Дом для мечты
- -
- 100%
- +
– Спасибо, – с опозданием отозвалась я на приветствие новой обитательницы Рублевки.
– Как вас зовут? – она тут же приступила к делу.
Нет, все правильно, надо обзаводиться знакомствами, а то и за покупками не с кем будут съездить, и мужу косточки перемыть. Местные светские львицы ее точно не примут, сморщат свои идеальные носики, выточенные лучшими пластическими хирургами из тех «картох» и «клювов», которые дамочки когда-то привезли из Рязани и Хабаровска.
– Лера, – я улыбнулась барышне.
Что ж, и ей не скучно, и мне новая потенциальная клиентка. Вдруг решит ремонт сделать в особняке своего олигарха, чтобы избавиться от тени бывшей супруги?
– Ой, как приятно! – она подпрыгнула на стуле и захлопала в ладоши. – У меня маму так зовут! А я Есения.
– Рада познакомиться, Есения. Очень красивое и редкое у вас имя.
– Это мамуля в честь поэта назвала, этого, как его, – она нахмурилась, – ну, который мужем Айседоры Дункан был.
– Сергей Дункан, наверное, – не упустил случая Макарский. – Хороший был поэт.
– Да, наверное, – блондинка растерянно на него посмотрела.
– Это у него «Я достаю из широких штанин…»? – влился в беседу олигарх.
– Коля, ну чего ты опять свои шуточки? – Есения шлепнула его по руке и надулась.
– Это стихотворение такое было, у Дункана твоего.
Я вздрогнула, услышав, как скрипнул зубами архитектор.
– Мне срочно надо выпить, – пробормотал он и махнул учредителю.
– Алкоголь вреден, – не отказала себе в удовольствии я. – Сергей Дункан, говорят, покончил с собой как раз в состоянии сильного опьянения.
Да простит меня Есенин!
– Вот, Коля, слышишь? – блондинка посмотрела на мужа.
– Этот мир невозможно воспринимать на трезвую голову, – буркнул Макарский.
– Хорошо сказал! – олигарх расхохотался.
– Принесите виски, – потребовал архитектор, когда распорядитель подбежал к столику.
Тот красноречиво посмотрел на ведерко со льдом, в котором охлаждалось шампанское.
– Это для дам, – процедил Макарский. – Виски, односолодовый, безо льда.
– И мне, – присоединился Коля. – А шипучка и в самом деле для дам. И для «не дам». А также для «дам, но не вам». – Он захихикал, довольный собой.
– Догадайся, какой вариант сегодня выпадет тебе! – Есения метнула в его сторону гневный взгляд.
– Сделаем. – Распорядитель умчался.
Я с тоской посмотрела ему вслед, подумав, что мне тоже надо было присоединиться и попросить что-то крепкое. Потому как вечер явно будет немного экстравагантнее, чем рассчитывала.
– А вы не пьете? – Макарский вновь прицепился ко мне.
Скучно ему, наверное. Свиты прихлебателей, поющей хвалебные оды, нет. Или просто моя скромная персона его почему-то бесит.
– Я же в завязке, вы сами сказали, – пожала плечами. – Как выпью, стриптиз на столе голая танцую и оргии устраиваю.
– Прааавдааа? – глаза олигарха загорелись нездоровым блеском, а рука потянулась к бутылке с шампанским.
– Ага, – кивнула. – Но больше не пью. Врачи не разрешают. – Вздохнула с горечью. – А то, говорят, придется искать новую печень!
– Делов-то! – Коля фыркнул и достал «Кристалл» из ведерка. – Наплюй и делай, что хочется! А печень я тебе куплю, любую, только выбери!
– Нет! – стоически отказалась. – Испытание жизнью надо пройти без обезболивающих!
– Как завернула, – олигарх хмыкнул. – Писательница, что ли?
– Хуже.
– Журналист? – он с опаской глянул на меня, будто призналась, что у меня Эбола.
– Дизайнер.
– От сохи, – конечно же, ехидно уточнил Макарский.
– Правда? – Есения снова расцвела. – А мне как раз нужно дом в порядок привести! А то у Колиной предыдущей жены такой ужасный вкус был, кошмар! Вот, смотри, Лера!
Она выудила из сумочки стоимостью в отличную немецкую машину айфон и сунула мне под фотки. А мужчины переключили внимание на виски, который поставил на стол распорядитель.
– Вот, гляди, все белое, будто больница какая-то, мебель вообще ужас-ужас, как с помойки вся! – она начала быстро листать пальчиком снимки.
Обычный голливудский дизайн, насколько я могу судить. Не так давно это было дико модно. И в самом деле, кстати, похоже на больницу. А мебель – антиквариат, причем в такую цену, что мне даже представлять столько ноликов страшно. На некоторые стулья, судя по всему, приземлял свой застарелый геморрой один из Людовиков, тоже из первой десятки.
В комоде, что сиротливо жался у двери, могла хранить белье, которым соблазняла короля, мадам де Помпадур. А кушетка вполне могла быть участницей шалостей Екатерины Великой и ее фаворитов. В принципе, хорошее вложение, такие вещи всегда будут в цене. Видимо, бывшая жена олигарха знала толк в антиквариате.
– Знаете, Есения, можно загрузить всю эту рухлядь в грузовик и отправить хозяйке. Пусть она сама голову ломает, куда это все деть, правда?
– Отличная идея!
– Рада, что тебе нравится.
– Да и дом страшенный, два кубика друг на друге, кошмар какой-то! – продолжила девушка, показав следующее фото.
Хм, знакомые прямые линии.
– Этот дом строил я, – процедил Макарский, после того, как с интересом на него посмотрела.
– Ой, а вы строитель, да? – просияла Есения. – Знаете, нам так плитку в бассейне положили криво, кошмар! Можете переделать, чтобы нормально было? А то твердят, что это абстракция, а я на нее без слез взглянуть не могу!
– Непременно, – сквозь зубы выдохнул он и посмотрел на часы. – Когда же уже начнут?
– Да, запаздывают что-то, – Коля влил в себя остатки виски и снова потянулся за бутылкой. – Принесли на донышке, как бомжу. Что я, похож на нищеброда, у которого денег не хватит на хорошее пойло? Да я все тут могу купить, и всех – с потрохами!
– Началось! – девушка сникла. – Простите его, нормальный мужик, но как выпьет, дурной становится.
– Сочувствую, – я улыбнулась ей. – А мой бывший, как выяснилось, с секретаршей спал.
– Да это ладно, – Есения махнула рукой, – они все шляются. А вот что с алкоголизмом делать?
– Н-да, каждому свое, – пробормотала я и протянула ей свою визитку. – Звоните, если надумаете, обговорим проект.
– Конечно, конечно! Ой, начинается! – она захлопала в ладоши.
Глава 12
Девушка была права – церемония началась. Для начала нас ждала «культурная программа» из неизменного балета – в России почему-то балерин приглашают на все мероприятия, от банкета в честь Дня рождения президента до концерта в день милиции в Урюписком ДК. Затем шли, бежали и выплясывали современные танцы и даже русские народные.
Забавнее всего оказалось наблюдать за Макарским. Откинувшись на спинку стула, он смотрел на сцену, мрачнея на глазах. Пальцы отбивали по столику нервную чечетку. Сверля танцоров яростным взглядом, он, наверное, жалел, что оставил дома гранатомет. Это прямо-таки читалось на лице с ходящими ходуном желваками.
– Вам хорошего стоматолога посоветовать? – шепнула я, наклонившись к его уху.
– Зачем?
– Затем, что вы скоро кусаться не сможете.
– С чего такие выводы?
– Ну, вы так зубами скрипите, что сотрете их все до корней в скором времени. Потом прикусите язык и умрете от собственного яда.
– Правильно сделал ваш муж, что ушел от вас.
– От вас тоже жена сбежала.
– Давайте помолчим и насладимся этим чудесным представлением! – рыкнул он.
– Уговорили.
Следом за танцорами на сцену вышли скрипачки. Макарский протяжно выдохнул, снова скрипнул зубами, но, покосившись на меня, изобразил живейший интерес к тоскливому пению скрипок.
– Красиво играют, – прошептала Есения. – Да, Коля?
– А? – задремавший олигарх встрепенулся и, попутав мероприятия, вскочил, хлопая в ладоши и громко крича, – браво! Браво! Бис!
Скрипачки запнулись. Неловкой тишиной воспользовались другие заскучавшие вконец гости. Вскочив с мест, они поддержали порыв Коли аплодисментами и криками «браво». Поняв намек, бедные девушки опустили смычки и быстро удалились. Радостные крики стали еще громче.
– Все-таки не зря зашел, – Макарский рассмеялся.
Я тоже улыбнулась, одновременно удивляясь тому, что он стал похож на нормального человека. Не успела подумать об этом, как мужчина поразил меня еще сильнее, сунув два пальца в рот и громко свистнув, поддерживая всеобщее безобразие в духе Сергея Есенина.
На сцену, по которой растерянно бегали разноцветные лучи прожекторов, выбежали ведущие.
– Уважаемые гости! – начала известная телеведущая. – Мы рады, что представление вам понравилось!
Зал дружно громыхнул смехом.
– Бис! – ехидно раздалось с задних столиков.
– Кто там борзый такой? – наш олигарх вытянул шею, высматривая горлопана-шутника, и с опаской покосился на сцену, словно боялся, что воспрянувшие духом после «бис» скрипачки выбегут обратно. – Сейчас ведь весь этот табор вернется!
– И что? – Есения растерянно захлопала глазами. – Красиво ведь было!
– А мы переходим к церемонии награждения! – второй ведущий, которого вся страна знала по ток-шоу, сориентировался быстрее коллеги.
– Крути барабан! – снова раздалось с задних столиков.
– Там кому-то и в самом деле скоро крутанут в барабан с размаху. – Коля усмехнулся.
– Полезешь драться, уеду к маме, – звенящим голосом пообещала ему супруга.
– Неправильная угроза, девушка, – вмешался Макарский. – Надо не к маме уезжать, а пообещать, что ваша мама приедет погостить. Тогда супруг на все пойдет, лишь бы избежать авиа-налета в виде тещи!
– Вот чему бабу учишь, а? – олигарх с укором покачал головой. – Она ведь запомнит.
– Уже запомнила, – уточнила девушка.
– …время для нового и гибкого мышления не только в отношении пространства, к которому мы прикасаемся, но и для новых размышлений о наших взаимоотношениях друг с другом, – вдохновенно продолжал ведущий.
– Ты совершенно прав, – подхватила эстафету телевизионная дива. – Архитектура – очень древнее искусство, которое требует от каждого акта созидания и преобразования. Каждое место на земле уникально. Быть архитектором означает, вносить вклад в оболочку нашей хрупкой планеты!
– Бессовестный плагиат, – фыркнул Макарский. – Это из речи Ивонн Фаррел.
Кажется, он опять пожалел, что не захватил с собой гранатомет.
– Запустите в них ботинком, – посоветовала я. – Чтобы не воровали чужие речи!
– Это Гуччи, так что перебьются. Лучше киньте вы, туфелькой.
– Моей шпилькой и убить можно, так что откажусь.
– А как же борьба за справедливость? – стрельнул в меня взглядом. – Люди ради своих идеалов с жизнью расставались, а вы пожалели шпильки?
– А вы зажали Гуччи!
– Потому что я капиталист, а не революционер.
– Вот она, проза жизни, – вздохнула и перевела взгляд на сцену, хотя задирать этого самодовольного зазнайку мне нравилось гораздо больше.
Церемония между тем все больше напоминала вручение аттестатов в школе. На сцену вызывали по списку под жиденькие хлопки нетрезвого зала – похоже, по виски вдарил не только наш столик.
– А теперь главная номинация! – восторженно провозгласила телеведущая. – «Дом года»! В ней мы награждаем сразу тандем творцов: архитектора и дизайнера, ведь именно их слаженная работа необходима для создания истинного шедевра!
– Позвольте мне огласить имена победителей! – подхватил эстафету шоу-мен. – Итак, вскрываю конверт! – он усиленно зашуршал бумагой. – В номинации «Дом года» победили: архитектор…
Я усмехнулась – кто-то всерьез думает, что это будет сюрпризом?
– Максим Макарский! – выдохнул ведущий.
Да, интрига не удалась.
Мой сосед встал – не спеша, как тигр, перетек из стула в вертикальное положение и направился к сцене, сопровождаемый ярким светом прожекторов. Уверенный, красивый, опасно-грациозный. Я затаила дыхание, провожая его зачарованным взглядом. Эх, биологические часики, что же вы делаете!
– Но это только половина, – строя глазки мужчине, который в два прыжка поднялся на сцену, теледива сложила губки «уточкой». – Нам предстоит узнать имя дизайнера, который выполнил вторую часть работы.
– А давайте дадим нашему знаменитому гостю огласить это имя? – предложил ведущий. – Держите конверт, Максим!
Макарский усмехнулся – чувствовалось, что под софитами на сцене он чувствует себя как рыба в воде. По-моему, нахал даже рисуется. Посмотрел в зал, тоже пошуршал бумагой, достал из конверта прямоугольник и…
Улыбка сползла с его ошарашенного лица. Теперь архитектор больше всего напоминал бабника, которому сразу пять девиц сообщили, что он станет папой.
Мужчина покачал головой и произнес имя победителя в микрофон. И тут впала в ступор я. Потому что своими ушками, теми самыми, в которых качались сережки с черными бриллиантами, услышала:
– Валерия Касаткина!
Глава 13
– Лерочка, это вы? – Есения затормошила меня. – У вас же на визитке так написано! Что же вы сидите, Лера?
И в самом деле, что это я расселась. Пусть и неожиданно, но весьма кстати. После такого подарка судьбы мое финансовое положение точно выправится. Будет на что растить наших с Кисой детей!
Встала. Уф, а поджилки-то трясутся! Луч прожектора обрушился сверху, заставив ослепнуть на секунду. Так, соберись, не Оскар же получаешь, в самом деле! Нацепив на лицо улыбку, я прошла к сцене. Сосредоточимся на том, чтобы не растянуться на ступеньках, как голливудская дива не так давно.
Осторожно поднялась к ведущим. Встала рядом с Макарским.
– Как вы это провернули?! – процедил он мне на ухо, продолжая улыбаться напоказ.
– Ничего никто не проворачивал! – возмутилась.
– Позже поговорим. – Он шагнул к микрофону, произнес блистательную речь.
А вот мне никто заранее не сообщил, что домой вернусь не одна, а в сопровождении статуэтки – тяжеленная, кстати, зараза! Пришлось импровизировать. От страху прорезалось красноречие. Даже удалось удачно пошутить и рассмешить зал, который тепло мне аплодировал. Макарский даже скривился.
Неужели завидует? Что за детский сад? Впрочем, мне это приятно. Так что я недалеко от него ушла. Вот ведь что слава с людьми делает! Сразу портит, с наскоку, как плесень на спелых бананах – утром пятнышко на одном, а вечером уже всю связку надо выбрасывать.
Мы вернулись за стол и одновременно поставили на стол наши статуэтки. Есения и Колей принялись поздравлять.
– Вы пытаетесь просверлить в ней дыру? – уточнила я, проследив за взглядом архитектора, прикованным к моей награде. – Прямо человек-лазер! Или вам кажется, что она больше вашей?
– Простите, что отвлекаю, – к нам подбежал распорядитель, – пройдите, пожалуйста, в холл, чтобы фотографы могли сделать совместный снимок.
Макарский так посмотрел на него, что я всерьез решила, что прямо полученным призом тот сейчас и схлопочет.
– Идемте, люди ждут, – заторопила кровожадного коллегу. – Позже всех покусаете, сейчас поиграйте в хорошего человека, пожалуйста.
***
Устав позировать и улыбаться, я отошла в сторонку и снова неосознанно залюбовалась Макарским. Что ж поделать, хорош, мерзавец! Высокий, поджарый, длинноногий, по-мужски красивый, держится уверенно и отлично знает, как себя подать – встает в полупрофиль, с легкой ухмылкой, заставляющей женские сердца трепетать, и пронзительным взглядом необычных фиалковых глаз.
Которые смотрят на меня!
Отвела взгляд, все же успев заметить, что мужчина самодовольно усмехнулся, поняв, какие чувства и желания вызывает. Черт подери. Спалилась, чего уж теперь вздыхать.
– Вы так смотрели, – тут же начал он, подойдя ближе, когда фотографы его отпустили. – Будто готовы прямо тут дать… номер своего телефона.
– Могу дать… – ответила в тон, – телефоном по лбу. – Подойдет?
– Не люблю садо-мазо. В постели предпочитаю кое-что другое. Рассказать?
– Лучше им расскажите, – кивнула на папарацци, – завтра проснетесь на первых страницах.
– Славы мне хватает, – пожал плечами.
– А чего не хватает?
– Хороший вопрос, – отвел взгляд. – И слишком серьезный для этого дурацкого мероприятия.
Я даже растерялась от такого неожиданного поворота.
– Так что давайте вернемся к теме секса, – не моргнув, продолжил мужчина.
– А давайте не будем к ней возвращаться?
– Что, больная тема? – навострил ушки.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.