Лев и Солнце

Глава 1.7

– Цаветанем! Как ты вырос! Совсем мужик стал взрослый! – заохала бабушка Лусинэ, встречая внука в воротах.

Рудик обнял ее и зашел во двор.

Небольшого росточка, хрупкая и очень доброжелательная, Лусинэ пользовалась большим уважением в Нахичевани. От нее веяло чистотой и добром. Таким же был и ее дом. В маленьком дворике цвели розы, на веранде была устроена летняя кухня. В погребе на стеллажах стояли банки с вареньем, компотами, домашними соленьями и виноградными листьями. Все подписано и упорядочено. В самом доме небольшая кухонька со столом и четырьмя стульями, следом зал с непременным диваном перед телевизором. Две спальные комнаты, в конце коридора туалет и ванная. По удобствам сравнимо с трехкомнатной квартирой в панельной многоэтажке.

Рудик расположился в одной из спален, которую бабушка подготовила заранее.

Лусинэ позвала внука на кухню, где накормила харисой из индейки15. Время было около шести часов вечера, звонить Марине еще рано. У них был договор: Рудик звонил ровно в 21:15, и Марина к этому времени перетаскивала телефон в свою комнату. В случае, если отвечал кто-то другой, Рудик просто вешал трубку.

Решив подождать до девяти вечера, парень вышел на улицу. Закурив сигарету, огляделся вокруг. Улицы Нахичевани были очень похожи на Колонку. Те же дома, у кого-то больше, у кого-то меньше. Кругом люди. Кто-то просто сидит возле дома, кто-то играет в нарды, кто-то прогуливается. Но почти все друг друга знают. Разница только в том, что кругом не евреи, а армяне. Рудик одинаково относился к обеим нациям. Его брат Мишута считал себя больше евреем, а сам Рудик не зацикливался на этом.

В магазинчике на улице Ченцова Рудик купил пачку «Мальборо» и пошагал назад по другой стороне улицы. Недалеко от бабушкиного дома он увидел двоих ребят, сидящих на лавочке и играющих в нарды. Спиной к нему сидел Вагаршак, Рудик сразу узнал его, а напротив – брюнет с большим носом и грустными армянскими глазами. Они по очереди кидали кубики и переставляли шашки, эмоционально что-то выкрикивая на армянском. Армянин заметил Рудика, но, ничего не сказав, продолжил играть.

– Джухт!16 – крикнул он, а когда у него выпало две шестерки, он радостно добавил: – Вердж, ду крвецирь!17

– Если ему выпадет пятерка, то проиграешь ты! – невозмутимо произнес Рудик.

Вагаршак удивленно развернулся. Узнав парня, он вскочил и весело воскликнул:

– Рудик! Ахпер!18 Ты когда приехал?

– Сегодня днем, – улыбнулся Рудик.

Они обнялись, Вагаршак представил ему друга. Того звали Алик. Рудик пожал парню руку.

– Надолго ты, брат? – спросил Вагаршак.

– Да. Думаю, очень надолго.

– Ладно, расскажешь по ходу… а сейчас пойдем посидим!

– Доиграем, может? – спросил Алик.

– Лав, ахпер, ес крьвеци!19 – отмахнулся Вагаршак и, положив руку на плечо Рудику, повел его на другую сторону улицы.

Пройдя мимо дома бабушки Лусинэ, еще через один дом они оказались перед воротами Вагаршака.

Рудик остановился:

– Ваго, брат! Я заходить не буду!

– Как не будешь? – не терпящим возражений тоном произнес парень. – Зайдем, покушаем, выпьем и пойдем в город!

– Я только покушал… – уперся Рудик. – Давай пойдем сразу в город, где-нибудь присядем, поболтаем… дома родители… неудобно…

Вагаршак развел руками, но спорить не стал, зная упертый характер друга.

– Хорошо! Пойдем в кафешку посидим! – предложил он.

Вага остановил такси и скомандовал:

– На Большую Садовую… к парку Горького.

«Волга» заревела мотором, и уже через 15 минут ребята вышли на улицу за парком. Рудик успел рассказать по дороге свою короткую историю, как и почему он оказался в Ростове.

– Может, оно и к лучшему, ахпер? – отреагировал Ваго. – Мы тут таких делов с тобой наделаем! Ну что твой Нальчик? Деревня!

Рудик усмехнулся и промолчал. В мыслях мгновенно промелькнули родная Рабочая улица, синагога и… Марина. Сердце кольнуло. Он окинул взглядом Большую Садовую, по которой они шли. Везде незнакомые люди. Во всех отношениях незнакомые. Совершенно иной народ, со своим менталитетом и другими взглядами на жизнь.

Достав сигареты, он закурил. Вагаршак дружелюбно улыбался, понимая, что Рудик вспомнил родной город.

– Привыкнешь, брат! – похлопал он его по плечу. – Я рядом буду. Тебе Ростов понравится! Пойдем кофе попьем!

Рудик молча кивнул. Они зашли в кафе «Старые друзья». Вага усадил гостя за столик и пошел к прилавку, официантов тут не было. Рудик огляделся. Заведение было из недорогих, но, судя по всему, очень популярное у молодежи. Спустя пару минут вернулся Вага с подносом, на котором стояли две чашки кофе и тарелка с пирожками.

– Тут очень вкусные пирожки! – заявил он и, усевшись, продолжил: – Студенческая кафешка, старая очень! Возможно, сюда еще твой папа ходил, когда учился.

– Да, народу полно…

Вагаршак хитро прищурился:

– Тут рядом пединститут! Все девчонки сюда ходят! И я…

– …и ты бегаешь сюда на охоту! – закончил Рудик со смехом.

– Ну да! – кивнул Вага. – Хочешь, тебе сейчас кого-нибудь подцепим. Сейчас, правда, мало студентов… каникулы начались.

Рудик отпил кофе и серьезным тоном спросил:

– Расскажи, чем ты занимаешься тут. Какие планы на будущее?

– Сейчас зарабатывать можно! – уверенно ответил Ваго. – Конечно, опасно… но… если все делать с умом, есть хорошие варианты!

– Например? – уточнил Рудик

– Например, в мае мой двоюродный брат пригнал из Германии 124-й «мерседес». Он еще не доехал до Ростова, а я его уже продал! Братьям Самарян… это наши местные авторитеты. Спортсмены, борцы. Может, слышал? – Рудик покачал головой, ни про кого из Ростова он не слышал. А Вагаршак продолжил: – Так вот, я заработал на этом пять тысяч долларов! Представляешь? И более того! Самаряны заказали еще машины! Просят пригнать и даже деньги вперед дают! Остается только поехать и привезти!

– А ты им доверяешь? Самарянам? – подозрительно спросил Рудик.

– Конечно! – воскликнул Ваго. – Они очень благородные ребята! Можно сказать, лидеры ростовских армян!

– Так ты хочешь поехать пригнать им машину?

Вагаршак заговорщицки наклонился над столом:

– Если самим махнуть, можно хорошо заработать! Это сейчас очень доходно! У меня есть кто там поможет купить… в Германии.

Рудика идея Вагаршака не сильно впечатлила. Он слышал, что, пригоняя машины, можно зарабатывать. Но ему было известно и то, что по дороге, на трассе, стоит куча тех, кто может запросто отобрать машину! Помимо этого есть риск, что купишь барахло, если не разбираешься. Вдобавок еще и милицейские, от которых придется откупаться, если им что-то не понравится. Нет! Это точно не для него!

Проглотив по пирожку с джемом и допив кофе, друзья вышли на улицу. Погода была хорошая, и Ваго предложил прогуляться в парке. Рудик согласился, до девяти еще было время, почему бы не подышать свежим воздухом? Вагаршак рассказывал всякие истории про свою жизнь за те два года, что они не виделись. Рудик больше молчал, раздумывая о том, что же все-таки его ждет в этом городе. Было такое предчувствие, что он встретит тут нужных ему людей. Надо только понять, что перед тобой именно они.

Дома он был без пяти минут девять. Лусинэ предложила поужинать, но Рудик отказался, сославшись на усталость. Радиотелефона у бабушки не было, и Рудик поблагодарил Провидение, что шнур у допотопного аппарата был длинный. Он закрылся в своей спальне, дождался, когда часы покажут 21:13, и набрал номер Марины. Сердце забилось быстрее, он взмолился, лишь бы она была дома!

– Алло! – раздался нежный голос после первого же гудка.

– Привет, Марина! – тихо поздоровался Рудик.

– Ну наконец-то! – прошептала девушка. – Я весь день в панике хожу… Тут чего только не говорят про тебя…

– Что, например? – улыбнулся Рудик, счастливый оттого, что слышит ее.

– Да говорят, ты в Израиль уехал… другие говорят, что отец твой отправил тебя в Москву… в общем… – Она сделала паузу и вздохнула. – Уехал ты… говорят, навсегда…

Рудик не смог сдержать смеха. Он расхохотался, потом, успокоившись, сказал:

– Ну что ты всех подряд слушаешь, а? Ты разве забыла, что я столько раз тебе говорил?

– Ох, ты столько всего говоришь… Я уже запуталась…

– Я никогда не отступлюсь от тебя! Только если умру. А пока… Я уехал в Ростов ненадолго!

– В Ростов? – удивилась Марина. – И когда ты вернешься? Что мы будем делать теперь?

– Ты будешь ждать, а я… Я заработаю кучу денег и вернусь за тобой! Когда я буду обеспечен, твои никуда уже не денутся и мы поженимся!

Марина опять вздохнула:

– Не получится ничего у нас…

– Получится! – уверенно заявил Рудик. – И я тебе скажу почему!

– Скажи! – печально согласилась она.

Последовала пауза.

– Я… Ты должна быть моей! Я… – Рудик снова замолчал, не решаясь продолжить. Марина с бьющимся сердцем ждала, затаив дыхание. – Я… не могу… без тебя… жить! – выдавил он наконец.

– Рудик, послушай… Я буду тебя ждать, сколько возможно, но не все зависит от меня! Я сопротивляюсь воле родителей, как могу, но и их понять можно…

– Да что их понимать? – горько усмехнулся парень. – Они, видать, не особо желают своей дочери счастья.

– Зачем ты так? – обиженно произнесла она. – Тебе не понять этого. Они переживают за меня.

– Ну да, заметно.

– Все, тема закрыта! – строго произнесла девушка. – Постарайся приехать побыстрей!

– Хорошо! Сделаю все, что смогу… и не смогу тоже! – ответил он.

– Я побежала! Пока!

– Спокойной ночи! – попрощался Рудик и положил трубку.

Глава 1.8

Прошла неделя, как Рудик Авшалумов жил в Ростове-на-Дону. За это время он успел немного освоится и начал привыкать к новому месту. Его единственным другом оставался Вагаршак, которого все называли Ваго. Также Рудик успел ближе познакомиться с Аликом, который жил напротив дома бабушки.

Он ежедневно ходил по городу, выясняя, кто и что из себя представляет, кто чем занимается и где можно заработать деньги. Перспектив пока не предвиделось. Местные жители в основном торговали на рынке Нахичевани, используя свои дома в качестве складов. Многие занимались ювелирными изделиями. Были, конечно, и рабочие. Самым крупным в городе был завод «Ростсельмаш», где производили комбайны, но жители Нахичевани на «Ростсельмаше» не работали. Если они и трудились на производстве, то на Ростовском комбинате шампанских вин, где делали знаменитое «Советское шампанское» и «Цимлянское игристое». Правда, с развалом СССР производства стали затухать. Инвестиций от государства не было, а приватизация до Ростова пока еще не дошла.

Рудик, понятное дело, не видел себя в качестве простого рабочего, пусть даже с возможностью хорошо приварить путем воровства. Ему нужно было что-то крупное, глобальное! Он жаждал рискнуть, но получить в случае успеха много. И не только денег. Он хотел заработать авторитет. За неделю он узнал, что в Ростове полно криминальных группировок и полукриминальных кланов. Группировки русских орудовали в городе, но в Нахичевань не лезли. Тут все держалось на иерархии, а воровской кодекс был вроде Библии. Тем более что кругом были армянские поселки, включая самый большой из них, Чалтыр, и в случае надобности уже через час городским собратьям могли прислать на подмогу молодых бойцов.

В Нахичевани самой влиятельной была семья Самарян. Три брата, три мастера классической борьбы, объединили вокруг себя большое количество спортсменов. В основном они занимались бизнесом, но также участвовали в различных криминальных схемах, посещали сходки и бывали на разборках. Сфера влияния братьев Самарян росла, и их люди уже мелькали во многих районах города, беря под свой контроль магазины, рестораны и частные фирмы. При этом они помогали тем, кто попал в беду, жертвовали деньги на церковь, поддерживали спорт и выделяли солидные суммы детским домам. Самаряны никогда не поступали жестоко, старались быть справедливыми, и это у них получалось, за что простые люди братьев и уважали. Конечно, кроме них было много других сообществ, но такой организации и порядка, как у братьев Самарян, не смог достичь никто.

В Ростове традиционно проживало много авторитетов и воров в законе. Эти люди держались особняком, не имели дел с рэкетом и не собирали вокруг себя боевиков. Авторитет или вор в законе мог решить все одним разговором, без применения силы. В этом и заключался их талант. Они со всеми дружили и за решение каких-то вопросов получали «грев» от тех, кто к ним обращался. Чаще деньгами, но также домами, машинами и многим другим.

По вечерам негласные хозяева Ростова любили собираться на левом берегу Дона, где располагались рестораны, кафе, пансионаты и базы отдыха.

Вечером 17 июля 1993 года Рудик, Ваго и Алик шагали по Большой Садовой мимо парка имени Горького в сторону Нахичевани. Время было около девяти вечера, народу на улице поубавилось. Ребята шли не спеша, со смехом обсуждая, как час назад познакомились с тремя симпатичными девчонками. Ваго тут сыграл главную роль, и друзья подкалывали его, называя Ален Делоном, что льстило его самолюбию.

Проходя мимо гостиницы «Интурист», они столкнулись с группой крепких парней, сопровождающих худощавого мужика лет сорока в клетчатой кепке. Бесцеремонно растолкав ребят плечами, компания – всего их было пятеро – двинулась дальше.

– Эй, аккуратней ходите! – крикнул Рудик.

Двое тут же обернулись, мужик в кепке, сверкнув золотым зубом, злобно воскликнул:

– Хлебало закрой!

– Я тебе его сейчас закрою! – без тени страха ответил Рудик.

Парни мигом остановились, развернулись и с удивлением уставились на Рудика. Ваго и Алик подвинулись ближе к приятелю, всем своим видом показывая, что они готовы к схватке, пусть им этого и не хотелось. Ясно, что силы были неравны. Качки из криминальных кругов, как пить дать с ножами, им ничего не стоило на раз-два-три положить всех. Но Рудик никогда не отличался ни сдержанностью, ни тем более трусостью. Загораясь, он не мог трезво оценить ситуацию и готов был броситься на обидчиков в одиночку.

Фиксатый вразвалочку подошел к Рудику и процедил сквозь зубы:

– Я не ослышался, сосунок? Ты это мне сказал?

– Ну, если ты не глухой, смысла нет повторять, – дерзко ответил парень. – Тебе, тебе, кому же.

Качки оторопели, а фиксатый с нехорошей улыбкой посмотрел на друзей Рудика:

– Вы тут все самоубийцы? Или только он? С чего такая смелость?

– Мы не самоубийцы, – ответил Ваго. – Но если надо, будем стоять с другом до конца!

– Ты знаешь, кто я? – прищурившись, спросил фиксатый у Рудика.

– С чего я должен знать? – пожал плечами парень. – Ты что, кинозвезда?

– Я, допустим, знаю, кто вы, – внезапно заявил Алик. – А он не местный… он недавно приехал.

– А… – повернулся к нему фиксатый. – То есть думаешь, как его отмазать?

– А что меня отмазывать? – возмутился Рудик. – Ты себя отмажь! Хочешь отношения выяснить, давай как мужчины отойдем вдвоем и разберемся…

Ваго незаметно дернул его за руку, показывая глазами, что не стоит этого делать. Но слова уже были сказаны, и фиксатый, пораженный дерзостью, посмотрел на своих сопровождающих:

– Что за идиот! Впервые такого вижу!

В долю секунды в руках у него блеснул нож, однако Ваго успел схватить бандита за локоть. Драчка была неминуема, но тут всех остановил громкий окрик со стороны:

– Ша! А ну хватит!

На тротуаре стоял высокий красивый большеносый мужчина в дорогом белом костюме. Русые волосы аккуратно зачесаны назад, одну руку он держал в кармане брюк, во второй была сигарета. Из-под расстегнутой на три верхние пуговицы рубашки виднелась толстая золотая цепь, на которой висел массивный крест, украшенный драгоценными камнями. Хотя на вид ему было не больше тридцати лет, за ним чувствовались сила и власть.

Он повелительным жестом махнул рукой и осуждающе произнес:

– Вы что тут устроили? На улице прямо!

Фиксатый, как оказалось, был с ним знаком. Он опустил нож и криво ухмыльнулся:

– Что? Будешь мазу сейчас за своих тянуть? Профессор! Да они беспредельщики! Не уважают старших.

Мужчина бегло окинул взглядом ребят и с беспристрастным выражением лица сказал:

– Оставь их в покое, Фикса. Они же детвора. На кого ты с финкой кинулся? Сам как беспредельщик себя ведешь…

– Но он должен ответить! – крикнул фиксатый и замахнулся ножом, пытаясь полоснуть по лицу Рудика.

Но мужчина ловко перехватил его руку.

– Тормози, говорю! Что ты тут устроил? – хмуро сказал он фиксатому.

Качки все это время даже не шевелились. Было видно, что они не собираются идти против заступившегося за ребят мужчины. К тому же от дверей «Интуриста» скорым шагом к ним направлялись несколько человек. Один из них, неуловимо похожий на русоволосого, только темнее и старше него, крикнул:

– Цо! Ми зарге!20

Фикса заволновался. Мужчина отпустил его руку и спокойно произнес:

– Иди своей дорогой, Фикса! Считай, что ничего не было!

Фиксатый со злобой окинул взглядом Рудика и вместе со своим друзьям поспешил удалиться. Мужчины, вышедшие из «Интуриста», о чем-то громко заговорили на армянском с Ваго и Аликом. Скорее всего, ругали их.

Красавчик в белом костюме продолжал спокойно стоять, не выражая никаких эмоций. К нему подошел похожий на него мужчина (он был одет в простые черные брюки и такого же цвета футболку) и спросил:

– Инча эhэль, Артур?21

– Вочинч22, – ответил красавчик и посмотрел на Рудика, который тоже был абсолютно спокоен и стоял с высоко поднятой головой. – Ты что, Фиксу не знаешь? – спросил он у него.

– Нет. А почему я должен его знать? – Рудик усмехнулся. – Он что, знаменитость?

– Так ты не ростовский, что ли?

– Нет! Я из Нальчика.

– Ты армянин? – спросил мужчина в черном.

– Нет, я горский еврей, – ответил Рудик.

– У него мама армянка, – вмешался в разговор Ваго. – Анаид… Дочь Лусинэ Маркосян.

Мужчины переглянулись, Артур перевел удивленный взгляд на Рудика:

– Ты… Отец у тебя… Иосиф, кажется, его зовут?

– Д-да… – ошарашенно произнес парень. – А откуда вы знаете? Вы… кто?

Мужчина в черном улыбнулся и протянул ему руку:

– Меня зовут Микаэл. А это мой младший брат Артур.

– Рудик! – ответил парень и пожал руку, не понимая что происходит.

Артур дружелюбно посмотрел на него и сказал:

– Сама судьба тебе нас послала! А то Фикса порезал бы тебя на куски.

– Кто вы? – еще раз спросил Рудик.

– Мы, получается, родственники! – улыбнулся Микаэл. – Твоя мама Анаид – наша троюродная сестра!

– Лав эли!23 – схватился за голову Ваго.

– Но я вас впервые вижу! – воскликнул Рудик.

– Так мы же не в Нальчике живем, – подмигнул ему Микаэл. – Мы несколько лет назад приехали в Ростов.

– Ну ладно, мне пора! – сказал Артур и властным голосом добавил: – Расходимся, ребята! Хватит болтать! – Потом снова взглянул на Рудика: – Приходи к нам! Мы каждый вечер тут, в «Интуристе»! Заходи прямо завтра, познакомимся получше! Если помощь нужна, всегда говори!

– Хорошо! Спасибо! – кивнул Рудик.

Артур остановил такси и уехал, Микаэл с друзьями дождались, пока ребята тоже сядут в такси, и пошли обратно в гостиницу.

Вернувшись в Нахичевань, они еще долго сидели на лавочке, обсуждая случившееся. Рудик узнал, что Фикса – один из самых жестоких бандитов в Ростове, беспредельщик, и то, что они не пострадали, это счастье. Вообще, Фикса – одиночка, но трется со всеми. С ним наверняка были бойцы из какой-то местной группировки.

Артур и Микаэл, которые оказались родственниками Рудика, чего не знал Вагаршак, раньше жили в Ленинакане, который после 1991 года переименовали в Гюмри. Их мать, как и мать Рудика, была ростовчанка, но потом вышла замуж и уехала. Сыновья выросли в Ленинакане, но после землетрясения 1988 года семья переехала в Ростов.

По рассказам Ваго и Алика, Артура знал весь город. Его кличка была Профессор. Он слыл парнем смелым и справедливым. Не раз рисковал жизнью ради друзей, но выступал исключительно на стороне правды. Артура всегда можно было найти в «Интуристе», если кому-то надо было обратиться за помощью. Его старший брат Микаэл, или Мика, как его все звали, в разборки особо не лез, но при этом всегда был рядом с братом, готовый, если надо, закрыть его собой. Причем, если Артур старался договориться мирно, Мика силы не жалел. У Мики был небольшой цех в Нахичевани, он разливал подпольную водку. Там же стояло оборудование, на котором его рабочие шили поддельные кроссовки «Адидас». Деньги он зарабатывал неплохие, но богато они не жили, потому что братья помогали своим землякам и родственникам, пострадавшим во время землетрясения, от которого до сих пор не оправились. Как сказал Ваго, за последние пару лет авторитет Артура сильно вырос. Случилось это после того, как воры в законе, услышавшие про него, приехали в Ростов из Еревана и Сочи. Сначала они поговорили с Артуром, потом была большая сходка, на которой Артур присутствовал уже как равный ворам, как авторитет.

В России теперь начиналась новая эпоха. Правительство не успевало писать законы, порой противоречащие друг другу, и контролировать их выполнение. Везде был произвол, и главным становился тот, кто сильней, умней и хитрей. Ростов в этом отношении не был исключением. Но пока ни один из местных авторитетов не смог стать единоличным хозяином города. А Профессор, благодаря своему мастерству вести переговоры, благодаря щедрости и уму, большими шагами шел наверх.

Глава 1.9

В воскресенье вечером Рудик вышел на улицу около шести часов вечера. На нем были любимые льняные брюки и такая же рубашка. Волосы он всегда зачесывал назад и старался не ходить небритым.

Живые, умные глаза окинули улицу. Увидев Ваго, Рудик не сдержал улыбки. Его друг сегодня смахивал на латиноамериканского наркоторговца. Белые брюки и рубашка из шелка делали парня похожим на Тони Монтану, героя фильма «Лицо со шрамом». Ваго весь сверкал и благоухал. Было ясно, что нахичеваньский Дон Жуан собирается на охоту.

– Как дела, брат? – поздоровался он с Рудиком.

– Нормально! Ты сам как? – ответил тот.

– Все хорошо, брат! Гульнем сегодня? – подмигнул Ваго.

– Можно попробовать… – уклончиво ответил Рудик. Он был не против гульнуть, но его запасы подходили к концу. Доллары он не хотел менять, держал на крайний случай и всегда носил с собой. А рублей осталось совсем немного.

Ваго догадался, в чем заминка, и широко улыбнулся:

– Сегодня за все отвечаю я! Мне отдали старый долг утром… Короче, деньги есть!

Рудик в ответ приподнял уголок рта, не сказав ни слова.

– Поехали в центр! – предложил Ваго.

– В «Интурист»! – решительно заявил Рудик.

– Хочешь увидеть родственников?

– Да, пожалуй.

– Что ж, это было бы неплохо… – задумчиво произнес Ваго. – С такими, как они, неплохо бы подружиться… и работа будет, и все такое… Профессор – серьезный человек!

Рудик улыбнулся, радуясь тому, что друг понимает ход его мыслей. Спустя полчаса ребята уже заходили в ресторан гостиницы «Интурист».

Заведение пока что было заполнено наполовину, но, учитывая выходной день, можно было предположить, что вскоре все столики будут заняты. Музыканты играли тихую музыку, создавая приятный фон. Друзья сели за столик и огляделись. Недалеко от них гуляли две большие компании ростовчан, за столиком у сцены стреляли глазами ярко накрашенные «ночные бабочки», высматривая клиентов. Ваго подошел к одной компании, поздоровался со всеми и о чем-то поговорил на армянском. Рудик узнал мужчин – это были друзья Артура и Мики; всего за столиком сидели пять человек и, судя по свободным местам, ждали еще столько же. Вторая компания – русские, восемь человек, по манерам и одежде – из криминальной среды. Ваго вернулся к Рудику и сказал ожидающему заказ официанту: