Бесконечный Лес

Всё это пронеслось в голове за одно мгновение, а решение появилось само собой. Оно появилось в виде молчаливых силуэтов, выскочивших из чащи и молча мчащих вдоль другой стороны реки. Путь в лес был отрезан.

Они были охотниками, он был добычей, поэтому не было никаких угрожающих криков, никаких удивлённых возгласов. Летящие низко птицы наблюдали жутковатое зрелище – молча несущиеся по обе стороны реки, параллельно друг другу, фигуры диких котов, лишь злобно сверкающие глазами. Они глядели на него, он глядел на них, через реку, которая разделяла их сейчас бесконечно далеко друг от друга. В этот момент эта река стала материальным воплощением той непреодолимой пропасти, которая навсегда теперь была между ними.

Краем зрения он увидел, как некоторые силуэты отделились от основной массы и начали переправляться через реку.

Он не понимал, зачем продолжает свой бег вдоль реки. Видимо подсознательно он хотел раздразнить их, разозлить ещё больше. Почему бы и нет? В конце концов в этот момент он был всего лишь жертвой, а не охотником, поэтому мог себе позволить отдаться эмоциям и безрассудству. Однако холодный рассудок всё же победил и резко изменив угол направления, он устремился вглубь пустошей, в сторону скалистых гор.

Даже не оглядываясь, он почувствовал их довольные ухмылки. Весь путь, от реки до гор, пролегал через равнину и сверкающие пятна озёр, поэтому затеряться из виду уже не представлялось возможным. И он прекрасно знал, что не в лучшей форме сейчас, и они прекрасно понимали это тоже. Для них всё уже было лишь вопросом времени. Мысленно они уже наслаждались триумфом.

«Что будет, даже если я успею добраться до гор? Перебираться через них едва ли уже хватит сил. Да и что там вообще делать потом, как там выжить? Ведь за горами только одни горы, до самого горизонта. Край бесконечного леса, где начинается конечность бесконечности. Но что мне остаётся, нырять в озеро и жить на дне? Волнующая, но коротенькая жизнь без воздуха», – мысли метались в голове одна за другой.

«Сколько их там вообще? Хотя какая, к чёрту, разница. Ты что, собрался бороться со всеми одновременно?».

Низко над головой пролетела птица. Она как будто следовала за ним, затем резко спикировав, пронеслась совсем рядом, устремляясь вперёд.

Он не мог разобрать, что это была за птица, однако часто наблюдая за ними, с уверенностью мог отметить, что эта вела себя в небе довольно необычно. Фигуры, выполняемые ею, выглядели на грани возможного. По крайней мере раньше он не видел подобного мастерства полёта, таких выверенных и отточенных движений. Даже сейчас, будучи преследуемым, он был очарован этим созданием и на время даже забыл обо всём. Остановив беспокойный поток своих мыслей, он просто бежал вперёд и наслаждался прекрасным зрелищем.

Провернувшись по своей оси, она резко вильнула в одну сторону, затем двигаясь по спирали изменила направление в другую. Затем резко ускоряясь, она немыслимым образом практически остановилась в воздухе, широко расправив крылья, и откинув голову, сделала кувырок назад, ныряя вниз, до самой земли. После чего сделала полукруг вокруг Зука и устремившись высоко в небо, скрылась в облаках.

Он проводил её взглядом, с благодарностью за подаренные мгновения и с печалью из-за такого скорого расставания.

«Как необычно она вела себя», – думал он. – «Как неожиданны были её движения. Но такое чувство, словно она делала это уже множество раз».

«Множество раз.. Ну конечно!», – вдруг яркой вспышкой озарилось в его сознании.

Он ведь проводил здесь довольно много времени, в отличие от своих сородичей, предпочитающих только сторону леса. Бегая вокруг озёр, наслаждаясь ветром, он хорошо изучил эти края. И за это время он прекрасно ощутил на своей шкуре, что эта открытая местность не такая уж и лёгкая для преодоления. Благодаря такому большому скоплению озёр, в некоторых местах между ними не было даже особо твёрдой почвы. И те узенькие тропиночки между ними, создавали обманчивое впечатление, будучи на самом деле довольно вязкими ловушками, смесью влажного песка и глины. И всё же аккуратный и внимательный путник заметил бы однажды, что вязкие и твёрдые места отличаются друг от друга внешне. Отличаются едва заметным оттенком, однако со временем вполне различимым, если знать, на что обращать внимание.

Он мельком оглянулся назад. Разноцветные пятна с пылающими, ярко бирюзовыми точками были ещё в дали, однако неумолимо приближались. Он даже вроде бы заметил фиолетовое среди них.

Едва заметно он понемногу начал изменять направление движения, отклоняясь параллельно течению реки, оставшейся позади. Пусть как можно дольше думают, что обезумев от голода и отчаяния, он пытается всё же добраться до скал, чтобы попытаться найти пещеру или хоть какое-нибудь укрытие в этой равнине, думал он. Пусть как можно дальше углубятся в озёрные лабиринты и добавят в свои головы другие цели, кроме него. Например цели, как спасти свои шкуры и не увязнуть в глине.

Конечно, в итоге они догадаются о тональных различиях в почве и смогут следовать по его следам, в прямом смысле слова. Однако к этому моменту он сможет значительно оторваться от них. Да и парочка местных сюрпризов для них ещё была припасена.

Полной грудью набрав воздуха и собрав остатки сил, он ускорил свой бег. В озёрных тропах он вполне сможет передохнуть, перейдя на шаг, а пока ему нужно было попытаться хоть немного оторваться от своих преследователей.

* * *

Солнце светило уже высоко в небе, когда он наконец увидел знакомые места. Огромное скопление красных озёр, так близко расположенных друг к другу, что создавалось впечатление будто бы это одна единая водная гладь, испещрённая прожилками белой глины.

Это были довольно живописные места и в то же время довольно опасные. Засмотревшись на эту красоту, запросто можно было угодить в ловушку. Во многих местах под глиной были небольшие пустоты. Недостаточные, чтобы в них полностью погрузилось тело крупного зверя, однако достаточные для того, чтобы намертво увязнуть и остаться там навсегда, печальным предостережением для внимательных глаз.

Иногда, осторожно ступая мимо наполовину высунувшихся из глины черепов, Зук смотрел в пустые глазницы и благодарил их за эту жертву, за предостережение, ради которого им пришлось остаться здесь. Вечными, молчаливыми наблюдателями, охотно дарующими подсказку тем, кто способен видеть.

Однако изнеможение дало о себе знать, поэтому несмотря на прошлый опыт, Зук поскользнулся, не разглядев приближение опасного участка и растянулся на глине, оставляя за собой длинный след. Каким-то чудом завершение его скольжения пришлось на твёрдый участок и остановившись, тело не увязло.

Отдышавшись и не обращая внимания на ехидные взгляды черепов, он медленно поднялся и принялся искать знакомые, белые участки глины, прокладывая в голове дальнейший маршрут.

– Нет уж, друг мой, не в этот раз, – ещё раз заглянув в пустые глазницы ближайшего наблюдателя, произнёс он и медленно двинулся дальше. Торопиться уже не было смысла, он мог наконец отдохнуть и перевести дыхание после затяжного забега.

Оглянувшись, он увидел вдали, медленно, но неизбежно приближающиеся, знакомые силуэты. На этот раз он мог позволить себе лучше рассмотреть их и прикинуть в уме приблизительное количество преследователей. Ситуация повернулась таким образом, что теперь он надеялся увидеть побольше. Чем их больше, тем труднее им будет преодолевать эти тропы, больше растягиваться в длинную цепь из мешающих друг другу шерстяных тел.

Удовлетворённо улыбнувшись, он продолжил движение. Их было достаточно много.

* * *

– Стойте! – крикнула Анима, резко остановившись и тяжело дыша. – Здесь.. нужно аккуратнее.

Стая остановилась без особого сопротивления, всем давно уже нужен был повод для передышки, однако две фигуры продолжили движение, лишь замедлив скорость.

– Майло! Остановись, никуда он уже от нас не денется, – раздался им вдогонку голос дикого кота.

Лишь злобно фыркнув, Майло продолжал движение, соблюдая всё же при этом осторожность. Неуверенно оглянувшись назад, совсем ещё юный дикий кот, следующий за ним, притормозил на мгновение в нерешительности. Затем нахмурился и видимо приняв какое-то решение в своей голове, вновь последовал за Майло.

– Белые пятна, – крикнула им вдогонку Анима, – держитесь белых пятен!

Майло лишь ухмыльнулся, даже не оборачиваясь. Он прекрасно всё понял и сам, даже особо не сбавляя темп, увидев след от скольжения тела, увязшие черепа и влажные следы на самых белых участках глины.

– Не отставай! – рявкнул он своему спутнику, слегка ускорившись.

Тем временем стая потихоньку приходила в себя и внимательно осматривала окружающие их места. Восемнадцать взъерошенных тел, небольшая частичка общей стаи, добровольно и не совсем, отправившихся в погоню за беглецом, молча переводили дыхание и поглядывали на останки разнообразных животных, увязших в глине. Многие из них уже и сами начали догадываться что к чему, однако не спешили перебивать Аниму, решившую высказать свои догадки.

– Самые светлые участки, видимо, самые устойчивые и твёрдые, – сказала она, поглядывая на облачное небо. – Если будем внимательны, то сможем легко преодолеть эти места. Но если пойдёт дождь, – продолжала она, снова глянув на облака, – то..

– То ты что-нибудь ещё придумаешь, – нервно перебил её один из котов. – Нужно следовать за Майло!

– Нет, она права. Если пойдёт дождь, мы уже не сможем различить пятна глины, – произнёс другой кот.

– Так что тогда, ждать окончания дождя? Сколько его ждать? А он начнётся вообще?

– Майло всё ещё во главе этой погони, – раздался третий голос. – Думаю правильнее будет следовать за ним. Вернуться к Старейшему ни с чем мы всё равно не можем.

– Тогда растянемся цепью и двинем уже наконец! – не унимался первый. – Нас много и мы сможем вытащить друг друга в случае чего. Анима! Ты во главе цепы.

– Я?! – удивлённо воскликнула Анима.

– Всё верно, – спокойно сказал обладатель третьего голоса, – видно, что ты легко ориентируешься здесь. Не волнуйся, мы вытащим тебя если что. Просто следи за правильным маршрутом, а мы будем следить за тобой и окружающей обстановкой. Каждый будет занят своим делом и не будет отвлекаться на всё остальное.

В воздухе повисла тяжёлая пауза.

– Хорошо, – наконец ответила Анима, прекрасно понимая, что её согласие или несогласие не имело значения. – Хорошо, тогда следуйте за мной, след в след.

С высоты полёта птиц можно было наблюдать, как длинная, разноцветная змея начала своё движение по лабиринту озёрных троп.

* * *

– Майло, может дождёмся остальных? – сбивая дыхание, прохрипел юный дикий кот. – Они вроде выдвинулись за нами.

– Как хочешь, Айта. Дело твоё, – не оборачиваясь, раздражительно бросил Майло.

Всё что занимало его в данный момент, это одинокая фигура, маячащая почти у самого горизонта. Он не мог позволить ему скрыться, не мог позволить ему уйти за пределы Внутренних Земель. Хотя, он уже был готов последовать за ним и туда, прекрасно осознавая, что не будет дороги назад. Он заставит его заплатить за то, что тот сотворил, чего бы это не стоило.

Поджав уши, Айта продолжил свой бег. Это была его первая серьёзная вылазка, настоящий шанс проявить себя, поэтому он просто не имел права на проявление слабости. Во что бы то ни стало он хотел показать себя с наилучшей стороны в глазах сородичей, которые без сомнения наблюдали за ним.

* * *

Осторожно ступая, но стараясь при этом не сбавлять темп, Анима всё чаще поглядывала на облака. Небо затягивало всё сильнее и в скором появлении первых капель уже не приходилось сомневаться. Ей в голову приходило пока только два варианта дальнейшего развития событий: либо они успеют настигнуть его до начала дождя, либо им неизбежно придётся останавливаться прямо посреди троп и пережидать. Первый казался не особо осуществимым, второй не особо приятным, причём даже в случае успеха первого варианта, он всё равно в итоге перетекал бы во второй.

– Что мы будем делать, когда всё закончится? – спросила она, не поворачивая головы.

– Ну, тащить назад всю тушу целиком не придётся, – ответил ей спокойный голос, – Старейшему нужна только голова.

Анима поморщилась.

– Я имела в виду другое, – сказала она, невольно представив процесс отделения головы. – Что мы будем делать с дождём?

– А что мы можем с ним сделать? Дождь уже вряд ли будет помехой, поэтому торопиться нам будет некуда. Переждём если что.

– Прямо здесь, в этой.. жиже?

– Что у тебя на уме, Анима? Говори прямо, – в ранее спокойном голосе послышались нотки раздражительности.

– У меня на уме поскорее закончить со всем этим, – бросила она.

– Тогда поторопимся, – отозвался, снова обрётший спокойствие, голос.

* * *

Обратив внимание на первые, неуверенные, но неуклонно набирающие силу, капли дождя, Айта вновь обратился к Майло, отчаянно надеясь, что его голос не выдаст волнения:

– Неназываемый вряд ли сможет держать быстрый темп во время дождя. Ему ведь придётся на ощупь прокладывать путь.. как и нам. Вряд ли он куда-то уже денется.

Майло не отвечал и это больше всего начинало пугать. Айта не видел его глаз, но прекрасно представлял, как они сейчас выглядят. Как две обжигающие, холодные звезды, за которыми не осталось ничего, кроме жажды преследования. Айта уже видел подобное состояние ранее, у некоторых котов, во время охоты. Он прекрасно понимал, что Майло уже не видит и не слышит ничего вокруг, кроме одного. И сейчас, находясь с ним вместе в этих топях, ему стало вдруг не по себе. На ходу оглянувшись, он быстро нашёл глазами стаю, оставшуюся позади и пока ещё видимую. Пока ещё. Пока с неба не хлынут потоки влаги, смывающие все следы. Смывающие путь назад. Едва не поскользнувшись, он попытался взять себя в руки и продолжил движение, с тревогой всматриваясь в исчезающие участки белой глины.

* * *

– Тяни. Тяни сильней!

– Оно не отпускает!

– Не шевелись, тебя затянет ещё глубже. Мы сами.

– Придётся потерпеть, брат, мы вытащим тебя.

– Проклятье, она сломана похоже! Хгр-р-р.

– Погодите, сейчас поможем.

– Нет! Стойте на месте, а то завязнем тут все. Тяни!

Анима и несколько диких котов, находящихся рядом, бессильно наблюдали за вознёй в середине их импровизированной цепи. Двое их сородичей, измазанные в грязи, отчаянно пытались вытащить третьего, медленно увязающего в мокрой глине. Ближайшие, кто мог добраться до несчастного, тот за кем он следовал и тот, кто следовал за ним самим. Проливной дождь превратил озёрные тропы в настоящую преисподнюю, вынуждая выверять каждый шаг, поэтому остальные не могли сдвинуться с места, не в состоянии покинуть узенькую тропу и нарушить цепь. Не в силах ничем помочь.

Они тянули его зубами за холку, настолько сильно, что уже проступила кровь, но тропы не отпускали. Озёра уже вкусили живую плоть и не собирались так легко расставаться со своей шипящей добычей.

– Мы должны двигаться дальше, – раздался голос, пытающийся перекричать ливень. – Кто там в конце? Сэнни? Бара?

– Бара и Стаб! – послышался в ответ слабый голос, приглушённый дождём.

– Не важно. Когда цепь двинется, замените Шимэ и Вимсу! Оставайтесь с Кэмо и продолжайте попытки вытащить его! Дождётесь окончания дождя и возвращайтесь домой! Кэмо! Эй Кэмо, слышишь меня?

В ответ раздался лишь невнятный возглас.

– Кэмо! Держись, друг! Бывало и хуже ведь, правда?! Втроём вы справитесь!

– Анима, аккуратно продолжай движение, – обратился к ней тот же голос уже тише, так как они находились совсем рядом. – Мы. Должны. Продолжать. Движение, Анима, – сказал он с расстановкой, увидев сомнение в её глазах.

– Движение куда, Нилтэ? В пустоту? Следов уже всё равно не разобрать, мы можем двигаться только на ощупь. Мы должны переждать ливень, – тихо ответила она.

Глаза Нилтэ сверкнули льдинками:

– Не забывай, зачем мы здесь, Анима, – и приблизив свою морду вплотную к ней, продолжил совсем тихо, – зачем ты здесь. Пока мы преследуем Неназываемого, не смей больше вставлять своё мнение, пока тебя об этом не попросят.

Не ожидая от неё ответа, он повернулся назад и крикнул:

– Выдвигаемся! И пусть Дикий Охотник направляет нас во тьме!

– Выдвигаемся, Анима, – тихо повторил он, пристально глядя ей в глаза. – Ступай аккуратно и мы вскоре вернёмся домой. Никуда он от нас не денется.

Стая двинулась в путь, не делая попыток оспорить решение Нилтэ. Судьба Майло была неизвестна, поэтому главенство пока перешло к нему. Однако мало кто был доволен таким положением вещей. Все они конечно искренне жаждали расправы над беглецом. Все, кроме Нилтэ, единственной целью которого было неудержимое стремление к власти любой ценой. И все прекрасно понимали, что он пойдёт на всё, лишь бы ещё ближе приблизиться к главенству во всей стае. И особенно сейчас, окрылённый внезапным шансом, пойдёт на любое безрассудство, ослеплённый мыслями о своём будущем статусе, приобретённом взамен на голову Неназываемого.

Некоторое время три пары глаз смотрели им вслед, затем к шуму дождя снова добавились звуки возни, шипения и тихой ругани.

Анима отчего-то вдруг почувствовала, что больше не увидит этих троих ещё когда-нибудь. Однако оставила при себе это ощущение, потому что поделиться им всё равно было не с кем в данный момент.

VI

Границы Внутренних Земель были уже совсем близко, он чувствовал это. Даже почти не видя ничего под пеленой проливного дождя, Зук чувствовал это из-за усиливающегося ветра – неизменного спутника границ. Его завываний пока ещё не было слышно. Пока он лишь молчаливо предупреждал о своём присутствии. Предупреждал заблудшего странника, о том, что тот ещё может повернуть назад. Или о том, что этот странник на правильном пути.

Его незримые, холодные пальцы, лишь едва касались шерсти. Однако эти касания становились всё настойчивей, проникая всё дальше, казалось, под самую кожу. В этих касаниях ветра чувствовалась древняя, непоколебимая сила, неспособная к состраданию или сопереживанию. Чистая энергия хаоса, незамутнённая законами морали.

Зук фыркнул и поёжился, его тело дрожало от перенапряжения и холода. И всё же отступать было некуда. Он попытался отвлечься и переключить сознание на созерцание, и это удалось ему достаточно легко. Подводные растения, дающие озёрам красноватый оттенок, во время сильных осадков начинали излучать сияние. Благодаря этому, объекты, находящиеся рядом, переливались рубиновыми лучами, искрящимися на мокрой поверхности.

В усиливающемся алом свечении, сквозь колышущийся до небес, водный занавес, начала проявляться фигура Дикого Охотника, последнего стража на пути в неизвестность. Возможно такое зрелище могло бы остановить даже движение комет. Заставив их остановиться на минутку и насладиться красотой бушующей стихии. Но оно не смогло остановить, ослеплённого ненавистью, Майло, прорвавшего густые потоки дождя и молча бросившегося на Зука.

Они кубарем покатились в сияющее озеро, с жадностью поглотившее их обоих.

* * *

Она не могла быть одна, просто не могла. Сбежав однажды из родной стаи, будучи ещё совсем юной; ведя полудикий образ жизни в лесу, она всё равно в итоге прибилась к другой. Потому что просто не могла иначе. Ей нужно было чувствовать себя рядом с кем-то, чувствовать принадлежность к группе. Пусть даже эта группа не всегда разделяла её интересы, но быть одной она была не в состоянии.

Только на этот раз эти интересы разделились слишком уж сильно. Да, ей нужно было доказать своё право нахождения в этой стае. И эта погоня как раз была отличным шансом, после которого она получила бы полноправный статус. Но ей всё меньше и меньше нравилось положение, в котором она оказалась. Хотя особого выбора у неё и не было; проигнорировав ритуал Близкой Луны, это был её последний шанс доказать свою лояльность.

«Но видят Боги, лучше бы я снова сбежала в лес, чем всё это», – думала Анима, невольно вздрагивая от раскатов грома.

Ещё несколько членов стаи остались позади, пытаясь вытащить друг друга из топей. От изначальной группы осталась едва ли не половина. И вновь никто не перечил Нилтэ, направлявшему стаю вперёд: в ливень, в глиняные болота, в шторм.

В ослепительную смерть, посреди сияющих озёр.

Порой её удивляла подобная отрешённость и слепое следование указаниям вожака, пусть даже и временного. Хотя.. она ведь и сама следовала им.

Но что она могла сделать, одна?

Видимо точно так же думал каждый из них.

* * *

Во вспышках молний перед Айтой предстала величественная фигура Дикого Охотника, подобных которой он ещё не встречал. Эта статуя была огромна, гораздо больше других, и её поза тоже отличалась от остальных. Дикий Охотник во весь рост стоял на задних лапах, раскинув передние в стороны. Его голова была наклонена вниз, и пустые глазницы будто бы смотрели прямо на Айту.

Он немного отстал от Майло, но в непроглядном ливне этого было достаточно, чтобы упустить его из виду. И теперь, когда видимость начала улучшаться, он обнаружил себя совершенно одним, посреди озёр.

Его разгорячённое сердце колотилось в груди, отчаянно пытаясь разогнать все страхи и сомнения. Но страшнее всего для него было сейчас – упасть в глазах сородичей. Показаться смешным и беспомощным, потерявшимся котёнком. Айта всё ещё наивно полагал, что его внутреннее спокойствие зависит от мнения окружающих существ, а не от него самого. Он искренне верил, что только оценка этих существ поможет ему понять, достоин он чего-либо или нет. Не осознавая, что становится заложником чужих суждений о себе самом. Отдавая своё собственное самоощущение в их полную власть.

Он огляделся по сторонам. Единственное, за что можно было зацепиться его возбуждённому сознанию, это статуя Охотника. Поэтому он решил направиться к ней, краем глаза вдруг уловив какое-то движение в озере.

* * *

Под водой они не могли разговаривать друг с другом. Вместо этого они обменивались мыслями с помощью своих тел. С помощью своих клыков и когтей. С помощью своих глаз.

«Пожалуй бессмысленно что-то пытаться тебе объяснить, правда?», – Зук задумчиво запустил свои когти под кожу Майло.

«Да, ты прав. Твои оправдания мне ни к чему», – сверкнул глазами Майло.

Сцепившиеся, извивающиеся тела медленно опускались ко дну.

«Должно быть они были очень близки тебе», – Зук почувствовал острую боль в спине. – «Раз уж ты готов зайти настолько далеко».

Майло клацнул челюстями почти у его глаз:

«Ты и представить себе не можешь, насколько».

Увернувшись от его клыков, Зук рефлекторно прищурился и зашипел, извергая из пасти пузырящийся, воздушный поток:

«Видимо я так и не узнаю, кем они были для тебя. Хотя, теперь уже.. какая разница».

«Никакой», – ответили когти Майло.

Ещё некоторое время они кружили в своём последнем танце, ведя неспешную беседу посреди алого сияния, когда Зук наконец увидел за спиной Майло то, что давно ждал.

Почувствовав, что тело Зука обмякло, Майло впился клыками в его плечо, едва не задев артерию на шее. Он промахнулся лишь немного, почувствовав резкое напряжение в теле своего собеседника и запоздало осознавая свою ошибку:

«Ты давным-давно мог просто уйти. Просто оставить селение, если тебе так уж претило наше общество. Зачем ты вообще оставался в стае?».

Зук, упёрся задними лапами в Майло, раздирая и вспарывая его живот:

«Быть может у меня были на то свои причины. Быть может я просто был слаб. И слеп».

Он заглянул ему в глаза. На мгновение сменив ярость и гнев, в них промелькнули удивление и боль. Однако вскоре в этих угасающих глазах читалось лишь отчаянье:

«Это… так несправедливо. Почему Боги допускают такое? Почему…».

«Забавно. С одной стороны, я даже понимаю тебя, Майло. Мне очень жаль», – Зук оттолкнул его от себя.

Ещё некоторое время он парил в подводной невесомости, наблюдая как, вертясь и исторгая внутренности, но всё ещё пытаясь уцепиться за жизнь, тело Майло медленно притягивалось щупальцами плотоядного, подводного растения. Сияющее озеро с благодарностью принимало эту жертву, смакуя и растягивая удовольствие.

* * *

На мгновение она оцепенела, встретившись с его глазами. Несмотря на всё произошедшее прошлой ночью на поляне, в глубине души она всё ещё не принимала этого. Она не могла понять и объяснить его поступок, хотя бы для себя самой. Они были едва знакомы, но она наблюдала за ним со стороны и уже успела сложить некий образ в своей голове. И этот образ совершенно не совпадал с тем, кто предстал перед ней за прошедшие несколько дней.

Однако сейчас, смотря в его глаза, этот образ моментально рассыпался на части. Она с ужасом поняла, что совершенно не знает существо, находящееся сейчас перед ней. Существо, с которым она так беспечно контактировала ранее, один на один.

– Тебе некуда больше бежать! – крикнул Нилтэ. – Прими свою участь достойно!