Ветер перемен

Глава 1.

Лиза Воробьева в сотый раз проверила бирки на чемодане и удовлетворенно хмыкнула. Ярко-розовая ленточка, фиолетовая бирка с единорогом и наклейка «Хрупкий груз» надежно отличали ее багаж от серой массы остальных. Чемодан был набит в основном парео и шляпами. Она верила в приметы и в то, что море само найдет того, кто его действительно ждет.

– Если мы опоздаем на регистрацию из-за твоего шаманства с багажом, я лично отправлю твой чемодан в Магадан, – раздался за спиной безапелляционный голос подруги.

Алиса стояла в проходе, скрестив руки на груди. Идеально прямые светлые волосы, бежевые брюки (льняные, ни складочки), белая футболка, часы, синхронизированные по Гринвичу, и чемодан цвета «мокрый асфальт», замотанный в стрейч-пленку, словно улика с места преступления.

– Ты когда-нибудь слышала слово «спонтанность»? – вздохнула Лиза, в последний раз поправляя наклейку.

– Это когда забывают паспорт дома и узнают об этом на посадке? Я пас, – Алиса ловко выхватила у Лизы посадочный талон и сверилась со своим. – Так, рейс без задержек, места у окна, отель подтвержден. Трансфер заказан. Иконический отпуск начинается.

– Иконический? Ты хотела сказать – идиллический?

– Я хотела сказать – идеальный и продуманный. Будет что в Инстаграм выложить. Двести сорок семь дней без отпуска, Лиза. Двести. Сорок. Семь. Моя нервная система уже превратилась в сухой остаток.

Лиза закатила глаза, но улыбнулась. Они были лучшими подругами с университета, и весь секрет их дружбы заключался в том, что Алиса никогда не пыталась переделать Лизу, а Лиза – Алису. Они были как йога и кроссфит: сосуществовать могут, но вместе заниматься – опасно для жизни.

– Итак, план на отпуск, – Алиса достала из клатча ежедневник в кожаном переплете. – День первый: акклиматизация, купание в море, легкий ужин. День второй: море, спа, фотосессия на закате. Кстати, я нашла блогера, которая писала про этот отель. Там владелец – Даниил Корсаков, тридцать восемь лет, холост, состояние на грани приличного и неприличного. Управляет сетью отелей, но этот, говорят, его любимчик.

– Алиса! – Лиза даже присела от возмущения. – Мы едем загорать, а не замуж выходить!

– Это взаимосвязанные процессы, дорогая. Солнце, песок, свобода от обязательств. Идеальная среда для… гм… переговоров. Не смотри на меня так! Я просто хочу, чтобы этот отпуск прошел не зря. Мы должны вернуться другими людьми.

– Я и так буду другим человеком, – мечтательно протянула Лиза. – Я буду человеком, который видел море! Который дышал солью. Который нашёл…

– Кого? Дельфина? – съязвила Алиса, убирая ежедневник.

– Себя, – просто ответила Лиза.

Алиса замерла на секунду, и что-то мелькнуло в ее глазах. Нежность? Зависть? Но контроль включился мгновенно.

– Трогательно. Пошли. Посадка объявлена.

Самолет разбежался по полосе и, тяжело оторвавшись от московской земли, нырнул в облака. Лиза смотрела в иллюминатор, как серость сменяется слепящей белизной, и чувствовала, как тяжесть рабочих дедлайнов, неразделенной симпатии к Сереже из бухгалтерии и вечной усталости медленно отпускает плечи.

В наушниках играло что-то атмосферное, и она уже представляла, как будет писать акварелью волны. Она не была профессиональным художником, просто иногда рисовала для себя. Это был ее личный побег.

Алиса рядом стучала по ноутбуку. Доделывала последние правки в презентации, потому что «отпуск отпуском, а конкуренты не спят». Лиза покосилась на экран. Там были графики и надпись «Оптимизация бизнес-процессов». Лиза поежилась и снова уставилась в иллюминатор.

Через три часа самолет пошел на снижение. За стеклом уже не облака, а синева. Та самая синева, от которой захватывает дух. Бирюзовая, глубокая, бескрайняя.

– Море! – выдохнула Лиза, прижимаясь к стеклу.

– Вижу, – сухо ответила Алиса, убирая ноутбук. – Температура воды плюс двадцать четыре, воздуха плюс тридцать. Ветер северо-западный, два метра в секунду. Идеально.

– Ты даже у моря романтику украла, – засмеялась Лиза.

– Я ее систематизировала.

Аэропорт встретил их раскаленным воздухом, который тут же запустил свои липкие щупальца под одежду. Лиза, не обращая внимания на жару, разглядывала пальмы и яркие вывески. Алиса уверенно лавировала между толпами туристов к выходу, где их должен был ждать табличка с названием отеля.

– «Аквамарин», «Аквамарин»… – бормотала она, высматривая водителя.

– Смотри! – Лиза дернула ее за руку. – Какие цветы!

В клумбе у выхода росли невероятные розовые кусты, источающие тяжелый сладкий аромат. Лиза наклонилась, чтобы сфотографировать.

– Лиза, отойди от кустов, тебя сейчас покусают местные жуки. Нам нужно к третьей стойке, – скомандовала Алиса.

Их водитель, улыбчивый молодой парень по имени Кемаль, уже держал табличку. Он помог погрузить чемоданы в белоснежный микроавтобус и всю дорогу до отеля рассказывал про местные достопримечательности, мешая турецкие, английские и русские слова.

– Там, – махал он рукой в сторону мелькающих за окном холмов, – старый город. Красив! Очень красив. А там – рынок. Вы ходить на рынок? Ковры? Сумки? Я ваш брат, хороший цена дам!

Алиса вежливо кивала, а Лиза смотрела на море, которое то появлялось между домами, то исчезало, дразня и маня.

– Дыши глубже, – сказала она самой себе.

Отель «Аквамарин» оказался именно таким, как на картинках, но в реальности – еще лучше. Белоснежные корпуса, утопающие в бугенвиллиях и пальмах. Большой бассейн с прозрачной водой, переходящий в зону бара. И запах. Запах моря, сосен и чего-то сладкого, выпечки, что ли.

– Вау, – выдохнула Лиза.

– Соответствует заявленным параметрам, – одобрила Алиса, но в ее глазах тоже загорелся огонек. – Оставим вещи и сразу на пляж. У нас по плану – вода.

Ресепшн встретил их кондиционером и вежливой улыбкой девушки в форменном пиджаке. Пока Алиса диктовала данные паспорта и уточняла, включен ли в стоимость мини-бар, Лиза крутила головой по сторонам.

В холле играла приятная музыка, пахло кофе и дорогим парфюмом. Какой-то мужчина в строгом темно-синем костюме стоял у стойки администратора и негромко, но твердо делал замечание по-английски. Менеджер мелко кивал и краснел.

– Мистер Корсаков, я прослежу… – донеслось до Лизы.

Она присмотрелась. Высокий, подтянутый, с идеально зачесанными назад темными волосами, в которых на солнце поблескивала ранняя седина на висках. Профиль четкий, волевой подбородок, тонкие губы, сжатые в линию. Он говорил спокойно, без эмоций, но от этого спокойствия веяло ледяной арктической стужей.

Даже не оборачиваясь к ней, он излучал такую мощную энергию контроля и власти, что Лизе вдруг захотелось спрятаться за чемодан.

– Ого, – шепнула она Алисе. – Кажется, это местный царь и бог!

Алиса на секунду отвлеклась от документов, скользнула по мужчине цепким взглядом профессионала.

– Хороший костюм. Brioni. Не подделка. Дорогой человек. И холостой, – добавила она, заметив отсутствие кольца.

– Алиса!

– Что?! Я анализирую среду.

Мужчина закончил разговор, коротко кивнул менеджеру и развернулся, чтобы уйти. И в этот момент вмешалась судьба. Или, как сказала бы Алиса, – нарушение техники безопасности при транспортировке ручной клади.

Лиза, засмотревшись на «царя и бога», сделала шаг в сторону, чтобы освободить ему дорогу, и зацепилась ремешком своей огромной соломенной сумки за ножку стоящего рядом высокого столика. На столике красовался свежесваренный кофе для другого гостя и стакан с водой.

Конструкция покачнулась. Лиза ахнула и дернулась, пытаясь поймать падающую чашку, но вместо этого лишь подтолкнула ее вперед, при этом всё же ухватила её за фарфоровую ручку. Горячий кофе (к счастью, уже не кипяток, но еще не остывший) выплеснулся красивой коричневой дугой прямо на идеально выглаженную, белоснежную рубашку мистера Корсакова.

Время остановилось. Музыка в холле, кажется, сыграла фальшивую ноту. Лиза замерла с открытым ртом, ее сумка, подобно поверженному врагу, валялась на полу, из нее вывалились крем для загара, пачка соломки и зарядное устройство. Мужчина медленно, очень медленно, опустил взгляд вниз, на свою грудь. По белоснежной ткани расползалось уродливое мокрое пятно. Повисла звенящая тишина, нарушаемая только стуком капель, падающих с чашки на мраморный пол. Затем он поднял глаза, Лиза утонула в них, серые, холодные, как северное море в шторм, они смотрели на неё с таким ледяным спокойствием, что ей показалось, что её только что окунули в прорубь.

– Я… я… боже мой, – залепетала Лиза, чувствуя, как краска заливает щеки. – Простите, пожалуйста! Я не специально! Я засмотрелась… То есть, я нечаянно… эта дурацкая сумка…

Алиса, оценив масштаб катастрофы, моментально включила режим «антикризисный менеджер»

– Примите наши глубочайшие извинения, – чеканным голосом произнесла она, выходя вперед и загораживая Лизу. – Мы, безусловно, компенсируем стоимость химчистки. Или новой рубашки. Это была наша ошибка.

Даниил Корсаков перевел взгляд с Лизы на Алису, потом снова на Лизу.

– Химчистки? – переспросил он голосом, скрипящим как гравий. – Девушка, вы только что вылили на меня кофе.

Он не повышал голос, но от это было страшнее. Он констатировал факт.

– Видимо, при входе в отель, – продолжил он, – есть традиция обливать управляющего кофе? Я пропустил обновление регламента?

Лиза готова была провалиться сквозь мраморный пол, прямо в подвал, в подсобку, куда угодно

– Я… я просто… у меня ремешок зацепился, – пролепетала она, чувствуя себя нашкодившей первоклашкой.

Даниил посмотрел на её сумку, из которой торчал тюбик с кремом, потом на неё саму. Растрепанные русые волосы, огромные карие глаза, в которых плескался ужас, и глупая, трогательная растерянность.

– Ремешок, – эхом повторил он. – Конечно!

Он вздохнул так тяжело, словно на его плечах лежала вся мировая экономика, его столько раз «случайно» обливали кофе, что уже и пальцев на руках не хватит и это только за этот сезон.

– Жанна, – обратился он к застывшей девушке на ресепшн. – Проводите госпожу… – он вопросительно посмотрел на Алису.

– Нечаева. Алиса Нечаева. А это моя подруга, Елизавета Воробьева.

– Госпожу Воробьеву в номер. И проследите, чтобы на пути не было больше столиков с кофе, иначе мы рискуем остаться без чистой одежды.

Он развернулся и, не оборачиваясь, пошел к лифту, оставляя на мраморном полу мокрые следы от ботинок. Лиза смотрела ему вслед, чувствуя, как дрожат колени.

– Я убита, – прошептала она. – Я хочу умереть прямо здесь. Сейчас.

– Не драматизируй, – деловито сказала Алиса. – Во-первых, рубашка не ахти, мог бы и помягче быть. Во-вторых, на него приятно смотреть даже с пятном. А в-третьих… – она подмигнула. – Ты только что познакомилась с владельцем отеля. Оригинально. Запомнит, и не забудет точно!

– Лучше бы он меня не запомнил! – простонала Лиза.

Жанна, девушка с ресепшн, уже подошла к ним с ключами и сочувствующей улыбкой.

– Не переживайте, – тихо сказала она по-русски, с легким акцентом. – Господин Корсаков строгий, но справедливый. Он отходчивый. Просто у нас сегодня проверка, и он на нервах.

– А на вид – кремень, – хмыкнула Алиса.

– Это снаружи, – загадочно ответила Жанна и повела их к лифту. – Ваш номер 412. Вид на море. И не думайте больше об этом. Отдыхать ведь приехали! Вот и наслаждайтесь отдыхом!

Лиза зашла в лифт и прислонилась пылающим лбом к прохладной зеркальной стене. В отражении на неё смотрела красная, как рак, девушка с выпученными глазами. «Приехали, называется, искать себя. Себя я, кажется, только что эффектно опозорила и оставила сохнуть на рубашке местного царе-бога».

***

Когда двери лифта закрылись, Даниил Корсаков стоял в своем кабинете на третьем этаже и смотрел на свое отражение в темном стекле. Пятно на рубахе расползалось все шире. Он должен был злиться, должен был вызвать службу безопасности и проверить этих двух девиц на предмет вредительства, конкуренты не дремлют! Но вместо злости он вдруг вспомнил эти глаза – большие, карие, испуганные глаза, в которых плескалась целая вселенная. И дурацкая соломенная шляпа, которая слетела с головы этой Воробьевой во время крушения кофейной конструкции. У него дернулся уголок губ. Он поймал себя на этой мысли и тут же одернул. Роман с отдыхающей? В его отеле? Никогда. Это табу! Это нарушает все бизнес-процессы. Он не для того строил империю, чтобы разрушить её из-за испуганных глаз и дурацкой шляпы. Даниил резко стянул рубашку, скомкал её и бросил в корзину. Инцидент исчерпан. Забыть!

Глава 2.

Номер оказался просторным, светлым и пах морем и чистотой. Две кровати с идеально заправленным бельем, большой балкон с видом на бассейн и синюю полоску моря вдалеке.

Алиса первым делом подключила ноутбук к вай-фаю, проверила скорость и довольно кивнула.

– Отлично. Работать можно.

– Мы в отпуске! – возмутилась Лиза, падая на кровать и раскидывая руки в стороны.

– Работа мозга не отменяется даже в отпуске. И, кстати, о работе мозга, – Алиса присела на край своей кровати. – Твой новый знакомый, Корсаков. Я навела справки, пока ты там краснела.

– Алиса!

– Что? У меня доступ в интернет есть всегда. Так вот. Он не просто владелец. Он из Питера, из очень старой семьи, кажется, даже дворянской. В девяностые отец всё потерял, а сын восстанавливает богатство. С нуля! Поднялся сам! У него пять отелей: два здесь, в Турции, один в Греции, один в Черногории и один недавно открыл в Крыму. Жесткий, умный, принципиальный. В скандалах не замечен. Женат не был. Детей нет.

– Шпионские страсти, – фыркнула Лиза, переворачиваясь на живот. – И зачем тебе это?

– Аналитика, – Алиса пожала плечами. – Интересно, с кем имеешь дело. И, между прочим, он тебя разглядывал.

– Он на меня посмотрел, как на таракана, который вылез из-под плинтуса.

– Не скажи! Он задержал взгляд, на пару секунд дольше положенного. Я замечаю такие вещи. – Алиса хитро прищурилась. – Лиза, а вдруг это твой шанс?

– Какой шанс? – Лиза приподнялась на локтях. – У меня нет шансов! Я размазня, художница-неудачница, которая рисует открытки на заказ и работает в офисе за копейки, а он… он вон какой. Brio-o-oni, блин.

– Вот именно! – Алиса вскочила. – Контраст! Именно такие мужчины и клюют на таких, как ты.

– На неуклюжих идиоток, которые обливают их кофе?

– На естественных! На живых! Слушай сюда, – Алиса села в позу лектора. – Моя теория вашей…эммм… совместимости. Мужчины его типа – они устали от гламурных кукол с силиконом и инстаграмных моделей, которые хотят только денег. Им нужна искренность! Обычная дурочка, в хорошем смысле слова, женщина, которая не строит из себя невесть что. Которая краснеет, запинается, носит смешные шляпы и рисует акварелькой.

– Ты меня сейчас оскорбляешь или делаешь комплимент? – нахмурилась Лиза.

– Я провожу маркетинговое исследование! – рассмеялась Алиса. – Ладно, проехали. Давай переодеваться и на пляж. Хватит теоретизировать, пора внедрять практику. Пляж, море, коктейли. Выполняем план первого дня.

Через полчаса они шли по песчаному берегу. Алиса, в строгом черном слитном купальнике, с идеально прямой спиной, несла пляжную сумку, как портфель с документами. Лиза, в ярком бикини с ананасами и в своей любимой соломенной шляпе (той самой, которая едва не улетела в холле), тащила огромное парео и книгу.

Они выбрали лежаки недалеко от бара, но и не слишком близко, чтобы не мешала музыка.

– Солнцезащитный крем, фактор пятьдесят, – скомандовала Алиса, протягивая тюбик. – Наносить каждые два часа и после каждого купания.

– Есть, капитан! – козырнула Лиза, размазывая крем по плечам.

Море было ласковым и прозрачным. Лиза, войдя в воду, ахнула от удовольствия. Теплая, нежная, соленая вода обняла её, смывая остатки московской пыли и усталости.

– Я тебя люблю! – крикнула она морю, взмахнув руками.

Алиса зашла в воду аккуратно, по локоть попробовала температуру, потом по пояс, и только убедившись, что организм не испытывает шока, окунулась. Она плавала четкими, выверенными движениями, брассом, не разбрызгивая воду, как будто сдавала норматив ГТО. Лиза же просто дурачилась, ныряла, рассматривала медуз прозрачных и смешных и смеялась.

Вернувшись на лежак, она взяла книгу – какой-то любовный роман, купленный в аэропорту, – но читать не могла. Она смотрела на море, на чаек, на то, как солнце играет бликами на воде. Ей хотелось рисовать.

– Алиса, – позвала она. – Смотри.

На берегу, прямо у кромки прибоя, сидел малыш года трёх и сосредоточенно строил песочный замок. Рядом суетилась молодая мама с телефоном, подбирая лучший ракурс для фотографии. Малыш лепил куличики, укладывая их в виде крепости, и его серьезное личико было таким увлеченным, что Лиза умилилась.

– Милота, – согласилась Алиса, не отрываясь от телефона. Она листала ленту новостей. – О, смотри, у них здесь завтра йога на закате. Запишемся?

– Йога? Ты? – удивилась Лиза.

– А что? Расслабление ума и тела. Полезно для нервной системы.

В этот момент к бару пляжного кафе подошел высокий мужчина в белых шортах и поло. Лиза скользнула по нему взглядом и тут же отвела глаза. Это был не Корсаков. Просто отдыхающий. Красивый, накачанный, но какой-то… пластмассовый, что ли. Алиса тоже его заметила.

– Интересный экземпляр, – прокомментировала она. – Часы хорошие. Ролекс, но, скорее всего, подделка. И загар свежий, салонный. Нйе наш клиент.

– Алиса, прекрати! Мы не на охоте!

– Мы всегда на охоте, – философски заметила Алиса. – Просто дичь бывает разная. Ладно, я в бар, возьму сок. Тебе взять?

– Давай мохито, – попросила Лиза.

– Соки полезнее!

– Алиса, я в отпуске! Мохито!

– Ладно, уговорила. Один коктейль.

Алиса ушла, цокая каблуками по плитке у бассейна. Лиза вздохнула с облегчением и снова уставилась на море.

Она думала о Корсакове. Дура, конечно! Алиса права. Но этот его взгляд… Он не был просто злым. Он был… оценивающим, что ли. Как будто он увидел её насквозь. Или ей показалось? Наверное, показалось.

– Мечтаем?

Голос раздался неожиданно близко. Лиза вздрогнула и обернулась. Рядом с её лежаком стоял мужчина. Тот самый, из бара с Ролексом. Вблизи он оказался ещё более пластмассовым. Белоснежная улыбка, слишком ровный загар, геля на волосах – как будто ведро вылил.

– Простите, не хотел напугать, – сказал он с легким акцентом, то ли прибалтийским, то ли немецким. – Увидел такую красивую девушку у моря и не смог пройти мимо. Меня зовут Марк.

– Лиза, – буркнула она, натягивая парео повыше.

– Очень приятно, Лиза. Вы одна? Или с мужем?

– С подругой, – коротко ответила Лиза, давая понять, что не настроена на беседу. Но Марк был настроен, он бесцеремонно плюхнулся на соседний лежак (Алисин!), закинул ногу на ногу и уставился на Лизу масляным взглядом.

– А где подруга?

– В баре.

– Отлично. Значит, у нас есть время познакомиться поближе. Вы откуда? Москва? Я угадал? У вас такой интеллигентный вид. Не то что эти… – он махнул рукой в сторону компании девушек, которые громко смеялись у бассейна. Лиза почувствовала раздражение, она не любила навязчивых мужчин.

– Знаете, Марк, я вообще-то читаю, – она демонстративно открыла книгу.

– О, любовный роман! – обрадовался Марк. – Значит, вы романтичная натура. Я тоже романтик. Я, знаете, вчера смотрел на закат и думал: как мало в жизни красоты. А сегодня увидел вас и понял: красота есть! Лиза закатила глаза. Это было даже не смешно, это было жалко.

– Слушайте, Марк, идите, пожалуйста, свои закаты смотреть. Я правда занята!

Марк обиженно надул губы, но с места не сдвинулся.

– Вы со мной так груба, а я к вам со всей душой…

– Душой? – раздался за его спиной ледяной голос. – Марк, ты свою душу, кажется, вчера в баре оставил вместе с кошельком.

Лиза подняла глаза. Над Марком возвышался Даниил Корсаков. Он переоделся в светлые льняные брюки и легкую рубашку с закатанными рукавами, но выглядел так же внушительно, как и в костюме.

– Даня! – Марк аж подскочил на лежаке. – Дружище! А я вот, знакомлюсь с твоими гостями!

– Я вижу, – холодно сказал Корсаков. – И, кажется, гостья не в восторге от знакомства. Марк, иди, проветрись. У нас тут семейный отель, не ночной клуб.

Марк вскочил, бросил на Лизу обиженный взгляд и, пробормотав что-то про «не понимают шуток», ретировался. Лиза осталась один на один с Корсаковым. Сердце ухнуло куда-то вниз.

– Спасибо, – выдавила она, пряча глаза.

– Не за что, – он смотрел на неё с непроницаемым выражением лица. – Марк – завсегдатай, из хорошей семьи, но приставучий, как банный лист. В следующий раз просто зовите охрану.

– Я думала, он сам уйдет, – пробормотала Лиза.

– Надежда – плохая стратегия, – отрезал Корсаков. – Особенно с такими, как Марк.

Он уже собирался уходить, когда его взгляд упал на книгу, которую Лиза держала в руках. «Шепот сердца». Он едва заметно скривился.

– Любовные романы? – спросил он с легкой насмешкой.

Лиза вспыхнула.

– А что? Имею право. В отпуске можно.

– Можно, – согласился он. – Только жизнь обычно пишет сценарии покруче, чем эти… – он кивнул на книгу, – ваши «шепоты».

– А вы читаете что-то более серьезное? – неожиданно для себя дерзко спросила Лиза. – Финансовые отчеты?

Он чуть приподнял бровь, кажется, удивился.

– В том числе. Но вообще-то я предпочитаю классику. Достоевский, Толстой. Там про любовь иногда правдивее написано.

– И чем же правдивее? – Лиза вдруг забыла о своей робости. Ей стало интересно. Этот холодный, педантичный человек говорит о Толстом? Тем, что она там редко заканчивается хорошо? Анна Каренина под поезд! Наташа Ростова чуть не сбежала с проходимцем…

– Любовь – это всегда риск. А в ваших книжках, – он опять кивнул на её роман, – наверное, всё заканчивается свадьбой и розовыми пони.

– Там заканчивается тем, что люди находят друг друга, несмотря ни на что, – возразила Лиза, чувствуя, как в ней закипает дух противоречия. – И это прекрасно! Даже если в жизни так не бывает, почему не помечтать?

Он посмотрел на неё долгим, изучающим взглядом. В серых глазах мелькнуло что-то, похожее на интерес.

– Мечтать, значит, приехали, Воробьева? – тихо спросил он.

– Искать себя, – ответила Лиза. – Алиса говорит, что мы должны вернуться из отпуска другими.

– Алиса – это ваша подруга? Та, что с ежедневником?

– Она самый прагматичный человек на земле, – улыбнулась Лиза.

– Судя по её взгляду, она меня уже просчитала по косточкам, – усмехнулся Корсаков.

– Ещё бы, – хихикнула Лиза. – Она сказала, что у вас Brio-o-оni.

Корсаков вдруг коротко и хрипло рассмеялся. Этот смех прозвучал так неожиданно, так диссонировал с его образом ледяного принца, что Лиза опешила.

– Передайте подруге, что Brioni вчера безвозвратно испорчен одной неуклюжей девушкой в соломенной шляпе, – сказал он, и в его глазах заплясали смешинки.

Лиза густо покраснела.

– Я… я же извинилась…

– Извинились, – кивнул он. – Ладно, Воробьева, отдыхайте. И Марка гоните сразу, не стесняйтесь. Скажите ему, что вы под моей защитой.

Он развернулся и ушел так же внезапно, как появился. Лиза смотрела ему вслед и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. «Под моей защитой». Что это значило? Просто вежливость хозяина отеля? Или что-то большее?

Вернулась Алиса с мохито в одной руке и соком в другой.

– Я видела, – загадочно сказала она, плюхаясь на лежак. – Сначала этот клоун с Ролексом, потом наше всё. О чём беседовали?

– О Толстом, – выдохнула Лиза.

– О ком? – Алиса поперхнулась соком. – С ума сойти! Лиза, этот мужик с тобой говорит о литературе! Это прогресс! Я же говорила – ты ему интересна!

– Алиса, прекрати, – взмолилась Лиза. – Он просто был вежлив.

– Корсаков? Вежлив? – Алиса фыркнула. – Дорогая, я читала отзывы. Его вежливость граничит с холодностью. Он ни с кем из гостей не общается лично, для этого есть менеджеры и персонал. А тут он сам подошел, прогнал этого хмыря и про Толстого с тобой говорил. Лиза, это не просто знак. Это уже дорожный указатель с неоновой подсветкой.

– Алиса, я тебя умоляю…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.