- -
- 100%
- +
Боль вспыхнула в щиколотке так резко, что я упала на ладони. Несколько секунд смотрела на пыль под лицом, пытаясь вдохнуть. Колено саднило, на языке чувствовался вкус земли. Я попробовала подняться, перенесла вес на левую ногу и вскрикнула. Машина приближалась. Мне удалось встать, цепляясь за ствол молодого дерева, и прыгнуть несколько раз на здоровой ноге, но дальше я только волочила больную, кусая губу. Из-за поворота показался тёмный автомобиль. Водитель сбросил скорость и остановился поперёк обочины. За рулём сидел Глеб. Из машины вышел Джамиль, и, увидев его лицо, я отступила к кустам. Нога подломилась, пришлось схватиться за ветку.
— Ко мне. — Он остановился в нескольких шагах и оглядел мои грязные ладони, порванные на колене брюки. Я держалась за ветку, стараясь не наступать на больную ногу. — У тебя был дом, еда, кровать. Что ещё понадобилось, чтобы бежать под колёса?
Я засмеялась ему в лицо. Смех прерывался всхлипами, а остановиться я не могла. Он перечислял кровать и еду так, будто поймал неблагодарную собаку. Джамиль шагнул, я подняла руку и предупредила, что ударю. Он перехватил мою ладонь, другой рукой подхватил под колени, и я заколотила его кулаком по плечу. Больная нога дёрнулась, перед глазами поплыли тёмные пятна. Я кричала, чтобы он поставил меня, звала людей, которые могли бы оказаться на этой дороге. Ни одна машина за те минуты не проехала. Глеб открыл заднюю дверь. Джамиль посадил меня внутрь и заслонил выход, пока я пыталась ударить его здоровой ногой.
— Мне нужно было уйти! — Я захлёбывалась слезами, отталкивая его руку. Он хотел пристегнуть ремень, а я вцепилась в застёжку и удерживала её у живота. — Вы понимаете это слово? Уйти! Я вас знать не хочу, ваш дом мне не нужен! Верните меня к подруге!
— Замолчи! — Он наклонился так близко, что я перестала размахивать руками. Застёжку я не выпускала, заслонилась от него локтем. — Ещё раз сбежишь — даже в сад будешь выходить с охраной. Ты меня услышала?
— Убегу, как только смогу встать! — Я подняла на него мокрое лицо. Он не отводил глаз, а я всё ещё всхлипывала, не в силах остановиться. Джамиль выпрямился, хлопнул дверью и сел с другой стороны. До ворот ехали меньше минуты. Мне казалось, я пробежала огромное расстояние, почти спаслась, а дом показался за деревьями так быстро, что я отвернулась к стеклу и закрыла рот ладонью. Я даже до соседних домов не добежала.
Врач приехал после обеда. Мужчина с усталым лицом попросил Джамиля выйти, осмотрел ногу, спросил, как я упала. Я рассказала о дороге, о побеге и о том, что хочу покинуть дом. Он перестал смотреть на щиколотку и поднял глаза. Выслушал до конца, нахмурился и вернулся к осмотру. Врач предположил растяжение и оставил рекомендации, которые я почти не запомнила. При Тамаре спросил, кому из близких можно позвонить. Я назвала Нику и продиктовала номер. Джамиль вернулся раньше, чем я успела задать ещё один вопрос. Врач повторил, что ноге нужен покой, и задержался с ним в коридоре. Я вслушивалась в приглушённые голоса, но различила лишь собственную фамилию.
— Подруга ваша уже звонила и в гостиницу, и сюда. — Тамара помогла уложить под голень свёрнутое покрывало, не касаясь больного места. — Скандал подняла, сказала, что заявление подала. Требует, чтобы вы сами с ней поговорили. Я слышала, как Глеб докладывал.
Я плакала от облегчения и боялась поверить, что Ника сумеет мне помочь. Она искала меня, требовала встречи, и ей было плевать, кого она этим злит. Я попросила Тамару позвать её, разрешить приехать, передать, что я всё ещё здесь. Женщина кивнула и вышла, оставив дверь открытой. Через несколько минут я услышала внизу знакомый голос и ухватилась за край кровати. Вадим произнёс моё имя так же, как произносил, возвращаясь домой с работы. Я поднялась на правую ногу, стиснула зубы, сделала шаг к двери. Он приехал. Всё-таки приехал за мной. Я цеплялась за эту мысль, хотя перед глазами снова вставала карточка в руке Глеба.
ГЛАВА 5
Вадим остановился у нижней ступени, увидев, как я спускаюсь. Я держалась обеими руками за перила, левую ногу берегла. Злилась, что он видит меня такой. Хотелось появиться перед ним собранной, заставить объясняться, а я спускалась боком, едва переставляя ноги, в чужих брюках с протёртым коленом. Муж пошёл навстречу, протянул руки, и я на секунду подалась к нему всем телом. Его ладони легли мне на плечи, и я вспомнила белую карточку между пальцами Глеба. Отдёрнулась так резко, что задела больной ногой край ступени. Вадим удержал меня, посмотрел на лицо и испуганно сглотнул.
— Лиан, что с ногой? Ты как здесь вообще? — Он погладил меня по волосам, попытался улыбнуться, но губы дрогнули. — Я бы раньше приехал, у меня дела были. Ты только не начинай кричать, ладно? Давай спокойно разберёмся.
На нём была та рубашка, в которой он женился. На манжете осталось пятнышко крема. На свадьбе я смеялась и пыталась накормить его тортом с вилки, пока гости хлопали. Меня так резко передёрнуло, что Вадим убрал руки. Я молча прошла к стулу в комнате со стеклянными дверями, села, вытянув больную ногу, и смотрела, как муж мнётся в проходе. Джамиль появился из кабинета, обменялся с ним коротким взглядом и занял место во главе стола. Вадим сел напротив, положил руки на стол и убрал их, заметив, что я смотрю. Кольцо на его пальце блеснуло в вечернем свете.
— Ты дал ему ключ от нашего номера? — Я придерживала правую руку левой, стараясь унять дрожь. — Ответь на это, Вадим. Ты сам отдал карточку, пока я тебя ждала?
Муж оглянулся на Джамиля, ожидая разрешения ответить. При начальнике он тоже ждал, что ему скажут, куда велят сесть. Меня он побаивался куда меньше. Джамиль откинулся на спинку стула, сцепил руки перед собой и молчал. Вадим облизнул губы, взял стакан, сделал несколько глотков. Я ждала. За стеклом кто-то включил полив, тонкая струя ударила в зелень, и мне вспомнилось, что мы собирались провести следующее утро на пляже. Я даже купила дешёвую плетёную сумку. Просить у него денег после свадебных расходов было стыдно. Муж наконец поставил стакан и кивнул.
— Я думал, вы поговорите. — Он подался ко мне и понизил голос, косясь на Джамиля. — У него условия были… Лиана, ты не понимаешь, во что я попал. Мне до конца месяца надо время. Всего неделя! Побудешь здесь неделю, и он даст разобраться с деньгами.
Я смотрела на его рот и никак не могла поверить, что это говорит Вадим. Неделю. Он собирался оставить меня здесь на неделю. Даже не спросил, что со мной было ночью. Он заметил выражение моего лица и заговорил быстрее, сбиваясь и повторяя одно и то же.
— Я отыгрался бы, если б не дёргали! Проиграл больше, чем рассчитывал. Да, восемнадцать миллионов, — последние слова он выговорил почти шёпотом. — Деньги чужие. Я занимал, перекрывал… продавал кое-что. Что я ещё мог сделать?
Я вспомнила пропавшие из квартиры часы, которые Вадим якобы отдал в ремонт. Теперь заглядывал мне в глаза, искал сочувствия. А я жалела его, уставшего, невыспавшегося, подогревала ужин среди ночи. Опять пожалеть? После того как он стоял в коридоре и смотрел?
— А что, по-твоему, я должна делать эту неделю? — Я наклонилась к нему через стол, чувствуя, как горят щёки. — Мы расписались позавчера. Позавчера, Вадим! Ты отдал меня человеку, которому должен денег, в нашу брачную ночь! Что ты собирался рассказать Нике? Моим знакомым? Что у нас свадебное путешествие по разным адресам?
Он дёрнулся на имени Ники и попросил не вмешивать её. Она уже названивала, требовала адрес, грозилась приехать к нему с полицией. Вадим надулся. До чего же знакомое лицо! Стоило мне спросить, где он задержался, всё кончалось этим. Он умел обижаться так, что я начинала извиняться за собственную тревогу. Теперь я лишь ждала, когда он замолчит. На столе стояла тарелка с хлебом. Я взяла кусок, сжала в ладони, не соображая зачем, и крошки посыпались мне на колени.
— Ты всегда умела с людьми договориться. — Вадим глянул на Джамиля, снова на меня и слабо развёл руки. — Он же видит, какая ты. Красивая, нормальная… Здесь тебе хорошо будет. Я не в подвал тебя отправил. Лиан, не делай хуже, у меня и так всё сыплется!
Я бросила хлеб ему в лицо. Мягкий кусок задел щёку, упал на рубашку, и Вадим ошарашенно замер, а я уже плакала и ненавидела себя за слёзы перед ним. Мне хотелось разбить чашку, расцарапать его лицо, заставить хотя бы на миг испытать то, что пережила в гостиничном коридоре. Вместо этого я судорожно тянула с пальца кольцо. За день руки припухли, металл застрял на суставе, и я крутила его до боли. Вадим потянулся ко мне, но я ударила по столу ладонью, заставив его отдёрнуться. Джамиль наблюдал, всё так же откинувшись на спинку стула.
— Дай руку. — Я выговорила это с трудом, удерживая снятое кольцо между пальцами. Вадим послушно протянул ладонь и придвинулся ко мне. — Забери. Продай, проиграй, подари следующей. Я тебе больше ничего не должна. Ни недели, ни часа. Слышишь меня?
Он попробовал закрыть пальцы поверх моей руки, но я вырвалась, вдавив кольцо ему в ладонь. На пальце осталась светлая полоска, а сустав покраснел. Вадим посмотрел на кольцо, словно ещё сомневался, что я говорю всерьёз. Я ждала, что он положит его на стол, вернёт, скажет хоть одно слово, от которого не захочется вымыться. Он сунул кольцо в карман брюк. Я уставилась на его пустую ладонь. Прибрал, даже не попытался вернуть! Кожа на моём пальце саднила, и я тёрла её, стараясь унять боль.
— Да сколько можно из себя святую строить! — Вадим резко отодвинул стул. Ножки скрипнули по полу. Лицо пошло красными пятнами, знакомыми по похмельным утрам. — Дома денег всё мало, а тут нос воротишь! Думаешь, я не понимаю, зачем он тебя взял? Понравится богатому, ещё сама обратно не захочешь!
Джамиль поднялся так быстро, что я успела увидеть только движение руки. Удар пришёлся Вадиму в лицо, стул с грохотом опрокинулся, муж свалился на бок и задел плечом край стола. Я вскрикнула, отшатнулась, больная нога ударилась о ножку стула. Вадим прижал ладонь ко рту, и между пальцами показалась кровь. Джамиль сгрёб его рубашку у груди и приподнял Вадима, второй рукой удерживая за затылок. Он говорил тихо, заставляя мужа смотреть ему в лицо, и от этого я испугалась сильнее, чем от самого удара. Он мог ударить ещё, и Вадим это понимал. Замер в его руках, даже ладонь от разбитого рта убрал.
— Хватит! — Я попыталась подняться, опёрлась на стол и чуть не упала. Джамиль повернул ко мне голову, продолжая держать Вадима за рубашку. — Уберите его отсюда! Я не хочу это видеть. Ни его, ни то, что вы делаете!
Глеб вошёл на шум, поднял Вадима и повёл к выходу. Муж шёл сам, прижимая к губам салфетку. На пороге оглянулся с такой злобой, будто ударила его я. Когда за мужчинами закрылась дверь, я вытерла мокрые щёки рукавом и уставилась на крошки, рассыпанные по полу. Джамиль сел на соседний стул, слишком близко, и я отодвинулась, волоча больную ногу. Он заметил и остался на месте. Меня тошнило от его близости и от того, что минуту назад я сама попросила выгнать мужа. Вадим уехал. Я не могла представить, как вернусь с ним в нашу квартиру. Он снимет куртку, пройдёт на кухню, станет искать ужин. И ведь ещё позавчера я мечтала жить с ним!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.