Как приручить злодея. Практическое пособие для "старых дев"

4

– И что мы будем с этим делать? – мрачно поинтересовалась Клара, с сомнением рассматривая пирожные, которые я сложила на свою тарелку.

Одно бисквитное и два кремовых с шоколадными розами. Ну а почему нет? Могу себе позволить в качестве награды за небольшую победу.

– Мы будем делать с этим ровно ничего. Граф может нести любую чушь, какую посчитает нужной. Но мы не станем обращать на нее ни малейшего внимания.

– Хм… смело!

Я лишь улыбнулась, пробуя крошечной десертной ложкой легкий сливочный крем. Но, подняв глаза, так и застыла с ложкой во рту. На другом конце зала у входа возникла знакомая фигура. С трудом сглотнув, я перевела взгляд на Клару. Та, как ни в чем не бывало, подчищала от сладостей собственную тарелку.

Остановившись в дверях, мужчина в чёрном принялся холодно оглядывать толпу в поисках знакомых лиц. К нему тут же шагнул Коральт, до этого мило беседующий с рябиновским старостой. Тот коротко кивнул радушному графу, обменялся с ним парой слов, и вдруг его взгляд остановился на мне. Тонких губ коснулась усмешка, и я быстро отвернулась, натянуто улыбнувшись сестре. Та, заметив моё выражение, теперь разглядывала меня с большим подозрением.

– Ты его знаешь?

И отпираться было бы бесполезно.

– Видела однажды. Но представлены мы друг другу не были.

– Что ж, видимо, это не за горами.

Она стрельнула глазами в направлении гостей, и я не без тревоги проследила за ее взглядом. Незнакомец в чёрном двигался ко мне сквозь толпу вместе с графом. Эх, жаль, нельзя отшвырнуть тарелку и умчаться на мансарду, чтобы уже там сигануть через перила и исчезнуть в ночи… Благородные дамы так не поступают. Ну что ж, только светлая память строгой нянюшки и удержала меня на месте.

– Дорогая, позволь представить тебе герцога Лорака. Именно у него я купил Ягодное.

Какое счастье… Он еще и герцог, а значит вращается в высших кругах. И что ему помешает доложить самому королю, что некая благородная дама шастает по лесам, одетая в волчью шкуру, и хамит, словно портовый грузчик?

Кисло улыбнувшись, я позволила ему пожать свою руку.

– Госпожа Тьяра Шорр, моя невеста. И её сестра, – едва не лопаясь от гордости не замедлил похвастать Коральт.

– Графу несказанно повезло, – протянул тот, не сводя с меня внимательных глаз.

И только сейчас, наблюдая с близкого расстояния, я заметила, что те у него совершенно разные. Один прозрачный, серо-зеленый, а другой светло-карий. Необычно…

В то же время, пока я изучала его радужки, герцог разглядывал меня всю. Непринужденно улыбаясь, я мило хлопала ресницами, в душе отчаянно надеясь, что тот меня не узнает. Возможно, с подобными глазами у него вообще проблемы со зрением? Да и тогда в сумерках он вряд ли мог как следует меня разглядеть под той шапкой, если вообще разглядывал.

Однако моим надеждам не суждено было сбыться.

– Чудесное платье, госпожа Шорр. Хотя мне куда больше понравилось видеть вас в волчьей шкуре.

Я вдохнула и забыла, как выдыхать. Клара замерла с ложкой в руках, а граф напрягся, нахмурив брови, и Лорак не мог этого не заметить.

– Речь идет о том дне, когда прекрасная госпожа вторглась на мои земли, чтобы поохотиться, – пояснил он, наслаждаясь моим румянцем.

Ах ты ж ябеда!

Я негромко рассмеялась, в красках представляя, как надеваю ему на голову тарелку с пирожными. Вот же мстительный гад. Видимо, обиделся на мои тогдашние слова. Ну что ж, не на ту напал!

– Очень рада, что произвела на вас столь неизгладимое впечатление, герцог. Надеюсь, в следующий раз, когда мне посчастливится вторгнуться на ваши земли, вам понравится ещё больше!

– Все мои угодья в вашем распоряжении, моя госпожа. Но ровно до тех пор, пока я вас там не поймаю, – подмигнул он.

Я сглотнула. И что же потом? Запрёт в подвале на хлеб и воду, заставляя вымаливать прощение? Какие мелочные нынче пошли мужчины! Позор, да и только.

– Для чего же вы вторглись на земли его сиятельства? – поинтересовался Коральт, обращаясь ко мне. При этом глаза его засветились недобрым светом.

Ну вот, не успел жениться, а уже допрашивает.

– Помните зверя? Того самого? Так вот, на землях его сиятельства мы его и выслеживали. Но кто ж мог знать, что герцог окажется против подобного самоуправства?

Брови Коральта поползли вверх.

– Вы выслеживали зверя... лично?

– Можно узнать, о каком именно звере речь? – невозмутимо перебил Лорак.

Коротко кивнув графу, отчего его брови и вовсе грозились уползти за границу волос, я повернулась к герцогу:

– Наверное, его светлость очень крепко спит, раз ни разу не слышал ночных концертов «местной достопримечательности». Некоторые рябиновские жители настолько ими впечатлились, что выехали за пределы сих мест, дабы сгладить впечатления в местах более спокойных. А ещё благодаря тому же зверю, у его светлости пропадают отцы. Но за его светлость можно только порадоваться, если он этого совершенно не замечает.

Тот лишь хмыкнул на мою тираду.

– Вы правы, госпожа. На сон я не жалуюсь и овец не считаю.

Но и не видеть тех следов он не мог. Если уж герцог действительно так радеет о своей земле, что готов самолично гонять вторженцев, то как смог бы не заметить присутствие крупного, оставляющего внушительные отметины животного? Вывод напрашивался только один: Лорак что-то определенно знает! Вот только по какой-то причине не желает делиться информацией. Подозрительно…

– Возможно, – улыбнулась я одной из самых умопомрачительных своих улыбок, – если герцог соблаговолит дать свое разрешение на обследование его земель, я могла бы доказательно продемонстрировать, что так называемое вторжение на его территорию было сделано без какого-либо злого умысла.

Тот усмехнулся, поворачиваясь к графу.

– Какая боевая у вас невеста. И как вы только справляетесь?

– С трудом, – ответил тот, сверля меня тяжелым взглядом.

Я сжала челюсти. Высокомерные, надутые хлыщи! Найти бы мне того зверя. Самолично приручу, чтобы натравить на этих двух! Я даже слегка улыбнулась, представив, как скачу на нём верхом, злорадно хохоча и указывая обличительным перстом вдаль на этих двух, трусливо убегающих наперегонки… Эх мечты…

– Что ж, полагаю, нам лучше оставить эту тему, – предложил Лорак, – начинаются танцы, не уступите ли мне первый, госпожа? Вы не против, граф?

Тот только щелкнул каблуками, рад услужить. Вот мне и продемонстрировали, что я получу, будучи замужней дамой. Статус имущества… Ну уж нет, не дождётесь, господа!

– Прошу великодушно меня извинить, – переведя взгляд с одного, на другого, я подобрала пышные юбки, чтобы шагнуть мимо, – я бы с превеликим удовольствием, но мне давно пора. Нужно выспаться впрок перед бессонной ночью, а то из-за этих полуночных звериных воплей я совершенно не высыпаюсь!

Цапнув за руку сестру, я продефилировала на выход, явственно чувствуя на своей спине два недоуменных мужских взгляда.

**

Если Лорак посчитал выше своего достоинства преследовать какую-то там хамку, то Коральт не погнушался нагнать меня у самого порога.

– Тьяра! – прошипел он сквозь плотно стиснутые зубы, больно удерживая меня за локоть, – это неподобающе!

Я резко обернулась.

– Неподобающе хватать подобным образом девушку, на которую у вас нет ни малейших прав, граф!

– Ну это только пока...– протянул он многообещающе.

– Для чего вы решили представить меня герцогу, м-м? Задумали заранее проинформировать высшие круги о грядущей помолвке, чтобы я не смогла отвертеться? Грязно играете, граф!

Тот выглядел ошеломленным, явно не ожидавший подобной атаки, но я не поверила ему ни на секунду.

– Вы, наверное, удивитесь, – ответил он с мрачной усмешкой, – но Лорак сам просил представить его этой загадочной юной даме…

Да неужели? Одарив мужчину презрительным взглядом, я вытянула руку из захвата и продолжила путь, кипя от негодования.

– Это не конец, – полетело мне вслед, вызвав волну неприятных ледяных мурашек по всему телу, как если бы на улице и без того не было достаточно прохладно.

У меня от него мороз по коже. И сейчас я в полной мере осознавала смысл данного выражения.

– Ну и что это было? – поинтересовалась Клара, стоило нам усесться в экипаж, – ты действительно выслеживала зверя на землях чёрного герцога?

– Грешна, – призналась я, плотнее кутаясь в меховую накидку.

С каждым днем осень уступала позиции более суровому времени года. Интересно, насколько холодные здесь зимы? Совсем скоро нам предстоит это узнать.

И кто меня за язык тянул вообще разговаривать с Коральтом? Зарекалась же… Но нет, нужно было ещё и опасную сделку с ним заключить… Не тот он человек, с кем можно безнаказанно шутить, совсем не тот. В последнее время у меня всегда так: сначала сделать, чтобы потом пожалеть о содеянном. И ничему-то жизнь меня не учит, эх… Но раз уж по собственной дурости вляпалась, то неплохо бы обзавестись какой-нибудь надежной защитой. И боюсь, арбалет в этом деле не сильно поможет.

Глаза сестры по величине и округлости продолжали напоминать две серебряных монеты.

– Ты. Выслеживала. Зверя. Лично!

Ну что в этом такого, подумаешь? В конце концов всё обернулось обычной лесной прогулкой. Даже без жертв обошлось. Ну почти. Это если не брать в расчет моё самолюбие.

– Ты не представляешь, на что способны люди, подверженные перманентному недосыпу, – зевнула я, – иногда я начинаю думать, что наш зверь всего лишь один из этих несчастных. А если эти ночные концерты продолжатся, то, возможно, и я вскоре составлю ему компанию.

– И всё же…

Протяжно выдохнув, я пронаблюдала как оседает на стекле прозрачное облачко моего дыхания.

– Мне нужно решить эту загадку. И, раз уж взялась, я доведу дело до конца.

– Это похвально, но… – сестра коснулась моей руки своими холодными пальцами, – ты осознаёшь, насколько это может быть опасно? Я не вынесу, если с тобой что-нибудь случится.

Мои губы тронула печальная улыбка.

– Думаю, это не опаснее, чем выйти замуж за Коральта.

Клара покачала головой, не сумев сдержать ответной.

– Вечно ты всех спасаешь.

Ну, в первую очередь я думаю о благополучии своей маленькой семьи. Ведь если не я, то кто? А так как на данный момент мы тесно связаны с благополучием Рябиновки и иже с ней, то, будем считать, так удачно совпало, что деревеньке несказанно повезло иметь такого могучего защитника в моем скромном лице.

За последний год на нас свалилось слишком многое: потеря родителей, потеря репутации, угрозы со стороны влиятельных бесчестных людей. Мы остались совсем одни лицом к лицу с враждебным миром, которой словно только и ждал, чтобы обрушить на нас дополнительные неприятности. Ну что ж, что не убивает, то делает сильней. В любом случае мои хрупкие плечи гораздо выносливей чьих-то иных, у кого нет подобного наследства в виде внушительных средств, недвижимости и верных слуг. А с таким арсеналом за спиной воевать гораздо проще, нежели без оного.

Однако две неопытных девушки мало что могут против коварного мужчины с тем же арсеналом…. Поэтому вопрос о дополнительной защите был актуален как никогда. Жаль, что знакомых влиятельных господ, кто мог бы предложить свою протекцию в этом деликатном деле, у меня не имелось.

Хоть объявление в газету давай, честное слово…

Первый снег застал нас прямо в дороге. Частые снежинки налипали на стекло экипажа, чтобы плавно сползти по нему вниз, оставляя за собой влажный след. Мир побелел, укрывшись полупрозрачной серебристой вуалью. Только рябины продолжали возмутительно алеть, неподвластные снежной стихии. Гроздья этих ярких ягод, словно дорогие новогодние украшения, развешанные раньше срока, встречали нас издалека. Однако и они стали осыпаться. То тут, то там на тонком светлом покрове вдоль дороги виднелись их рубиновые капли. Смущало только одно: отчего так далеко от деревьев? Неужто птицы разнесли?

Экипаж остановился у крыльца, и я шагнула на скользкие ступени, поскорее мечтая оказаться у камина с чашкой теплого чая, но горестный крик отвлек меня от мыслей. Из недр дома показался взлохмаченный Бентон с окровавленной шалью в руках.

– Моя жена! Она пропала!

Я нахмурилась, сердце заколотилось в тревожном предвкушении жуткой неизбежности, и Бентон вдруг ахнул, сфокусировавшись на чём-то за моей спиной. Мы хором обернулись, проследив за его взглядом, и увидели человеческие следы. Четкие и тёмные на свежем снегу, они вели от правого крыла особняка, сопровождаясь цепью кровавых пятен, и резко обрывались у самых ворот. И тут мне стало понятно, что те алые следы у дороги не имели с рябинами ничего общего…

**

Как и предполагалось, ночь оказалась бессонной. Но я не могла даже представить, что это случится вовсе не из-за зверя.

Собравшись в небольшой отряд, Бентон, конюх и кучер отправились на поиски по горячим следам, а я, даже не сменив нарядного платья, поспешила к городовому, оставив Клару на попечение экономки. С собой пришлось взять горничную, ибо иначе мое появление в людном месте без сопровождения могли истолковать как душе угодно. Не то чтобы я сильно переживала (в конце концов, это удар уже не по моей репутации, а по репутации моего так называемого жениха), но к чему лишние слухи? Мне и столичных хватало с лихвой. Из экипажа, правда, пришлось пересесть в более удобную кибитку, чтобы править самой. А снег, слава богам, уже прекратился.

Разумеется, час был поздний, но в здании, где располагался департамент городовых, горел свет. Завидев меня, фурией ворвавшуюся в двери с метелью наперегонки и с бледной горничной за спиной, сонный дежурный тут же подскочил со своего места.

– Я хочу заявить о пропаже! Приступить к поискам нужно немедленно!

Городовой одернул форменный мундир и потянулся в стол за бланком, быстро справившись с испугом от моего эффектного появления. Профессиональная привычка взяла своё.

– Что пропало у госпожи?

– Не что, а кто, – поправила я, нервно выстукивая пальцами по столешнице, – жена моего смотрителя. Её фамилия Бентон. Она…

К своему стыду, я вдруг осознала, что не имела ни малейшего понятия, как выглядит жена Бентона. Ей часто нездоровилось, и потому она почти не выходила из своей комнаты. Однако что-то её всё же заставило…

– …она вышла из Рябинового сада и пропала, оставив в комнате свою окровавленную шаль.

Дежурный городовой бегло записал на бланке мои показания.

– Госпожа Шорр, я полагаю? – поинтересовался он, дополняя написанное оттиском большой красной печати.

Совсем неудивительно быть известной всем и каждому в столь маленьком городке, а иногда это даже полезно экономит время. Я кивнула, принимая от него перо.

– Распишитесь здесь. Я соберу людей, а вы пока можете возвращаться. Мои люди поедут за вами следом, чтобы незамедлительно приступить к поискам.

Я проследила, как он вытащил из-под стола потертый металлический колокольчик и так яростно в него прозвенел, что у меня заложило уши. Из дальнего коридора тут же послышался громоподобный топот.

– В сопровождении нет необходимости, благодарю, – пробормотала я и распрощалась.

Со своей стороны я сделала все, что могла, и теперь городовому было чем заняться. Однако, у выхода из департамента меня ожидал небольшой сюрприз. Я лицом к лицу столкнулась ни с кем иным, как с герцогом Лораком собственной персоной.

Сжав зубы, я коротко кивнула и замерла, ожидая, когда тот освободит проход. Неужели моя тирада возымела эффект, и он таки недосчитался пары овец, решив тут же заявить о пропаже? Однако быстро Лорак сорвался с графского мероприятия… Судя по всему, сразу же после меня.

– Будущая госпожа Коральт, – усмехнулся он, глядя на меня сверху-вниз своими разноцветными глазами, – моё почтение.

Меня передернуло от подобного обращения.

– Вы глубоко заблуждаетесь по этому поводу, – холодно поправила я, – в общем, как и граф. Но никто не мешает ему тешить себя надеждой…

Мужской взгляд стал куда более заинтересованным.

– Какими судьбами здесь? Надеюсь, не случилось ничего непоправимого?

Что это? Обычная вежливость, или же в герцоге действительно вдруг проклюнулось нечто человеческое?

– Надеюсь, что ничего, – выдохнула я, запахиваясь в накидку, не особо стремясь посвящать его в детали. Если пожелает, он вполне может выспросить их у городового, – а у вас?

Тот раздраженно повел плечами.

– Мой денщик откопал в лесу сотню бронзовых канделябров. Хочу передать их в департамент, дабы установить хозяина. Не потерплю чужого имущества на своей земле, и вней тоже.

Кто бы сомневался… И тут мои глаза округлились.

– Возможно, я смогу помочь вам определить их принадлежность!

– Неужели? – изумился тот.

Я с энтузиазмом кивнула. Если это те самые, а скорее всего, именно так и есть, то Бентон будет просто счастлив. Ведь не проходило и дня без его стенаний по поводу этих утраченных вещиц.

– Смотритель доложил, что незадолго до моего приезда в Рябиновый сад, один из конюхов посчитал, что канделябры для моего особняка – непозволительная роскошь.

– Вот мерзавец. Ну что ж… в таком случае приглашаю вас в Чёртово логово на опознание. Завтра, к примеру. Полагаю, что уже ближе к вечеру…

Чёртово логово? Моя бровь невольно взметнулась вверх. После Рябинового сада, Ягодного и Алого Дола это название звучало несколько инородно.

– Это неофициальное определение. А так, разумеется, Алый дол, – герцог улыбнулся, обозначая милую ямку на правой щеке.

Я моргнула и тут же заторопилась на выход. Светская болтовня может подождать и до следующего дня.

– Хорошо, тогда завтра ближе к вечеру я буду у вас. Доброй ночи, герцог...

– Зовите меня Тиль, – негромко полетело мне вдогонку, но я сделала вид, что не услышала.

Безмолвная горничная тенью скользнула следом.

Совсем стемнело, благо фонарщик уже успел зажечь фонари. Их тусклые огоньки едва освещали заметенную дорогу, но уже на подъезде к самому дому я смогла разглядеть знакомые алые капли, зловеще темневшие на обочине. Причем, судя по тому, что на пути к городовому я их не видела, они были совсем свежими. Не в силах совладать с нервным возбуждением, я бросила вожжи горничной и выпрыгнула из кибитки на снег.

Кровь еще даже не успела замерзнуть, а это значило лишь одно: она появилась здесь совсем недавно, буквально только что. Пересекая дорогу, жуткая россыпь вела промеж темных деревьев в самую глубь леса именно в том направлении, где мы впервые повстречали Лорака. И я никак не могла упустить такой шанс. Тем более, что следы крови перемежались отчетливыми отпечатками крупных звериных лап…

5

Осознание того, что я делаю что-то не так, пришло не сразу.

Только когда холод проник сквозь воздушный подол тонкого платья, ноги в сафьяновых туфлях промокли и заледенели, а деревья плотно сомкнулись за спиной, отрезая обратный путь, моё воодушевление вдруг куда-то пропало. До меня дошло, что выслеживать опасного зверя одной в ночном лесу – не самая лучшая затея. Ещё и следы погрузились в непроглядную тьму, став практически невидимыми. Остановившись посреди маленькой поляны, я закрыла глаза, чтобы те скорей привыкли к темноте, и прислушалась.

Где-то в ветвях уныло завывал ветер, а в далёкой чаще слышался треск подмерзающих стволов, но громче всего был звук моего собственного дыхания. А что, если я заблудилась? Рябиновский уезд располагался на границе Тарлисского королевства, окруженный неприступной горной грядой, и выход из него был только один. Так что, куда не пойди – с большей степени вероятности уткнешься в скалистый массив. Не скоро, правда, лиг через двадцать. Да и дойдешь ли… Вряд ли хищники пропустят столь лакомый десерт, да еще и в такой нарядной упаковке.

Сглотнув, я медленно открыла глаза. Темнота слегка прояснилась. Следовало поскорей возвращаться назад по собственным следам и добраться до дома, а уже там дожидаться людей городового, чтобы сообщить им о находке. Но что-то заставило меня застыть на месте, притворившись человекообразной формы сугробом. Я даже перестала дышать. Наверное, это меня и спасло, когда из чащи вдруг показалась массивная медвежья голова. Шумно выдыхая пар, она жадно принюхалась к каплям на снегу. Слизывая их шершавым языком, зверь показался целиком и тяжело и неуклюже протопал мимо, не отрывая носа от земли, после чего скрылся в противоположных кустах. Я выждала целую минуту (только боги знают, чего мне это стоило!) прежде, чем сорваться со всех ног в сторону дороги.