Сыны Каина. Капкан на любовь

Глава 4. Сердце

Эвер

Иерусалим, Израиль

«Высокая изношенность сердечной мышцы, угроза инфаркта». Слова врача не шли из головы. В его глазах светилось сочувствие и понимание, ведь он знал, что в его кабинете сидит глава Хранителей Эвер Гор. Который не сможет выполнять его рекомендации. Да и кто бы смог? Покой, отсутствие нагрузок, никаких переживаний. Это несовместимо с жизнью современного человека. Вот только и обратное с ней тоже несовместимо – в моем случае.

В сопровождении Захарии, верного помощника в последние пять лет, я прошел в дом. Навстречу выпорхнула дочь, Аврора, чмокнула в щеку и убежала. С тоской посмотрел ей вслед – когда моя крошка успела вырасти? Вроде бы только вчера была отцу по пояс. Сердце предупреждающе кольнуло – может быть, мне не удастся отвести ее под венец.

Что ж, хотя бы знаю, кто станет ее мужем – взгляд Захарии был более чем красноречив. Пока что Аврора его не замечает, она увлечена балетом, мужской пол усердно игнорирует. Но, несмотря на упертость, которая ей досталась от меня, вряд ли дочь достигнет высот в этой сфере – технически ее танец безупречен, но сух и консервативен. Все попытки лучших преподавателей научить ее «танцевать душой» провалились. Потому что ее сердце пока спит.

В холле моя мама и сын Азария вешали очередную картину. И хоть мне с недавних пор известно, что Ада уже была беременна, когда стала моей супругой, я вырастил этого ребенка и отсутствие кровной связи ничего не меняет.

Все вскрылось недавно – Азария соврал мне. А ведь святая кровь, что течет в жилах потомков Авеля, не позволяет Хранителям лгать друг другу. Я долго не мог в это поверить – ведь Аврора моя точная копия, а они с Азарией двойняшки! Все разрешил тест ДНК – дочь моя, сын нет. Оказывается, и так бывает.

Мне было сложно смириться с этим. Хотелось припереть жену к стенке, заставить признаться. Тогда и обострились серьезные проблемы с сердцем. А потом смирился. Простил. Неизвестно, сколько осталось жить, зачем тратить время на то, чему место в прошлом?

– Ты плохо выглядишь, – мать подошла ко мне, обеспокоенно заглянула в лицо. – Тебе нужно отдохнуть, сынок.

– После обеда, – пообещал я, сам надеясь, что сумею выкроить час для сна. – Почему ты выбрала именно эту картину? – взгляд пробежался по моему портрету, который занял самое видное место.

– Потому что мы тобой гордимся, дорогой. – В холл спустилась Ада. – Ты, правда, выглядишь усталым. Пойдем, померяю давление.

Я прошел за ней в кабинет, как всегда, восхищаясь красотой жены. Она, и в юности прекрасная голубоглазая блондинка, с возрастом расцвела только сильнее. Сейчас никто бы не сказал, что мы ровесники – она скорее была похожа на мою дочь. Впрочем, в том ее заслуга – Ада никогда не жалела ни времени, ни средств, лелея свое тело.

Свойственные ей, как и всякой красавице, тщеславие и страх старости дорого стоили моему банковскому счету. Но я любил ее, даже сейчас не меньше, чем в юности. Потому и прощал все – торопился быть счастливым, пока еще жив.

Я закатал рукав рубашки. Манжетка аппарата для измерения давления сжала предплечье. Тонкий писк ознаменовал готовность техники огласить результат.

– Повышенное, Эвер, – глядя на дисплей, сказала Ада. На переносице образовался залом-галочка. – Ты не забываешь пить таблетки? – тревожный взгляд уперся в мое лицо, и, хоть это и проявление эгоизма, беспокойство жены принесло мне удовольствие.

– Все хорошо, не переживай, только что был у врача. – Я встал и прижал ее к себе.

– Что он сказал?

– Назначил новые препараты, так что все будет хорошо. – Нагружать ее своими проблемами не хочу. – А теперь прости, нужно работать.

– Через несколько часов обед, – Ада поцеловала меня. – И если потребуется, я тебя силой в столовую отведу, понял?

– Понял.

Жена ушла, и в кабинет тут же зашел Захария.

– Приехал Аарон, господин Эвер.

Опять все планы летят к чертям из-за этого старого прощелыги! Бывший глава Хранителей, которого Совет пять лет уже как сместил с этого поста, до сих пор не дает мне покоя своими непрошенными рекомендациями.

– Невежливо держать гостя на пороге, – оттолкнув Захарию, мой предшественник прохромал внутрь и с облегчением плюхнулся на стул.

И ведь в чем только душа держится! Высох весь, ноги, изъеденные артритом, погнуты колесом, лысый сморщенный череп весь в старческих пятнах, руки дрожат. Но в этом дряхлом теле прячется несгибаемая сила духа. Вернее, не прячется, а рвется вперед, да так, что все препятствия на своем пути сносит!

– Здравствуй, Аарон. – Я повел рукой в сторону мини-бара. – Могу угостить чем-то?

– Нет, – старик раздраженно отмахнулся. – Поговорить пришел.

– О чем?

– О неготовности Хранителей к грядущим переменам!

Началось. Старая песня.

– Слыхал, что наши паранормы один за другим выдают? – глубоко запавшие глаза Аарона заблестели.

– Я получаю все отчеты, как ты, несомненно, знаешь.

– У санклитов грядут глобальные перемены, связанные с семейством Драганов!

– Наблюдение за ними уже усилено.

– А то, что произойдет у санклитов, аукнется по всему миру! Это предостережение ты слышал? – старик стукнул по столу кулаком. – Если произойдет прорыв в наш мир инферно – такую вероятность они не отметают, чем отвечать будем? Бледных мало, сам знаешь. Что противопоставим демонам?

– Элитные боевые силы.

– Да? А ты когда в последний раз с Давидом Гором говорил? – он прищурился. – Давненько, верно? А зря. Спроси-ка братца! В экстренном случае он под ружье поставит меньше десяти тысяч в Иерусалиме, ты знал? И то, за три часа. А по миру менее полумиллиона Хранителей. И их собирать сутки!

– Вполне приличные цифры.

– Для мирного времени! – взбеленился старик, брызгая слюной во все стороны.

– Что ты хочешь? – спокойно спросил я.

– Вернуть Изгнанников!

Семьи Хранителей, образовавшие в средние века особое подразделение – Карающую длань. Да он с ума сошел! Эти радикалы положили начало Инквизиции, развязали с десяток войн по всему миру, по их милости Европа полыхала в огне, кровь лилась реками!

Навести тогда порядок и усмирить этих безумных удалось с огромным трудом. Все они были исключены из числа Хранителей – целыми семьями, не взирая на прошлые заслуги. Вернуть Изгнанников? Да ни за что! Это потомки бунтарей, служащие тем же идеалам, что и их предки. Они до сих пор проповедуют полное уничтожение и санклитов, и Стражей.

– Этого не будет! – я резко поднялся, чувствуя, как сердце захлебнулось болезненным спазмом. – Уходи, Аарон, или тебя выведут силой! Захария, проводи.

– Сам справлюсь. – Старик с трудом поднялся. – В сопровождении не нуждаюсь. Я тут все входы-выходы знаю. Это мой дом был, забыл?

Мне оставалось только проводить его, ковыляющего прочь, взглядом. Он не только этот дом до сих пор считает своим. Аарон, похоже, все еще мнит себя главой Хранителей.

Глава 5. Проклятая десятка

Магда

– Привет!

Я резко затормозила, увидев девочку лет восьми, которая сидела на нижней ступеньке лестницы. За последние несколько месяцев уже привыкла иногда наталкиваться на нее в пустых коридорах.

– Привет! – я улыбнулась – она мне нравилась.

– Ты куда?

– На мифологию.

– Это что за предмет? – девочка нахмурилась. Две косички из темных волос смешно дернулись.

– Лекция о разных видах нечисти.

– Проклятая десятка! – она понимающе усмехнулась. – Давай я тебе так расскажу, не трать время. – Она поудобнее уселась. – Первые – санклиты. Они как вампиры, только не кровь сосут, а жизнь из человека. Их никто особо не трогает, ими Охотники занимаются. Далее демоны. Два вида: бывают живьем или при одержимости.

– Это как? – я присела на соседнюю лестницу.

– Одни из ада на землю проходят, но это редко бывает. Другие в человека подселяются и постепенно им завладевают. Третьи – духи, порождения мифов и прочего. Сказочная нечисть оттуда. Потом идут призраки, полтергейст и прочее. Любят кормиться людскими эмоциями, наводить хаос. За ними обязательно приглядывать надо, они опасные. Представь полтергейст на АЭС. Чернобыль помнишь?

– Это они?

– Говорят, что да. – Девочка пожала плечами. – Еще есть эгрегоры – но это сложно, они как бы из человеческих мыслей образуются, а потом свой разум приобретают. Шестое – сущности из других измерений, тоже могут присосаться к человеку, пить его энергию, он болеть тогда начинает. Седьмое – убогие типа сатанистов и сектантов. Иногда могут быть опасны. Возомнят себя вампирами или оборотнями, начинается свистопляска.

– Понимаю.

– Восьмое – колдуны всякие, ведьмы, ворожеи. Девятое – паранормы, через которых информация идет. Хранители ими пользуются – Бледными, например.

– Кто такие Бледные?

– Так говорю же, паранормы. Когда, например, демон появляется на земле, или начинает в человека подселяться, Бледные это чувствуют. У них видения начинаются, припадки и прочее. По их наводкам можно демона найти и обратно вытолкать. Бледных очень берегут, они редко рождаются. – Она встала. – Мне пора.

– Подожди! Хочу спросить…

– Что?

– Многое. Например, почему именно Бледные, откуда такое название?

– Все просто – потому что они бледнеют сильно, когда начинают чувствовать демона, проникшего на землю, или обретающего силу при одержимости.

– Ясно.

– «Происхождение видов» в библиотеке возьми.

– Дарвина?

– Да, только не ту, что для людей, а которая для Хранителей.

– Так он?..

– Был Хранителем? Конечно. Вон в той библиотеке поищи, там есть, – она кивнула на коридор, убегающий в темноту. – До конца дойдешь, свернешь налево, потом еще раз, в конце направо. Там как раз библиотека.

– До конца, налево, налево, направо. – Повторила, чтобы запомнить, глядя в коридор. – А… – Я обернулась, но собеседницы уже не увидела. Шустрая какая!

Девочки не было, но вопрос остался: а кто десятый? Стражи?

К вечеру я засыпала на ходу, но в библиотеку все же решила сходить. Коричневая темнота коридора приняла меня в себя, отрезав от всего мира. Наощупь двинулась вперед, продвигаясь так осторожно, словно впереди мог ждать обрыв в никуда. Лампочки тут, что ли, все махом перегорели?

– До конца, налево, налево, направо. – Прошептали губы. Глаза уже привыкли, начали различать очертания. Так, вот здесь, судя по всему, должна быть библиотека. Я пошарила рукой по стене. Дверная ручка. Дернула – заперто. Почему? Остальные круглосуточно работают, хоть всю ночь сиди в читальном зале и готовься.

– Магда! – донеслось до меня.

Я вспомнила, что рассказала о планах Кате. Вот неугомонная! Что ей делать в помещении, полном книг? Со скуки же через пять минут помрет! Если стеллаж с эротикой не найдет. Или симпатичного молодого библиотекаря.

– Ты чего тут в потемках ищешь? – подсвечивая себе телефоном, девушка подошла ко мне.

– Говорила же, библиотеку. Но закрыто почему-то.

– И неудивительно. – Она фыркнула.

– Почему?

– Потому что она уже лет двадцать закрыта.

– Да? А мне сказали, там можно книгу Дарвина взять о настоящем происхождении видов.

– Кто тебе такое сказал? – Катя понизила голос. – Сейчас секрет тебе огромный открою. Никому только не говори! Все давно можно найти в интернете!

– Да ну тебя!

– Пойдем, – она схватила меня за руку и потащила прочь. – Там такое событие намечается!

– Где? – я едва не упала, споткнувшись. – Какое? Такой энтузиазм, словно к нам группа мужского стриптиза приехала!

– Ах, если бы!

– Что вы тут делаете? – громыхнуло, едва мы выбрались из бесконечного темного коридора.

– Ой, Игорь Леонидович! – Катя схватилась за сердце – вернее, стиснула свою грудь, с укоризной глядя на седого мужчину с изрезанным морщинами лицом. Суровый на вид. А, так это наш главный. – Напугали ведь! Здрасьте. Мы библиотеку искали.

– Ты и библиотека? Не смеши. – Он, похоже, хорошо знал девушку.

– Магде сказали, что там книгу можно взять, – она даже не обиделась.

– Да, «Происхождение видов» Дарвина, настоящую. – Подтвердила я и поняла – что-то не так. Мужчина словно окаменел, серые глаза буквально вцепились в мое лицо.

– Кто тебе такое сказал?! – прошипел он, словно его горло сдавила рука.

– Не знаю. Девочка какая-то. Рассказала мне о Проклятой десятке и…

– Идите! – резко перебил он.

– И то верно, – пробормотала Катя, снова увлекая меня за собой.

Мы вывалились из дверей в теплую летнюю ночь с трескотней кузнечиков, пахнущим цветами ветерком, что невесомым шарфиком обвивал шею, и светлым еще небом с искорками звездочек.

– Чего такое с Леонидычем? – девушка с опаской оглянулась, будто из дверей мог выскочить хищник. – Спокойный обычно ведь, как удав! Может, из-за Лильки…

– О чем ты?

– Дочка у него в той библиотеке умерла – залезла на стремянку, за книгой, видимо, упала. Виском прямо об угол стола, сразу на глушняк. С тех пор он приказал ее закрыть, библу эту.

– А сколько ей было?

– Восемь или около того.

По спине пробежал холодок. Кажется, у меня появляется воображение.

– Чего стоим-то? – Катя укоризненно нахмурилась. – Идем.

– Куда ты так торопишься?

– Тусовка у старшаков!

– Я спать хочу!

– Не сегодня! – отрезала девушка. – Магда, надо торопиться жить!

Глава 6. Зеленоглазая

Лукьян

Хоть я и не любитель тусовок, иногда это нужно, чтобы расслабиться. Бутылочка пива, негромкая музыка, разговоры ни о чем. Глаза с ленцой заскользили по комнате. Все свои. Стоп. А это кто? Я вгляделся в девушку, что стояла около окна, вполоборота. Впервые вижу. Откуда взялась, интересно?

Симпатичная – отличная фигура, длинные пышные волосы. Словно почувствовав мой взгляд, она повернулась. Умница. Пухлые губы на точеном личике, такие одно удовольствие целовать. Ей бы платье обтягивающее надеть, а не джинсы с простой черной футболкой.

Когда понял, что давно глазею на незнакомку, это уже заметила Ольга, которая сидела рядом на диване. Вот ведь не было печали!

– На малолеток потянуло? – прошипела она. – Ей 18 еще нет!

Глаза опасно засияли. Боярыня изволит гневаться.

– Перестань.

– Что перестать? Замечать, как ты на нее глазеешь? Свободы захотелось?

– Да. – Честно и неожиданно даже для себя признался я.

Во взгляде Ольги промелькнула растерянность. Наверное, она не этого ожидала, думала, что извинюсь и попытаюсь загладить вину – как всегда, в постели. Вот только проблема в том, что кроме горизонтали нас ничего не связывает.

С секса все и началось. Познакомились на полигоне испытаний, где нормативы сдавали. Ольга с удовольствием меня опозорила, обставив во всех соревнованиям, а ночью пришла в мой номер и так извинилась, что я уснул только с рассветом. Потом пару раз стыковались на разных мероприятиях и, обменявшись взглядами, сразу сбегали в номер.

Она перевелась к нам, видеться стали чаще – в итоге девушка забеременела. Сделал предложение, согласилась. Пока готовились к свадьбе, случился выкидыш. Торжество отменилось, и больше данная тема не поднималась. Я решил, что ей это не особо нужно, раз молчит, и успокоился.

Так и жили – встречаясь иногда для потрахушек, но запал уже пропал, а взамен ничего не появилось – ни нежности, ни влюбленности, ни желания просто быть рядом. И вот сегодня лопнула последняя ниточка.

– Что ж, тогда считай себя свободным, Лукьян! – в глазах Ольги заблестели слезы, меня кольнуло чувство вины, но лишь на секунду. – Держи! Празднуй, придурок! – она сунула мне в руку только что открытую бутылку пива, расплескав ее на мои брюки, вскочила и убежала.

– Любовь прошла, завяли помидоры, – подыгрывая себе на гитаре, пропел наш Бард. – Так что, у вас с Ольгой все?

– Видимо, да.

– Тогда пойду ухаживать. – Он отложил инструмент. – Давно на нее облизываюсь.

– Удачи. – Искренне пожелал я, не чувствуя даже отголоска ревности. Пойду тоже куда-нибудь, тишины хочется, да и брюки переодеть не помешает.

На втором этаже было тихо. Приоткрытая дверь в кабинет привлекла мое внимание. Я зашел внутрь и увидел ту самую незнакомку, из-за которой мы с Ольгой окончательно разбежались. Она стояла у книжного шкафа во всю стену и держала в руках хорошо знакомый мне томик со сказками. Пальцы бережно поглаживали страничку.

– Решила почитать? – я усмехнулся.

– Эту сказку читал мне отец – в ту ночь, когда погиб. – Просто ответила девушка.

– Извини, не хотел.

– Все нормально. – Она скользнула по моему лицу рассеянным взглядом и снова начала гладить страницу. – Столько времени искала ее везде! Говорили, что уже не найти, а тут…

– Тогда она твоя.

– Не надо, это коллекционное издание, стоит огромные деньги.

– Твоя память об отце дороже, верно?

– Тогда спасибо, – девушка прижала книгу к груди и вдруг лукаво улыбнулась. – Знаешь, если бы не твое предложение, я бы ее, наверное, украла.

– Даже так? – я рассмеялся. – Своровала бы книгу у директора?

– О! – она пораженно замерла. – Так ты?..

– Его сын. Лукьян, рад познакомиться.

– Магда. И ты не поверишь, фамилия – Лукьянова.

– Бывает. – Я улыбнулся и переспросил, – Магда? – девушка привычно закатила глаза – видимо, ее часто доставали на эту тему. – Не злись, мои родители тоже выбрали не самое простое имя.

Какие глазищи у нее! Раскосые, кошачьи, ярко-зеленые, как листья ранней весной, когда сквозь них просвечивает солнце. Ресниц наклеила лишковато, на мой взгляд, но это девчачьи дела.

– Что ты там высматриваешь? – она нахмурилась. – У меня на лице что-то не так, измазалась?

– Нет, – выдохнул я со смешком. – Просто пытаюсь понять, как вам, девчонкам, накладные ресницы моргать не мешают.

– А то, что можно с такими родиться, тебе в голову не приходило?

– Прости. Они очень красивые. Глаза твои. – Чего-то у меня сегодня туго с комплиментами.

– Еще скажи – как два изумруда, – подколола Магда.

– Похожи. Ты, кстати, у кого занимаешься по бою?

– Пока ни у кого. Мне только основы пока дают. Сдаю экстерном по курсу. Как переведут к старшим, появится и бой в расписании.

– Советую записаться заранее, к осени все подтянутся, кто разъехался на лето, хороших инструкторов разберут.

– Спасибо, – девушка нахмурилась. – Можешь кого-нибудь рекомендовать?

– Да, – я назвал ей несколько имен.

– Запомню. – Она кивнула и направилась к двери. – Мне пора.

Главное, чтобы Магда не попала к Ольге, ведь моя бывшая теперь тоже в списке инструкторов. Хотя какая разница? Несмотря ни на что, Ольга понимает, что я не буду соблазнять какую-то малолетку. Хоть и очень красивую.

Магда

Лукьян оказался прав – когда я пришла, чтобы записаться к инструктору по бою, оказалось, что у всех, чьи имена он назвал, свободных мест уже нет. Мне досталась Ольга. Что ж, пусть будет так. Хотелось бы, конечно, попасть к мужчине, с ними я лучше общий язык нахожу, чем с женщинами. Но это неважно.

А вот то, что до сих пор не удалось ничего узнать касательно смерти моего отца, настораживает. Можно, конечно, оправдываться тем, что в последнее время было не до того из-за постоянной зубрежки, лекций и прочего, но себе нет смысла врать, сама-то в глубине души все равно знаешь, что это отошло на задний план, подзабылось.

Как так получилось, что самое важное стало тем тяжелым делом, которое вечно оставляешь на завтра – а его и нет, этого «завтра», всегда наступает только сегодня.

– Готова? – в небольшой зал вошла женщина лет тридцати. Высокая, худая – на грудь лишь намек под серой майкой, но чувствуется, что сильная – движется, как хищница, даже видно, как мышцы «играют». Светлые волосы собраны в косу, голубые глаза, прищурившись, смотрят на меня с презрением.

– Да. – Мне была непонятна ее открытая неприязнь, зато сразу стало ясно, что на снисхождение рассчитывать не приходится.

– Лекций читать не буду, учись в процессе, – Ольга бросилась в атаку.

Я едва успела отскочить в сторону, но она схватила за руку, вывернула ее мне за спину и уронила лицом в пол. Колено больно уперлось между лопаток, не давая подняться.

– И долго мне так лежать? – раздраженно осведомилась я.

– Сколько потребуется! – прошипела инструкторша, но все же отошла в сторону.

Мне пришлось сдержаться, чтобы не выпалить ей прямо в лицо, что думаю о таких тренировках, когда встала, но воспоминание об отце заставило сдержаться.

– Не скрипи зубами, – Ольга ухмыльнулась. – Нападай!

Да с удовольствием! Я бросилась на нее, хотя и понимала, что врезать кулаком по красивому лицу женщины могу только мечтать. Так и вышло. Она легко справилась со мной, избежав столкновения и ударив по пояснице. И в следующий раз. И еще. И снова.