- -
- 100%
- +
– Один из ваших клиентов общался с погибшей за несколько дней до ее гибели.
Хамфри изогнул бровь и показал мне рукой на стул. Я тут же воспользовалась предложением, потому что ноги по-прежнему держали плохо. Мужчина сел напротив и пристально посмотрел на меня.
– Один из моих клиентов?
– Виктор Миннигрим.
Я постаралась произнести это таким тоном, чтобы Хамфри сразу понял – врать бесполезно. Но вместо того чтобы занервничать или попытаться опровергнуть мои слова, Хамфри откинулся на спинку высокого стула.
– И что, Саша, вы хотите от меня?
– Представьте нас друг другу.
Брови Хамфри взлетели вверх, хотя я была готова поклясться, что он ничуть не удивлен моей просьбой. Игнорируя его показное удивление, я продолжила.
– Вы знаете, что мне никогда не достать разрешение на допрос члена парламента. Если только он не будет сидеть над трупом с оружием в руках. А в вашем бор… заведении я смогу поговорить с ним без бюрократических барьеров.
Хамфри ничего не ответил. Его рука потянулась к графину с водой. Зачарованно я наблюдала, как длинные красивые пальцы обхватывают прозрачный бокал. Совершенно не к месту вспомнилось, как эта рука удерживала меня от падения, и я прерывисто вздохнула.
– Ну так что? Вы покажете мне Миннигрима?
– О, вы его уже видели, Саша, – красивые губы Хамфри расплылись в улыбке, такой обольстительной и порочной, что все недостатки его внешности в одно мгновение перестали существовать. А потом до меня дошел смысл его слов.
– Вы хотите сказать, что Виктор Миннигрим – это мужчина, который… которого я…
– За которым вы так бесстыдно подсматривали, детектив, – Хамфри сделал глоток воды.
Я пораженно замолчала. Больше всего на свете мне хотелось оказаться одной и обдумать полученную информацию. У члена парламента были весьма специфические вкусы и я не знала, как далеко они простираются. Та женщина была полностью в его власти. Задумай он сделать с ней что-нибудь, она бы даже не смогла сопротивляться. Чтобы скрыть смущение, я достала из кармана плаща записную книжку и деловито поинтересовалась.
– Как далеко заходит Миннигрим в своих, кхм, играх?
Хамфри сделал еще один глоток, оценивающе разглядывая меня сквозь прозрачную кромку бокала.
– Вы хотите знать, может ли он случайно убить свою партнершу?
– Да.
– Я готов помочь вам, детектив, – Хамфри поставил бокал на стол, а я поморщилась от его тона.
– Но?
– Но с одним условием: вы увидите все своими глазами. А я буду рядом.
Мне пришлось вцепиться в стул обеими руками, чтобы удержать себя на нем. Карандаш, зажатый между пальцами, больно впился в кожу. С одной стороны, посмотреть самой – это отличная возможность увидеть, не теряет ли Миннигрим контроль. Но делать это с Хамфри за спиной? Да я же превращусь в кучку пепла!
– Думаю, я отлично справлюсь и сама.
– Вы сможете оценить, насколько опасны вещи, которые делает Виктор с партнершей? – Улыбка Хамфри была настолько снисходительной, словно я пожаловала к нему не из полиции, а из пансиона благородных девиц. – Что вообще вам известно о том виде секса, который практикует ваш подозреваемый?
Мужчина задавал правильные вопросы: я ни черта не знала о том, что аристократы творят в местах, подобных этому. И вряд ли смогу понять, что что-то идет не так, пока это не произойдет.
– Он не будет нас видеть, детектив, если вы переживаете об этом.
– Это не очень этично.
– Этично? – Хамфри рассмеялся, запрокинув голову. – Вы в борделе, Саша. Здесь нет ничего этичного.
Следующие слова стали для меня своеобразным прыжком в бездну.
– Хорошо. Когда он будет здесь?
Услышав мой ответ, Хамфри сразу перестал смеяться, а его взгляд стал таким хищным, что у меня внутри все сжалось. Как, черт побери, я планирую пережить это, если мое тело пробирает дрожь от одного его присутствия?
– Завтра вечером. Я буду ждать вас к восьми, детектив.
Глава 7
Я так и не осмелилась спросить про ирисы. От одной лишь мысли, что Хамфри усмехнется и спросит, с чего я решила, что это он, щеки начинали пылать. Кстати, это уже начинало изрядно нервировать. Хамфри ни разу не прокомментировал мой румянец, но уверена, что мужчина заметил, как я на него реагирую. Тогда я впервые задумалась – а не передать ли дело другому человеку.
К тому моменту, как я добралась до отдела, высокое начальство уже укатило, и Лестер сидел в своем кабинете изрядно потрепанный. Увидев меня в проеме, он устало махнул рукой.
– Саша, заходи. У меня как раз для тебя кое-что есть.
Лестер протянул разрешение на осмотр тела в окружном морге.
– Извини, что так долго. В этот раз бюрократы превзошли сами себя.
– Тебе это не кажется странным? – я запихнула бумажку в карман плаща и нахмурилась. – Они, конечно, никогда не отличались расторопностью, но несколько дней, Лестер. Это уже дурно пахнет.
– Согласен, Саша, согласен, – Лестер уронил голову на руки, судя по всему, в сотый раз за день зарываясь пальцами в волосы. – Но у меня связаны руки, ты же понимаешь.
Я хмыкнула. Еще бы мне не понимать. Полиция округа стояла выше городской полиции, вот только честь разгребать все грязные дела почему-то постоянно доставалась нам.
– Ладно.
Не говоря больше ни слова, я покинула кабинет начальника.
Пока круглолицый охранник пытался придраться к каждой букве на разрешении, я отрешенно считала доски под ногами. Не любила бывать во владениях окружной полиции. Здесь даже самая мелкая букашка, вроде этого пузатого охранника, мнит себя пупом земли. Мужчина еще какое-то время тыкал короткими пальцами в бумагу, но в итоге сдался и пропустил.
Спускаясь в подвал, я уже знала, что мне ничего не светит.
– Родственники забрали тело еще три дня назад, детектив, – развел руками высокий лысоватый мужчина.
Я сжала губы, чтобы не сказать пару ласковых – нужно было получить хоть какую-то информацию.
– Могу я взглянуть на результаты вскрытия? Ее и Глории Кэррингтон.
– Конечно. Сейчас все принесу.
Я переводила взгляд с одной папки на другую. Если бы не имена, то можно было подумать, что мне выдели одно и то же дело. Характер травм был абсолютно одинаковый. Андреа и Глории нанесли несколько ножевых ранений. Они не были глубокими – девушки умерли от кровопотери, а не от повреждений внутренних органов. Судя по характеру травм, какое-то время они оставались в сознании. Убийца как будто играл с ними. Мог ли это сделать Виктор Миннигрим? Возможно ли, что высокопоставленный член парламента встречался с обеими девушками в «Доме лилий» и предавался своим странным утехам? Возможно ли, что в какой-то момент все пошло не по плану?
Остаток дня и весь следующий ушел на изучение Виктора Миннигрима. К тому моменту как я оказалась на пороге злополучного борделя, о мужчине я знала больше, чем о собственной матери. Я не поленилась и просмотрела все законопроекты, по которым Миннигрим голосовал. И вот интересный момент – за последние три года он ни разу не поддержал законы, расширяющие права женщин.
Я усиленно перематывала в голове известные мне факты, лишь бы не думать о том, что через несколько минут снова увижу Хамфри.
– Для женщины вы очень пунктуальны, детектив.
Хамфри с улыбкой кивнул, когда я вошла в кабинет.
– Потому что в первую очередь я детектив, а потом уже женщина, – рявкнула я грубовато, чувствуя, как звенят от напряжения нервы.
– Как скажете, Саша.
То, каким тоном он это произнес, буквально кричало о том, что он ни на секунду мне не поверил. За годы работы в полиции я привыкла сталкиваться с шовинистами.
– Вы сомневаетесь в моих профессиональных качествах, Хамфри? – я нахмурилась, следя за мужчиной, который вышел из-за стола.
Он подошел так близко, что у меня осталось лишь два выхода: отступить или смотреть на него снизу вверх. Я вскинула голову, глядя на Хамфри с вызовом, которого совершенно не ощущала. Все силы уходили на то, чтобы перед глазами не расплывалось от запаха лимона, согретого его кожей.
– Ни капли. Я лишь думаю, что женское начало в вас не менее сильно. Я вижу вашу суть даже через этот дурацкий плащ.
Хамфри склонил голову, пробегая взглядом по моей одежде, а потом его ладони нырнули под плащ и легли на плечи.
– Что вы?!.
Я попыталась дернуться, но ладони Хамфри огладили плечи и скользнули вниз, к лопаткам. Вместо того чтобы увеличить дистанцию, я оказалась еще ближе к нему. Хамфри не сводил с меня насмешливого взгляда, пока я пыталась дышать ровно и не выдать себя. Большие пальцы подцепили плащ и он медленно потянул его вниз.
– Всего лишь помогаю вам снять плащ, Саша. Снова.
Снова. Точно. Только в прошлый раз я стояла к нему спиной, а теперь на лице ощущалось его горячее дыхание. Когда верхняя часть плаща оказалась в районе локтей, Хамфри немного наклонился вперед, и его нос коснулся моего уха. Я вздрогнула, а он резко скрутил плащ таким образом, что мои локти оказались плотно прижаты к туловищу. Я испуганно ахнула, когда оказалась впечатана в твердую грудь.
– Вы очень вкусно пахнете, детектив. Этот запах сводит на нет всю вашу маскировку.
Он провел носом от уха к виску и легко коснулся его губами. Глаза закрылись сами собой, и я пошатнулась. Хамфри же сдернул наконец с моих плеч плащ и отошел в сторону, чтобы повесить его. Я резко потерла лицо ладонями, пытаясь сбросить наваждение. Да что со мной?!
Бросив плащ на вешалку, мужчина повернулся и как ни в чем не бывало спросил:
– Миннигрим уже здесь. Вы готовы?
Конечно нет!
– Да. Конечно, – я откашлялась, не зная, куда деть глаза.
– Тогда пойдемте. Хочу, чтобы вы увидели все от начала до конца.
Хамфри говорил таким непринужденным тоном, что мне в очередной раз начало казаться, будто я все придумала, будто не было ни легкого поцелуя, ни этого лишающего чувств объятия. Я не понимала этого мужчину. Хамфри в прямом смысле слова сводил меня с ума. Мы вышли из его кабинета, и он свернул направо. Я озадаченно нахмурилась.
– Простите, но…
– Саша, неужели вы думаете, что мы будем подглядывать за членом парламента через случайную дырку в стене? – он усмехнулся и бросил на меня взгляд через плечо.
Меня же от одного воспоминания о той неловкой сцене бросило в жар. Я едва не застонала от отчаяния – зачем я вообще на это согласилась? Нужно было не тушеваться, как девица из приходской школы, а надавить на Хамфри, В конце концов, мы тут не в игры играем, произошло преступление! Я так распалилась, что к тому моменту, как мужчина распахнул передо мной дверь, готова была вцепиться ему в глотку.
Широким шагом влетела в помещение и… практически сразу уперлась в противоположную стену. Места здесь было так мало, что его хватило лишь на одно кресло. Оно стояло посередине комнатушки. Я растерянно заозиралась, а Хамфри подхватил меня под локоть и усадил в кресло.
– Боюсь, это помещение рассчитано на одного. Я постою здесь.
Мужчина устроился за креслом, положив ладони на спинку. Надо ли говорить, что у меня от такого соседства в голове зашумело? Я попыталась сдвинуться на самый край кресла и как можно ровнее проговорила:
– Тогда не смею вас задерживать. Просто покажите, как это работает, – я ткнула пальцем в пурпурный занавес, – и можете идти.
За спиной раздалось многозначительное хмыканье. Хамфри наклонился к самому моему уху, и мне пришлось упереться пятками в пол, чтобы не вскочить с кресла.
– Мне начинает казаться, детектив, что вы меня стесняетесь.
Так, с этим пора заканчивать. Я все же вскочила с кресла и повернулась к Хамфри.
– Я не стесняюсь вас, но не буду скрывать, что сама ситуация заставляет меня ощущать некоторый… дискомфорт. Вы не можете не понимать, что само предложение наблюдать в вашей компании за чьим-то соитием – возмутительно.
Сложив руки на груди, я сверлила Хамфри своим самым строгим взглядом. Мне не хотелось, чтобы хозяин борделя считал, будто может развлекаться за мой счет. В глазах мужчины мелькнуло что-то, похожее на уважение.
– Саша, поверьте, я не пытался поставить вас в неудобное положение. Все это, – он обвел рукой комнату, – лишь ради расследования.
Тут я кое-что вспомнила и без промедления бросилась к выходу.
– Карандаш! Забыла его в плаще, – даже не пытаясь скрыть ликования, вскрикнула я, но дорогу мне преградила рука Хамфри.
– Он у меня.
Хозяин борделя небрежно протянул мне огрызок угольного карандаша. Я выдернула предмет из его пальцев и с невозмутимым видом плюхнулась обратно в кресло. Раскрыла записную книжку на новой странице и покрутила карандашом в воздухе.
– Может, тогда уже приступим к делу?
– Как скажете, детектив, – Хамфри подошел к стене, дернул за веревку, и я испуганно ахнула. В первую секунду мне показалось, что между двумя помещениями есть узкий проход, в который зачем-то вставили кусок тусклого стекла. Но Хамфри тут же развернулся и пояснил:
– Это специальное зеркало. Мы будем видеть происходящее в той комнате, а они нас – нет. Впрочем, если вам захочется, детектив, зеркало можно развернуть, – он потянулся к небольшому рычажку, и я подпрыгнула.
– Не надо! Я поняла. Поняла.
Еще не хватало, чтобы Миннигрим увидел меня. Хамфри кивнул и встал за мной. Я хотела попросить его отойти подальше, но меня нервировало даже нахождение в одном здании с этим мужчиной.
– Дурацкая затея, – вздохнув, я приподнялась с кресла, полная решимости все это прекратить.
В ту же секунду на плечи легли сильные руки. Осторожно надавив, Хамфри вернул меня на место.
– Смотрите, Саша.
Глава 8
Старательно игнорируя тепло его ладоней, проникающее под тонкую ткань блузки, я устремила взгляд в зеркало. Девушку я узнала сразу, несмотря на причудливый наряд и маску, которая скрывала половину лица. Это была Трикси, которая провожала меня в кабинет Хамфри в самый первый день. Она мило улыбалась мужчине, который стоял, властно обхватив ее лицо руками. Миннигрим что-то тихо говорил ей, а она согласно кивала. Я нахмурилась.
– Что он говорит ей? – глупо было надеяться, что Хамфри умеет читать по губам, но мужчина удивил меня.
– Виктор рассказывает Трикси, что будет делать с ней и как остановить процесс, если она почувствует, что больше не может этого выносить.
– И он остановится? – я выгнула бровь, с сомнением посмотрев на парочку.
– Виктор не садист, детектив. Он доминант.
Я фыркнула, давая понять, что не вижу принципиальной разницы, но в следующую секунду устыдилась своей реакции. Как детективу мне важна каждая деталь. Просто в этой тесной комнате, с Хамфри за спиной так легко забыть, что я на работе.
– Вы очень сильно упростите суть его сексуальных предпочтений, если сведете все к насилию и боли, – продолжил Хамфри, а я как послушная ученица сделала пару заметок в свой блокнот.
– Но так или иначе, ему это нравится. А это значит, что в один прекрасный день он может перешагнуть грань.
– Но ведь нам интересно не будущее время, а прошедшее, детектив. Ведь так? Никто не может судить человека за преступление, которого он еще не совершил.
– А вы совершали когда-нибудь преступления?
Если я и рассчитывала подловить Хамфри неожиданным вопросом, то он явно на эту подначку не купился. Мужчина рассмеялся и слегка сжал пальцы на моих плечах – я так и не попросила его убрать руки.
– Я хозяин самого известного в городе борделя, детектив. Конечно, я СОВЕРШАЛ преступления, но ни одно из них не должно вас тревожить.
– Меня тревожат все без исключения преступления.
– Вам нужно научиться расслабляться, детектив.
Горячие ладони медленно пришли в движение, чуть сильнее надавливая на окаменевшие мышцы. Это не влезало уже ни в какие рамки, но руки Хамфри творили какое-то чудо. Сильные пальцы проложили себе дорогу от плеча к затылку, и моя голова обессиленно упала на грудь.
– Прекратите, – сделала я робкую попытку остановить совершенно неподобающие прикосновения, но Хамфри лишь сильнее надавил ребром ладони на какое-то чувствительное местечко. Я не смогла сдержать тихий стон блаженства.
– Миннигрим и Трикси пока разогреваются, поэтому я могу немного позаботиться о вас, – невозмутимо произнес Хамфри.
Краем глаза я улавливала какое-то движение в зеркале, но сил поднять голову не было. Отпуск. Вот почему мне нужно было идти в отпуск вместо того, чтобы влезать в это дело. Тогда бы я нашла в себе силы и скинула руки Хамфри со своих плеч.
Когда мое тело окончательно размякло, мужчина обеими руками обхватил мою шею и приподнял голову. У самого уха раздался его тихий голос.
– Смотрите, Саша. Как думаете, что Трикси испытывает в этот момент?
Картинка перед глазами была размазанной, и мне с трудом удалось сфокусировать взгляд. Трикси лежала на коленях у Миннигрима с задранной к самой голове юбкой, а мужчина наносил ритмичные удары ладонью по ее попке. Я втянула воздух, резко приходя в себя.
– Он делает ей больно! – я выпрямилась в кресле, пытаясь встать, на Хамфри без труда удержал меня на месте.
– Смотрите дальше, детектив.
Шлепки периодически сменялись поглаживаниями, и я наконец обратила внимание, что Трикси выгибает спину таким образом, словно жаждет этих грубых прикосновений. Даже отсюда мне было видно, что ее зад пылает от резких шлепков. В какой-то момент Миннигрим сдернул подол с ее головы, и я едва не ахнула: блаженство на лице Трикси сложно было спутать с чем-то еще.
– Видите, Саша, – тут же произнес Хамфри, одновременно надавливая на правую сторону шею и запрокидывая мою голову набок. – Иногда вещи совсем не те, чем кажутся.
Происходящее в другой комнате набирало обороты, и я уже была готова согласиться с любым утверждением мужчины за спиной. Но желание разобраться во всем перевешивало чувство стыда, поэтому я продолжала смотреть. Виктор тем временем грубовато раздвинул бедра Трикси, спуская к коленям нижнее белье. Мое сердце забилось быстрее, а щеки стали такого же цвета, как задница работницы борделя.
Миннигрим начал ласкать девушку пальцами, одновременно вздергивая ее голову за волосы. Даже отсюда был слышен ее протяжный стон. Рука Виктора двигалась все быстрее, заставляя Трикси исступленно кусать губы, а я практически перестала дышать.
– Вам не нужно ничего записывать, детектив?
Если Хамфри хотел доказать, что полностью владеет собой, то у него ничего не получилось. Я слышала его учащенное дыхание за спиной, а умелые руки все сильнее сдавливали мышцы.
– У меня хорошая память, господин Хамфри. Например, я отлично помню, что пару минут назад вы стояли чуть дальше.
Руки на моих плечах на секунду замерли, а потом мужчина тихо засмеялся и сделал полшага назад, переставая обдавать мою спину теплом своего тела.
– Туше, детектив.
Мне бы хотелось думать, что на этом мои пытки закончатся, но они только начинались. Миннигрим уже освободил Трикси от одежды и теперь подводил ее в грубо сколоченной деревянной скамье. Девушка без колебаний легла на нее, раздвигая ноги и закидывая их на специальные подпорки. Виктор захлопнул оковы на ее лодыжках, после чего переместился и проделал то же самое с руками. Теперь Трикси была полностью обездвижена. Минигримм что-то сказал ей, взял в руки кожаную плетку и устроилась у нее между ног.
Скамья была развернута под таким углом, что из этой комнаты происходящее было видно во всех деталях. Я опустила глаза, пообещав себе не смотреть, но не выдержала и трех секунд. Внушительная эрекция Миннигрима притягивала взгляд, и я невольно облизнула губы, когда он вошел в девушку. Я ожидала услышать стон Трикси или даже крик, но за зеркалом была тишина.
– Виктор приказал ей молчать. В противном случае Трикси ждет наказание, – пояснил Хамфри, угадав причину моего смятения.
– Как сильно он может наказать ее? – спросила я, тяжело сглотнув.
– Не сильнее, чем она может вынести.
Вскоре из-за зеркала раздался приглушенный стон – Трикси не выдержала. Миннигрим тут же пустил в ход плетку, без жалости охаживая грудь и бока девушки. Обеими руками я вцепилась в подлокотники кресла, в любую минуту готовая броситься ей на помощь, но Трикси и не думала замолкать. Она уже не просто стонала, а подначивала Миннигрима.
– Ах! Глубже, мой господин! Пожалуйста, прошу вас!
В любой другой ситуации я бы поморщилась от того, насколько пошло звучали подобные выкрики, но сейчас мои чувства были далеки от этого. Руки Хамфри сменили положение. Одна его ладонь опустилась к лопаткам, а другая обосновалась над грудью. Теперь глухие удары моего сердца уже не были для него тайной.
Не знаю, сколько времени продолжалась эта пытка. Миннигрим, как, впрочем, и Хамфри так и не перешел черту. И то и другое заставляло меня чувствовать какое-то совершенно иррациональное сожаление.
В конце Виктор отвязал Трикси, помог ей умыться и одеться. Подобная забота, особенно от человека с репутацией Минигримма, выглядела странной. Или мне хотелось так думать. Я раздраженно повела плечами.
– Вы могли его предупредить.
Я скептически смотрела на сцену, разворачивающуюся перед моими глазами. Трикси выглядела замученной, но при этом всецело довольной. Было ли это обычным поведением Миннигрима или я стала свидетельницей некоего фарса?
– И зачем мне это делать? – в голосе Хамфри слышалась улыбка. Я в ответ пожала плечами.
– Не знаю. Возможно, вы соучастники.
Однажды мы полгода гонялись за преступником, который, как оказалось, действовал с двумя сообщниками. Они и сделали его таким неуловимым для полиции. Хамфри задумчиво провел пальцами по моему плечу, смахивая невидимую соринку.
– И вы так просто сидите со мной в одной комнате? Вы очень смелая женщина, Саша.
– Я работаю в полиции, – фыркнула в ответ.
На самом деле я отдавала себе отчет, что действовала во многом безрассудно. Меня как магнитом тянуло к этому мужчине, несмотря на сомнительную репутацию и роль одного из подозреваемых. Не знаю, что в нем было такого, но мне больше не хотелось смеяться над описанием, которое в свое время дал Хамфри Макс.
– А я думаю, детектив, вас просто разбирает любопытство. Вы нащупали границы того, что кажется вам позволительным, и теперь пытаетесь выяснить, а что там, за этой границей.
Мне не понравились слова Хамфри, Возможно, потому что он оказался ближе к истине, чем я могла признаться сама себе. Резковатым движением я запихнула карандаш в записную книжку и поднялась с кресла.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.