Обреченные: Призрачный километр

Денис сделал еще глоток, собираясь с мыслями. Ему хотелось выговориться. Произнести вслух то, что произошло, чтобы оно окончательно превратилось в обычную, пусть и опасную, дорожную историю, лишенную всякой мистики.

— Да если бы врезался, — он нервно потер лоб свободной рукой. — Ерунда какая-то, сам до сих пор поверить не могу. Еду по трассе, тут как раз дорога в поворот уходить начала. И вдруг прямо перед капотом... фигура. То ли человек, то ли просто темный силуэт. Возникла буквально из ниоткуда.

Марина испуганно прижала ладонь к губам, а Антон подобрался, подавшись вперед.

— Я по тормозам, руль выкрутил влево, — продолжал Денис, и голос его снова слегка дрогнул, когда память услужливо подкинула картинку черного лога за лобовым стеклом. — Машину занесло. Цепанул бордюр со стороны обрыва. Левое колесо, клянусь, буквально по воздуху над пропастью прошло! Машина на брюхе повисла. Я уже мысленно с жизнью попрощался. Думал — всё, сейчас улечу вниз и разобьюсь в лепешку.

— Ничего себе! — уважительно крякнул Антон, покачав головой. — Там же сброс высоты метров тридцать, не меньше. Если туда улетишь — машину по кускам собирать будут. Везунчик ты, парень.

— Вот и я о том же, — Денис нервно усмехнулся, глядя на танцующее пламя. — Но каким-то чудом удержал руль, газ нажал, и она обратно на асфальт выскочила. Выхожу — трясет всего, фонариком свечу... А на дороге никого нет. Ни следов, ни человека. Пусто.

— Убежал? — предположил Кирилл, нахмурившись.

— Да куда там убежишь за секунду? — Денис пожал плечами. — Мне вообще показалось, что фигура просто... испарилась. Растворилась в воздухе, когда на нее свет фар перестал падать.

На поляне повисла короткая пауза. Слышен был только треск горящего дерева. Денис поспешно добавил:

— Хотя, скорее всего, просто показалось из-за усталости. Тень от дерева неудачно легла, или просто глюк на фоне недосыпа. Мозг сам картинку дорисовал. А машина вот... встала. Вся электроника разом накрылась, даже стартер не щелкает. Вот и пошел пешком. И шел, казалось, целую вечность, пока ваш свет не увидел.

Ребята у костра переглянулись. В их взглядах не было ни осуждения, ни насмешки над его «глюками». Напротив, на их лицах читалась какая-то странная, глубокая задумчивость.

— Погоди-ка, — вдруг нахмурился Антон, ставя свою кружку на поваленное дерево. Пламя костра выхватило глубокую складку между его бровей. — Ты сказал... на Слепом повороте?

— Ну да, — Денис кивнул, инстинктивно напрягаясь от изменившегося тона парня. — Перед самым изломом трассы. А что?

Антон переглянулся с Олегом. Тот медленно кивнул, словно подтверждая какую-то общую, безмолвную догадку, и перестал помешивать угли.

— Ты, видать, не местный, — протянул Олег, подбрасывая в огонь сухую еловую ветку. Та вспыхнула с громким, почти болезненным треском. — У нас в райцентре про этот поворот такие байки ходят, что впору мистические триллеры снимать. Особенно про сегодняшнюю ночь.

Марина вздрогнула и плотнее запахнула плед, хотя огонь горел ярко. Она не сводила глаз с Дениса, словно пытаясь разглядеть на его лице что-то, чего он сам ещё не осознал. Варежки она так и не надела, оставив их лежать на бревне рядом с кружкой.

— В смысле? — Денис почувствовал, как холод, который он только что прогнал горячим чаем, снова начал тонкой ледяной струйкой заползать под куртку.

— Да лет десять назад это было, — тихо начала Марина. Она обхватила себя руками, словно тоже замёрзла, и поёжилась. — Мы тогда ещё в школе учились, но весь город на ушах стоял. Шёл по обочине человек. Старый егерь, Петрович. Возвращался из города пешком — то ли автобус пропустил, то ли машина сломалась. Шёл к маленькой внучке на день рождения. И прямо на самом изломе поворота, ровно там, где ты чуть не улетел, его сбила машина.

— Насмерть? — глухо спросил Денис, хотя ответ был очевиден.

— Если бы просто сбила, — хмыкнул Кирилл, глядя на огонь. — Водитель гнал как сумасшедший. Удар был такой силы, что старика буквально перебросило через отбойник. Прямо в тот самый лог. А водила по тормозам даже не ударил — скрылся в темноте. Тело егеря только на третьи сутки на дне нашли, среди камней и бурелома.

Над поляной повисла тяжёлая, вязкая тишина. Только пламя жадно облизывало поленья.

— Жуткая история, конечно. Но при чём тут моя авария? — Денис обвёл компанию взглядом, отказываясь верить в то, куда сворачивает этот разговор. Разум отчаянно сопротивлялся надвигающейся мистике.

— А при том, — серьёзно ответил Антон, подавшись вперёд. Оранжевые отблески пламени плясали в его глазах. — Что с тех пор, как клянутся дальнобойщики и местные водилы, каждый год ровно в ночь своей гибели Петрович возвращается на трассу. Выходит из леса и встаёт прямо посреди дороги. Глухая тёмная фигура в штормовке с накинутым капюшоном. Стоит и ждёт того, кто его убил.

Сердце Дениса пропустило удар, а затем сорвалось в бешеный ритм. Волосы на затылке зашевелились от ужаса. Картинка тёмного силуэта без лица, поглощающего свет фар, вспыхнула в памяти с пугающей чёткостью.

— Те, кто пугается и пытается увернуться... — продолжил Олег ровным, убаюкивающим голосом. — Чаще всего инстинктивно дёргают руль на встречку. В сторону обрыва. И летят вниз. Туда же, куда улетел он сам. Слепой поворот забирает свою дань.

— С тех пор этот отрезок трассы местные называют не иначе как «Призрачным километром», — негромко добавил Кирилл, глядя, как пламя пожирает сухую ветку. — Слишком много поминальных венков появилось там на деревьях после смерти Петровича. Выжившие водители крестились и божились, что видели прямо по курсу глухую фигуру в штормовке, из-за которой приходилось резко бить по тормозам. Власти, конечно, всё списывают на крутой излом дороги, оптические иллюзии и усталость за рулём. Даже отбойник усилили и знаков со светоотражателями навешали. Но мы-то в райцентре знаем правду: аварии там всегда происходят ночью, в ясную погоду и на абсолютно сухом асфальте. Искорёженные машины достают со дна лога, а тормозной путь всегда обрывается в одной и той же точке.

Денис судорожно сглотнул, чувствуя, как во рту пересохло. Он лихорадочно зашарил по карманам джинсов, достал свой бесполезный телефон и нажал на кнопку разблокировки.

На экране, под издевательски перечёркнутым значком сети и застывшими цифрами времени, тускло светилась дата.

— Какое сегодня число? — хрипло спросил он, не сводя глаз с экрана.

— Годовщина, — тихо ответила Вика. — Ровно десять лет со дня той аварии.

Денис медленно опустил телефон на колени. Значит, это была не галлюцинация. Не игра света и теней, не глюк воспалённого усталостью мозга. Там, на трассе, он видел призрака. Настоящего, неупокоенного мертвеца, который едва не утащил его за собой на дно проклятого лога.

— Эй, ну ты чего побледнел так? — Антон вдруг примирительно хлопнул себя по коленям и широко улыбнулся, мгновенно развеивая сгустившееся тяжёлое напряжение. — Это же просто местная страшилка! Городская легенда. Мало ли кто что болтает. Ты, наверное, где-то краем уха слышал эту байку — может, на заправке мужики трепались, или в кафешке придорожной телевизор работал. Вот мозг в стрессовой ситуации и выдал тебе готовую картинку! Подсознание — штука мощная, почище любого 3D-кинотеатра!

— Да, точно, — с облегчением выдохнула Марина, расслабляя плечи. Её смешок прозвучал искренне и звонко. — Мы же не в мистическом сериале живём. Просто совпадение. Жуткое, конечно, аж мурашки по коже побежали, но совпадение. Ты устал, ехал ночью. Тень от дерева неудачно упала.

— Совпадения бывают разные. Зато какая шикарная история для костра, а? — Кирилл постучал пальцами по колену в каком-то своём ритме. — Прямо классика жанра! Сидим ночью в глухом лесу, связи нет, и тут из чащи выходит путник, который только что встретил приведение на «Призрачном километре». И выжил!

Вика, до этого молча слушавшая рассказ, слегка нахмурилась и поправила плед на плечах.

— Всё равно как-то жутковато, — тихо сказала она, глядя на пламя. — Даже если это просто совпадение...

— Да брось, — махнул рукой Кирилл, но на мгновение его улыбка дрогнула.

Ребята тоже заулыбались, напряжение спало окончательно. Они воспринимали это как отличную байку, невероятно удачное стечение обстоятельств, добавившее адреналина и перчинки в их ночные посиделки.

Денис сжал кружку так сильно, что пальцы побелели. В груди всё ещё клокотал страх, но слова Антона звучали так убедительно, что он невольно начал цепляться за них. «Да, точно, просто совпадение. Я устал, перенервничал. А эта история... просто жуткая байка, которую ребята знают с детства». Он сделал ещё глоток чая, стараясь унять дрожь в руках.

Денис ещё пытался прийти в себя, когда Олег вдруг заговорил.

— Знаешь, — тихо сказал Олег, не поднимая глаз, и в его тоне больше не было той расслабленной походной беззаботности, с которой ребята болтали всего пару минут назад. Сейчас его голос звучал так, будто он находился где-то очень далеко. — А ведь со мной тоже... Тоже случилась похожая ерунда.

Денис поудобнее устроился на бревне, чувствуя, как внутри снова начинает ворочаться неприятный, липкий холодок. Он глубоко вдохнул, пытаясь упорядочить мысли. Сердце всё ещё билось неровно, но разум уже цеплялся за логику. «Просто совпадение. Усталость, стресс, местная легенда, которую я где-то слышал...» Он встряхнул головой, отгоняя остатки страха, и повернулся к Олегу.

— Расскажи, — кивнул он. — Что случилось?

Где-то в глубине леса ухнула сова, и её крик эхом разнёсся по округе. Пламя костра вздрогнуло, будто от сквозняка, и выбросило сноп искр в чёрное небо. Олег помолчал, словно прислушиваясь к чему-то, и начал:

— Это случилось в конце февраля, полгода назад, — едва слышно сказал он, не поднимая глаз. — Я тогда поехал на зимнюю рыбалку на Чёрное озеро. Знаете это место? Тоже вблизи трассы Р-105. Глухомань страшная, от ближайшей деревни километра четыре по бездорожью. Но рыбаки его любят, потому что там клюёт знатно. Я был один. Люблю тишину. Погода стояла мерзкая: небо серое, низкое, ветер такой, что снежную крошку в лицо швырял, как битое стекло. Но лёд был крепким. Сантиметров семьдесят, не меньше.

Он сделал паузу, словно заново переживая тот день. Денис невольно поёжился, вспомнив пробирающий до костей холод на трассе.

— Я отошёл довольно далеко от берега...