Речные заводи. Том 1

– Не осуждайте меня, госпожа, и не смейтесь надо мной. Ну, брат, надеюсь, завтра мы снова встретимся.

Тут он простился и ушел со своей компанией.

Линь Чун с женой и служанкой также отправился домой, но на душе у него было неспокойно.

А теперь вернемся к молодому Гао. После того как он увидел жену Линь Чуна и в сопровождении своей свиты вынужден был уехать ни с чем, его словно сглазили, и он в грустном настроении вернулся домой.

Прошло дня два-три. Приятели по-прежнему навещали Гао, старались развеселить его, но, видя, что душу молодого господина тяготит какая-то забота, оставили его в покое.

Одного из приятелей Гао звали Фу Ань. Этот человек понял, что мучило его господина, и из всей компании он единственный оставался возле него, готовый помочь в любом деле.

Однажды, заметив, что Гао сидит в библиотеке, погруженный в задумчивость, он подошел к нему и сказал:

– Вы похудели и даже изменились в лице, молодой господин! Вы стали грустны, видно, на сердце у вас какое-то горе!

– Почему ты так думаешь? – спросил молодой Гао.

– Я догадался, что вас печалит, – ответил Фу Ань.

– Что же, по-твоему, меня тревожит? – спросил Гао.

– Вы думаете о женщине, имя которой состоит из двух иероглифов, изображающих дерево, – ответил Фу Ань, – ее зовут Линь! Ну как, отгадал?

– Верно! – рассмеялся молодой господин. – Но что же мне делать? Я никак не могу заполучить ее!

– Да что тут трудного?! – сказал Фу Ань. – Молодой господин, правда, не решится оскорбить Линь Чуна, человека отважного. Но ведь человек этот находится на службе у вашего отца и должен выполнять любое его распоряжение. Разве он посмеет не подчиниться своему начальнику? За неповиновение в малом деле начальник имеет право заклеймить подчиненного и отправить в ссылку, а за неповиновение в серьезном деле – казнить. Я знаю, как устроить все это.

– Я видел много красивых женщин, – ответил молодой Гао, – и сам не знаю, почему полюбил именно ее; меня словно заколдовали. И вот ничто меня не радует, и сердце гложет тоска. Открой мне свой план! Если ты поможешь мне заполучить красавицу, я щедро награжу тебя.

– В вашем доме есть один человек, по имени Лу Цянь, который очень дружен с Линь Чуном. Отправляйтесь завтра к дому Лу Цяня и спрячьтесь в одной из внутренних комнат; да позаботьтесь о том, чтобы там заранее было приготовлено вино и закуски. Лу Цяню прикажите пригласить Линь Чуна в какой-нибудь кабачок подальше от дома. Немного спустя мы пошлем в дом Линь Чу- на человека, который скажет его жене: «Ваш муж сейчас пирует с Лу Цянем. Что-то рассердило его настолько, что от ярости он потерял сознание и лежит замертво в верхних комнатах дома Лу Цяня». Женщина, конечно, отправится туда. Мы и заманим ее наверх. А сердце женщины не камень! Когда она увидит вас, господин, такого красивого и обворожительного, да еще когда вы скажете ей несколько ласковых слов, она, конечно, не устоит. Ну, как вы находите мой замысел? – осведомился Фу Ань.

– Здорово придумано! – обрадовался молодой Гао.

В тот же вечер он вызвал слугу и послал его за Лу Цянем, который жил в доме напротив.

На следующий день они еще раз обсудили весь план. Лу Цянь сразу же на все согласился, да он и не мог ослушаться молодого господина, хотя бы для этого пришлось предать старого друга.

Между тем Линь Чун, мрачный и встревоженный, целыми днями сидел дома. Однажды утром он услышал, что кто-то у дверей спрашивает:

– Дома наставник фехтования?

Линь Чун вышел посмотреть, кто пришел, и увидел Лу Цяня. – Это ты, Лу Цянь? Какими судьбами?

– Я пришел навестить тебя, – ответил Лу Цянь. – Что случилось, почему уже несколько дней тебя не видно?

– Тяжело у меня на сердце, вот и не хочется выходить из дома, – отвечал Линь Чун.

– А я решил вытащить тебя. Пойдем, выпьем вина. Может быть, и тоску твою разгоним, – продолжал Лу Цянь.

– Присаживайся и выпьем сначала чаю, – ответил Линь Чун.

Попив чаю, они поднялись со своих мест, и Лу Цянь, обращаясь к жене Линь Чуна, объявил:

– Я позвал Линь Чуна к себе выпить несколько чашек вина.

Жена Линь Чуна из-за дверной занавески ответила:

– Хорошо. Смотри, милый муж, поменьше пей да скорее возвращайся!

После этого Линь Чун и Лу Цянь вышли из дому, немного побродили по улицам, и тут Лу Цянь сказал:

– Стоит ли нам идти ко мне? Давай-ка зайдем в кабачок.

Они вошли в кабачок и поднялись наверх. Тут они уселись за стол, позвали слугу и заказали два кувшина лучшего вина и хорошую закуску.

Понемногу у них завязалась беседа, и Линь Чун невольно вздохнул.

– О чем ты, брат, вздыхаешь? – спросил Лу Цянь.

– И говорить об этом тяжело, дорогой брат! – ответил Линь Чун. – К чему человеку способности, если нет такого начальника, который сумел бы их оценить. Приходится подчиняться какому-то ничтожеству и сносить всякие оскорбления. Это меня и гнетет!

– В восьмисоттысячном войске есть несколько наставников фехтования, но разве хоть один из них может равняться с тобой, брат мой? – сказал Лу Цянь. – Командующий тоже ценит тебя. Чем же ты огорчен?

Тогда Линь Чун рассказал о стычке, что произошла у него с молодым Гао несколько дней тому назад.

– Но ведь молодой господин не знал, что это твоя жена, – сказал Лу Цянь. – Не сердись на него, дорогой друг! Давай-ка лучше выпьем вина.

Осушив несколько чашек, Линь Чун почувствовал потребность выйти.

Спустившись с лестницы, он вышел из кабачка и завернул в переулок с восточной стороны. Он справил нужду и уже хотел возвратиться, как вдруг увидел свою служанку, с криком бросившуюся к нему:

– Господин, я с ног сбилась, разыскивая вас, а вы, оказывается, здесь!

– Что случилось? – встревожился Линь Чун.

– Не прошло и часа после того, как вы ушли с Лу Цянем, – сказала служанка, – как вдруг какой-то человек быстро подошел к нашему дому и сказал: «Я сосед господина Лу Цяня. Они выпивали, и с вашим мужем что-то случилось. Он почти без чувств лежит на полу, идите, госпожа, быстрее». Услышав это, госпожа тут же попросила соседку-старушку присмотреть за домом, а сама вместе со мной отправилась вслед за этим человеком. Нас привели к дому против дома командующего, только немного дальше по улице. Поднявшись наверх, мы увидели на столе вина и закуски, но вас там не было. Едва мы собрались сойти вниз, как вдруг увидели того самого молодого человека, который несколько дней тому назад приставал к вашей жене в храме. Он вошел и сказал: «Госпожа, посидите немного. Ваш муж сейчас придет!» Как только я увидела его, то сразу же бросилась вниз по лестнице и, убегая, слышала, как ваша жена зовет на помощь. Вот почему я ищу вас по всем улицам! Аптекарь Чжан сказал мне, что видел, как вы с кем-то вошли в кабачок и здесь выпиваете. Пойдемте же, господин, быстрее!

Услышав это, Линь Чун взволновался. Не обращая больше внимания на служанку, он помчался к дому Лу Цяня и вихрем взлетел наверх. Дверь в комнату была заперта, но он слышал, как его жена громко кричала:

– Как вы смеете запирать в комнате и позорить жену порядочного человека?!

Голос молодого человека отвечал:

– Госпожа, пожалейте меня! Даже человек с каменным сердцем, и то смягчился бы.

– Жена! Открой дверь! – взревел Линь Чун с лестницы.

Услышав голос мужа, женщина бросилась отворять дверь. Молодого Гао охватил страх, и он, распахнув окно, выскочил во двор, перепрыгнул через стену и убежал прочь. Когда Линь Чун ворвался в комнату, Гао там уже не было.

– Этот мерзавец обесчестил тебя?! – спросил он жену.

– Нет, он ко мне не притронулся, – ответила она.

Линь Чун разнес вдребезги все, что нашел в комнате, свел жену вниз по лестнице и, выйдя из дому, осмотрелся кругом. Все соседи позакрывали свои двери. Около крыльца их встретила только служанка, и вместе с ней они отправились домой. Придя к себе, Линь Чун схватил кинжал и сейчас же побежал обратно в кабачок, где рассчитывал еще застать Лу Цяня, но того и след простыл. Тогда он отправился к воротам дома Лу Цяня и подкарауливал его там до глубокой ночи, но, не дождавшись, вернулся домой. Жена Линь Чуня старалась успокоить своего мужа. «Не принимай этого так близко к сердцу, – говорила она, – ему ведь ничего не удалось со мной сделать!»

– Какая же скотина этот Лу Цянь! – возмущался Линь Чун. – Ведь мы с ним были побратимы, а он так предал меня. Боюсь, что мне не удастся отомстить молодому Гао, но этому-то мерзавцу не сносить головы!

Жена всеми силами старалась уговорить его и ни за что не хотела выпускать из дому.

Лу Цянь же спрятался в доме командующего и не решался вернуться к себе домой. Линь Чун трое суток тщетно ждал Лу Цяня у его ворот. Вид у Линь Чуна был такой свирепый, что ни один из слуг командующего не осмелился обратиться к нему.

На четвертый день в полдень к Линь Чуну пришел Лу Чжи-шэнь.

– Куда это ты пропал, дорогой друг? – спросил он первым делом.

– Эти дни я был немного расстроен, – отвечал ему Линь Чун, – и не мог тебя навестить. Но раз сегодня ты оказал мне честь своим посещением, мы должны распить несколько чашек вина. Извини только, что у нас так скромно, я не знал, что будет гость, и не приготовился. Может быть, мы пройдемся немного по городу, а потом зайдем в какой-нибудь кабачок? Что ты на это скажешь?

– Прекрасно! – воскликнул Лу Чжи-шэнь.

Они отправились в город и провели за выпивкой весь день. Вечером они условились, что на следующее утро увидятся снова. Теперь они встречались каждый день и отправлялись вместе пьянствовать. Постепенно Линь Чун начал забывать о неприятной истории, случившейся с ним.

Но вернемся к молодому Гао. Он не осмелился рассказать своему отцу, командующему, о происшествии в доме Лу Цяня, о том, как ему пришлось выпрыгнуть из окна и в страхе бежать со двора. Он сказался больным и не выходил из комнаты, и только Лу Цянь и Фу Ань неотлучно находились при нем. Они видели, что молодой человек очень изменился и стал безразличен ко всему. Тогда Лу Цянь сказал ему:

– Молодой господин! Что с вами, о чем вы грустите?

– Скажу тебе правду, – отвечал молодой Гао, – виной тому женщина Линь! Я дважды пробовал заполучить ее, и все тщетно. Да еще пережил из-за нее такой страх, что и теперь еще чувствую себя скверно. Если так будет продолжаться, я не выдержу и умру!

– Успокойтесь, господин! – отвечали ему друзья. – Мы берем это на себя. Мы найдем способ доставить ее вам, если, конечно, она раньше не повесится.

В этот момент вошел в комнату управляющий домом и осведомился о здоровье молодого Гао. А тем временем Лу Цянь и Фу Ань посоветовались между собой и решили: «Другого выхода нет!..»

Когда управляющий, побыв немного у больного, уже выходил из комнаты, они отозвали его в сторону и сказали ему:

– Чтобы излечить молодого господина, необходимо доложить командующему о том, что нужно убрать Линь Чуна и отдать его жену молодому Гао. Иначе спасти его невозможно.

– Это дело несложное, – ответил управляющий, – я сегодня же вечером доложу командующему.

– У нас уже все обдумано, – отвечали они ему, – и мы будем ждать вашего ответа.

В тот вечер управляющий направился к командующему Гао Цю и сказал ему:

– Вся болезнь молодого господина происходит от его страсти к жене Линь Чуна.

– К жене Линь Чуна?! – удивился Гао Цю. – А когда же он видел ее?

– Он увидел ее в храме в двадцать восьмой день прошлой луны, – почтительно отвечал управляющий. – С тех пор уже прошло больше месяца.

И тут он подробно изложил все, что ему сообщили Лу Цянь и Фу Ань.

– Так вот в чем дело! – воскликнул Гао Цю. – Но если тут замешана жена Линь Чуна, как же мы сможем избавиться от него?.. Это надо хорошенько продумать. Если пожалеть Линь Чуна, то жизнь моего сына окажется в опасности. Что же тут можно сделать?

– У Лу Цяня и Фу Аня уже есть план, – ответил управляющий.

– Если так, пусть они явятся сюда. Мы обсудим это дело вместе, – сказал Гао Цю.

Управляющий сразу же ввел в залу Лу Цяня и Фу Аня Войдя, они почтительно склонились перед Гао Цю.

– Расскажите, что вы придумали, чтобы вылечить молодого господина? – спросил командующий Гао. – Если вы спасете моего сына и он снова будет здоров, я повышу вас в должности.

– Милостивейший господин, – сказал Лу Цянь, – для этого есть только один способ. – И Лу Цянь выложил Гао Цю свой план.

– Хорошо, завтра же приступайте к делу, – сказал командующий Гао.

Об этом можно больше не рассказывать.

Вернемся теперь к Линь Чуну. Он ежедневно пьянствовал с Лу Чжи-шэнем и совсем уже забыл о деле, которое его прежде так мучило. Но вот однажды, проходя неподалеку от военного плаца, они увидели здоровенного детину, на голове у которого была повязка, стянутая по углам в виде рогов. Одет он был в старый военный халат, а в руках держал меч дорогой работы, с прикрепленным сверху рисовым стеблем в знак того, что он продается. Парень стоял на улице и сам с собой рассуждал:

– Я не встретил еще никого, кто смог бы оценить его по достоинству. Так и пропадает зря мой меч.

Однако Линь Чун был так занят разговором с Лу Чжи-шэнем, что не обратил на него особого внимания. Но человек пошел за ними следом, твердя:

– Взгляните на этот замечательный меч! Жаль, что здесь нет никого, кто знал бы ему цену.

Линь Чун по-прежнему был увлечен разговором и не останавливался. Но когда они свернули в переулок, детина, не отстававший от них ни на шаг, сказал:

– Даже в таком большом городе, как Восточная столица, и то нет никого, кто знает толк в оружии.

Тут Линь Чун обернулся. Детина сразу же выхватил меч из ножен, и он так засверкал на солнце, что больно было смотреть на него.

Линь Чуна, видно, преследовала злая судьба. Он сказал:

– Ну-ка, покажи мне его!

Детина передал ему меч, и, взглянув на него, Линь Чун в восхищении воскликнул:

– Вот это меч! Сколько ты просишь за него?

– Я хотел бы получить три тысячи связок, – ответил продавец, – но согласен отдать меч и за две тысячи.

– Он стоит таких денег, – сказал Линь Чун, – но здесь ты не найдешь знатока, который по-настоящему оценил бы такое оружие. Если ты согласишься уступить его за тысячу связок, я возьму его.

– Я очень нуждаюсь в деньгах, – сказал детина, – и если вы действительно хотите купить этот меч, я сбавлю пятьсот связок. Мне необходимо иметь тысячу пятьсот связок.

– За тысячу связок я его возьму, – стоял на своем Линь Чун.

Продавец тяжело вздохнул и сказал:

– Золото идет за простое железо. Эх! Пусть будет по-вашему! Но уж ни одного медяка больше не уступлю.

– Пойдем ко мне домой, и я расплачусь с тобой, – предложил Линь Чун и, повернувшись к Лу Чжи-шэню, прибавил: – Подожди меня в чайной, дорогой брат, я скоро вернусь.

– Я лучше пойду к себе, а завтра мы снова встретимся, – ответил на это Лу Чжи-шэнь.

Они простились, и Линь Чун с продавцом отправился домой. Отсчитав требуемую сумму, Линь Чун спросил его:

– Откуда у тебя такой меч?

– Он достался мне от предков, – отвечал тот. – Но сейчас у меня в доме нужда, и мне пришлось продать его.

– Из какого же ты рода? – поинтересовался Линь Чун.

– Если я отвечу на ваш вопрос, – сказал продавец, – это будет для меня таким позором, какого я не перенесу.

И Линь Чун ни о чем больше не спрашивал его. Продавец, получив деньги, ушел, а Линь Чун остался один и без конца любовался мечом.

– Чудесный меч! – сказал он себе. – Правда, у командующего Гао тоже есть превосходный меч, но он его прячет. Сколько ни просил я командующего показать этот меч, он так и не дал мне его. Теперь у меня тоже неплохой меч, и когда-нибудь мы посмотрим, чей лучше!

Весь этот вечер Линь Чун не выпускал меча из рук и никак не мог на него наглядеться. На ночь он повесил его над постелью и то и дело на него поглядывал.

На следующее утро Линь Чун увидел, что к воротам его дома подошли посыльные командующего, и один из них громко произнес:

– Наставник Линь! Командующий Гао зовет вас к себе. Он услышал, что вы купили хороший меч, и приказывает вам принести его, чтобы сравнить со своим! Он ждет вас в управлении.

Услышав это, Линь Чун подумал: «Кто успел уже разболтать об этом командующему?»

Между тем посланцы просили его поторопиться. Одевшись и захватив с собой меч, он последовал за ними.

– Я служу в управлении, но что-то никогда вас там не видел, – сказал Линь Чун своим спутникам.

– Мы только недавно поступили на службу, – ответили те. Вскоре они подошли к зданию управления. Войдя туда, Линь Чун остановился, и тогда посыльные сказали:

– Командующий в дальних покоях.

Они прошли все внутренние комнаты, но командующего нигде не было.

Линь Чун снова остановился, и опять посыльные сказали ему:

– Командующий ожидает вас в дальних покоях и приказал провести вас туда.

Миновав еще две или три двери, они подошли к месту, окруженному зеленой перегородкой. Тут посыльные остановились и сказали Линь Чуну:

– Подождите немного здесь, господин наставник фехтования. Мы пойдем и доложим о вас командующему.

Они ушли, а Линь Чун с мечом в руках остался стоять в передней части зала. Прошло уже столько времени, сколько нужно, чтобы выпить чашку чая, но служащие все еще не возвращались. В сердце Линь Чуна закралось подозрение.

Он огляделся, поднял голову и увидел над дверями надпись из четырех черных иероглифов: «Тайный Зал Белого Тигра». Линь Чун изумился: «Да ведь в этом зале принимаются важнейшие военные решения. Как же меня без всякой причины могли привести сюда?!»

И в тот момент, как Линь Чун повернулся, чтобы уйти прочь, послышались шаги и в залу вошел сам командующий Гао Цю. Не выпуская из рук меча, Линь Чун выступил вперед, готовясь приветствовать командующего, но тот закричал:

– Линь Чун, кто позвал тебя сюда? Как ты осмелился войти в Зал Белого Тигра? Разве ты не знаешь законов? В руках у тебя меч, ты проник сюда, чтобы меня убить! Мне уже говорили, что несколько дней тому назад ты с кинжалом в руках стоял около управления. Ты, верно, пришел сюда с преступными намерениями?

Линь Чун с глубоким поклоном отвечал ему:

– Милостивейший господин! Сейчас двое ваших посыльных привели меня сюда, чтобы сравнить этот меч с вашим.

– Где же эти посыльные? – продолжал кричать Гао.

– Они вошли во внутренние покои, господин командующий.

– Какой вздор! – прервал его Гао Цю. – Кто же из служащих посмеет войти во внутренние покои?

И он крикнул:

– Взять этого человека!

Едва успел он отдать это распоряжение, как со всех сторон выскочили более тридцати человек, схватили Линь Чуна и потащили его из зала.

А командующий распалялся все больше и кричал:

– Ты – наставник фехтования в моем войске – не знаешь законов?! Почему у тебя в руках меч? Ты пришел убить меня!

И он приказал увести Линь Чуна.

Как сложилась жизнь Линь Чуна в дальнейшем – история пока умалчивает. Однако из-за того, что с ним произошло, он натворил много бед по всей стране, и никто не мог остановить его. По этому поводу можно было бы сказать:

В эти дни у крестьян на спине, на грудиЗнаки воинские появились,Боевые знамена, скликая в поход,Над рыбачьими лодками взвились.

Историю о том, что случилось потом с Линь Чуном, прошу вас прочесть в следующей главе.

Глава восьмая

Линь Чуну ставят на лицо клеймо и отправляют его в ссылку в Цанчжоу. Происшествие в лесу Диких Кабанов

События развернулись следующим образом. Командующий приказал страже схватить Линь Чуна и обезглавить его.

– Я не виновен! – воскликнул Линь Чун.

– Тогда зачем явился в «Зал Белого Тигра» да еще с мечом в руках? – возразил командующий. – Разумеется, чтобы убить меня?

– Разве осмелился бы я прийти сюда, если бы вы, господин командующий, не вызвали меня? – ответил Линь Чун. – В этот зал привели меня ваши посыльные.

– Ложь! Какие посыльные? Этот негодяй смеет мне лгать! – закричал Гао Цю и приказал отправить его в областной суд. – Да передать судье, чтобы как следует разобрался в этом деле и вынес надлежащий приговор! Отобрать у него меч и отправить в суд как вещественное доказательство!

Когда Линь Чуна доставили в областной суд, судья занимался разбирательством дел. Стражники подвели Линь Чуна к возвышению, на котором сидел судья, и заставили опуститься на колени. Затем они передали судье приказ командующего, а принесенный меч положили перед Линь Чуном.

– Линь Чун! – сказал судья. – Ты – военный наставник и не можешь не знать законов. Ты посмел переступить порог запретного зала с мечом в руках. Подобное преступление карается смертью!

– Милостивейший и мудрый судья! – почтительно отвечал Линь Чун. – Будьте ко мне милосердны, ибо я ни в чем не виновен. Я человек невежественный, но законы знаю и никогда по собственной воле не переступил бы порог этого зала. Дело в том, что в двадцать восьмой день прошлой луны мы с женой отправились в храм, и там ее оскорбил сын командующего. Я же осмелился вступиться и накричал на него. После этого он подослал ко мне некоего Лу Цяня из стражи командующего. Тот затащил меня в кабачок, а тем временем велел другому человеку, по имени Фу Ань, заманить мою жену в дом Лу Цяня, где ее пытались обесчестить. Но я и на этот раз прогнал молодого господина. Моя вина лишь в том, что я изломал мебель в доме Лу Цяня. Мою жену дважды пытались оскорбить, и каждый раз только мое вмешательство останавливало обидчика. У меня есть свидетели, которые могут подтвердить мои слова. Вчера я купил этот меч, а сегодня командующий послал за мной двух человек, приказав принести меч, чтобы сравнить его со своим. Я пришел с посыльными в этот зал и стал ждать. А когда они удалились во внутренние покои, появился командующий. Все это было сделано для того, чтобы погубить меня, и я умоляю вас, милосердный судья, спасите меня.

Выслушав Линь Чуна, судья приказал написать командующему ответ и тут же распорядился принести кангу27. Линь Чуна заковали и отправили в тюрьму. Вскоре из дома Линь Чуну принесли пищу и немного денег. Тесть его – также военный наставник – решил подкупить чиновников деньгами и подарками.

Случилось так, что одним из судебных чиновников, занимавшихся делом Линь Чуна, оказался некто по имени Сунь Дин. Это был безупречно честный и прямой человек. Он всегда был справедлив к людям, помогал им, за что его почитали, как Будду. Он тщательно разобрался в деле и решил спасти Линь Чуна. В докладе судье он изложил всю правду.

– Совершенно очевидно, – сказал он, – что Линь Чун обвинен ложно. Мы должны спасти его.

– Он обвиняется в тяжком преступлении, – возразил судья. – Гао Цю говорит, что он с оружием в руках проник в запретный зал, чтобы убить его. Как же мы можем оставить его без наказания?

– Выходит, суд в нашем городе подвластен Гао Цю? – сказал Сунь Дин. – Разве не один лишь император повелевает нами?

– Не болтай глупостей! – оборвал его судья.

– Да кто же не знает, что Гао Цю, пользуясь своей властью, угнетает и обманывает народ? Нет такого зла, которое при нем не процветало бы. Провинится кто-нибудь, его сразу же присылают к нам. Захочет Гао Цю кого-нибудь казнить – вы казните. Пожелает, чтобы человека разрезали на куски, вы и это сделаете. Разве Гао Цю не хозяин у нас?!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Здесь и далее стихи в обработке Сергея Северцева.

2

Шао Яо-фу – он же Шао Юн (1011—1077).

3

Шэнь-цзун – император (1068—1086).

4

Династия Сун – 960—1279 годы.

5

Династия Тан – 618—907 годы.

6

Бяньлян – Кайфын, Восточная столица.

7

Тай-цзун – император (976—998).

8

Чжэнь-цзун – император (998—1023).

9

Жэнь-цзун-император (1023—1064).

10

Ли – мера длины, равная 576 м.

11

Чи – мера длины, равная 0,32 м.

12

Чжан – мера длины, равная 3,2 м.

13

Ин-цзун – годы правления – 1064—1068.

14