Правила хорошей погони

Глава 22

Я отошла вглубь портала, чтобы оказаться за спиной Грайма. За мной нырнули две молоденькие девушки, которые начали кокетливо поправлять прически и коситься в мою сторону. Я кивнула, прикладывая ладонь к груди, и немного сдвинулась, уступая им место. Теперь Грайм оказался на расстоянии вытянутой руки.

Я опустила голову, украдкой рассматривая статную фигуру. Глаза подмечали мелкие детали: потертости на куртке, жесткий воротник, защищающий шею, едва заметную выпуклость сбоку — наверняка там чехол с метательными звездочками.

Гул постепенно нарастал, вынуждая меня оторваться от своего увлекательного занятия. Тело на несколько секунд стало тяжелым, а потом, наоборот, чересчур легким. Ощутимый толчок, и вибрация арки начала затухать. Я поморщилась от едкого запаха портального топлива и почувствовала, как накладные усы щекочут нос. Быстро прикрыла рот ладошкой: не хватало еще чихнуть и выдать себя.

С той стороны портала Грайма встречал невысокий седой мужчина. На груди у него висел значок старосты. Он поклонился и заискивающе произнес:

— Господин Грайм, приветствую. Я отвезу вас в таверну. В «Лихом быке» сегодня подают отличное рагу.

Мильос был маленьким городком, с трех сторон окруженным горами. Вела туда одна дорога — короткая, но довольно извилистая. Поэтому я не удивилась, когда Грайм, скептически взглянув на старинную повозку, заявил, что дойдет пешком. В Мильосе жили в основном ремесленники, которые считали черную смолу злом. Поэтому вместо магмобилей здесь использовали лошадей.

Мне же, чтобы не вызвать подозрений, пришлось прыгнуть в повозку вместе с юными кокетками из портала. Всю дорогу они щебетали, рассказывая о том, что теперь учатся в Тирхольме, а в Мильос наведываются исключительно к родителям. По узкой дороге повозка тащилась еле-еле, поэтому к приходу в таверну Грайма я успела только снять комнату и занять столик у стены. Когда туда попыталась пристроиться парочка, я шикнула на них: если Грайм сядет в другом месте, я просто ничего не увижу и не услышу.

Как только он появился в таверне, разговоры стали тише. Грайм не просто внешне отличался от местной публики. От него исходила давящая сила, которая невольно заставляла людей отводить глаза и прятать голову в плечи. Я для верности тоже съежилась и начала активнее запихивать в рот рагу.

— Что желает господин?

Буквально через минуту рядом со столиком нарисовалась симпатичная темноволосая девица. Подавальщица соблазнительно выгнулась и так улыбнулась, что даже меня проняло. Грайм же не обратил на нее никакого внимания и, попросив принести рагу и похлебку, уткнулся в записную книжку. Я немного сдвинулась и удивленно вскинула брови. Грайм писал моим карандашом! Не моим личным, конечно, но тем самым карандашом из белого дерева, из-за которого я попалась в первый раз.

На смену темноволосой подавальщице пришла рыжеватая, а потом светленькая. Последняя оказалась особенно настойчивой. В какой-то момент она практически вывалила свою грудь Грайму на плечо и начала что-то шептать. Тот невозмутимо отодвинул девушку.

— Ценю ваше предложение, но я здесь по делу. И передайте господину Сонвальду, что ему лучше не заставлять меня ждать.

Подавальщица побледнела, кивнула и упорхнула из зала. Обхватив двумя руками кружку эля, я сделала маленький глоток. В первый раз в борделе Грайм тоже отказался от услуг Перси. Он не был похож на человека, который легко сходится с женщинами. Даже просто ради развлечения. Служба у него явно была на первом месте. Почему же в ту ночь Грайм наплевал на все дела и ушел со мной наверх? В груди потеплело, но додумать мысль мне не дал староста.

Мужчина опустился на стул и улыбнулся, теребя в руках шляпу. Было понятно, что визит Грайма для него — это одна большая проблема. Бедняга не знал, как угодить гостю и, судя по растерянному лицу, вообще не понимал, что от него требуется.

— Господин советник, может, еще какие удовольствия, — он запнулся, — или помощь какая нужна?

— Где мне найти Бранта Вернека? — спросил Грайм, не отрываясь от своей записной книжки.

Я осторожно поставила кружку на стол и подалась вперед, чтобы не пропустить ничего. Брант Вернек, нужно запомнить. Наверняка это кто-то из мастеров, кто знаком с механизмами, работающими от огня.

— Так Брант уже пять лет как в горы ушел, господин Грайм, живет в заброшенных шахтах. Но туда без специального компаса не добраться — заплутаете да сгинете.

— Принеси мне этот компас.

Глаза у старосты забегали, и он еще сильнее сжал шляпу. Она уже выглядела так, как будто ее прожевала и выплюнула лошадь.

— Это займет какое-то время, советник.

— Оно у тебя есть. Буду ждать тебя за этим столом в восемь часов вечера.

— Сегодня? — пискнул Сонвальд, но через секунду закивал. — Хорошо-хорошо, я понял.

Я откинулась на спинку стула и снова взяла кружку, прикрывая лицо. Значит, специальный компас. Если он попадет к Грайму, забрать его я уже вряд ли смогу. Так что придется обокрасть старосту.

Когда Сонвальд попрощался с Граймом и вышел из таверны, я метнулась за ним следом. Увы, староста запрыгнул в двухместную повозку, которая стояла у дороги, и скрылся за поворотом. Я досадливо поморщилась: теперь придется уводить компас в прямом смысле слова из-под носа Грайма.

Через несколько минут я уже принялась за работу. Первым делом добыла форму подавальщицы. Парик у меня был только один, поэтому, чтобы спрятать волосы, я соорудила на голове тюрбан из платка. Маскировка, можно сказать, отсутствовала, но если все пройдет по плану, она мне и не понадобится. Я быстро стащу компас, вернусь в комнату и снова переоденусь в богатого джентльмена с усами.

Самое сложное — это сделать так, чтобы староста на несколько минут остался за столиком один. Чем же отвлечь Грайма? Побродив в раздумьях по комнате, я остановилась напротив зеркала. Ответ на этот вопрос смотрел прямо на меня.

— Это очень самонадеянно, Астра, — сообщила я вслух своему отражению.

Но других вариантов у меня не было, поэтому я отыскала в городке подходящую женщину. За несколько монет она легко согласилась разыграть жену предателя. Пока Карильда будет умолять Грайма отпустить ее мужа из Черной башни, я украду компас.

— А если господин поинтересуется, какое преступление совершил мой якобы муж?

— Не поинтересуется. Просто реви как можно дольше, заламывай руки, расскажи о детках, которые остались без отца.

Разжалобить Грайма у нее не получится. И он не будет спрашивать, кто ее муж и что именно несчастный сделал. Зачем тратить на это время, если все равно не исполнишь просьбу? Все, что мне нужно, — это несколько минут между тем, как Карильда начнет свой слезливый рассказ, и тем, как Грайм скажет «нет».

Ближе к восьми вечера в «Лихой бык» набилось столько народу, что я почти не опасалась быть узнанной. Для Грайма я была лишь одной из десятка подавальщиц, снующих по залу туда-сюда. Как только у входа показалась седая голова старосты, я толкнула в спину мальчишку с кухни:

— Давай, сейчас.

Малец стрелой метнулся к столику, где сидел Грайм.

— Господин, снаружи леди, просит вас выйти.

— Какая леди?

— Рыжая. — губы мальчишки растянулись в улыбке, и он зачем-то добавил: — Очень красивая!

Об этом мы не договаривались. Хотя Карильда и правда была достаточно миловидной. Я задержала дыхание в ожидании реакции Грайма. А если он никуда не пойдет, даже думая, что снаружи я?

— Жди здесь, — бросил он сухо Сонвальду, а сам устремился следом за мальчишкой.

Получилось! Времени было мало, поэтому я схватила заранее приготовленный поднос и побежала к столику.

— Эля, господин Сонвальд?

Голос получился таким сладким, что можно было добавлять его в чай. Староста сразу встрепенулся, а его глаза заблестели.

— Новенькая? Не видел тебя раньше, — он облизнул тонкие сухие губы.

— Свеженькая.

С обольстительной улыбкой я наклонилась как можно ниже и начала составлять с подноса эль и закуски. Большая часть груди вывалилась наружу, и глаза старосты намертво прилипли к декольте. Не прошло и десяти секунд, как компас из его сумки перекочевал в мой карман. Я выпрямилась, готовая уходить, но тут взгляд Сонвальда из блаженного стал угодливым.

— Какие-то проблемы, советник?

Проклятье! Совсем чуть-чуть не хватило. Но я по-прежнему стояла к Грайму спиной, поэтому ничего страшного не произошло. Нужно взять со стола поднос, улыбнуться Сонвальду и уйти.

— Я скоро освобожусь, милая, — староста внезапно схватил меня за подол.

Не знаю, откуда у старика взялось столько силы, на ткань платья опасно натянулась. Я посмотрела на его руку, удерживающую меня на месте, а потом взгляд скользнул ниже, к ботинкам от прошлого маскарада. Запасной обуви не было, поэтому пришлось воспользоваться этими. На фоне пестрого платья подавальщицы мужские ботинки смотрелись чужеродно.

Внезапно волосы на затылке шевельнулись, подавая знак — опасность! Я слегка повернула голову и поняла, что Грайм тоже с интересом рассматривает мои ноги. Не мог же он помнить, в какой обуви был парень, который прошел мимо него в портале? Ведь не мог?!

Я дернула подол из рук Сонвальда. Взгляд Грайма медленно пополз вверх. Пора сматываться. Не дожидаясь, пока Грайм доберется до моего лица, я швырнула в него тяжелый поднос и сорвалась с места.

Глава 23

Распихивая локтями посетителей и других подавальщиц, я под возмущенные крики выскочила на улицу. Из темноты проступали очертания гор, которые теперь, казалось, стали еще ближе. Они как будто намекали, что выбраться отсюда не получится. Куда бежать? Я мельком взглянула по сторонам.

— Астра.

Спокойный голос за спиной был куда действеннее пинка. От читавшегося в нем мрачного предупреждения у меня сжалось горло. Резко свернув налево, я понеслась вдоль высокой, покосившейся ограды, а через несколько метров нырнула в дыру.

Сбоку раздался хлопот крыльев. Закричала испуганная птица, через которую я перепрыгнула, задев длинным подолом. Платье было жутко неудобным. Нужно было избавиться хотя бы от тяжелого подъюбника, иначе эта погоня закончится, не успев начаться.

Я заскочила в конюшню, невольно втягивая носом запах свежего сена и конского пота. Шустро развязала подъюбник, который всей тяжестью упал к моим ногам. Снаружи послышались шаги. Осторожно выйдя из круга ткани, я нырнула в самое первое стойло.

— Ш-ш-ш, — я умоляюще посмотрела на лошадь и погладила пятнистую морду.

Лошадь фыркнула, пару раз беспокойно переступила ногами, но в итоге затихла. Продолжая гладить животное, я прислушалась к шагам. Грайм зашел внутрь и остановился.

— Лучше выходи сама. Если я тебя поймаю, будет гораздо хуже.

Ого. Кажется, кто-то по-настоящему разозлился. Голос Грайма все еще звучал ровно, но теперь я могла различить в нем новые нотки. Ему явно не понравилось, что я увела компас у него из-под носа. Теперь взволнованное фырканье раздавалось из каждого стойла. Лошади стучали копытами по утрамбованному сену, давай мне шанс улизнуть. Когда Грайм подошел к валяющемуся на земле подъюбнику, я выскочила из стойла и побежала.

Извилистая улочка очень быстро закончилась. В Мильосе их всего было пять штук. И несколько десятков домов, затеряться среди которых, — практически невыполнимая задача. Я прижалась к холодной стене, быстро соображая. Где Грайм меня точно не будет искать? В своей комнате! Отсижусь там, а когда он вернется в таверну, выберусь обратно через окно и уйду.

Стараясь двигаться вдоль стен зданий, я добралась до таверны и осторожно обошла ее. Окно в комнату, которую снял Грайм, было на втором этаже. Используя выступы на стене, я без проблем забралась наверх, толкнула створки и бесшумно спрыгнула на пол.

В комнате было темно. После уличной прохлады кожу начало покалывать от приятного тепла. Я растерла ладонями замерзшие плечи и шмыгнула носом. Все же ночь в горах в это время года — сомнительное удовольствие. Глаза постепенно привыкали к темноте, а сбившееся дыхание выравнивалось. Я поправила растрепавшиеся от бега волосы: платок потерялся где-то у конюшни.

Комната Грайма находилась рядом с лестницей, а та на мою удачу была такой скрипучей, что его шаги я услышу издалека. Было бы еще неплохо переодеться. Я повернула голову к шкафу и застыла. В противоположном углу глаза различили очертания знакомой фигуры.

— Не советую.

Остановил меня даже не голос Грайма, а сверкнувшее в темноте лезвие. Я уже шагнула назад, к окну, но пятка не успела коснуться пола. Замерев в неудобной позе, я осторожно достала из рукавов свои кинжалы.

— Ты молодец, Астра, у тебя почти получилось.

Грайм оторвался от стены и плавно скользнул ко мне. Сердце, которое только успокоилось, снова зашлось в бешеном ритме. Когда из темноты показалось его лицо, дыхание перехватило. На присутствие Грайма тело реагировало целой кучей исключающих друг друга эмоций. Необходимость бежать. Желание остаться. Спина и плечи напряглись, готовые в любой момент сорваться на бег, а колени, наоборот, предательски обмякли.

— Идея с рыжей девчонкой была отличной, я купился. — почти незаметно Грайм сократил расстояние.

Я сдвинулась в сторону.

— Ты узнал ботинки?

Лучше бы не спрашивала. Глаза Грайма сверкнули в темноте.

— Я узнал твои лодыжки.

Щеки моментально вспыхнули. Я вспомнила, как Грайм целовал эти самые лодыжки, закинув мои ноги себе на плечи. И только поцелуи отвлекали меня от того, насколько глубоко он проникал.

— Верни компас, Астра.

Грайм провернул между пальцами звездочку, а я в ответ крепче сжала рукоять кинжала.

— А ты попробуй забери.

Конечно, я понимала, что против метательных звездочек у меня нет никаких шансов. Но у Грайма была куча возможностей, чтобы использовать их. Некоторое время мы кружили по комнате, присматриваясь друг к другу.

— А как же договоренности, совместная работа? — я начала пробираться к окну — своему единственному шансу сбежать отсюда.

— Сказала та, кто первым же делом скрыла важную подсказку.

Эту карту крыть было нечем. Я сделала еще один шаг к окну.

— И что, пожалуешься на меня?

Он поманил меня пальцем:

— Иди сюда.

По едва заметному движению плеч я поняла, что Грайм собирается напасть, и рванула вперед. Если бы не проклятое платье, у меня бы получилось. Но из-за длинного подола я не успела перекинуть ноги через подоконник. Сильная рука обернулась вокруг талии, затаскивая обратно в комнату.

Мы повалились на пол. Кинжалы и звездочки полетели в разные стороны, ударяясь друг о друга и звеня. Я попыталась пнуть Грайма, но он ловко скрутил меня, перевернул на живот и прижал к деревянным половицам. Его рука скользнула по телу, ощупывая карманы. Сюрприз!

— Где компас, Астра? — шею обдало горячим дыхание.

Пальцы Грайма зарылись в волосах и предупреждающе сжались.

— Потеряла.

Тяжесть его тела, жар, который ощущался даже через бесконечные слои одежды, заставлял мысли течь в другом направлении. А тот факт, что Грайм тоже был возбужден, делал все только хуже. Он задрал платье, проверяя, не спрятала ли я компас под ним. Когда его теплые ладони коснулись обнаженных бедер, мой рот приоткрылся, а из груди вырвался тихий вздох.

Губы Грайма прижались к шее в районе затылка, и через секунду я почувствовала, как горячий язык ласкает кожу. Он качнул бедрами, скользя твердой плотью по ягодицам. Мне стоило ненавидеть себя за то, как легко я уступила, отдаваясь во власть сильных рук. Было что-то постыдное в том, чтобы так отчаянно желать ощутить его внутри. Удерживая меня одной рукой за волосы, второй Грайм быстро стащил мое белье.