Марья Лусьева за границей
- -
- 100%
- +
– Не говори на языке, которого я не понимаю, Фиори! – проворчала сквозь сон Аличе.
В двери постучали. Тесемкин из ресторана прислал напомнить, что он просит господина Вельского вспомнить о поезде, их ждущем через час.
– Скверное мое дело, – повторила Фиорина. – Эта девчонка целый год подстерегала меня, чтобы забрать в свои лапки, и вот теперь добилась своего. С нею дешево не расстанешься.
– Дайте ей пинка и – к черту!
– Чтобы у меня завтра лицо было сожжено серною кислотою? Чтобы она подстерегла меня с бритвою в темноте и устроила мне такое sfregio, какого и в Сицилии не видано? Вы посмотрите на этого маленького демона. Я понимаю, что сам Фузинати боится ее. Что она колдунья, это его суеверный вздор. Но – что они там у себя, в горных деревнях, травят друг дружку, как летних мух, по любой ссоре, мышьяком и аконитом, – это святая правда. Вот она спит, а я ее уже боюсь. И колени она мне оттянула, и вас товарищ ждет, а я робею разбудить… Личе! а! Личе!
А Личе открыла глаза сонная, усталая, злая, но стакан шампанского освежил ее, и она, хотя хмурая, стала довольно бодро одевать перед зеркалом свою удивительную шляпу.
– Фиори! – крикнула она. – Поди сюда!
– Что, Личе?
Девочка зашептала что-то. Фиори покраснела.
– Но, Личе… какие глупости… Да и за что?
– За то, что он синьор, а мы бедные девки…
– Я, право, не смею, Личе! Это просто бессовестно… – Фиори!
– В чем дело, Фиорина? – вмешался Вельский, чувствуя, что дело касается его.
– Личе находит… – произнесла, запинаясь, пунцовая Фиорина, – Личе просит… Личе находит, что вы… нет, я просто не могу…
– Фиори!
– Ах, Боже мой! Ну, скажу… Личе находит, что вы могли бы на прощанье подарить мне… немного денег…
Матвей Ильич посмотрел на ее сконфуженное лицо и, не выразив ничего своим красивым лицом, добыл из бумажника два стофранковые билета и подал их Фиорине… Та медлила взять, но Аличе подскочила, как кот на мышь, схватила деньги и спрятала их за корсаж.
– У нас с Фиори теперь все общее, – объяснила она, – ты не умеешь обращаться с деньгами, Фиори. Теперь я буду беречь твои деньги…
Простились печально и холодно…
Не в духе прибыл Вельский на вокзал, не в духе встретил его Тесемкин, начинавший искренно опасаться, чтобы друг его не застрял в объятиях Цирцеи своей и помчал их пыхтящий поезд ночной, сквозь холодный ломбардский туман к веселым горам и светлому берегу синей Ривьеры.
Угрюмая, с мокрыми глазами, ехала в фиакре домой Фиорина, а Личе, привалившись к ней, лепетала:
– Ты будешь хорошо работать, а я буду беречь, пока мы не станем богаты, и тогда мы сделаемся хозяйками, как Фузинати. Мне не надо работать, потому что у меня есть Фузинати, который – проклятый скряга! – богат, как черт, и у него много прекраснейших вещей. Я знаю все: какие у него вещи и где лежат. Он дарит мне кое-что и позволяет надевать драгоценности, которые вы, женщины, ему закладываете, и они пропадают в залоге. Я у него могу выпросить много-много. И, покуда я для тебя буду подругой и госпожой, все, что у меня будет, то и у тебя будет. Но если ты вздумаешь водиться с Ольгою Блондинкою или променять меня на другую какую-нибудь подобную же дрянь, то – помни, Фиори: у меня есть порошок, который вывернет твои внутренности… Не смей реветь и капать на меня слезами! иначе я исщиплю тебе груди!.. А Фузинати не бойся. Фузинати надоел мне, как маятник. Когда я повытяну из него сок, Фузинати можно и к черту пустить. Видишь ли, тут только, чтобы успеть вещи повытаскать да припрятать, а то – есть такой порошок…
XVIII
В Монте-Карло Вельский и Тесемкин, как водится, сперва выиграли франков по 40, потом проиграли один 4 тысячи, другой 7½, после чего Вельский с горестью возвратился в родной свой город К., а Тесемкин застрял в Виллафранке на добрых два года смотреть в микроскоп на какого-то слизняка и писать диссертацию о его диковинном размножении. Там он сидит и слизняка созерцает и посейчас. Изредка он пишет Вельскому, а в последнем письме его Матвей Ильич нашел вырезку из «Le Petit Nièois»[130] с пометкою красным карандашом: «Любитель сильных ощущений! Как вам это нравится?»
Заметка гласила:
«В темных слоях миланских bassi fondi[131] много шума произвела загадочная смерть пресловутого местного „коммерсанта“ Джакомо Фузинати, дом которого, бывший дворец герцогов Медина Сели, известен в городе как один из наиболее темных вертепов, населенных проститутками, теппистами и всевозможными представителями di mala vita[132]. 15 ноября, в 2 часа утра, прислуга покойного Фузинати, девица Алиса Фонзега, 16 лет, телефонировала на полицейский пост просьбу о немедленной присылке врача для хозяина ее, который страшно болен и едва ли не холерою. Врач, синьор… явившийся в сопровождении делегатов, синьоров… и с каретой „скорой помощи“, нашел Фузинати в безнадежном состоянии, на попечении сказанной Алисы Фонзега и некой девицы Марии Лузива, 34 лет, натурализованной русской, более известной в мирке проституток под именем Fiorina la Bella[133]. С первого же взгляда, врач, синьор… определил, что о холере тут не может быть и речи, а налицо все симптомы мышьякового отравления. На возможность такового указал, при последнем своем издыхании, также и сам больной. Он успел показать, что уже не раз делался жертвою попыток к отравлению со стороны своих недоброжелателей из числа должников и эксплуатируемых им проституток, но ранее избавлялся от опасности благодаря домашнему целебному средству, секрет которого был сообщен ему Алисою Фонзега. Чуцная панацея эта оказалась обыкновенным оливковым маслом, с небольшою примесью серы и ароматических веществ, для здоровья столько же безвредных, сколь и бесполезных. На этот раз средство не помогло, и в 4½ часа утра Фузинати скончался в страшных мучениях, несмотря на оказанную ему усердную и искусную медицинскую помощь. Дознанием установлено, что заболел Фузинати непосредственно после того, как, совершая ночной обход по дому своему, выпил стакан вина у одной из постоялиц своих, проститутки и воровки-рецвдивистки, уже судившейся однажды по подозрению в убийстве, Кьярибеллы Онури, по прозванию Мафальды Помилуй мя, Господи, 47 лет. Госпожу эту, равно как и любовника ее, тепписта Пеппино Долгий Нос, полицейские власти нашли в искусно симулированном состоянии совершенного опьянения, которое не помешало, конечно, производству обыска. Последний обнаружил под кроватью Мафальды целый склад золотых и серебряных вещей, невысокой стоимости каждая в отдельности, но на дог вольно крупную сумму в общем. Алиса Фонзега и Фиорина признали вещи эти принадлежащими хозяину их, покойному Фузинати. Мафальда и Пеппино рассыпались в клятвах, что вещи совершенно им неизвестны и, как они попали к Мафальде, того они не знают. С обычною уловкою преступников они уверяли, что вещи подкинуты им врагами с целью погубить их, и указывали подозрение на Алису Фонзега. По предписанию следственной власти, произведен был ряд арестов: Мафальда, Пеппино, Алиса и Фиорина – все очутились в тюрьме, как птицы в клетке. Но Алиса Фонзега и Фиорина были освобождены после первых же допросов ввиду совершенно обнаружившейся полной непричастности их к преступлению. Наоборот, против Мафальды и Пеппино слагалась непреодолимая сила улик и, в довершение всего, химический анализ обнаружил присутствие мышьяка в одной из початых фьясок вина, опечатанных при обыске, из которой было отпито не более стакана. Обвиняемые, хотя и продолжали упорствовать в запирательстве, пали духом. По-видимому, им удалось сохранить сношения с какими-либо друзьями по mala vita, оставшимися на свободе, либо скрыть на себе и пронести в тюрьму яд, которым они отправили на тот свет несчастного Фузинати. 27 ноября, после очной ставки со свидетельницей, проституткою Теодозией Каннотьери, по уличной кличке Olga la Blonda, давшей важные показания во вред подозреваемых, Пеппино и Мафальда, оба почти одновременно тяжко заболели в камерах своих и скончались при тех же симптомах отравления, как и Фузинати. Очевидно, суд собственной совести показался им легче суда людского. Что касается девиц Алисы Фонзега и Фиорины Ла Белла, они, утомленные любопытством, жертвою которого сделала их эта тяжелая история, предпочли переселиться в Америку, предназначая свои маленькие сбережения на открытие торгового дела в Буэнос-Айресе. По завещанию Фузинати, все его состояние, кругленькая сумма в 500 000 франков, должна поступить в пользу двадцати приходских церквей его родины Кунео, по двадцати тысяч франков на каждую, а 100 000 франков – неприкосновенным капиталом на электоральную борьбу местного комитета клерикалов».
Сноски
1
Салон Маргариты (фр.).
2
Веселая девица (фр.).
3
«Отверженные» (фр.).
4
«Заведение Телье» (фр.).
5
«Женщина Поля» (фр.).
6
«Дама с камелиями» (фр.).
7
Деклассированный (фр.).
8
Прекрасная и честная куртизанка (фр.).
9
Кумушка, сплетница, болтунья (фр.).
10
Крытый рынок (фр.), имеется в виду Центральный рынок в Париже.
11
Погребок Иннокентия (фр.).
12
Хочешь не хочешь, волей-неволей (лат.).
13
Высший класс (лат.).
14
Изящная, видная (фр.).
15
Твердая цена (фр.).
16
Нет, это не он… У того были превосходные волосы, а этот хотя и не дурен собой, но лысый (фр.).
17
Быть может, он подарил свои кудри докторам секретных болезней? (фр.).
18
Волосы не примета для мужчин. Они теряют свою шерсть легче, чем платки (фр.).
19
Mancia, di buona mano – на чай, на водку, на булавки (ит.).
20
Доставь мне удовольствие, а что до побоев, – уж так и быть! «Кушая, возрадуемся, платя, востоскуем». (Пословица: любишь кататься, люби и саночки возить) (фр., лат).
21
Официант! Горничная! (фр.).
22
Поздравления возлюбленным! (ит.).
23
Прощай, Рина! Оставляю тебя твоему душке-любовнику. Если ты не съешь его целиком, оставь мне кусочек назавтра (ит.).
24
Уже поздно. Доброй ночи, Рина!.. Плохая работа сегодня. Ничего не заработала (ит.).
25
Ты домой? – Нет, попробуем еще счастья у Карини… (ит.).
26
Ольга Блондинка (фр.).
27
Моя цена (ит.).
28
Любовник (ит.).
29
В пьемонтском и лигурийском диалектах «синьор» сокращается в «шу», «синьора» – в «ша»: Sciu Gui do, scia Paola etc.
30
Торговля в розницу (ит.).
31
Кандидат в сочинители (ит.).
32
Улица (ит.).
33
Сан-Пьетро на Востоке (ит.).
34
Ворота Венеции? (ит.).
35
Господа-дамы (фр.).
36
Внутренний дворик (ит.).
37
Так-то так, не угодно ли! (ит.).
38
Бефана – нечто вроде масленичного чучела, сжигаемого на празднике Крещения 6 января (Epifania). Также злой дух, кикимора, домовой женского пола.
39
Жаргоны да местные говоры (фр.).
40
Да здравствует, ура! (венг.).
41
Маленькая гостиная (ит.).
42
Супружеское ложе (ит.).
43
Растительное масло (ит.).
44
Итальянский кредит (ит.); название банка.
45
Мост Граций (ит.).
46
Название местности (ит.).
47
Любовница (ит.).
48
Кьянти (ит.).
49
Майка (ит.).
50
Порез на лице, позор (ит.).
51
Честный, порядочный юноша (ит.).
52
С порезанным (изуродованным) лицом (ит.).
53
Ты свободна и самостоятельна! (ит.).
54
Свободу (ит.).
55
Соглашательский позор (ит.).
56
Парадные щеголихи, модницы (фр.).
57
Весьма изящная, видная (фр.).
58
Закуски (ит.).
59
«Мемуары русской танцовщицы» (фр.).
60
Земельного банка (нем.).
61
Пассажирский поезд-люкс (фр.).
62
Красное и черное (фр.), азартная игра с банкометом.
63
Цилиндр к цилиндру (фр.).
64
Синеньких? (денежных купюр; фр.).
65
Простите, что так грубо (фр.).
66
Делать хорошую мину при плохой игре (фр.).
67
Тридцать-и-сорок; азартная карточная игра с банкометом (фр.).
68
См. в «Марье Лусьевой».
69
Факт сей относится к 1895 году. Герой здравствует по сие время.
70
Лулу в белом вине? (фр.).
71
Это не беда! (ит.).
72
Жете (название игорного дома; фр.).
73
Бой цветов (фр.), карнавальное развлечение, во время которого бросают друг в друга букетами цветов.
74
На месте преступления (фр.).
75
Танец живота (фр.).
76
Экс ле Бен – название бальнеологического курорта (фр.).
77
Делайте свои ставки… Никто больше не ходит!.. (фр.).
78
«Семейный пансион» (фр.).
79
«Повивальная бабка» (фр.).
80
Ставка сделана! (фр.).
81
Здравствуйте, мадам! (фр.).
82
Меблированные комнаты (фр.).
83
Полицейская книга… (фр.).
84
Денежки (фр.).
85
Хороший буржуа, хороший отец семейства, истинный гражданин и патриот (фр.).
86
Завсегдатаев (фр.).
87
Гостиничные приключения (фр.).
88
Опустившихся людей, деклассированных (фр.).
89
Досье (фр.).
90
Строптивая, непокорная (фр.).
91
За отдельными столиками (фр.).
92
Громкое дело (фр.).
93
Одним ударом (фр.).
94
Поезде-люкс с салоном-баром (фр.).
95
Название курорта (нем.).
96
Довольно и прощай (нем., фр.).
97
Истинно разряженный лакей (фр.).
98
Заниматься любовью (ит.).
99
Проститутки (фр.).
100
Мелкие буржуа (фр.).
101
В долине Эльзы (фр.).
102
Чайная (англ.).
103
«Хотите хорошенькую женщину?» (искажен. фр.).
104
Так молода и так хорошо вознаграждена!.. (фр.).
105
Для местного колорита (фр.).
106
Клиентура (фр.).
107
«…Шлюха! Эй! Шлюха!» (фр.).
108
В добротном штатском (фр.).
109
Название местности (ит.).
110
Название окружной железной дороги в Париже (фр.).
111
Название местности (ит.).
112
«Утро» (газета; фр.).
113
Надзирательницы (ит.).
114
«Мадам-страсть» (фр.).
115
Препарат опия (фр.).
116
Оспа (фр.).
117
С подливкой (ит.).
118
Букв.: между собакой и волком (фр.).
119
Месье, господа (фр., нем.).
120
Что за безобразная старуха! (фр.).
121
Прощай, Милан! (ит.).
122
Гарсон! Горничная! Дайте мне, пожалуйста (фр.)…расписание!.. (ит.).
123
Курьерский поезд (ит.).
124
Сорт белого вина асти (фр.).
125
Итак? (фр.).
126
Филиал (ит.).
127
Свадьба! Свадьба! Да здравствует Фиори! Да здравствует Личе! (ит.).
128
«Маленькая хозяйка! маленькая хозяйка!» (ит.).
129
Дом свиданий! (фр.).
130
«Маленький житель Ниццы» (фр.; название газеты).
131
Подонки (общества; ит.).
132
Дурной образ жизни; преступная жизнь (ит.).
133
Прекрасный цветок (ит.).