Мир Марийзы: Одаренная

Глава 8

– Что случилось? – крикнула я дракону. По арене разносился множественный безумный визг пустынных чудовищ. Наши стартовые места светились.

– Не может быть?! – испуг в голосе чешуйчатого мне очень не понравился. – Арена запустила начало игры. Этого не должно было произойти! – он растерянно посмотрел на меня. – Возможно это из-за пирамид, но я не уверен…

– Так, не паникуем. Сейчас не время для выяснения причины. Сколько у нас в запасе времени, когда «кошмарики» нападут? – деловито спросила я. Хотя, мой «героизм» напускной. У меня ноги тряслись, а в голове роились страшные картинки. Боги, помогите!

– Кто паникует? Ты в своем уме, ущербная? Я дракон… – гневно выкрикивал тот.

– Сколько осталось? – повторила я, при этом руки опустила на талию. Тоже мне, бесстрашная. Но страх не поможет сейчас. А вот как только закончу… я и подрожу, и поплачу, и в деталях представлю, и даже нарисую эти сцены ужаса.

Дракон вздохнул, опустил голову, словно сдаваясь.

– Минут десять. Примерно столько дается время участнику после начала игры, если он не вышел из стартового круга.

– Отлично! – с непонятной никому радостью сказала я, и улыбнулась. – Значит по-быстрому решаем загадки и выбираемся отсюда. Хочешь ты того или нет, я говорю ответ на твою загадку.

– Нет! – прорычал чешуйчатый. – Я не хочу быть должником чел…

– А что, – перебила его, – лучше проиграть, или еще хуже подохнуть? – мы злобно переглядывались, не уступая друг другу. Он ненормальный – «Я скорее умру, чем позволю помочь мне человечке». А еще считается самым умным. – Не надо путать глупость, с какой-то больной честью, или что это такое… Хочешь выиграть, сумей и у «врага» помощь принять.

Дракон гневался… Готов был проиграть, но постепенно, здравый смысл перевесил.

– Ладно. Только и я тебе ответ скажу.

– Хорошо. И так, ответ – «Предатель». Их никто не любит, как и в моем мире, думаю и в твоем тоже.

Почему-то на арене стало как-то тихо, но я не придала этому значения.

– Преда-аатель… – повторил задумчиво Дрокс, смотря на пирамиду, что после его слов сменила цвет и текст. – Конечно! – и как-то с обидой продолжил. – Это же очевидно, вот я…

– Потом будешь себя грызть, сейчас времени нет.

– Да, ты права. Твой ответ – «Время». Ему нет конца и края, оно является движением ну и все такое.

– Нет, это не время. Видишь, ничего не произошло. На самом деле ответ – «Совершенство». – теперь и моя пирамида сменила цвет и текст.

– Но… почему? И при чем тут совершенство?

– Времени нет объяснять. Повторю небольшой отрывок из книги: «Человек должен учиться всю жизнь и не имеет права считать, что старость или болезнь является препятствием для учёбы. Цель человека не в том, чтобы копаться в грязи век от века, а в том, чтобы вырваться из неё, подняться в чистые миры, шагнуть в бесконечные дали нашей вселенной. Нет более важной задачи в жизни, чем совершенствование души».[12] Само же совершенство бесконечно.

– Я не согласен.

– Подискутируем позже. Сколько времени осталось? И что у тебя написано?

– Минут шесть. А написано: «Расскажи ты стих разумный, где будешь ты безумный». Что за бред? – возмутился дракоша. – Стих читать, да еще и про это? А у тебя что?

– «Спой светлая душа, про дракона и себя». – нахмурилась. Почему именно про дракона? Это, потому что он рядом стоит? Я знаю одну песню, правда смысл не совсем про дракона, слово «дракон» не упоминается, но посвящается. Попробовать стоит. – Давай ты первый. Идеи есть?

– Есть. Расскажу отрывок из драконьей легенды.

Как только дракон закончил, его пирамида исчезла, а в руке появилась… веревка?

– Теперь ты.

Я кивнула. Вовремя мне вспомнился фильм «Он Дракон», и его ритуальная песня. Одного куплета думаю достаточно.

Припев:

Как и у Дрокса, у меня появилась… веревка, снова.

– Почему такая короткая. – негодовала я, поворачивая голову. Дракон смотрел на меня заинтересовано. – Понравилась песня? Или мой голос? – спросила безразлично.

Мои учителя по пению говорили: «О, наша соловушка пришла», а другая отвечала, – «Да какой она тебе соловей? Это же настоящий жаворонок». Все дело в моем «разнообразном» голосе. Я могу спеть как высоким сопрано, так и… низким басом. Последним я могла разговаривать часами, и, если не видеть моей яркой внешности, женскому полу представиться эдакий брутальный сексуальный мачо. Да, есть опыт, подшутила неудачно.

Мы с родителями попросили руководителей, чтобы моя «особенность» не выходила за пределы школы. Не хотелось мне всемирной популярности. Учителя согласились. Официально я числилась как ученица с колоратурным сопрано, но со вторым голосом, продолжали работать. «Это же уникальный самородок!» – кричали они.

Дракон, не отрывая взгляда мягко произнес:

– У тебя красивый голос. – я улыбнулась. Через минуту, он спохватился, вспоминая кто перед ним, и уже раздражительно бросил: – Это магическая веревка. Она может удлиняться, уменьшаться, сама завязываться и обратно по твоему желанию. Этот артефакт сам найдет за что зацепиться.

– Здорово… – без веселья поддержала разговор. Я думала, что привыкла к пренебрежению, непонятной враждебности и ненависти, но… Почему так неприятно? А в груди старая заноза нарывает.

Пол задрожал, затягивая наши ноги внутрь. Обернувшись, вскрикнула, за нашими спинами стояло «стадо кошмариков».

Глава 9

Что делать? Что делать? Билось в голове. Вверх, мне надо вверх… Подняла голову к куполу, глянула на стену. Есть ли там выступ? Не сорвусь ли вниз?

Эти мысли пронеслись в тот момент, когда проваливалась под землю.

– Веревка, вверх! – еще и руку подняла, подстраховываясь. Веревка засветилась, один ее конец полетел к куполу, а за другой ухватилась руками. Умный артефакт никак не мог найти куда примкнуться. О Боги, только не вниз, только не вниз… Давай родимая, не подведи. Словно почувствовав мое отчаяние, она рванула к стене, и как крюк зацепилась за выступ. Я, театрально всхлипывая, опустила голову вниз. А высота приличная, хорошо, что фобией не страдаю. Где же дракон? Скосила глаза в сторону, а там собрат по несчастью левитирует, но как-то криво. Дрокс неуверенно держался в воздухе и в любой момент мог сорваться. Чудовища норовили ухватить лакомую добычу за ноги.

– Дрокс, веревка! – крикнула я, пытаясь перебить ужасный визг. – Веревка!

Но дракон не слышал, полетел вниз. На каких-то инстинктах, я схватила второй конец своей спасительницы и приказала.

– Схватить! – веревка дернулась и послушалась. Быстрым рывком, она добралась до дракона, завязалась на его талии и удержала от падения. – Тяни ко мне.

Дракон находился без сознания.

– Дрокс… Дрокс! – трясла его. – Дрокс, ты слышишь меня? Дрокс? – придется ударить, подумала я. Ой, что будет… Размахнулась, а рука у меня, кстати тяжелая, иии… дракон открыл глаза, но руку не остановить, удар достиг цели.

– Ты что творишь? – прошипел он, болтаясь как рыба на крючке. – Убить вздумала? Как посмела меня ударить? – возмущался, потирая больное место. Моей ладошке было намного больнее. Я дула на нее пытаясь этим жалким способом заглушить боль. Да что за кожа у него такая? По ощущение камень. Надеюсь, ничего себе не сломала. Пока волновалась за свою конечность, его ручищи, зловеще тянулись к моей шее.

– А ну стой, чешуя без головы. Игра еще не закончилась. И двигай отсюда, ты на моей веревке висишь.

Только сейчас Дрокс осознал произошедшее. Руки опустились, а его зеленые глаза выдавали недовольство. В этом мире хоть кто-то может просто порадоваться, или поблагодарить?

– Зачем спасла? – пробурчал он, активируя свою веревку. Хм, а он вслух не приказывал ей, посмотрел на стену, и она все поняла. Значит достаточно мысленно приказать? Попробовала. Моя веревка отпустила «добычу».

– Я и сам бы справился.

– Да-да… – не буду разубеждать. Мужчины, они везде мужчины, даже если чешуйчатые. – Надо добраться до третьих ворот. Теперь понятно, для чего они.

Мысленно направила второй конец веревки к воротам. Артефакт подчинился, удлинился и полетел к нашему спасению, финишу. Портал активировался, и веревка прошла сквозь него. Отлично, пол дела сделано.

Дракон повторил маневр, и повиснув на веревке, стал быстро перебирать руками. Можно и так, только что-то мне подсказывает, «кошмарики» внизу, и нам так просто не дадут пройти. Нужен план.

Сдвинула брови. Сколько примерная длина от одного конца до другого? От точности зависит спасение. Прикрыв один глаз, примерилась. У художника отлично развит глазомер, поэтому я не переживала. Скинула безрукавку, оставшись в черном свитере, обхватила руками и ногами веревку, и как гусеничка поползла.

Монстры пока ничего не предпринимали, и верещать перестали, что еще больше настораживало. Точно чего-то выжидают. Ловушка?

– Дрокс, стой. Они заманивают нас, надо что-то придумать. – но дракон безразлично продолжил путь. – Дрокс, я не шучу. Дрокс… – игнорирует. Почему-то плакать захотелось.

Не понимаю. Неужели чешуйчатый думает, что я специально его отвлекаю, дабы первой пройти портал, или что там еще? Знал бы он меня лучше… Я не способна на подлость или на предательство. Ах да, драконы не будут слушать каких-то людишек. Впрочем, в моем мире происходили аналогичные ситуации.

Когда хочешь оградить человека от ошибки, помочь ему, он воспринимает это в штыки. Лучшие подруги превращаются в предательниц, врагов, сплетниц, сочиняющих грязные небылицы. А на мою правду никто не обращает внимания, ложь интересней.

Для всех я стала бездушной машиной, стервой, зазнайкой, девушкой легкого поведения, или наоборот, зеленкой, старомодницей, отбросом. Я закрылась в себе. Никто не знал, о вулкане, бушующем в теле. Не знали, как мои глаза хотят пустить миллиарды слез. Я не могла поверить, не хотела, не верила… Как можно так искренне притворяться? Не забуду их поступки и слова, несмотря на то что давно простила…

За что они так? Одна из них, пролила свет, что мол, ты слишком талантливая, умная, идеальная, их родители приводят меня в пример, и этим я их достала. «Порядочная» – кривили они губы, – «При виде сигарет и выпивки морщится как от гнили. Рассуждает о высокой любви и тайнах бытия. Скукота.», – смеялась они в лицо. «Ты белая ворона. Сычиха. Тебя никто никогда не полюбит. Ты никогда не найдешь друзей. А если найдешь, то сомневаюсь, что настоящих и преданных. Тебя просто используют, как мы это сделали, получат, что им надо, и спровадят на все четыре стороны». Слова бывшей подруги часто всплывают в мыслях, напоминая, что не следует подпускать кого-то слишком близко, тогда и больно не будет. Что касается моей высмеянной «порядочности»…

Мне нравится такая какая я есть, и не собираюсь меняться в худшую сторону и в угоду другим. Я стремлюсь быть лучше, чем являюсь, мне есть куда расти. Я не идеальна, но, если сравнивать конкретно с ними, и подобными им, действительно выделяюсь, и это их злит. Мы никогда не поймем друг друга.

Ладно, не буду грустить. Вытерла слезу, тихо скатившуюся по щеке. Не хочет Дрокс прислушиваться, его право, а я полезу дальше. Главное добраться до нужного места.

Дракон почти добрался до середины, когда внезапно, чудовища стали прыгать. Чего я и опасалась. Дрокс успел в последний момент увернуться, но не от второго. Монстр схватил его за ногу и повис как гнилой кусок мяса. Он захрипел от натуги, но удержался. Силен! – восхитилась я. Человек переломал бы себе все на свете, а он держит такую тушу. Конечно, дракон долго не продержится. Надо что-то придумать, но что? Глаза наткнулись на кроссовки-коньки. А что?! Попробовать можно. Сняла один, нажала на кнопку, и лезвие вышло.

Дрокс держался из последних сил. Красавчик! И так, куда тут можно бить, если головы никакой нет?! Как они вообще видят? По запаху? Носа тоже не вижу… Ладно, попробую треснуть по руке, или лапе, или что это такое?! Меткость у меня отменная, не промахнусь.

Дракон застонал, что придало скорости. Ногами ухватилась за веревку, а сама повисла вниз головой. Прицелилась и швырнула со всей силой.

Есть! Попала лезвием по запястью, ну или… неважно. Потекла черная жижа, а само чудовище заверещало. Сняла второй, и бросила в тоже место. Оно отпустило. Дракон подтянулся, ухватился ногами и руками за веревку, делая себе передышку. «Кошмарики» продолжали прыгать, но добраться пока не могли. Ключевое слово «пока».

– Перестань…

– Что перестань? – не поняла я.

– Спасать! – выкрикнул дракон. – Меня это унижает. Может ты мечтаешь получить награду? Или решила поиграть во всемогущую героиню? – я молчала, а он продолжал. – Я бы никогда тебя не спас. Можешь дохнуть сколько пожелаешь. И если еще раз, ты меня спасешь… – он не договорил, да и не требовалось.

– Я знаю. От тебя, мне ничего не надо. Что до твоего спасения… Плевать, что ты хочешь, а что нет. Я вижу, что человеку… точнее дракону… требуется помощь, и «проходить» мимо, не собираюсь, так уж воспитана. Надеюсь, это понятно. А теперь, закрой свой клыкастый рот и полезли дальше. Когда дам знак, ты отвяжешь конец своей веревки на стене. Не сделаешь, твои проблемы.

Что-то темное пролетело возле моего лица, еще, и еще. Посмотрела вниз, вот же… Эти ужасы амитвилля стали плеваться чем-то вонючим, тоже мне верблюды. Брызги слюней попали на мою веревку, последовала мгновенная реакция. Призовой артефакт разъедала самая настоящая кислота! Она сейчас порвется. Рано, рано, рано… Придется прыгать. Быстро перевернулась вверх, и встала на веревку. Ноги дрожат, равновесие не получается держать. Прыгнула на сторону дракона, из-за этого он чуть-ли не свалился.

– Ты что творишь?

– Давай шевелись. Здесь кислотой плюются.

– Чем?

– Потом. Времени нет, как-только говорю развязывай, ты это делаешь. Понял?

– А если нет?

– Тогда счастливо оставаться. Встретимся в чистилище.

– Где?

– Шевелись!

Одна из жиж попала на шарф дракона.

– Сними, сними немедленно. Сейчас кожу разъест.

Думала будет возражать, но нет. Быстро скинул повязку. И я увидела… красивые, синие волосы длиной до плеч. Как говорила одна героиня из юмористического сериала – «Очуметь»! Ох ты ж… Дрокс повернул голову. «Мама дорогая»! Молодой парень, лет двадцати пяти, смотрел своими нереальными, зелеными глазами. Полные губы, жесткие черты лица, я бы даже сказала хищные, кожа слегка смуглая, а ушки немного заостренные, до эльфов ему далеко, если верить картинкам.

– Дрокс! – позвала его как под гипнозом. А затем понизив голос до грубого мужского, заговорщицки продолжила: – Можно я тебя нарисую?

Дракон вздрогнул, ошарашено уставившись на меня. А что? Ну подумаешь, голос изменился. Так это от волнения и… вдохновения. У меня уже чешутся руки, надо, надо его нарисовать.

– Дро-окс… – снова позвала басом.

– Только не говори, что в тебя вселился демон. – шепнул дракон, и под конец фразы его голос подозрительно пискнул. – Мне хватает и без того…

– Я не могу. Я хочу… – дракон чуть ли не свалился, снова…

– Не подходи, точнее не лезь ко мне. – еще и ногой потряс. Как будто она меня остановит, наивный.

– Но я хочу. У меня уже все зудит.

– Нет, нет. Не дамся. – дракон побледнел. И чего это он такой нервный.

– Эх, ладно. Ты прав. Сейчас не время! – чешуйчатый вздохнул с облегчением. Даже пот со лба вытер.

– Но вот по-осле… – и улыбнулась. Родители говорили, что, когда у меня наступает творческий «приступ», им становится жутко. Мой оскал и поблескивающий взгляд кого хочешь напугает. Ну, а что? Вдохновленный человек, немного сумасшедший. Мы, творящие, еще те существа, не от мира сего. Бормочем себе под нос, мечтательно улыбаемся, строим грандиозные планы.

Взволнованный дракон, так ретиво полез, что я за ним еле поспевала. Очень скоро мы добрались до нужного места.

– Развязывай.

Тот послушался. Странный! Быстро же у него настроение меняется, а это вновь наводит на мысль, все ли хорошо у него с психикой?! Как только веревка развязалась, мы полетели прямо в ворота. Правда, мне пришлось сделать один трюк. В полете перевернулась вверх тормашками, обхватив ничего не понимающего дракона ногами. Вовремя! Иначе, я здорово бы стукнулась об стену, не вписавшись в ворота, застряв в самом низу.

Интересно, что ожидает нас дальше?

Глава 10

Мы вылетели из портала, знатно шмякнулись о землю. Аж дух весь выбило. Да, это не песочек, бедные мои бока.

– Слезь с меня. – пропыхтел драконище.

– Да больно надо. – встала, оказывается я сидела на спине Дрокса.

Подняла глаза и увидела… ее! Впечатляет. Передо мной расположилась просто нереально огромная арена, с глубоким, и достаточно широким каньоном. Присмотрелась. Внутри него, и сверху, летали небольшие острова. Они двигались вверх-вниз, вправо-влево, в сторону, с разными скоростями, и без всяких тросов.

Внизу виднелись скалы, напоминающие по форме грибы. На их «шляпках» разместились странные механизмы, что вращались хаотично. По всей видимости, это полосы препятствий. Ого, там и огонь вздымался, а где-то и знакомые снежные шарики летали и много чего еще.

Заметила также небольшое озеро, с белой водой, что с высоты казалось лужицей молока. Чуть дальше от него росли странные растения, чем-то напоминающие плющ, только по цвету они были кислотно-оранжевые. И как туда спуститься? Придется прыгать по грибочкам и островкам как по крышам, вот где пригодится мой навык паркура, который я тренировала последние два года. Хотелось подойти ближе, но нельзя.

Подняла голову вверх. Там тоже порхали, только не острова, а ступеньки. Под куполом что-то блеснуло, но что это, не разглядеть. Если посмотреть чуть дальше каньона, то… опять?? Големы! И в этот раз не снежные, а каменные, и куда больше первых. Хотелось нервно засмеяться.

Еще дальше, возвышалась скала, примерно в высоту с двенадцатиэтажное здание. Придется попотеть, взбираясь на сие величие. На ее вершине, сияли единственные золотые ворота. По всей видимости, это финиш.

Рядом послышался шум. А я и не посмотрела, кто рядом стоит. Справа и слева наблюдались такие-же стартовые ворота. Только на этот раз их было десять, девять из которых уже заполнены люд… существами. Мы с Дроксом стояли ровно по середине. По правую сторону от нас переминались трое. Беловолосый худощавый эльф, да, именно эльф, здесь без вариантов, уши как у кролика, что упирались в белый капюшон, не скрывающий бледного лица хозяина. Его напарник по беседе, имел волчьи серые уши, а черные короткостриженые волосы агрессивно топорщились, словно на голове росли колючие иголки. Когда я разглядывала широкую спину будущего героя моих картин, подмечая каждую деталь, «модель» словно почувствовав мою заинтересованность повернул голову, и по хищному, сузил «шоколадные» глаза. Оборотень принюхался и… зарычал?! Это меня немного отрезвило. Как некультурно, покачала я головой.

Третий же, в отличие от оборотня, замотанный в подобный пустынный красный шарф, как и у моего «товарища» по игре. И эти необычные зрачки, презрительные и высокомерные взгляды подсказывают, что передо мной очередной дракон.

Слева от нас никого не было, а вот дальше, стояла орчанка. Весьма габаритная девушка, с зеленой кожей и рыжими волосами. Рядом с ней еще одна девушка, в черном кожаном костюме и покрытой головой, но какой она расы, определить не смогла. И еще одна особь мужского пола, опирающаяся на стену, наблюдала за всеми из глубоко надвинутого капюшона. На миг мне показалось, что этот таинственный парень разглядывает меня, и очень заинтересованно. Воображение разыгралось? Почему большая часть игроков прячут лица? Они что, все здесь анонимно? Раздражает.

Всего насчитала восемнадцать участников, включая нас.

– Слушай, а почему я не чувствую усталость? – тихонько спросила у Дрокса.

– Это все магический портал. Он исцеляет раны, убирает усталость и насыщает живительной энергией. Ну и другие вещи делает… – на последних словах чешуйчатый смутился. Надо же, великий и ужасный дракон умеет смущаться?!

А ведь действительно, я посмотрела на свою царапину от сосульки и той не оказалось. Только ободранный рукав.

– Дрокс, ты что на игры свою рабыню притащил? – хохотнул тип в красном шарфе. – Дашь поиграться? А может даже подаришь?

– Эй! – возмутилась я. – Это что еще за невоспитанная особь, страдающая аффектацией?

– Чем страдает? – переспросил дракон.

– Неважно. – устало махнула рукой. Так, Ника, успокойся, не будем вести себя как ребенок. Это все нервы, усталость, и прочие причуды. Какой смысл возмущаться и огрызаться? Это не поможет. Хотя, на счет моего психического состояния возникают вопросы. Я все воспринимаю довольно спокойно для человека из другого мира. Дрожь, страх, ступор это не в счет. «Нормальный» человек давно бы истерику закатил, расплакался, покричал, пугался странных существ. А я нет, наоборот, скандалюсь, спорю и огрызаюсь. Может порталы постарались и в моей адаптации?

Все повернули головы в нашу сторону. Ох, только этого мне не хватало. Учитывая какое отношение к людям в этом мире, мне бы не хотелось обращать на себя пристальное внимание.

– Уважаемый ар, рад Вас видеть. – мелодичным и немного писклявым голосом поздоровался эльф, в нотках которого не было и грамма той самой радости от встречи. Осмотрев меня с ног до головы, он скривился. Ну, да. Мой когда-то красивый черный свитер, сейчас походил на дырявую мишень. Рукав на левой руке почти полностью оторвался, волосы растрепанные, лосины имеют пару «вентиляционных» отверстий, вся в грязи и босая. Я тоже не в восторге от своего вида, но это не значит, что на меня можно бросать такие пренебрежительные взгляды, как на протухшую рыбу.

Не люблю оставаться в долгу, потому также оценивающе прокатилась взглядом по эльфу, и хмыкнула, мол, и ты не в моем вкусе. Ушастику это явно не понравилось. Его длинная, да-да, длинная бровь, словно прядь волос, возмущенно приподнялась.

– А что значит ар[15]? – обратилась я к синеволосому.

– Ара и ар уважительное обращение к двуипостасным. Эна и эн[16] обращение к остальным.

– Занятно. В моем мире «Ара», род птиц семейства попугаевых. Да и «Эна, эн», это женское имя. – хихикнула я. – А как обращаются к людям?

– Попу-гай, какие-то странные имена для птицы… Никак. Они никто.

Кто-бы сомневался, скривилась я, и посмотрела в сторону. Не нравится мне, как смотрит этот оборотень. Ой чувствую, попьет еще кровушки.

– Ар, Вам бы заняться воспитанием этой ущербной. Слишком много себе позволяет. Впервые за много лет с такой сталкиваюсь.

– Она не моя рабыня. – прорычал дракон, толи защищая меня, толи раздражаясь, что связывают нас вместе. – Она участник игры.

После этих слов, настала полная тишина. Ну вот, снова привлекла внимание.

– Этого не может быть. Дрокс, ты шутишь? Как бы она смогла пройти две арены?

– Как-как… думаешь я не шокирован Ракс? – обратился дракон к «красному шарфу».

– Так чего ты ее не убил? – спокойно спросил оборотень. – Если бы не ограничения, я бы не мешкался. А ты рядом стоишь и когтем не шевелишь.

Дрокс промолчал. А ведь действительно, я давно могла умереть, например, когда висели на веревке. Все-таки он хороший, возможно это лишь напускная маска жестокого и самовлюбленного дракона?! Или же в нем присутствует всего понемногу, как приучили, как принято в «обществе». Порой проблема возникает из-за воспитания, догматических мнений взрослых, оно мешает молодым людям трезво размышлять самим, мешает верить в новое и ломать стереотипы.

Многие родители взращивают необоснованную ненависть и презрение в своих чадах, особенно к тем, кого считают врагами. Это же касается и общества. Выращенные на догматизме люди не двигаются дальше, а застревают в тупике. Они не умеют прощать, не хотят ничего менять, не принимают новое. Но иногда появляется тот, кто все меняет, ломает, строит. Порой это происходит и через кровопролитные войны.