Бета-тестер. Переплетение реальностей

Я молча уселась рядом с водительским местом, положив куртку на колени. Мой Наблюдатель сел за руль и спокойно поехал. Прохожих не было. Я только оглянулась на окна Саши. Мне показалось или он действительно стоял у окна?

Наверное, показалось…

Дорога ровно ложилась под колеса, Лешка уверенно вел джип, изредка косясь на меня, но я на это не реагировала. Я была в каком-то странно равнодушном состоянии, когда все окружающее видится каким-то… нереальным, что ли. И хотя где-то там, на краю рассудка, четко сидела мысль, что это все реальность, поделать с собой ничего не могла. Может так оно и лучше. Так я не наделаю глупостей.

– Ты в порядке? – Лис остановил машину, благо ехать было всего ничего, и внимательно посмотрел на меня.

– Да, Леш, – слабо улыбнулась я, – со мной все нормально.

– Не уверен. – Он хмыкнул и чмокнул меня в нос. – Тебе лучше побыть в машине.

– Ты прав. – Я откинулась на сиденье и посмотрела на него. – Ты пойдешь внутрь?

Он молча кивнул, вышел из машины и, захлопнув дверь, быстрым шагом направился к своим. Хотя понятие «свои» здесь было несколько неуместно. Ведь здесь были и чоповцы, и милиция. Не знаю, как им удалось подключить милицию, не иначе Лешка что-то сделал или кто-то из Наблюдателей употребил свое влияние. Не все мы обычные гражданские с мирными профессиями. Отнюдь не все. Например, Мегало…

Проследив взглядом за Лисом, который, дойдя до своих ребят, сразу же включился в какое-то обсуждение, я открыла окно, неторопливо и с каким-то мазохистским интересом оглядывая то место, откуда совершила свой головоломный побег. Это был обычный старый четырехэтажный домик, отреставрированный и сданный в аренду, как сейчас принято, под офисы. Значит, двор должен быть с другой стороны, так как машин перед парадным входом не было. Да и не потащили бы они пленницу, в моем лице, на глазах у всех. Куда-то же они дели ту машину! Припомнив расположение старых построек, я уверилась, что двор сзади, а раз он там, то по логике вещей где-то сбоку должно быть то место, откуда я прыгала. Надо будет потом глянуть.

«Интересно, а по крыше я могла выбраться?»

Высунувшись из окна и осмотрев покатую крышу, я пришла к выводу, что слетела бы с нее, как птичка по имени страус, и спастись бы не удалось. Я бы просто разбилась. Правильно сделала, что выше не полезла! Эх, жизнь!

Очнувшись от дум о собственном везении-невезении, я вновь посмотрела на действующие лица и неожиданно обнаружила, что многие уже внутри. И Лис, судя по всему, тоже, раз его не было видно. Любопытствующим прохожим оставшиеся чоповцы и милиционеры терпеливо и доброжелательно объясняли, что идет съемка боевика по новейшей американской технологии, то есть скрытой камерой. Самое интересное, что люди верили в весь этот бред. Да и я бы поверила, если бы не знала всей правды…

– Юльч. – Рядом с машиной возник Лешка и открыл дверцу, я от неожиданности даже вздрогнула, парень был мрачен. – Идем, посмотришь кое-что.

Я молча выпрыгнула из машины, набросила на плечи куртку и двинулась за ним. Он привел меня в какой-то проулок, где уже топтались два милиционера и чоповец.

– Узнаешь? – Лис коротко мотнул лохматой головой. Я посмотрела вверх и моментально узнала разбитое окно на четвертом этаже и два козырька ступеньками под ним. Ушибленное в процессе падения тело сразу же заныло, вспомнив непередаваемые ощущения. Примерно прикинув высоту, я даже присвистнула. Правду говорят, что идиотам и сумасшедшим везет. Прыгни я сейчас, то разбилась бы едва ли не наверняка, но тогда мне повезло. Одно слово – идиотка!

– Я бросилась отсюда, – призналась я. – Прокатилась по первому козырьку, упала в сугроб на втором, а оттуда уже прыгала сама.

Милиционеры как-то недоверчиво переглянулись:

– Чем вы его разбили? – поинтересовался один из них.

– Автоматом. – Я повернулась к нему. – Тяжелый оказался, собака.

Он задумчиво посмотрел на, меня, потом коротко глянул на Алексея.

– За сколько шагов вы разбили окно?

Я честно постаралась припомнить.

– За четыре-пять. Точнее сказать не могу, над моей головой пули свистели. На козырьке должны быть осколки и сам автомат. Как я не покалечилась, ума не приложу.

Они вновь переглянулись, Лис пока молчал.

– Что-нибудь еще из таких доказательств есть? – вступил в разговор второй.

– Есть, – ответила я, – в комнате, которую они называют триста семьдесят пятая, валяются окурки от моих сигарет, а также разобранный стул на колесиках. Камера наблюдения отключена. Мебели больше нет. В углу должен валяться пистолет. Кажется, «Беретта-92». Замок на двери разобран изнутри, а один из охранников по имени Сергей… – Я замялась, вспомнив, как огрела его трубой.

– Что охранник? – «подтолкнул» меня первый милиционер. Я в отчаянии взглянула на Лешку, потому как обвинят еще в превышении необходимой самообороны, и все… абзац. Наблюдатель только ободряюще кивнул:

– Говори, не бойся. Он же был вооружен.

– Угу, – вздохнула я и продолжила: – Он покалечен. У него что-то с лицом.

– Что-то? – последовал чуть удивленный вопрос.

– Не знаю что, я его ударила, и он упал. – Меня аж передернуло. – На полу и двери кровь была.

– Чем вы его ударили?

«Мне показалось или милиция серьезно заинтересовалась этим? Не понимаю».

– Железкой от стула, там труба такая, на которой сиденье и ножки с колесиками крепятся. – Я решила признаться. Обвинят, так обвинят. – Этот стул разобрала я. Как и замок на двери.

– Чем разобрали? – Первый уже не скрывал своего неподдельного интереса.

– Ключами. – Я вытащила из кармана ключи и показала. – Вот этим я разобрала стул, а вот этим – замок.

Милиционеры склонились над ключами, но брать в руки пока не спешили. Потом один из них поднял на меня глаза:

– Вы разрешите их на экспертизу забрать? Дело в том, что и замок, и остатки стула мы нашли. Как и покалеченного охранника, но они рассказали нам совершенно другую версию.

Я вновь посмотрела на Лиса, он хмыкнул:

– Можно, но потом.

– Вы что, не верите?.. – Я не закончила фразу. Милиционеры переглянулись, а Алексей улыбнулся:

– Теперь верят. На крыше есть твои следы и сигареты промокшие. В комнате окурки той же марки, ну и стул с замком, микроследы опять же. Не отвертятся.

– Хотелось бы верить. – Я вытащила из кармана тот самый провод и показала милиционерам. – Это от камеры наблюдения в той комнате. Выдрала на всякий случай.

– Это тоже плюс, – сообщил один из них. Я поморщилась, отдав провод своему Наблюдателю, и потерла виски.

– Дашь показания и подпишешь заявление, – сообщил Лешка, небрежно убирая провод в карман.

– Подпишу. – Я слабо кивнула. Меня начинало клонить в сон. Алкоголь наконец-то начал действовать. Милиционеры кивнули и ушли. За ними ушел неизвестный мне чоповец. Лис же приобнял меня за плечи и наклонился к уху:

– Ты оформлена у нас внештатным сотрудником.

– А? – Я сонно моргнула.

– А как иначе объяснить твое похищение. – Лешка огляделся, словно проверяя, нет ли подслушивающих. – Не рассказывать же им о Тестерах.

– Ты охренел?! – Я едва не закипела, сонливость как рукой сняло. – И кем я у вас работаю?

– Секретарем.

– Кем?! – Я даже забыла, что хотела ему высказать о его мозгах и самочувствии.

– Секретарем. – Лис вновь улыбнулся. – В общем, слушай. Ты имеешь дело с официальными заказами, когда Марина не успевает. В этот раз все было так же… Они зарегистрированы как фирма «Монограмма». Занимаются компьютерами. Более конкретно знает босс – Николай Юрьевич. Неделю назад пришли с просьбой организовать охрану. Босс им отказал. Почему – не знаешь. Тебя и сперли. Зачем – пусть думают сами.

– Леш… – начала я и немного помолчала, переваривая информацию, – это ведь стопроцентная деза.

– Ну да. Зато получат по заслугам, – как-то недобро хмыкнул мой персональный Наблюдатель. – Вранье за вранье!

– Ох, – вздохнула я и развела руками. – Ладно. Принято.

– Вот и умница, – одобрил это решение парень, чуть сжав мои плечи. – Почти все закончилось, я тебя скоро домой отвезу.

– Да. – Я вновь посмотрела на разбитое мной же окно и устало покачала головой. – Я устала, Леш, я пойду?

– Подожди меня в машине. – Он легонько подтолкнул меня в сторону джипа. – И, Юльч, ничего не бойся.

– Да я и не боюсь. – Я прислушалась к себе. Я действительно не боялась, разве что где-то внутри зрело слабенькое раздражение всем происходящим.

Хотелось, чтоб все закончилось и побыстрее.

Хотелось домой.

Хотелось в душ.

Хотелось спать.

– Иди, радость моя. – Лешка коротко коснулся моих губ. – Замерзнешь ведь.

– Ладно. – Я кивнула, хотя и не чувствовала холода, и задумчиво двинулась обратно, не зная, что для меня еще ничего не закончилось.

Фэйр стоял в самом крайнем ряду зевак и наблюдал за происходящим. Его пока никто не замечал. Да и как его могли заметить, если кроме Темной его в лицо никто не знал? Охотник уже собрался уходить, когда заметил сверкнувшую на ярком солнце рыжину в волосах. Он застыл и попытался разглядеть их обладательницу… Ошибки быть не могло – это была Темная, Кристина. Она как-то потеряно смотрела на вход, потом тряхнула головой и двинулась в сторону машин. Михаил начал закипать – истерики в ней не было. Только апатия и какое-то равнодушие к окружающему. Девчонка опять его переиграла, не поддавшись панике и не совершив кучу ошибок. Немедленно появилось желание отомстить. Охотник огляделся и остановил свой взгляд на соседней стройке. Спустя секунду его лицо просветлело – это был шанс закончить начатое. Стройка идеально подходила для мести. Но вот пойдет ли она за ним, если заметит?

Немного подумав, Фэйр решил, что пойдет. Ведь, во-первых, он ее ударил, а во-вторых, она не простит ему смерти друзей… Ее чувство долга было излишне развито. На этом Охотник и собирался сыграть. Кивнув сам себе, Михаил выбрался из небольшой толпы и направился к небольшому коридорчику между двух зданий, так можно было выйти на стройку без обходных путей. Теперь дело было за Кристиной…

Я спокойно дошла до машины, собираясь немного посидеть, однако едва я взялась за ручку дверцы как заметила Фэйра. Он уходил через узкий коридор, ведущий к соседней стройке.

Уходил?!

Это наблюдение пинком выбросило меня из наступающей апатии. «Как он вышел незамеченным? Через внутренний двор? Тогда почему он с этой стороны? Так. Это потом! Сейчас вопрос в том, что теперь делать? Его надо остановить! Но как?»

Перед тем как войти в узкий коридорчик, Михаил обернулся на свой офис, не замечая меня за машиной. Но… мне показалось, или на его лице мелькнуло что-то похожее на досаду? Показалось, наверное… Лагин покачал головой и вошел в коридорчик.

«Что делать? Крикнуть? Но это привлечет внимание и фэйра. Ведь наверняка вся документация уже перенесена на диски и спрятана, а компьютерные базы данных вычищены до основания. А эта «Панорама мира»?

Нельзя дать ему уйти!

Он должен все рассказать!

Он должен за все ответить!»

Не думая ни о чем, я бросила куртку на сиденье и кинулась за Фэйром, едва не врезавшись в какого-то любопытного подростка.

– Осторожнее, ты! – Он ругнулся, но я этого даже не заметила. Переживет!

Тело вяло запротестовало против еще одного всплеска физической активности, но быстро заткнулось – меня такие мелочи сейчас не волновали. Уже возле коридорчика я обернулась, Лиса не было видно. Перед зданием по-прежнему было очень мало народа. Я никого не знала, к кому обращаться было неизвестно. Вот так всегда, и бремя ненормальной скинуть не на кого! Тяжело вздохнув, словно перед прыжком со скалы, хотя в какой-то мере так оно и было, я заглянула в коридорчик. Пусто. Значит, он уже возле строящегося дома. Да я так опоздать могу! Надо хотя бы проследить за ним! Логики в моих поступках сейчас не было никакой. Была только неоправданная глупость, но я просто знала, что должна помешать Фэйру уйти. В конце концов, именно из-за него погибли трое наших Тестеров. Я проскочила коридорчик и едва успела заметить, как Фэйр входит в почти законченный подъезд.

«Что он задумал? Ведь со стройки можно уйти и не входя в дом совсем. Так почему он поступил именно так? Почему?»

Только добежав до подъезда, я вспомнила о пистолете за поясом. Точно идиотка, забыла про оружие! Нельзя же так. Вытащив пистолет, я почувствовала себя намного спокойнее и уже более уверенно вошла в полутемный дом. Собиралась ли я стрелять в Охотника?

Да, черт возьми! Собиралась!

В подъезде было тихо и пусто. Я осторожно прошлась до поворота, заметив грязные следы, и выглянула. Там была лестница. Тихая и такая же полутемная. Свет с улицы не попадал сюда, из-за того, что окна были закрыты какими-то деревяшками, а те лампы, что горели, работали вполсилы. Уж не знаю почему. Вечно у нас так, все через пень-колоду. И где Фэйр? Я прошла до лестницы и еще раз огляделась, даже под лестницу заглянула – пусто. Не мог же он раствориться в воздухе… Неожиданно выше мелькнула тень, и я вновь выглянула, уже со ступенек. Определенно это был Фэйр. Я прижалась к стенке и начала медленно подниматься… «Боже мой, куда я лезу? Ведь Михаил меня просто по стенке размажет, он же даже в комнате ударил меня далеко не в полную силу. И почему я не Джеймс Бонд?» Я старательно прислушивалась, жалея, что не имею подобного опыта в реальности. Когда все это закончится, попрошу Лешку взять меня с собой на полигон, пусть немного поднатаскает. Хоть буду знать, что делать, а то весь мой опыт исчисляется пройденными играми и несколькими боевиками на военную тематику, которые я смотрела по несколько раз. То есть в итоге получаем исключительно теоретическо-кинематографический опыт…

Поднявшись на несколько этажей, я приблизилась к перилам и осторожно выглянула – на пять пролетов выше меня находился Охотник. Поднимался, не особо скрываясь. Он, видимо, не ждал погони, но скорость его передвижения была немного выше моей. Он уходил… Плюнув на маскировку, я кинулась следом, перепрыгивая через ступеньки и ругаясь сквозь зубы, что не занималась достаточно бегом. Пистолет я все еще судорожно сжимала в руке, хорошо хоть, что с предохранителя не сняла, а то точно сама себя бы поранила!

Пробежав пару-тройку пролетов, я обнаружила, что нахожусь на открытой площадке. Два проема вели в какие-то помещения, но Фэйра нигде не было. Пока я недоуменно оглядывала стройматериалы, сверху прошуршала штукатурка, заставив меня резко вскинуть голову – вот он! Михаил осторожно обходил банки с краской, уверенно продвигаясь к двери, ведущей, как я поняла, на крышу.

Не успею! Пока добегу, у него будет несколько минут, чтобы уйти в любом направлении. Не думая, что стреляю по живому человеку, я вскинула пистолет, вцепившись в него двумя руками, и нажала на курок. Пуля чиркнула по перилам, Лагин отшатнулся, едва не упав, и оглянулся. Я выстрелила еще раз… Мимо. Слава небу! Не попала!

Брови Охотника изумленно взлетели вверх, когда он меня увидел, но это не помешало ему метнуться дальше. Еще несколько метров и он окажется на крыше! И у него будет время уйти! Я ринулась за ним, в рекордное время преодолев оставшиеся пролеты и, на удивление, ни разу не споткнувшись. Выскочив, я успела заметить, как Охотник поднялся по железной лестнице на следующую крышу. Да кто придумал эти ступенчатые дома с плоскими крышами?! Сейчас я бы этого человека сама прибила бы. Архитекторы, мать их! Адреналин бурлил в крови, порой затмевая рассудок.

Выбравшись на вторую крышу, я огляделась – никого. И только следы в снегу вели в обход различных наваленных стройматериалов. И надо же мне было кинуться за Фэйром, не подумав, что он ведь не дурак и может поджидать меня за углом. Все мы умны задним числом… Так и оказалось, едва я выбежала из-за нагромождения, как меня перехватили за руку, дернули вперед, и короткий, но весьма сильный удар в спину швырнул меня носом в грязный снег. Я выронила пистолет и прокатилась до бетонных плит, сложенных возле лесов. Перед глазами вспыхнули знакомые звездочки, и волной накатила боль.

«Да я ж так и не оклемаюсь!

Думать раньше надо было!»

Тряхнув головой, я все же сумела с некоторым трудом встать на ноги.

«Все-таки нельзя так напрягаться по несколько раз в день. Так и до паралича недолго. Мышцы не отойдут… Пистолет! Где мой пистолет?»

В панике оглядевшись, я обнаружила оружие валяющимся в нескольких метрах от меня, и Фэйр был к нему намного ближе. Михаил неторопливо подошел к пистолету, превосходно понимая, что я просто не успею к нему раньше, и поднял его. Дуло теперь смотрело мне в лоб.

– Я недооценил тебя, Темная, – усмехнулся он, успокаивая сбитое дыхание, – во второй уже раз.

Я молчала, пытаясь решить, что мне следует делать. В голову не приходило ни одной путной мысли.

Пустота…

Только шум от удара…

– Ничего не хочешь сказать, Кристин? – поинтересовался Охотник.

«Хочу сказать! Очень! Все, что я о тебе думаю!

Все!!!

Даже то, что наше противостояние не должно было выйти за пределы Сети. Не должно было выйти в реальность! Но вышло же. Вон как вышло – меня второй раз за день держат на прицеле».

– Нет, – покачала я головой, противореча самой себе. – Смысл говорить, если это все ерунда?

– Жаль, что ты так считаешь, – вздохнул он и, немного помолчав, добавил: – Знаешь, извини, я не думал, что все перейдет в жизнь. Причем таким образом.

– Не я начала, Фэйр, не я… – Я отряхнулась от снега, стараясь не думать о пистолете в его руках.

– Ты прекрасно понимаешь, что в живых я тебя оставить не могу. – В голосе Охотника прорезалась жесткая нота. – Это решено, и не я проиграл этот поединок. Закрой глаза, тебе некуда деваться. – И он выстрелил.

Для меня время словно замедлилось. Я видела, как он медленно нажимает на спусковой крючок. За долю секунды до выстрела ноги мои подломились, и я навзничь рухнула в грязный снег. Пуля просвистела над головой, плечо пронзила дикая боль – я упала на какие-то камни и доски.

«Мать! Больно!»

Встать я пока не могла, прижав онемевшую руку к телу. Боль вновь накатывала волнами.

«Блин! Как я не убилась, когда он меня швырнул? Повезло?»

– Вот ведь. – Он подошел ближе, чтобы не промахнуться во второй раз. – И тут сопротивляешься.

– Не та порода, – прошипела я, с трудом поднимаясь на колени. В голове от боли шумело. И я точно знала, что теперь увернуться не смогу. Мне и так слишком долго везло.

– Лис тебя хорошо научил, – в голосе не было ни капли насмешки, – но сейчас тебе это не поможет. Встань!

Я оперлась обеими руками о крышу, собираясь с силами, чтобы встать. Неожиданно под ушибленную и медленно обретавшую чувствительность руку попалась какая-то железка, и пальцы рефлекторно сжались, обхватывая этот штырь. Судя по весу – он короткий.

– Встаешь?

– Да. – Я перенесла вес на левую ногу и, резко оттолкнувшись, обрушила найденный штырь на руку Фэйра. Он вскрикнул, и пистолет отлетел. Выпрямившись, я вновь ударила, теперь уже наотмашь, обеими руками сжав железку. Михаил упал, схватившись за челюсть, а я бросилась к пистолету. Пока Охотник поднимался, я успела подхватить оружие и прицелиться. Фэйр замер, держась за челюсть. По правой руке медленно струилась ярко-алая струйка крови – видимо, я задела сосуды. Н-да… Теперь между нами было гораздо большее расстояние. Перед глазами все прыгало. Сердце отчаянно билось о ребра, словно стремясь вырваться. Я медленно подняла вторую руку и теперь держала пистолет обеими, так было лучше и давало время на раздумье. Я не знала, что делать дальше: «Пристрелить его? Но попаду ли? Тогда всего лишь ранить? Опять же, не уверена, что попаду».

– Ну? – коротко и с ощутимым трудом спросил он.

Я промолчала, не различая его, я видела только деревяшки за его спиной, если попаду вон в ту, прыгающую, то вся конструкция рухнет на него. И не придется стрелять по нему. И я нажала на курок. Отдача прокатилась волной боли по раненому плечу, несмотря на то, что я держала пистолет обеими руками.

Фэйр все еще стоял.

– Ты промахнулась! – В голосе врага проскочила насмешка, но он не двигался, так как не знал, сколько у меня осталось патронов.

– Нет… – Я устало покачала головой, с трудом удерживая на весу ушибленную руку. – Фэйр я не промахнулась…

Ответить он не успел. Тонкая перекладина под весом остальной конструкции подломилась, и на Охотника рухнули двухэтажные леса, погребая его под собой. Короткий вскрик убедил меня, что его задело. Все кончено… Я тяжело осела на крышу и, выронив пистолет, закрыла лицо руками. Плечо взорвалось острой болью, но я не обратила на нее никакого внимания. На душе было погано, впервые в жизни я стреляла по живому человеку, а не по мишени в тире или на компьютере. Впервые в жизни я кого-то всерьез покалечила. И мне от этого было паршиво… И даже очень…

Глаза застилали слезы, а я сидела в холодном снегу, закрывая лицо руками и не имея сил встать и куда-то пойти. И тишина. Лишь ветер гуляет по открытому пространству…

Через минуту все ожило, и на крыше появилась целая толпа народа. Я не отреагировала, ожив только, когда услышала голос Лешки:

– Юльча.

– Я стреляла в безоружного, – безразлично сообщила я, отняв руки от лица и едва не согнувшись от острой боли в плече. Краем глаза я заметила, что Михаила осторожно начинают откапывать.

– Во врага, – бросил Лис и вздохнул. – Пойми, рано или поздно тебе пришлось бы это сделать. И не поддавайся этому состоянию. Ты ведь не убила Михаила, а всего лишь обезвредила. Малыш, ты ведь… – На этом у него слова закончились, и он опять вздохнул.

– Что я? Темная… Берс… – Я покачала головой. – Леш, это не игра.

– Любимая, это как раз самое то. – Он снял куртку и набросил мне на плечи. – Идем. Все, теперь уже все… Вспомни девиз: «Истина будь справедлива!» А ты ведь Темная и отстаивала нашу Истину.

Я кивнула и, машинально передернув плечами, едва не взвыла от боли.

– М-м…

– Что?!

– Плечо! – Я все же согнулась от боли. – Ушибла.

– Потерпи. Выпрямись-ка! – Руки Лиса прощупали плечо. – Вывих. – И без перехода: – Сейчас будет больно. – Он резко вправил плечо на место, и я не удержалась – вскрикнула. Слишком больно. Слезы вновь навернулись на глаза.

– Тише, теперь все в порядке. – Он прижал меня к себе, укачивая как маленького ребенка.

– Леш, помощь нужна? – К нам подошел какой-то мужчина.

– Да. – Алексей поднял голову. – У нее плечо выбито.

– Вправил? – Этот некто опустился рядом и без всякого зазрения совести расстегнул мой свитер, скинув куртку Лиса на крышу. Я как-то отстраненно подумала, что надо сказать что-то язвительное или возмущенное, но особого желания не было, и я смолчала.

– Да, перебинтуй.

– Хорошо, на первое время сделаю, но дома сделаешь как положено! – предупредил мужчина.

– Сделаю, Серж. – Лешка отодвинулся, давая ему пространство для маневра.

– Алексей! – раздался крик от кучи балок и досок, под которыми до сих пор лежал Охотник. Лис резко оглянулся.

– Что?

– На секунду!

– Сейчас. – Он улыбнулся мне. – Я ненадолго. – Он встал и подошел к звавшему. Тот показал на сломанные доски и начал что-то объяснять.

– А ты молодец, – неожиданно заговорил Сергей, старательно туго бинтуя мое плечо поверх трикотажной майки. Я устало посмотрела на него, плечо ныло и скулило от боли, но все же я поинтересовалась:

– В смысле?

– Не испугалась, – пояснил чоповец, – и держалась гораздо лучше многих наших молодых. Такую девушку стоит ценить. – И он мгновенно сменил тему: – Так, свитер застегивай сама, а руку на перевязи носить будешь! И не напрягаться!

Я покорно застегнула свитер, и этот так называемый врач зафиксировал руку в согнутом состоянии.

– Ну? – Рядом опустился Лис.

– Баранки гну, – фыркнул Сергей, собирая аптечку. – Руку пусть носит на перевязи дня три. И пусть поменьше ее напрягает. Дома вколешь обезболивающее. Понял? – В голосе проскочила угроза.

– Понял. – Алексей помог мне подняться и, вновь набросив свою куртку мне на плечи, крепко прижал к себе. – Я всегда знал, что ты ненормальная и везучая, зараза!

Я слабо всхлипнула, зарывшись лицом в его свитер. Слезы были где-то совсем рядом. Только бы не заплакать. Вот и не верь после этого, что у девчонок глаза «на мокром месте».

– Завидую я тебе, – признался Сергей и ушел.

– А что тебе еще остается? – насмешливо ответило мое чудо ему вслед и заглянуло в мои заплаканные глаза. – Идем домой?

– Да. – Я немного подумала, но все же решила спросить. – Леш… Как ты меня нашел?

– А ты как думаешь? – Он легонько потянул меня в сторону лестницы, потому что я стояла на месте и двигаться не желала.

– Не знаю. – Я едва удержалась, чтобы не пожать плечами. – Следы?