Часть I. Накипело

Но вот парадокс: несмотря на все усилия создать гармонию вокруг себя, я постоянно сталкиваюсь с вмешательством извне. Почему постоянно кто-то лезет в мою жизнь и пытается что-то в неё привнести? Иногда это советы, иногда критика, иногда попытки жить у меня за мой счёт и прочее. Люди вокруг словно забывают о том, что жизнь каждого – это его собственная ответственность.

В последнее время, когда кто-то пытается вмешаться в мою жизнь, я чувствую себя уязвимой. Мне хочется закрыть двери и создать вокруг себя безопасное пространство. Но разве можно полностью уберечься от мнения окружающих? Возможно, именно в этом и заключается урок: научиться находить баланс между своей внутренней гармонией и внешними ожиданиями.

Последние несколько лет, пока мой муж терзался между мной и любовницей, пока были выяснения отношений с Андреем, единственный человек, который хоть как-то поддерживал меня, была Василиса. Не могу сказать, что мы были лучшими подругами, но мы много общались, постоянно созванивались, ходили друг к другу в гости, посещали различные мероприятия. И мы постоянно ссорились. Самая частая причина – любовные треугольники. Она выбирала себе в пару исключительно женатых мужчин. Я всегда была против подобных отношений, а после того, как сама оказалась с ветвистыми рогами, стала ещё более категоричной.

Судите сами.

Когда мы начали общаться, Василиса была начальником отдела оптовых продаж мелкой бытовой техники – строгой, организованной и уверенной в себе женщиной, которая держала в руках мир поставок и договоров. Он же был простым водителем – развозил электронику по магазинам нашего города и соседних областей. Казалось, их пути никогда не должны были пересечься: офис и склад находились в разных концах города, а их роли в компании были настолько далеки друг от друга, что встреча казалась невозможной. Но судьба распорядилась иначе, и однажды их дороги пересеклись. Репутация у него была скверная, он постоянно уходил в длительные запои и срывал сроки поставок. Ненадёжный товарищ.

Вдобавок он был женат, отец троих детей. И тут такое началось. Это сокровище со своим стареньким чемоданчиком бегало от жены к Василисе и обратно каждые две недели. Василиса и жена развернули активные боевые действия. Они подкарауливали друг друга, угрожали, дрались, портили имущество: царапали машины и прокалывали колеса. В их борьбе за сердце мужчины не было места для жалости; каждая новая стычка разжигала ненависть, превращая их жизни в настоящий ад.

Когда я слушала повествование Василисы о её похождениях и бесконечных разборках с женой, моё воображение рисовало образ мачо, харизматичного донжуана – мужчины, способного покорить любую женщину. Но все оказалось совсем иначе.

На мой день рождения Василиса привела его в гости. И передо мной предстало жалкое зрелище: волосы, давно не мытые и спутанные, не стриженные ногти, одежда, потертая и с пятнами, а на ногах – дырявые носки. Это нечто воняло. Он не мог связать двух слов и, словно стыдясь самого себя, забился в угол, стараясь не привлекать к себе внимания, оставив меня и гостей в недоумении. Что же такого было в этом человеке, если две взрослые женщины готовы были драться из-за него не на жизнь, а на смерть?

Но Василиса как будто ничего не замечала, светилась от счастья.

Слава богу, они не задержались и быстро ушли. Мы проветрили комнаты и продолжили празднование.

Эти драматические отношения закончились лишь после того, как Василиса забеременела. В свои тридцать с хвостиком она не имела стабильных отношений и, понимая это, решила сохранить беременность. Однако радость материнства быстро омрачилась: у новорождённого выявили порок формирования желудочно-кишечного тракта. Постоянная рвота и ухудшающееся самочувствие малыша требовали срочной операции.

Это испытание стало для Василисы не только физическим, но и психологическим кризисом. Её внутренние конфликты обострились, и необходимость заботы о ребёнке привела к переосмыслению жизни и отношений со своим ненадёжным мужчиной. И она послала его куда подальше.

Но едва здоровье сына окрепло, Василиса вновь оказалась втянутой в водоворот страстей – в очередной любовный треугольник. Затем – в следующий, и за ним ещё один, словно бесконечная цепь, не имеющая ни начала, ни конца.

– Василиса, ты правда не боишься? – спросила я её однажды.

– Чего именно? – удивлённо переспросила она, не сразу поняв, к чему это.

– Когда я узнала, что мой муж изменяет мне… – я замолчала на мгновение, пытаясь собрать разбросанные в душе осколки чувств, – тогда во мне поднялась целая буря эмоций. Страх, ярость, отчаяние – всё смешалось в нечто невообразимое. Я боялась самой себя. Боялась, что могу сделать что-то страшное, что могу убить эту Олю, которая была причиной моего горя. Я молилась, чтобы никогда не встретить её на своем пути. Целый год перед глазами стояла жуткая картина: я сдавливаю ей шею добротным кожаным ремнём. И в этот момент во мне не было ни капли жалости, ни капли сочувствия.

– Но ведь ты ничего не сделала… – раздражённо сказала Василиса.

– Да, – вздохнула я, – но я ходила к психологу, чтобы справиться с этим. Я боялась, что могу переступить черту, совершить непоправимое. Боялась, что меня посадят в тюрьму, боялась за своих детей. Кто тогда будет их воспитывать? Кто даст им любовь и заботу, если меня не будет рядом?

– Саш, – сказала Василиса, – но ведь сейчас всё в порядке. Ты успокоилась, ты справилась с этим.

– Сейчас да. Василиса, ты просто не представляешь, какого труда мне стоило наконец успокоиться. Сначала я пыталась справиться с этой бурей эмоций сама, без посторонней помощи. Часами сидела в интернете, перелистывая статьи, блоги и форумы, в поисках чего-то, что помогло бы унять эту невыносимую ненависть к разлучнице. И вот среди множества советов я наткнулась на одно очень необычное упражнение. Его суть была в том, чтобы представить, будто ты кормишь с ложки того, кого ненавидишь.

Перед сном я устроилась поудобнее в кровати, погасила свет и закрыла глаза. В моём воображении сразу же возник уютный маленький столик, накрытый белоснежной скатертью, на которой стояла фарфоровая чашка с овсяной кашей – такой, какую мама готовила мне в детстве. Она была нежной, молочной, с кусочком янтарного сливочного масла.

Я пригласила Ольгу к этому воображаемому столу. Она появилась напротив меня с самодовольной улыбкой и холодным взглядом, который словно говорил: «Ты никогда меня не победишь». Я протянула ей ложку с кашей. Она лишь сжала губы, словно пытаясь подавить презрение, и даже плюнула в сторону. В этот момент внутри меня закипела ярость – такая, что казалось, сердце вот-вот разорвётся.

Но я не отступила. Я начала кормить её настойчивее, с каждым разом всё сильнее и сильнее. Каждый отказ, каждую гримасу, каждый плевок я воспринимала как вызов и в итоге ударила её ложкой с такой силой, будто хотела выплеснуть всю ту боль и злость, что накопились во мне за долгие недели.

Конечно, я не простила её в тот момент. Но впервые за долгое время я почувствовала облегчение. Мне понравилось – это было как маленькое, но важное освобождение. Я позволила себе выразить чувства, которые не могли найти выхода словесно. Пусть и в такой абсурдной форме. И это дало мне силы двигаться дальше.

Потом на протяжении полугода я посещала психолога. Неужели ты думаешь, что большинство женщин, которых обманывают мужья, готовы бегать по психологам и тратить на это кучу времени и денег? Для некоторых проще кирпич на голову любовнице сбросить или переехать на машине. Не смотрела? Недавно по новостям сюжет показывали. Жена подкараулила мужа, когда он от любовницы выходил, и переехала его пару раз туда-обратно на внедорожнике. Он живой остался, но покалечила она его прилично: переломы, ссадины, синяки. Врачи сказали, что он чудом выжил..

Я не одобряю такие поступки, но понимаю её чувства. Когда тебя изнутри разрывают обида и злость от предательства и лжи, это невыносимо. Когда понимаешь, что этот козёл сейчас слёзы льёт перед тобой, а потом снова бежит яйцами трясти к любовнице.

– Я не понимаю, ты чего от меня хочешь? – злилась Василиса. – Было бы у этих мужиков в семье всё нормально, не бегали бы никуда. Значит, плохо им со своими женами, значит, не хватает им в семье любви, ласки, понимания. Вот и ищут на стороне.

– — Или козлы по жизни. Я не понимаю, почему у тебя всегда виноваты женщины. Ведь ни с одним из своих несчастных ухажёров, которых недолюбили жены, ты при всём старании не смогла ничего построить.

– Саш, всё, отстань, – перебила Василиса, закрывая глаза и глубоко вздыхая. – Я устала от этих разговоров.

Я часто думала о том, почему мы продолжаем с ней общаться. Наверное, в тот период моей жизни я слушала о её проблемах, и мои трудности казались мне меньше. И мне как будто было полегче.

Но что ожидать от человека, который постоянно влезает в чужие семьи. В один прекрасный момент она вмешалась в семью нашей общей знакомой, а заодно и в мою.

У нас есть общая знакомая Лена. Со слов Василисы, ей стал оказывать внимание муж этой подруги. Они дружили давно, жили в одном подъезде. У Лены с Борей даже был запасной ключ от квартиры Василисы – на случай длительных командировок. Казалось бы, обычная бытовая мелочь, но именно этим ключом муж подруги стал пользоваться, приходя в отсутствие хозяйки. Он приносил цветы, подарки, угощение.

Василиса рассказывала, что во время домашних посиделок Боря мог украдкой гладить под столом её ноги, словно это было что-то совершенно естественное и безобидное.

Когда я с мужем оказалась на подобных посиделках, то передо мной предстало отвратительное зрелище.

В пятницу после работы мы с мужем договорились встретиться у Василисы. Муж, собрав детей, приехал туда раньше, а я задержалась – рабочий день заканчивался позже, да и за пиццей для детей пришлось заехать. Когда я, наконец, вошла в квартиру, стол уже был накрыт, и за ним сидели Борис с Леной, мой муж, Василиса – и осталось место для меня.

Весь вечер я наблюдала, как моя полуголая подруга танцевала, громко смеялась и непринуждённо заигрывала с нашими мужьями. Её руки постоянно касались их рук, плеч, колен – она специально провоцировала их внимание. Оба мужчины, словно околдованные, наслаждались вниманием нашей пьяной подруги.

Мой муж выглядел довольным, он был рад вниманию, но Борис… Борис просто не мог скрыть своего желания. Он сидел с открытым ртом, словно зачарованный, и пускал слюни от того, что Василиса позволяла себе быть такой раскованной и близкой с ним. Его глаза горели жадностью и страстью, которые было невозможно не заметить.

Мне было настолько неприятно происходящее, что стало плохо физически. Василиса вешалась на наших мужей, и присутствие подруг абсолютно не смущало её. А мужья как дураки сидели с открытыми ртами, слюни распускали, и их тоже не смущало присутствие жён. Блин, вы охренели все, что ли?

Если супруга Бориса старательно отворачивалась, чтобы не встречаться взглядом с мужем и подругой, пытаясь спрятаться от той горечи, что нарастала в её душе, то я, взяв детей за руки, твёрдо произнесла: «Мы уезжаем». Дима попытался что-то возразить, но я была непреклонна.

Всей компанией мы вышли на лестничную площадку. Борис поцеловал жену в щеку, когда она решила пойти домой. А потом, словно забыв обо всём, обнял Василису за талию, и все вместе мы вышли на улицу. Они шли, словно молодая влюблённая пара, их смех и шёпот заполняли вечернюю тишину, предвещая многообещающий вечер.

Я еле дождалась утра, чтобы наконец-то устроить долгожданный скандал – подружке и мужу. Вечером, когда Дима изрядно выпил и уже не мог связать двух слов, смысла начинать не было.

– Я ничего не сделал, – отмахивался муж, стараясь выглядеть невозмутимо, но в голосе сквозило раздражение. – Это всё она. Разбирайся со своей подружкой. Это она лезла, а не я. Я в чём виноват?

Я глубоко вздохнула, пытаясь собраться с силами. Глаза горели от бессонной ночи и обиды.

– В том, что не остановил её, – резко ответила я. – Или ты думаешь, мне было приятно смотреть, как ты из штанов выпрыгиваешь? Посмотрела бы я, как бы ты себя вёл, оказавшись на моём месте.

Дима молчал, опустив глаза, и в этот момент зазвонил мой телефон. На экране высветилось имя: Василиса.

Я не могла поверить услышанному, когда высказала Василисе свое недовольство. Её слова звучали как издевательство:

– Я оказывала внимание твоему мужу, чтобы привлечь внимание Бори, – её голос был на удивление спокойным, почти безэмоциональным. – Я ничего не хотела от Димы. Мне жаль, что ты всё неправильно поняла. Я надеюсь, что мы сможем сохранить нашу дружбу, несмотря на это недопонимание.

– Василиса, – я еле сдерживала ярость, – это просто п… здец. Я всё верно поняла. Ты вела себя как последняя шлюха. Я надеюсь, что ты понимаешь меня правильно: наше общение на этом закончилось.

В ответ последовало короткое:

– Да пошла ты!

Я положила трубку. Вот и всё.

Сплетни о том, что Василиса неразборчива в отношениях с мужчинами, звучали постоянно. Но я почему-то упорно верила, что она никогда не позволит себе подобного поведения с мужьями подруг. Как же я ошибалась.

Этой истории предшествовала еще одна. Василиса долго думала, копила на первый взнос и наконец-то решилась оформить ипотеку на покупку однокомнатной квартиры. У неё случилась интрижка с продавцом квартиры. У этого мужчины была семья, двое детей, и они собирались расширяться, потому что вчетвером в однокомнатной квартире стало тесно. То есть уходить из семьи он не планировал. Отношения Василисы и этого засранца длились около года. Он дружил с семьёй Бориса и Лены. Как-никак в одном подъезде жили раньше. В какой-то момент этому козлу пришла в голову «гениальная» идея приехать с ночёвкой в гости к старым друзьям всей семьёй.

Вечером в выходные Василиса, Боря, Лена, дети и семья этого засранца гуляли, жарили шашлыки. Отдыхали, одним словом. Когда вечерняя прогулка подошла к концу, все разошлись по домам: Боря и Лена с гостями к себе, Василиса с сыном к себе. Когда жена этого негодяя пошла укладывать детей спать, он спустился этажом ниже к Василисе.

Его жена, уложив детей спать, в панике побежала искать его по всему жилому комплексу. Она боялась, что с ним могло что-то случиться. Вдруг на бедняжку хулиганы напали!

Это предательство вызывает недоумение и отвращение. Зачем все это? Ради чего? Неужели у человека совсем отсутствуют уважение и ответственность перед женой и детьми?

Борис и Лена знали о связи Василисы с этим гражданином и понимали, куда он убежал. Чуть позже и Борис решил попытать счастья с Василисой – и тоже преуспел. Василиса оказалась безотказной.

Это было настолько мерзко, что я до сих пор не могу забыть те ощущения. Когда Василиса рассказывала мне всё это, у меня внутри словно что-то переворачивалось, и казалось, что я вляпалась в грязь.

У Василисы таких историй было много. Но со временем она перестала делиться ими со мной, зная мою реакцию. Однако общие знакомые постоянно подкидывали новые подробности её личной жизни.

Вообще, у меня много знакомых, но действительно близких людей, с которыми можно и хочется делиться самым сокровенным, совсем немного. Это те, кто понимает без слов, кто поддержит и не осудит, кто станет опорой в трудную минуту.

Одна из таких – моя подруга Даша, живущая в другом городе. Мы знакомы уже много лет, и каждая наша встреча – настоящее событие, наполненное радостью и теплом. Однако расстояние делает своё дело: наши встречи редки и коротки. Мы пытаемся наверстать упущенное по телефону, делимся новостями и воспоминаниями, но это не может заменить живое общение.

У другой подруги трое детей. Когда мы встречаемся, то пятеро детишек (двое моих и трое её) совершенно не дают нам возможности пообщаться. Их надо то кормить, то в туалет, то мыть, то переодевать, то разнимать и снова по кругу. Кажется, что весь мир сосредоточен на наших малышах. Иногда мы с ней ловим печальные взгляды друг на друга.

Бывало, что мы наливали себе чаю, но он так и оставался нетронутым до конца нашей встречи.

Я понимаю: все мы заняты своей жизнью. У каждого человека свои заботы и радости. Но иногда так хочется просто поговорить. Да я и писать-то стала, чтобы иметь возможность выговориться, поделиться наболевшим, порассуждать о мечтах, страхах и надеждах, о том, что волнует душу и заставляет сердце биться быстрее.

Я знаю, что все трудности носят временный характер. Дети подрастут, и станет полегче. Но так хочется поговорить со взрослым человеком, а то в голове одни: тра-та-та… тра-та-та… мы везем с собой кота… или по полям, по полям синий трактор едет к нам…

Всё пройдёт. И это тоже. Потом я наверняка буду с грустью вспоминать время, когда дети были маленькими, и сожалеть, что так торопила время…