Кекс – не повод для знакомства

Глава 8. Майка

Поймала себя на мысли, что не успеваю сориентироваться. Привычная реакция и миллионы наработанных годами действенных отпоров просто растворились вместе с моими мозгами.

Расплавились под его нежными руками. Он уверенно сжал ягодицы, посылая острые импульсы прямо внутрь. Я не маленькая, но с ним ощущала себя крошкой. Очень пошлой и откровенной.

Плевать, что мы, вероятнее всего, уже дважды переспали. Я не помнила этого. Зато наш первый поцелуй намертво врежется в память яростным движением его губ и языка.

Он завладевал мной, терзая и напрямую говоря о том, что сейчас мужчина отступать не намерен. Не то чтобы я была против… Где-то на задворках разума все еще скреблась пресловутая интуиция.

Брысь, зараза! Пошла вон. Я подумаю об этом завтра. Животные инстинкты взяли верх.

И вот уже не стесняясь прошлась руками по железным мышцам пресса. Невероятный кайф, не то что все эти слащавые тощие танцоры. Здесь определенно было за что подержаться.

Мягкие, налитые скрытой силой руки сжимали тело невероятно нежно, грудь его покрыта волосами. Обычно такое отталкивало меня, но сейчас коснулась ее руками и немного вцепилась в них. Получилось чувственно и сексуально, обжигающе. Мужчина дернулся, а я с наслаждением ощутила некую власть над ним.

Он не отставал и вдруг опустился ниже. Под струями теплой воды стал на колени и прижался щетиной сначала к моему животу, а потом провел дорожку поцелуев ниже.

Кажется, кое-кто намерен здесь и сейчас показать мне, что насчет языка он не врал. Но ничего, я придирчивая. Не успела подумать, до чего бы докопаться в плане исполнения, как одна моя нога была уже закинута ему на плечо.

Он руками раздвинул меня и проник, сначала языком, невероятно нежно и трепетно касаясь средоточия женского возбуждения. Он играл, пока я не выгнулась навстречу и не издала протяжный стон. Потом добавил пальцы, аккуратно растягивая и массируя внутри.

Ооох, как хорошо-то. Ладно, ставлю четверку с плюсом. Только подумала о том, что скошу полбалла за щетину, как он прижался ей, обводя языком напряженную меня.

Это было так неожиданно, остро, что разрядка наступила в одно мгновение, и я почувствовала, как улетаю, расслабляюсь, теряя твердость в ногах.

Но это я, а Антон ни капли не выглядел обмякшим и разнеженным. Напротив, казалось, что его возбуждение сейчас проткнет меня. Так и случилось.

Он встал и увлек меня к другой стене, закидывая расслабленную ногу себе на сгиб руки. Проник внутрь резким движением, наконец дорвавшись до вожделенного. Жестко, яростно.

Если до этого я была похожа на тряпичную куклу, то теперь и вовсе только что не размазывалась по стеклянной дверце. О боже… Какой он… Да я даже не знаю, как сказать.

Пропекает исключительно.

Темп Антоша задал нешуточный. Несмотря на яркий оргазм ранее, с удивлением ощутила, что тело снова отзывается. Поймала ритм и стала двигаться с ним вместе. Я хочу это ощутить!

Словно уловив мои мысли, он немного сменил позу, высвободив руки. К общему удовольствию, Антон задействовал их самым бесстыдным способом: сжал соски, обвел пальцами ореолы и чувствительно, но нежно смял грудь.

Парочка толчков, и мой крик потонул в потоке все еще льющейся на нас воды. Внутри все взорвалось невероятным калейдоскопом ощущений, запульсировало. Я только что не разлеглась прямо посреди душевой.

Немного отойдя от потрясающего кайфа, осознала, что он все еще двигается во мне. Его толчки стали нежнее, аккуратнее, словно он оттягивал удовольствие. Ах ты ж… Но ничего, мы тоже не первый год замужем!

Ловким движением соскочила с него и, развернувшись, опустилась на колени. Не давая возможности опомниться, взяла его в рот на всю длину и стала ритмично сосать. Когда на кончике выступили капельки, слизала их и нежно обхватила губами одну лишь головку.

Мужчина застонал и запустил руки в мои волосы, намотав их на кулак. Подался бедрами вперед. Захваченная азартом, обхватила член руками и скользнула пальцами к чувствительному месту за ним. Немного помассировала и была вознаграждена громким охом.

Несколько движений, и вот в рот ударила теплая струя, а стены кабинки огласил не то рык, не то хриплый мужской стон. Пользуясь моментом, избавилась от содержимого и встала.

Меня тут же прижали к стенке и угостили смачным шлепком по заднице. Возмутилась:

– Руки не распускай! Больно вообще-то.

Врала как на духу. Но зато была вознаграждена уже более спокойным поглаживанием отшлепанного места и легким поцелуем в плечо. Чувствуя себя самой последней развратной шлюшкой, поняла, что мне мало. Хочу еще.

– А так можно распускать? Хотя уверен, что дальше еще сама не раз попросишь.

Все еще тяжело дыша, подумала, что вот мы и подобрались к главному вопросу сегодняшнего утра. Соскребла себя в кучу и вывалилась из душа. Кое-как натянула на разнеженное тело отельный халат и буквально рухнула в постель.

Через пару минут послышались шаги. Повернула голову и увидела, как в комнату входит довольная морда. Нет, ну это ж надо такое лицо состроить! Словно кот, наевшийся сметаны, или прораб, которому выдали премию не ламинатом, а налом.

– Ты можешь не так откровенно радоваться?

Своим бурчанием была похожа на старую бабку, которая скрипит древними костями. Но что поделать. Антоша оказался непозволительно хорош. Давно мое тело не получало такого качественного ухода, любви и ласки.

Он присел на край кровати и буквально стащил с меня намокший халат. Собиралась было пискнуть что-то в ответ, но сильные мужские руки стали наминать спину. Ооо… Все. Это нокаут, Майка.

И пока я мурлыкала и постанывала под опытными пальцами, наглая морда залезла на меня сверху, упираясь своим достоинством прямо в задницу. Так. Где там моя гордость и собранность? Я что, тряпка?

Но мысленный разговор с самой собой не принес ожидаемого эффекта. В голове лишь промелькнуло, как круто бы было иметь такое вот утро пару раз в неделю: и отлюбили, и накормили, и намяли…

– Ты представляешь, что я тесто?

Не удержалась от подколки. Антон наклонился к самому уху, прижавшись горячим телом к спине. Толпы мурашек бесновались по коже, требуя продолжения контакта! Внизу живота были согласны с ними.

– Конечно. Слоеное тесто для сдобных булочек. А еще лучше – пряное, присыпанное рыжей корицей. Я разомну тебя, потом хорошенько пропеку и сверху добавлю сливочного сыра, который расплавится на твоем горячем теле.

Не выдержав, расхохоталась:

– Хорошо еще, не сосиска в тесте!

– Думаю, и до этого мы с тобой доберемся.

Эээ. Как бы тонко намекнуть ему…

– Антон, не думаю, что у нас получится продолжить наше продуктивное знакомство. Спиваться я не собираюсь, память терять – тоже то еще удовольствие…

Он рывком перевернул мое нагое тело с живота на спину. Уперлась взглядом в невероятно теплые глаза странного темного цвета. Сначала показалось, что они карие, а теперь смахивали на темно-синие.

Антон тоже прошелся по моему телу от низа до самых ключиц. Возбуждение при этом не сбавляло оборотов. Насмотревшись вволю, прямо спросил?

– Мне кажется, ты женщина откровенная. Скажи, тебе понравился секс?

Вот соврала бы, да язык не поворачивается. Девять с половиной из десяти, и то полбалла сняла лишь потому, что нет пределов совершенству. Кивнула. На его лице тут же расплылась самодовольная улыбка. Больно ткнула его в плечо.

– Можно подумать, тебе не понравился!

Улыбка снова озарила лицо наглого повара, сделав его еще шире и самодовольнее:

– Я в восторге и намерен сделать тебе шикарное предложение. Скажу честно: семья, дети и отношения для меня сейчас совсем не в тему. Развиваю бизнес и работаю как скотина. Только вот от физиологии не уйдешь. Поэтому как ты отнесешься к дружескому сексу?

Глава 9. Майка

В голове мысли стремительно набирали обороты. Не могла поверить своему счастью. Надо мной лежит охрененный голый мужик, доказавший, что в постели он о-го-го.

При этом предлагает секс на взаимовыгодных условиях. Точно. Условия. Сделала задумчивое лицо. Хотя голышом это было непросто. Ой как не просто! Но серьезность – наше все.

– Не знаю, не знаю… Вы мне, право, такое предложение озвучили. Антон, я не такая!

А теперь выражение лица как минимум королевское. Ибо необязательно ему быть в курсе, что я тоже «за» двумя руками за такое сотрудничество. Моя еврейская душонка требовала лучших плюшек от сделки.

– Тогда придется добавить к нашей сделке пару ужинов в моем исполнении и регулярное снабжение кексами. Начинки – по желанию.

И опять еле сдержалась, чтобы не захлопать в ладоши от удовольствия. Придется с таким подходом надеяться на две вещи: что либо калории будут сгорать при помощи «сотрудничества», либо в танцах. Иначе рискую, как Руся, заиметь себе хронические проблемы с размером одежды и два гардероба.

Тем не менее поерзала под мужчиной и сделала вид, что тщательно обдумываю предложение. Он тоже даром времени не терял, двигая бедрами, от чего его возбужденное достоинство проходилось по моему животу, перемешивая мысли.

Он терся об меня, то и дело невзначай задевая чувствительные точки и показывая всем своим видом высшую степень готовности. Что-то тянет меня теперь на темы прожарки и выпечки, и боюсь, это надолго.

В конце концов не выдержала сего издевательства, прогнулась и в момент очередного витка насадила себя на орудие пыток. Ох, как же остро… Хриплый мужской голос прошептал мне прямо в ухо:

– Я так понимаю, это да?

– Дааа, аааах, и тирамисууу… – застонала я, подхватывая темп его движений.

Нет, определенно мне очень нравится начало нашего сотрудничества. Особенно то, как мы закрепляем договор. Согласие было налицо. Мужчина ловким движением руки засунул под мою поясницу подушку, меняя угол проникновения.

Если до этого казалось, что интереснее быть не может, то теперь удалось оценить качество любовника, который мне достался. Определенно где-то сверху мою голову посыпали лепреконским золотишком.

Антон проникал глубже, двигаясь медленно, раззадоривая нас. Обоюдное желание было таким очевидным и сильным, что пришлось вцепиться в сильные руки, задыхаясь от новых острых ощущений. Он все равно не наращивал темп, давая мне прочувствовать и силу, и размер. Спасибо. Оценила.

Но почти годовое воздержание и тот факт, что наконец-то нахожусь в твердом уме и доброй памяти, делали свое страстное дело. Ждать не хотелось от слова «совсем». Внутри все напряглось и требовало моментальной разрядки.

Поэтому привстала и толкнула пошатнувшегося мужчину на кровать сбоку. Оценив открывшийся на его мощную грудь вид, с наслаждением опустилась сверху, вобрав его целиком. Ммм, любимая поза в действии.

– Я смотрю, кто-то не умеет ждать?

Хриплый ехидный голос снизу ворвался в расплавленный мозг, напоминая, что, помимо приятного, наше «сотрудничество» обещает быть живым и неординарным.

– А я смотрю, что кто-то поставил духовку на слишком долгий таймер. Пришлось включить верхний жар.

Он дотянулся до моих сосков, привстал и взял по очереди в рот. Попыталась вернуть нахала в горизонтальное положение, но он лишь облизывал и терзал меня ртом, то вбирая их, то отпуская и легко обдувая. От такой наглости они затвердели до боли.

Внизу живота стало так мокро, что я скользила по нему, точнее он во мне, с непередаваемой легкостью.

– Как тебе конвекция?

На секунду даже остановилась. Конве… что? Нет, безусловно, я не сильна в кулинарии, но признаваться в этом еще рано. А то сбежит мой свеженький любовник, бросив меня, голодную и неудовлетворенную. Даже не знаю, что из этого страшнее.

Но выяснить, что же за слово такое странное, не смогла. Потом погуглю. Антон приподнял мое тело за ягодицы и действительно ускорил темп, сводя меня с ума. Движение стали мощные и глубокие. Он насаживал на себя резко, рвано, от чего сбивалось дыхание, а голова кружилась от прилива эндорфинов.

И вот оно, долгожданное освобождение. С громким и пошлым стоном сжала его внутренними мышцами, не давая ни единой возможности уйти от совместного оргазма. Мы тоже не лыком шиты!

Мужчина толкнулся в последний раз, и показалось, что сейчас меня разорвет от переполнявшего нас одновременного оргазма. Дааа, дааа и еще раз дааа.

Рухнула на его тело, думая лишь о том, что вставать в ближайшее время не намерена. Пусть делает со мной теперь что хочет. Если задумается, то подскажу. Боже, кайф-то какой…

Давненько мое тело не знало подобных марафонов. Начинала медленно осознавать, как прекрасно сходила позавчера на юбилей друзей Русланы. Продуктивно!

– Нет, мне, конечно, очень приятно, когда твои соски царапают кожу, но девочка ты немаленькая. Слезь, пожалуйста, пока не отдавила чего важного.

Фыркнула и скатилась с мужчины. Вот так всегда. Сначала обещают на руках носить, а потом, видите ли, «немаленькая». Хорошо еще, что чудодейственное китайское средство сделало свою работу. Хотя кто его знает, может, хмель разогнала страсть?

Улыбнулась своим мыслям и повернулась на бок. Заметила, что Антон пристально меня рассматривает. Давненько кожа не покрывалась мурашками от простого взгляда. Старею.

– Нравится?

Широко улыбнулась, прикидывая, чем таким потом удивить его. Внезапно захотелось стать очень многообразной. Хотя натуральность тоже никто не отменял.

– Нравится. Только вот я так и не понял: ты что, живешь здесь?

А вот мы и добрались до вопросов. Надо бы расставить все точки над i, потому что моя жизнь – только моя и впускать мужчину глубже, чем заходил его член, я не собиралась. Серьезно ответила:

– Живу, но предупреждаю сразу: ты не лезешь в мой уклад и советов типа «твое место у плиты, женщина» не даешь. А еще я терпеть не могу, когда меня учат уму-разуму. Я счастливый человек со странным по общественным меркам, но устаканенным бытом.

Фух. Высказалась, а теперь пристально искала на его лице знаки возмущения. Очень часто и мужчины, и женщины, и знакомые, и всякие вообще отношения ко мне не имеющие позволяют себе комментировать мой образ жизни. Бестактность чистой воды.

Но Антон явно был не из таких. Более того, у него свои мозоли чесались, о чем он мне и сообщил:

– А ты не даешь советов мне относительно семьи, быта и друзей. Не критикуешь бизнес. И маму мою. Если увидишь, то делаешь вид, что все так и должно быть. Что бы ни было. По рукам?

Оу. Да тут тоже целая толпа тараканчиков. Думаю, наши насекомые подружатся. Раз уж зашла речь о предпочтениях…

– Сексом предлагаю заниматься по желанию, без расписания. Созвонились, договорились, потрахались, разбежались. Место мне как-то не принципиально, но иногда можно разнообразить.

Он деловито кивнул и задумался. А мне нравится такой расклад! Прям попахивает договорными условиями. Кайф! Кайф к кайфу и удовольствию.

– Кстати… Как я понял, ты на оральных контрацептивах. Меня устраивает. Терпеть не могу резинки. У врача был недавно. Справки на почту скинуть? Готов компенсировать стоимость противозачаточных, если хочешь.

Лениво выбираясь из постели, фыркнула. Еще чего! Уж таблетки я сама в состоянии себе купить. Хотя тема со справками мне близка. Это в этот раз подпустила к себе человека непроверенного, прямо разрыв шаблонов! А так я человек брезгливый до маразма.

– Шли, почту смской скину. Тоже на прошлой неделе была. За здоровьем следить надо. У меня чек-ап в среднем раз в восемь месяцев.

Брови Антона нахмурились:

– Редковато. По нашей жизни дешевле превентивные меры, чем потом в старости таблетки горстями есть.

Повар, следит за здоровьем, хорош в постели, да еще и в жизнь не лезет. Пойду в церковь свечку благодарственную поставлю. Наконец-то жизнь повернулась ко мне передом!

Глава 10. Майка

– В смысле в больнице? У нас же выступления расписаны на полгода вперед…

Ошарашенно уставилась на хмурого и бледного Марио. Вот тебе и получили пирамидку, вот и признание коллег. Старый друг и коллега осуждающе смотрел на меня.

– Майка, ты в своем уме? У нее угроза выкидыша, мы чуть не потеряли нашего ребенка. Хлоя до родов танцевать точно не будет, и не знаю, смогу ли я. Не ожидал от тебя такой циничности.

Открыла и закрыла рот. Внезапно стало как-то стыдно. Что же творится со мной, раз вместо поддержки и сочувствия близким друзьям в моих мыслях сейчас витал вопрос: а что в это время буду делать я?

Посмотрела на Марио, извиняясь, но тот лишь покачал головой, закинул рюкзак за спину и пошел на выход. Под ложечкой засосало от досады на саму себя. Давненько так не трепало.

У меня в жизни было много моментов со знаком «минус». Моим знаком «минус». Прежде чем все более-менее устаканилось, насовершала кучу ошибок. Марио наверняка помнит, как уходили первые клиенты из-за моего характера, как настигла звездная болезнь, из которой Хлоя вытаскивала при помощи Руси буквально за волосы.

И с родителями дров наломала, большую часть жизни воспринимая их позицию в штыки, пытаясь доказать, что счастлива. Много всего прошло… И вот теперь снова как обухом по голове. Вместо того чтобы оказать поддержку близкой подруге, коллеге и соратнице я забочусь о выступлениях.

Нет, пора задуматься о собственном внутреннем мире. Я снова что-то делаю не так. Поэтому свернула репетицию, закрыла зал и пешком побрела в любимое место в огромном мегаполисе.

Таганка, как всегда, прекрасна весной. Запахи, звуки почти тишины и спокойствия. Время пробок позади, и улица практически пустынна. Лишь периодически мимо проезжают синие автобусы со специальными гремелками-звенелками.

Раньше, приезжая в Москву, ходила сюда. Место, в котором отдыхаю и душой, и телом, но больше душой. Шикарный розарий и сотни людей – такое вот противоречие, но никогда и не желала от них прятаться. От людей, в смысле.

Интересно, а что бы сказал Антон, узнай, куда я иду? Конечно, по нашей договоренности мы не задавали вопросов. Просто пару раз в неделю писали друг другу, встречаясь в разных местах. Преимущественно в гостиницах на час.

Эти моменты были похожи на яркие вспышки в жизни. Уверенно признаю: мужчина покорил меня своим подходом к нашим отношениям. Да одно то, что он отвечал за свои слова возбуждало похлеще поцелуев и шлепков по заднице! Ммм, надеюсь, что нас хватит надолго в таком режиме.

– Что встала? Цветы брать будешь?

Сама не заметила, как дошла до любимой вредной бабульки. Ох, как мы с ней торговались в самый первый визит. Было это лет семь назад, может, больше. С тех пор вот такая у меня традиция: за цветами – только к ней.

– Буду! Вот пятьсот рублей, давайте букетик.

Хитрая старушка прищурилась. Она стояла недалеко от столовой с приятными ценами и вкусными беляшами с говядиной. Извращение какое-то –целый день нюхать эти запахи.

Коллеги по цеху каждый раз на нее косились, с удивлением переводя глаза на меня. Да, бабульки  прямо-таки разрыв шаблонов. Мне хамят, а я покупаю. Учитесь, пока жива и все еще хожу сюда.

– Шестьсот. И то только потому, что постоянный клиент. Хотя когда заглядывала в последний раз? Год, полтора назад? Совсем о душе не печешься, нахалка.

Последние слова неожиданно были сказаны очень тепло. Она скорее бурчала и жаловалась, чем и вправду хамила. Сдержала улыбку.

– Пятьсот пятьдесят. И мне белые. Терпеть не могу желтые дурацкие хризантемы.

Бабка закатила глаза и стала отсчитывать веточки мелких белых кустистых розочек. Даже не торгуется? Видно, действительно соскучилась. В итоге мне насупленно протянули букет, перевязанный желтой лентой. Даже тут умудряется уколоть.

В ответ все же сунула шестьсот рублей. Та молча взяла. На этом наш ритуал окончился. Без слов осмотрела старушку. Вроде выглядит неплохо, не изменилась. Ну ладно. Про себя сделала заметку бывать здесь почаще.

Большой сезон еще впереди, как и многочасовые очереди, в которых ни разу не стояла. Бодрым шагом продолжила свой путь, вдыхая весенний ветер. Уже перед первыми рамками металлодетекторов достала легкий шелковый шарфик и повязала на голову.

Всегда уважала любую веру, хоть и не причисляла себя ни к одной. Но приличия есть приличия, и со своим уставом в чужой монастырь, как говорится…