнан обеими сторонами, — сказала она. — Они скитаются по вселенным, отравляя энергией невинных. Мы думали, что истребили их всех, но парочка, видимо, выжила. С первого пришествия в академию, когда они напали на Кату, мы отправили разыскной отряд на поиски, но пока безуспешно. И вот один из них объявился сегодня.

Она замолчала, глядя на меня с лёгкой ухмылкой.

— Что скажешь по поводу своей силы? — спросила она, её голос стал насмешливым.

— Я не знаю. Когда напали на Кату, я поглотила её энергию и сегодня произошло то же самое. Но я просто хотела помочь и помогла.

Она слушала внимательно, каждое моё слово проникало в её сознание, словно луч света в темноте. Когда я закончила, она некоторое время молчала, обдумывая услышанное. Затем её лицо озарила мягкая улыбка.

— Твоя сила… она удивительная, — произнесла она с искренним восхищением.

— Мне это уже говорили, — ответила я с лёгкой усмешкой, стараясь скрыть своё смущение.

Она встала, подошла ко мне и взяла меня за руки. Её прикосновение было тёплым и успокаивающим.

— Я не вижу в тебе угрозы. Могу убрать твою метку, если хочешь? — спросила она, глядя на мою руку.

— Нет, это плохая идея, — ответила я резко. — Я не уверена в своём контроле. Лучше, если она останется…

Директриса улыбнулась, довольная моим ответом, и неожиданно для меня обняла меня. Я не стала сопротивляться, принимая её жест.

— Можешь идти отдыхать, — сказала она мягко. — Если захочешь поговорить, мои двери всегда открыты для тебя.

— Спасибо, — ответила я, выходя за дверь.

Я шла по тёмному коридору, ощущая странное присутствие. Но, не придав этому значения, я продолжила свой путь. Спать мне не хотелось, и я решила подняться на крышу академии. Ночной вид на двор всегда был прекрасен и загадочен. Журчание маленьких речушек, пение ночных птиц и мерцание огней создавали атмосферу волшебства, но поможет ли оно?

Вдруг я услышала звук со стороны деревьев. Оглядевшись, я почувствовала раздражение.

— А ну выходи! — крикнула я, и на меня вылетел ворон. Он приземлился рядом и уставился на меня своими умными глазами.

— Что ты тут делаешь так поздно? — спросила я, усмехнувшись своему вопросу. — Знаешь, с птицами мне ещё не приходилось разговаривать.

Ворон каркнул в ответ, и я рассмеялась.

— Что ты тут делаешь так поздно? — повторила я, но уже с усмешкой. — Хотя… ты понимаешь меня?

Ворон снова каркнул, и я задумалась.

— Ты понимаешь меня? — спросила я, и он издал звук, который я приняла за согласие.

— Я могу читать мысли, видимо, — сказала я, выставив руку вперёд. Ворон медленно перебрался с перил на мою руку и устроился там, словно доверяя мне.

— Давай попробуем, — предложила я, и он снова каркнул.

Я сосредоточилась, пытаясь уловить импульсы его мыслей. Сначала это было сложно, но постепенно я начала различать звуки и, наконец, услышала его мысли.

«Я мальчик», — прозвучало у меня в голове.

Его мысли излучали доброту ко мне, но в них сквозило и беспокойство. Казалось, будто я открывала в себе всё новые и новые способности, но дар разговаривать с животными приносил мне радость.

— Мужчина, значит, почему не спишь? — с лёгкой усмешкой спросила я.

«Ты тоже не спишь», — ответил ворон.

— И то верно… — пробормотала я, задумавшись.

«Тебя что-то беспокоит?» — спросил он, пристально глядя на меня своими бездонными чёрными глазами, в которых можно было утонуть.

Я не могла найти ответ сразу. В последнее время происходило слишком много необъяснимого, и трудно было выделить что-то конкретное.

— Я не знаю, — призналась я. — В последнее время происходит так много всего странного. Так сразу и не объяснишь…

Ворон, перебирая лапами, посмотрел на меня с высоты своего насеста. Его глаза, казалось, проникали в самую душу, вызывая трепет и завораживая одновременно.

«Я почувствовал твои импульсы и прилетел», — сказал он, и в его голосе было что-то успокаивающее.

Я была поражена. В тот момент, когда мне было особенно плохо, он появился из ниоткуда и словно подарил мне частичку спокойствия.

— Спасибо, — тихо произнесла я, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза.

«Я буду рядом, каждый раз, когда понадоблюсь», — добавил он, и в его словах было что-то настолько искреннее, что я поверила ему сразу.

Я погладила его по голове, и ворон прильнул ко мне, как будто ища защиты. Мы просидели так до самого рассвета, пока я не почувствовала, что больше не могу держать глаза открытыми.

— Спать хочется, и тебе пора лететь, — сказала я, мягко поглаживая его по морде.

«Ты права», — ответил он, и в его голосе послышалась нотка грусти.

— Как мне тебя называть? — спросила я, с интересом глядя на него.

«У меня нет имени», — просто ответил он, и от этих слов мне стало как-то особенно грустно.

Я задумалась о том, каково это — не иметь имени и дома. Быть просто вороном, который летает в небе, не зная, где его место.

— Какое бы ты хотел? — спросила я, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы его порадовать.

Ворон прошелся по перилам крыши туда и обратно, а затем снова посмотрел на меня.

«Рикки, как тебе?» — предложил он, и в его глазах мелькнула искра надежды.

Я улыбнулась, чувствуя, как внутри меня что-то теплеет.

— Мне нравится, — ответила я, и, вытянув руку, позволила ему сесть на неё. Мы снова посмотрели друг другу в глаза, и в этот момент я почувствовала, что между нами возникла какая-то особая связь.

— До скорого! — сказал он, легко вспорхнув с моей руки и устремившись в небо. Я не знала, летит ли он домой или на охоту, но в глубине души я была уверена, что мы ещё встретимся. Обязательно.

Глава №14

«Испытание второй скалы»

Утро выдалось неласковым. Мелкий, противный дождь, словно озлобленный, моросил, окутывая все вокруг холодной, влажной пеленой. Холод пробирал до костей, и сырость, казалось, проникала в самую душу. Мы с Кату стояли молча, слушая наставления учителя. Он говорил о том, как важно предстать перед обитателями водной стихии, обитающими на второй скале, с должным уважением и смелостью.

Прежде нам рассказывали, что эти существа, живущие в глубинах моря, могут утащить и ангелов, и демонов, и издеваться над ними, пока не убьют. Их сила была неукротима, их гнев — разрушительным, а их воля — непоколебимой.

— Я первая! — решительно выкрикнула Кату, шагнув вперед.

Преподаватель, не говоря ни слова, кивнул, пропуская ее. Кату долго боролась с морским обитателем, пытаясь доказать ему, что она сильнее. В конце концов, ей удалось подчинить его своей воле, и он признал в ней хозяйку.

Когда очередь дошла до меня, сердце забилось так сильно, что казалось, готово было выскочить из груди. Я сделала шаг в ледяную воду, и холод мгновенно сковал меня. Вода была настолько прозрачной, что я могла видеть каждый камешек на дне, каждый листок водорослей, колышущихся под её мягким прикосновением. Свет, пробивающийся сквозь изумрудные глубины, окрашивал всё вокруг в нежные оттенки зелёного, и мир вокруг меня словно замер.