- -
- 100%
- +
Глава 5
У меня от шока колючее онемение волной прошло по телу. Кровь отхлынула от лица, стало нечем дышать. Удушающий жар от прямоты и бесстыдства этого человека смешался со страхом перед ним же.
Я по жизни девочка бойкая, могу и коленом между ног зарядить, и вазу о чьё-нибудь лицо разбить. Но этот мужчина… мне с ним не тягаться. Не хватит ни сил, ни скорости, ни опыта.
Почему-то не отпускало скручивающее органы ощущение, что он легко предугадает любой мой шаг.
Он – лютый волк, закалённый жизнью. А я – наивная домашняя овечка, случайно угодившая в его логово.
Мы из разных миров. Я из светлого, где добро всегда побеждает зло. В его мире добра не существует в принципе.
– Спасибо, – с дрожью, которой не сумела скрыть, прошептала я.
Я понимала, что или буду играть по его правилам, или доведу его и всё случится здесь и сейчас.
Мужчина насмешливо вскинул бровь и вновь скользнул по мне взглядом. Медленным, изучающим… и довольным.
Я неловко обхватила себя руками за плечи. Платье намокло и стало просвечивать, прилипнув к телу и… груди. На мне было кружевное бельё. Для Гоши надела, думала, что мы с ним проведём сладкий вечер.
В итоге он забавляется с другой, а я – у чёрта на куличках. Точнее, в логове дикого зверя.
Я сделала медленный шаг назад, пытаясь увеличить расстояние между нами и почувствовать себя хоть чуть-чуть в большей безопасности.
В ответ на моё безобидное действие мужчина дёрнул крыльями носа и рывком, реально как зверь, метнулся следом.
А затем замер и нахмурился. Похоже, он и сам себе полного отчёта в своих действиях не отдавал.
А вот это уже плохо. Когда у мужчины мозги есть и голова работает, с ним ещё есть шанс договориться. Но когда он вот таким голодным взглядом на тебя смотрит и переходит на инстинкты…
С улицы раздался странный громкий звук. Я вздрогнула так сильно, что подпрыгнула на месте. И тут же сжалась, втянув голову в плечи и во все глаза уставившись в окно, за которым была видна лишь ночь.
Но!
– Это волк?! – напрягая слух так сильно, что почти разболелась голова, в ужасе выдохнула я.
Дождь продолжал шуметь, стучали по крыше и стёклам крупные капли, шуршала от ударов листва, но я точно слышала какой-то то ли лай, то ли вой.
Сказать, что мне стало страшно, это вообще ничего не сказать. Мне стало плохо! Так плохо, что закружилась голова и ослабевшее тело пошатнулось.
Я же была там! В лесу! Только что шла одна сквозь дождь и ночь! Я же зашла в дом всего несколько минут назад. А если бы я задержалась?!
Я была так близка к смерти!
От потери сознания меня отвлёк хозяин дома. Тихо зло выругавшись, он метнулся к окну и вгляделся во тьму. Не знаю, увидел он там что-нибудь или нет. Лично я во все глаза смотрела на его широченную спину, ожидая вердикта.
Но вместо него мужчина бросил мне поверх плеча:
– В кухню иди!
И вышел в дождь.
Я застыла, не дыша и не веря, что он правда ушёл. И куда?! В лес, к волку что ли? Зачем?!
Неужели бить его пошёл? Я представила, как этот брутальный альфа-самец рассекает лес, бегом преследуя волка, чтобы хорошенько навалять последнему ни за что.
Мне вдруг стало очень смешно. Это нервы сдавали, не иначе.
Прижимая ладонь к губам и истерично хихикая, я побрела в том направлении, куда послал мужчина, прежде чем уйти.
Сразу с улицы мы попали в прихожую с лестницей на второй этаж, тройкой одинаковых дверей, парой окон, шкафом, скамеечкой у входа и ковром на полу. Таким, как у бабушки в деревне, сотканном из жгутов разноцветной ткани.
За первой дверью слева оказалась комната с диванчиком, креслами, множеством книг в шкафах и не зажженным камином.
Я прикрыла дверь и заглянула в следующую, где оказалась разыскиваемая мною кухня.
Удивительно светлая и очень чистая. Отделка в славянско-скандинавском стиле, как и всё в доме. Качественное, добротное, прочное.
Кухонный гарнитур из белого дерева, столешница чёрная, на большой окне по центру стены тканевые бежевые жалюзи. Холодильник, газовая плита, кофемашина, микроволновка.
Не такой уж и отшельник мой… спаситель? А спаситель ли он? Меня от изнасилования спасло только появление волка.
И зачем он к нему вообще пошёл? Хоть бы серый его съел что ли.
Я ужасно замёрзла. Хотелось выпить чего-нибудь горячего и поесть, а ещё переодеться. Но я смогла найти только маленькое кухонное полотенце на спинке крепкого стула у большого тяжёлого стола по центру комнаты.
Взяла его, вытерла лицо, шею, руки, промокнула волосы. Дальше полотенце пришлось идти и отжимать в раковину.
Открылась дверь. Я обернулась на звук и посмотрела на хозяина дома.
Он был цел и невредим. И жив, конечно же.
К сожалению.
Наши взгляды встретились. Я нервно сглотнула и окинула комнату быстрым взглядом, но чуда не случилось и второго выхода из неё не появилось. Только дверь, на пороге которой стоял мужчина, и окно в лес за моей спиной. Но его ещё попробуй открой… Я только обернусь – и он меня схватит тут же. Я и дёрнуться не успею.
В руках мужчины что-то было. Он вытащил это из-за спины и перекинул через всю комнату мне. Я поймала машинально и прижала к себе… полотенце. Большое, банное, белое.
Следом прилетело ещё что-то. Чёрное и уже тоньше. Мужская футболка.
Дверь кухни со щелчком закрылась. Хозяин дома, занимая собой всё свободное пространство, прошёл к столу, подвинул стул и расслабленно опустился на него так, чтобы быть ко мне лицом.
– Переодевайся, – широко расставив ноги, приказал он, – здесь.
Визуализация
Раз вам так понравился визуал, то добавляю ещё)
Кухня нашего пугающего мужчины, в которой оказалась Вера:
Глава 6
Я сильнее прижала к себе тряпки. Будто несчастное полотенце и чужая футболка могли спасти меня от этого мужчины.
– И не подумаю, – я замотала головой.
Два движения влево-вправо – и я застыла под тяжёлым мужским взглядом. Он давил, будто глыба, прошибал насквозь, как ядовитое копьё.
Хозяин дома, имя которого я так и не узнала, приподнял уголок губ в холодной, как у робота, улыбке. В ней не было эмоций, не было тепла. Простое механическое действие, от которого мне стало только хуже.
Он склонил голову к плечу, разглядывая меня под углом. Он уже и так рассмотрел всё, что мог – в коридоре, на улице, здесь. Но всё равно продолжал поглаживать меня взглядом, представлять, как мнётся упругая плоть под его большими сильными пальцами, как на моей коже остаются белесые, быстро краснеющие полосы.
Я сглотнула, но вязкие слюни прилипли к нёбу, мешая нормально дышать.
Я не знала, куда себя деть. Мне было одновременно неловко, неуютно, страшно и отчего-то волнительно стоять перед ним.
Как в детском кошмаре, где ты совершенно голая стоишь на сцене в лучах прожекторов, и из темноты зала на тебя смотрят тысячи людей. Вот примерно такие же ощущения.
Хотелось выпрямить спину, вскинуть подбородок и храбриться, не показывая своего страха. И одновременно с этим – удрать, сверкая пятками.
Но с “удрать” у меня были явные проблемы.
Я невольно вздрогнула, вспомнив об этом, и с искренним страхом спросила у мужчины:
– На улице были волки?
По его тонким, четко очерченным губам скользнула мимолётная улыбка.
– Да, – голос звучал теперь уже спокойно, размеренно, как у победителя, никуда не спешащего и ни в чём не сомневающегося. – Тебе повезло добраться сюда целой и невредимой. На всю округу мой дом единственный.
Я очень порадовалась тому, что он начал нормально отвечать, и поторопилась задать ещё один волнующий вопрос:
– А куда вы выходили?
– Проверял собак, – его голос не изменился, но взгляд внимательно отслеживал мою реакцию.
Которая была!
– У вас собаки? – я почувствовала, как побледнело лицо и споткнулось на подъёме сердце.
Моё положение становилось всё хуже. Мало мне было заблудиться ночью в грозу в лесу. Так тут ещё волки добавились, а к ним – озабоченный мужчина с псами.
Нужно быть полной идиоткой, чтобы попытаться сбежать в таких условиях.
Я с тоской покосилась на закрытое жалюзи окно.
– Рад, что ты наконец включила голову, – заметив мой взгляд, покровительственно произнёс мужчина.
Я едва слышно вздохнула в ответ, опустив голову и уткнувшись взглядом в пол. Лишь бы на него не смотреть.
– У меня был шок, – попытавшись оправдаться, пробормотала я.
Ну и надеялась, что кое-кто забудет о своём требовании переодеваться перед ним. И уйдёт.
Ещё чего, я лучше в мокром останусь, чем разденусь перед незнакомцем!
– Я так и понял, – хмыкнул он весело, – он у тебя забавно проявляется. Ты как зайчонок, который требует у волка его не есть.
Не меняя напряжённой позы, я вскинула на мужчину взгляд.
– Я красивых девочек не ем, – улыбнувшись шире и хитрее, коварно протянул он.
Мои губы мелко задрожали. Потому что всё в нём говорило ровно об обратном.
– Итак, – он вскинул бровь, с большим комфортом устроившись на стуле, – приступай. И можешь начать рассказывать, как ты оказалась в этих краях.
Я передёрнула плечами, опустила голову и посильнее прижала к себе полотенце.
– Я уезжала в город из базы отдыха и заблудилась в лесу.
Конечно, сейчас, расскажу я ему обо всём.
– Ты плакала, – прямо выложил он.
– Это дождь, – я упрямо настаивала на своём.
– Значит, у тебя всё в порядке? – вкрадчиво уточнил он.
Нет, у меня большая проблема – сидит на стуле, широко расставив ноги, и нагло меня разглядывает.
– Да. Какое это сейчас имеет значение? – здраво рассудила я. – Слушайте, мм… спасибо, что впустили меня. Я Вера.
Подняв голову, выдала вежливую улыбку, всё ещё надеясь на благоприятный исход.
Мужчина даже ответил любезностью на любезность.
– Амир.
Надо же. Ну да, не стоило ожидать, что у человека с такой внешностью будет имя Алексей или Василий.
Амир. Ему идёт. Что-то горячее, обжигающее кончик языка, со сладкой горечью и запахом пряностей.
– Вер-р-ра, – в свою очередь низко, с вибрацией, протянул он, пробуя, как и я, имя на вкус.
У меня мурашки побежали по ключицам от того, как он это произнёс. Никто и никогда не называл меня вот так. До звёздочек перед глазами и судороги в коленках.
– Вера, – повторил он, выворачивая меня наизнанку своими глазами, – ты же понимаешь, девочка, что за помощь в нашем мире принято платить?
Опять он за своё. Только мне кажется, что мы отошли от опасной темы, как он опять в неё возвращается.
– А давайте я вам ужин приготовлю? – с заискивающей улыбкой предложила я.
– А ты умеешь? – Амир удивлённо изогнул брови.
– Конечно! – заверила бодро и даже кивнула для солидности.
Мужчина несколько секунд всматривался в меня, а после хмыкнул и с улыбкой решил:
– Тогда давай, – и не успела я толком обрадоваться, как он добавил: – только голая.
Я попыталась скрыть нервозность за улыбкой. Вышло не очень.
– Я не буду перед вами переодеваться, – очень мягко, но уверенно сказала я, – и раздеваться тоже. Пожалуйста, выйдите… Или давайте выйду я, – шажок к двери, и ещё один, – а вы пока тут подождите…
– Стоять, – лениво, и оттого очень пугающе приказал Амир.
Глава 7
Я застыла, как вкопанная.
Что он со мной делал? Обычно я куда более бойкая, могу и на три буквы послать. А тут… оцепенение какое-то во всём теле. Нервозность. Странное волнение, которого точно быть не должно.
На меня ни один мужчина такого эффекта не производил.
Было в Амире что-то такое нечеловеческое. Животное. Дикое. Что-то большое и мощное, подавляющее, подчиняющее.
Меня ужасно злила моя беспомощность перед ним, но я ничего не могла с этим поделать. Он словно… словно загнал меня в клетку и теперь с интересом рассматривал свою новую игрушку.
– Могу помочь с переодеванием, – предложил он.
Я так и подавилась воздухом.
– Нет! – закашлявшись, выдохнула я.
Что вообще за дела?!
– Тогда сама, – сказал он и пожал плечами. – Здесь.
И после этого пугающего “здесь” я поняла, что если и в этот раз попытаюсь отказаться, то точно рискую ощутить на себе гнев Амира. А этого очень не хотелось.
Но переодеваться перед незнакомым мужиком мне не хотелось тоже!
Вот и что делать?..
– Послушайте, – всё же рискнула и попыталась договориться с ним я.
Не вышло.
– Ты испытываешь моё терпение, – намекнул он мне вмиг изменившимся, похолодневшим голосом.
Жуткий. Опасный. Предупреждающий в последний раз.
Моё тело покрылось ледяными мурашками, а воздуха наоборот мучительно не хватало.
Быть может, лучше притвориться послушной девочкой и играть по его правилам? Тогда, возможно, он потерял бы бдительность, тем самым даря мне шанс на побег.
Побег, ага.
Я вспомнила о волках в лесу и собаках на привязи. Интересно, Амир мог мне наврать?..
Меня мелко затрясло. Кожа наэлектризовалась, в животе всё почти больно сильно стягивалось от страха.
С липким неприятным чувством я отложила на стол позади себя футболку и полотенце.
Грудь тяжело вздымалась от глубокого напряжённого дыхания, в висках пульсировало от адреналина.
А если он маньяк? Насильник, извращенец. Нет, ну вот в последнем я не сомневалась – кто будет заставлять незнакомку переодеваться перед тобой?
Он же тут в лесу один. Неизвестно, сколько времени Амир не видел других людей. Женщин. А тут я. В принципе, сама виновата, что припёрлась. А то, что у меня выбора не было, это уже неважные мелочи.
Я развернулась к мужчине спиной, чувствуя его пронзительный взгляд на своей спине. Мою кожу пекло и покалывало в тех местах, которых касался взгляд мужчины.
Он не увидит много, если я сниму платье через ноги. Тем более, на мне всё ещё оставалось бельё.
Дрожащие то ли от холода, то ли от страха пальцы вцепились в пуговки платья на груди. Я вытащила руку из рукава и продела в горловину, а затем повторила всё то же с другой рукой.
И тут же, едва мои плечи оказались оголены, накинула сверху полотенце, скрывая покрытую мурашками кожу от хозяина дома.
Мои щёки покраснели от стыда. Вся ситуация была ужасной, но ещё хуже её делала моя неловкость и дёрганные движения.
Затем липкое и холодное платье оказалось на бёдрах, а после – на полу. Я старалась делать всё быстро, но мокрая ткань и дрожащие руки мешали мне сосредоточиться.
А ещё ужасно пугал тот, кто молча сидел и наблюдал за всем этим. Меня не отпускало тревожное ощущение, что он вот-вот коснётся… нет, схватит своими сильными руками, рывком прижмёт к себе, заставляя ощутить твёрдость его тела, а затем…
Вера! Успокойся. По крайней мере, он ещё ни разу не коснулся меня.
Я обрадовалась, что полотенце было достаточно большим, чтобы прикрыть мою пятую точку, но оно всё равно открывало довольно большую часть голых ног.
– Бельё тоже снимай, – последовал новый приказ Амира.
Меня передёрнуло и тут же парализовало.
– Нет! – я задохнулась от возмущения, но повернуться к нему не рискнула.
Чувствительную замёрзшую кожу закололо от напряжения, будто в неё вонзились миллионы тончайших иголок. Я вся обратилась в слух, отслеживая мужчину за спиной. Но там не было ничего, кроме его голоса:
– Оно мокрое, – сказал он мне так, словно я этого не чувствовала на себе. – Хочешь заболеть?
– Я не боюсь заболеть, – ответила я тут же.
“Я вас боюсь”, – пронеслось следом в голове.
Дрожащие пальцы отчаянно вцепились в края полотенца на груди.
– Меня это не волнует, – ответил он с лёгким раздражением в голосе. – Снимай сама, или это сделаю я.
Пауза, отчётливая в тишине дома усмешка. И опасное:
– Второй вариант предпочтительнее.
Я вздрогнула – его угрозы на меня действовали. И это злило!
Но я не пошевелилась. Остаться без белья наедине с этим извращенцем? Да ни за что!
Я едва дышала и не шевелилась. Сердце грохотало о рёбра, его громкий стук эхом отзывался в ушах.
– Провоцируешь? – прозвучал вкрадчивый голос.
И скрип стула и половиц, когда на них всем телом встал поднявшийся мужчина.
Я резко выдохнула и быстро потянулась к кружевному белью на груди. Сначала я сняла лямки так же, как это сделала с платьем, а затем повернула лифчик спиной вперёд и расстегнула застёжку. Едва тонкая мокрая ткань соскользнула с груди, я тут же почувствовала странную дрожь во всём теле. Это было страшно, унизительно и вместе с тем… волнительно.
Ведь я никогда не делала ничего такого прежде.
От холодного воздуха, который коснулся мокрой кожи, соски тут же затвердели. Твою ж…
Лишь бы Амир этого не заметил! А то ещё придумает себе чего.
Я сделала это быстро, не позволяя себе передумать и не давая ему времени подойти.
Я поспешно вытерлась свободными краями пушистого полотенца и потянулась к трусикам, сгорая от стыда.
Да, несомненно, если я буду расхаживать весь день в мокром белье, то моему женскому здоровью это точно не поможет, а даже скорее навредит. Застудить-то я себе ничего не могла, а вот заработать какую-нибудь неприятную болезнь – на раз-два.
Трусы быстро оказались зажаты в кулак, а я поспешно укуталась в полотенце, радуясь тому, что не засветила ничего лишнего.
Осталась футболка.
Недолго думая, я надела её поверх полотенца, а затем вытащила его через низ.
Кажется, это было самое экстремальное моё переодевание.
Хорошо хоть, что футболка была почти мне до колена. А ещё достаточно свободная, чтобы скрывать все изгибы моей фигуры. Почти все.
Стоило признать, что выглядела я хорошо – заметная талия, красивые бёдра, немаленькая грудь и гладкая ровная кожа, которая ещё не познала всех прелестей беременности и родов.
Но именно это сейчас мне было абсолютно не нужно!
Подняв всю свою мокрую одежду, я наконец развернулась, чтобы столкнуться с изучающим взглядом Амира. Он был такой цепкий и проникновенный, что мне даже в огромной безразмерной футболке сделалось не по себе.
Казалось, что я стояла перед ним абсолютно голая – такой обжигающий был его взгляд даже сквозь одежду.
Собственно, практически так и было.
– Я смотрю, тебе даже понравилось, – указывая взглядом на мою грудь, заметил он довольно.
Уголки его губ приподнялись, бровь чуть изогнулась.
Я нервно сглотнула. Проклятые соски затвердели и стали подобны камушкам, предательски натягивая чужую футболку.
– Это от холода, – убеждённо произнесла я.
Амир кивнул, будто понимал и сразу именно так и подумал. И вдруг выдал такое, отчего мне стало мучительно жарко:
– Давай согрею. И разомну, пока ты ими футболку не порезала.
Я шарахнулась назад и налетела бёдрами на столешницу. Сильно и больно.
– Не подходите! – потребовала я звонко.
Мужчина громко весело рассмеялся, забавляясь моей реакции, и почти добродушно сказал:
– Да не бойся, не подхожу. У нас с тобой много времени. Вся ночь впереди. А голосок у тебя славный. Покричишь для меня? Даю слово, нас тут никто не услышит.
Я задохнулась от возмущения, а Амир спокойно протянул раскрытую ладонь и потребовал:
– Трусы.
Глава 8
– Что?! Нет! – я подпрыгнула и сжала бельё в руках крепче.
Что за извращения?!
– Мне нужно повторять? – спросил он скучающе.
Но я видела, как в его тёмных глазах промелькнул пока ещё подавляемый гнев.
– Это уже слишком! – возразила я серьёзно и строго.
– Меня не волнует, – попросту отбил все мои возражения он.
Да-а, когда человеку пофиг на всё, то взывать к разуму бесполезно. Но как тогда с ним договариваться?
Очень уж не хотелось мне испытывать его терпение и узнавать, как это – по-плохому.
– Скажите, а вы бы на моём месте не попытались сбежать? – спросила я внезапно.
Может быть хоть так получится…
– Я не ставлю себя ни на чьё место, – спустя мгновение разрушил все мои надежды он.
М-да.
– А надо бы, – сказала я угрюмо. – Вы – эгоист, которому важно лишь собственное благополучие.
Это определённо были опасные слова в его сторону, поэтому я закусила губу и виновато уставилась на собственные ноги.
Но Амир как всегда удивил.
– Да, – даже не стал отрицать он.
Да что с ним не так?! Как можно так просто и так нагло об этом заявлять?
Кажется, после этого короткого ответа мне стало ещё страшнее в его обществе…
– Неужели вы этим гордитесь? – взглянув на него, спросила я тихо.
От безысходности мне хотелось плакать.
– А мне надо стыдиться? – Амир усмехнулся и, не прекращая сверлить меня взглядом, добавил: – Все люди хотят получить выгоду в первую очередь для себя. Это природой в нас заложено. А те, кто это обычное желание громко порицает, ищут свою выгоду активнее остальных. Расскажи-ка мне, почему же ты просто не согласишься на мои условия? Допустим, из чувства жалости к мужчине, обделённому женской лаской.
От такого наглого заявления я попросту забыла, как дышать.
– Жалости к вам?! – возмущённо переспросила я. – Ни за что не поверю, что вы обделены женским вниманием.
– И вот опять, – он в наигранной задумчивости тронул рукой свой подбородок. – Ты не видишь полной картины, но упрямо продолжаешь настаивать на единственно верном для себя решении.
Да что ж ты будешь делать! Вот как он так всё выворачивает, что я ещё и виноватой оказалась?!
– Но склонять женщину к интиму без её желания – незаконно! – выдвинула последний свой аргумент я.
– В этом доме закон – я.
Я сильно нахмурилась. Его слова пугали до мурашек и звенящего напряжения во всех мышцах. Но при этом – он не касался меня. Вообще ни разу не тронул.
И это дарило надежду. Естественно, на то, что меня не тронут вообще. Но чем больше я вглядывалась в его глаза, тем яснее понимала: его терпение не безграничное.
– По вашей логике, – начала я, силясь разобраться в том, что происходило у него в голове, – если я всего не понимаю, то мне нужно перестать думать о себе и ради заботы о вас согласиться на секс?
Я хмуро посмотрела ему в глаза, ожидая ответа, и вдруг увидела, как губы мужчины дрогнули в улыбке. Не надменной и превосходящей, а такой человеческой, весёлой.
Надо же, он и так умеет?
И видно, что такая трактовка его повеселила, но он всё равно максимально серьёзно сказал:
– Да.
Мой недоумевающе-вопросительный взгляд стал укоризненным.
– Нет, – спрятав руку со своим нижним бельём за спину, с не меньшей серьёзностью сказала я.
Амир на неё даже не взглянул, но криво улыбнулся и выгнул бровь, глядя на меня с тем же укором. Только у него он вышел более выразительным и таким… издевательским.
– Спорить будем? – недовольно бросил мужчина.
– Ничего себе, – я от возмущения даже смолчать не смогла, – да! Точнее, нет. Я не буду с вами спорить, я просто ставлю вас перед фактом: у нас ничего не будет.
Шаг. Всего один широкий шаг, и тот, кто был в нескольких метрах, вдруг оказался вплотную передо мной.
Он не хватал, не зажимал меня у столешницы, он рук вообще не поднимал. Просто оказался совсем близко, заставляя ощутить исходящий от него жар и сильный запах приятной кофейной горечи и леса.
У него была безумно сильная энергетика. Подавляющая, подчиняющая.
У меня не находилось внутренних сил бороться с ней. Не отдавая себе отчёта, я опустила голову и отступила на те несчастные сантиметры, что у меня оставались.
И попалась окончательно.
Амир именно этого и добивался. Он сделал ещё полшага вперёд, зажимая меня между своим каменным телом и столешницей.
Я задохнулась от переизбытка чувств и мыслей.
Мои твёрдые, сейчас похожие на две острые льдинки соски впечатались в его грудь. Сильно, пошло, будто хотели разорвать ткани наших одежд и оцарапать мужское тело.
Ягодицы впечатались в стол, а спереди ко мне прижались мужские бёдра с… отчётливым каменным бугром. Очень большим. Настолько, что у меня между ног всё свело от страха и неясного волнения.
Перед глазами возникла темнота, в голове словно вихрем пронеслись короткие замыкания. На несколько секунд я потерялась, не понимая, кто я, где и что тут делаю. Я чувствовала лишь сменяющие друг друга волны жара и холода.
Волнение и дикий страх, смущение мешалось с короткими невнятными вспышками возмущения. Я даже злиться толком не могла, всё внутри перемешалось и путалось.
Окружающий мир стал шатким и нестабильным. Стены напрыгивали, воздух пульсировал.
Во всём этом твёрдым и непоколебимым оставалось лишь очень крепкое сильное тело мужчины, впечатывающееся в моё.