История Инги

Как только дверь за старушкой закрылась, мальчик что есть сил разрыдался. Все чувства, которым долго не было выхода, сейчас, когда он оказался один, наконец вырвались наружу и он плакал, плакал, плакал. Андрей не мог перестать думать о маме. Всё, чего он хотел — это вернуть её.

Когда Нина постучалась к Андрею, он поспешно отёр слёзы, и сказал, что сейчас выйдет. Мальчик оглянулся: комната и правда была большая, с высоким потолком, но несмотря на то, что шторы были раскрыты, комната всё равно казалась тёмной. В углу стоял дубовый письменный стол с полками пятидесятых, а вдоль стены — широкий книжный шкаф. Кое-какие детские издания были совсем новые. Тут в дверь снова постучала Нина.

— Поторопитесь, молодой человек! — говорила она.

Андрей посмотрел на себя в зеркало — бледный и лохматый, с красными глазами. В свои одиннадцать он был слишком серьёзным. Андрей сделал глубокий вдох и вышел в коридор.

Нина провела мальчика в большую столовую, в которой когда-то сидело много гостей и играли музыку приглашённые артисты, и в которой последние двадцать лет не слышно было ничего громче голоса Инги, при том, что говорила она довольно тихо. Даже Нина не решалась говорить громче хозяйки. Звуки скрипок, фортепиано и пения давно канули в лету в этой усадьбе, с тех пор, как умерла тётка Сухтелен.

На потолке висела большая люстра, а посередине стоял длинный стол, за которым сидела его опекунша и её брат Симон. Андрей неуверенно вошёл в столовую, а Нина подбадривала его и вела туда, где мальчик должен был сесть. Симон и Инга молча наблюдали за Андреем, а он прижался к Нине и умоляюще поднял на неё глаза. Указав мальчику на его место за столом, Нина ушла, закрыв за собой дверь. На улице ещё было светло, в окно стучал мелкий дождь.

Делать было нечего. Он сел.

— Нам нужно рассмотреть документы из частного архива. — говорил Симон.

— Но у нас нет доступа к нему. — сказала Инга.

— Разве тебя это когда-то останавливало? — спросил её брат.

Инга задумалась. Казалось, её мысли были далеко отсюда, и она не замечала мальчика. И всё же уже минуту спустя она обратилась к нему:

— Тебе показали твою комнату? — проскрипела Инга, держа в руках газету.

— Да. — ответил Андрей.

— Хм, замечательно! — сказала она, уткнувшись в чтиво. — Ешь. — сказала она потом. Сама она даже не притронулась к ужину.

Андрею совсем не хотелось есть, и всё же он, будто заставляя себя, положил немного еды в рот. Больше он не мог проглотить ни кусочка и сидел молча, перекладывая еду на тарелке.

Андрей всё не мог взять в толк, о чём говорили Инга и Симон. Казалось, они специально говорили загадками, чтобы он ничего не понял, при чём это давалось им легко, безо всяких усилий. Наконец Инга заметила, что глаза у мальчика слипались и что он то и дело клевал носом.

— Уже поздно, иди в свою комнату, — сказала она.

Андрей послушался, и, пожелав Симону и Инге спокойной ночи, поднялся к себе. Оставшись один в комнате, он лёг в постель и горько заплакал. Весь мир казался ему враждебным, а это место — до невозможного странным. Жизнь с мамой в Петербурге в маленькой квартирке на улице Рабочей теперь была лишь счастливым воспоминанием. Сейчас его будто заточили в этом огромном доме. Вокруг дома — беспросветный лес с болотами, и бежать было некуда. Но больше всего ему разрывало грудь осознание того, что он никогда больше не увидит маму.

Вдруг раздался стук в дверь, и Андрей вздрогнул. Вошла Инга и села на край кровати.

— Твоя мама, — проскрипела она, — хотела, чтобы я заботилась о тебе после её смерти. Вот почему ты здесь. Нéчего плакать.

Андрей отвернулся. Он не хотел никого видеть в эту минуту. Если Инга пыталась утешить его, у неё не получилось.

— Она вообще не должна была умирать! — воскликнул он.

— Конечно нет. — сказала Инга и тяжело вздохнула.

Ещё несколько минут она сидела молча, думала о чём-то. Потом она посмотрела на мальчика, поднялась на ноги и молча вышла, оставив за собой пыль из тишины.

Андрей снова остался один. Инга невероятно озадачила его. Мальчик не понимал её, ведь он ещё не знал тогда, что Инга совершенно не умела разговаривать с детьми, если вообще она умела с кем-либо разговаривать.

Время шло, ему не спалось. Андрей понял тогда, что сбежать из этого дома просто невозможно: машина Инги заперта, да и водить он не умел. Нина говорила что-то про автобусную остановку, которая должна быть где-то неподалёку, но где именно эта остановка находится Андрей не знал. Про автобус он решил разузнать попозже. Ещё долго мальчик бестолку вертелся на кровати, сон всё не шёл. В конце концов он вскочил с постели и решил побродить по поместью.

Была яркая луна, поэтому было довольно светло, и всё же Андрей решил для начала раздобыть фонарик. Он заметил один в прихожей, когда только переступил порог этого дома. Когда Нина проводила его на ужин, одна половица скрипнула так громко, что Андрей постарался не наступать на неё в этот раз. Пол под ногами был деревянный и очень старый. Он спускался по лестнице так тихо, как только мог, и всё же одна ступенька предательски скрипнула, и Андрей застыл в ужасе. «Только этого не хватало!», — подумал он с досадой. Остальные не скрипели, и наконец он спустился на первый этаж.

«Так, фонарик должен быть на тумбочке возле входной двери», — подумал Андрей. Здесь, на первом этаже, были заколочены все окна, так что тьма стояла беспросветная. Лампу он не решился включить — кто-то мог заметить. И всё же Андрей не отступил. Он пошарил на тумбочке — ключи, брошюры, пакеты, но ничего, что было похоже на фонарь. Андрей выдвинул первый ящик. В нём были ключи, какие-то инструменты и… фонарь! Андрей включил его и первое, что бросилось в глаза — это фотография полной женщины на стене. Что-то заставило его руки задрожать, и мальчик ушёл из прихожей как можно скорее.

Поднимаясь вверх по лестнице, Андрей подумал обо всех тех, кто также наступал когда-то на эти ступени. Люди, которые ходили здесь когда-то — что занимало их мысли? У них тоже были как радости, так и несчастья. Одни яро гнались за целями, а другие — смиренно доживали свой век. Но гостей этого дома объединяло одно: все они были знакомы с Анной Сухтелен, все они поднимались по этим самым ступеням, и все они считали вечер в этом доме одним из лучших событий в своей жизни.

По бокам главной площадки был длинный коридор, в конце которого высилась большая дверь. Андрей подошёл к ней и дёрнул за ручку: закрыто. Пахло затхлостью и старыми бумагами. В конце коридора пол был покрыт толстым слоем пыли, и мгла, окрашенная лунным светом, заполняла длинный проход до левого крыла. Казалось, уже полвека здесь не ступала нога человека. В самом деле, Нина давненько не убиралась в правом крыле, но иногда здесь кто-то появлялся. Оглянувшись, он увидел в ночном свете свои следы, отпечатанные в пыли. Вдалеке завыла собака, и Андрей сжал фонарь в руках покрепче. «Больше не будет такой возможности», подумал он. «Я должен идти дальше».

Андрей дёрнул другую ручку ближайшей от него комнаты. Дверь поддалась, и мальчик вошёл внутрь. Пыль летала в воздухе, лежала на полках, поднималась с пола от его шагов и создавала синеватую мглу. Шторы были открыты. Андрей увидел кровать в углу, покрытую узорным пледом с бахромой, а напротив — дубовый стол. Мальчик обернулся. Вдоль стены стоял высокий книжный шкаф, до верху валившийся от книг: пособия по химии и медицине, словари, таблицы, а также классика — Сартр, Пруст, Достоевский… Его внимание привлёк череп, стоявший на одной из полок. «Настоящий», — подумал Андрей, и не ошибся в своём предположении.

В углу стоял пузатый гардероб. Открыв дверцу, он увидел женскую одежду, вернее, судя по размеру, одежду для девочек: платья: в клетку, полоску и др. Все они были слишком строгие, как будто здесь весела только школьная форма. Трудно было рассмотреть их цвет, но, без сомнения, они были тёмных тонов. Внизу стояли чёрные туфли на низком каблуке и пара осенних ботинок. На дверце висело зеркало, а на нём были прикреплены какие-то заметки: расписание уроков, а также открытка с надписью: «Не забывай меня!». На книжной полке между книг торчала тетрадь. Он вытянул её осторожно, а на обложке прочёл: «Инга Сибинова». Андрей поспешно вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

Глава 3. Закрытые двери.

На следующее утро Андрюша проснулся от лёгкого стука в дверь. Это была Нина, она пришла разбудить мальчика. Пыхтя, старушка вошла в комнату. Андрей не выспался и долго не хотел вставать, и всё же ей удалось поднять его с кровати.

— Пора вставать, Андрюша! — говорила Нина, — Инга скоро спустится к завтраку. Она хочет тебя видеть.

— Может, я позавтракаю один? — буркнул мальчик сквозь сон. — Может…

— Нет, нет и ещё раз нет! — злилась старушка, размахивая руками, — Вам следует проявлять больше уважения к опекуну, молодой человек. Вставай сейчас же! У тебя ровно пять минут на то, чтобы одеться.

Похоже, Нина сегодня не в духе, подумал он. Старушка вышла, и постепенно в памяти мальчика начали всплывать события предыдущего дня. Андрей вдруг вспомнил, в каком странном месте так неожиданно для себя он оказался, вспомнил ночную прогулку по старой усадьбе. Мальчик вспомнил, как нашёл старую комнату, полную неизвестностей, вспомнил недолгий и странный разговор с Ингой. Как же в эту минуту ему не хотелось спускаться вниз! И всё же Андрею пришлось подняться с кровати и поскорее одеться и умыться. Он готов было выйти из комнаты, но заметил на полу около кровати фонарик. Андрей поспешно спрятал его в выдвижной ящик стола.

Когда мальчик спускался, опекунша его уже сидела за столом и читала газету. Инга держала её в одной руке на расстоянии, а в другой — чашку чёрного кофе, и была неподвижна, будто вылитая из мрамора, и только глаза её быстро бегали вправо-влево по странице.

— Ты опоздал на пять минут. — сказала она, не шелохнувшись.

— Извините. — сказал Андрей, садясь за стол и пододвигая к себе тарелку с яичницей.

— Лучше на «ты», как думаешь? — проскрипела Инга, повернув голову и посмотрев на мальчика. — Нам ещё долго жить вместе. — И она снова вернулась к своей газете, как будто мальчика здесь вовсе не было.

Андрей тихо жевал свой завтрак. Наконец он решил нарушить молчание:

— А где Симон? — спросил Андрей осторожно.

— Он уехал к себе. — сказала Инга, не отрываясь от газеты.

— К себе? — переспросил он, но Инга ничего не ответила. Андрей начинал привыкать к этому. Наверное, не каждый поймёт Ингу, но постепенно он начинал понимать её.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.