- -
- 100%
- +
Самое твёрдое и смелое решение в его жизни, в то же время самое глупое, даже учитывая то, что глупостей он натворил столько, сколько за всю жизнь не сотворит группа более – менее нормальных людей.
Гость подошёл к нему.
– Ну, нет, вот тебе и на, – проговорил он сквозь стиснутые губы. – Ну, пусть будет так. Это даже и к лучшему.
Гость снова схватил тело Стивена, расправил крылья и оторвался от земли – легко и быстро. Растворившись в темноте ночи, он устремился на городскую окраину. Внизу кишмя кишели люди – ночные странники, выползающие из своих нор с заходом солнца. Среди людей были и те, кто смотрел вверх. Над головой они видели только звезды, но они знали, что над ними пролетает такое же необычное, неземное существо, как и они сами, но вот только отличия между ними были кардинальными – он не пришёл на землю из ада, хоть он там и бывал, и, между делом, он сейчас отправится туда вновь.
Демоны разбежались. Прячась от Гостя, они высматривали из укрытия, улетел ли он. Он просто пролетал мимо. Ему до них нет никакого дела.
Тело рухнуло в яму, поросшую диким виноградом, тёрном и крапивой. При падении раздался отчётливый хруст нескольких костей. Тело сложилось пополам. Грязные, черные волосы пропитались кровью, она же застыла под его носом, на краях его губ и на жёлтых, теперь не болящих зубах.
Единственная одежда изорвалась от крепкой, когтистой хватки Гостя и веток тёрна. Костлявая спина оголилась. Она сплошняком в синяках и шрамах, о появлении которых Стив никогда ничего не мог вспомнить. Летопись его жизни, подобная древним росписям на стенах пещер. Летопись Стива звучит. Это боль, страдания и ошибки. Это определение человека, которое сможет прочитать только Гость. Взгляни на него человек – просто шрамы. Упал, подрался. Был пьян или под кайфом. Истина же сокрыта намного глубже и глазами её не разглядеть.
Раскрытые кисти рук. Ладони в шрамах. Это ожоги, которые Стив получил в восемь лет. Он крепко схватил раскалённую металлическую цепь голыми руками с невиданной ранее для себя силой. Он спасал друга. Это была собака.
5
В тот день он остался дома один. Его отец выпивал с приятелями, как тогда казалось из вечера в вечер. Возможно именно так всё и было, но, за исключением лишь того, что не только вечерами. Мама с младшей сестрой отправились в больницу к старшему брату.
Майский вечер. Дул тёплый, приятный ветер. Не предвещающий ничего плохого, но и в то же время имеющий своё коварство.
Шумела молодая листва. За забором, на улице, гуляла ребятня. Ребята чуть старше Стивена. В обычный день он проводил время вместе с ними, даже не смотря на то, что порой они его дразнили тем, что его отец вчера снова спал в пьяном угаре на обочине, или тем, что его кроссовки давно изорвались и их пора бы выбросить. Порой все покупали себе мороженное на деньги, которые им давали родители. Стив имел такую возможность лишь по большим праздникам. Даже зная, где мама оставляет деньги, он никогда к ним не прикасался – в отличие от отца, который искал, за какой счёт бы залиться дешёвым алкоголем.
Его друзья с довольными лицами наслаждались мороженым в тени пышных деревьев. На улице стоял зной.
– Хочешь попробовать? – спрашивал его пухлолицый, розовощёкий приятель Билл.
– Конечно, – тут же отвечал обнадежённый Стиви.
– Тогда сходи и купи, – отвечал Боб и тут же заливался мерзким, хрюкающим смехом, который подхватывали остальные ребята.
Несмотря на подобные моменты Стиву хотелось к ним выйти, но сегодня мама попросила его остаться дома.
За забором, в соседском дворе собралась компания более старших ребят – выпивали, жарили мясо, громко смеялись. Стив в это время нёс с сеновала добрую охапку корма для скота. В загоне паслись несколько коз и баранов. Закинув им корм. Пошёл по двору. Тут он заметил крупного майского жука, лежащего на спине. Несчастное насекомое не могла перевернуться. Стив поднял его, подбросил вверх и жук улетел.
В этот момент в воздухе летело что-то ещё – белое, оставляющее тонкий шлейф дыма. Это что-то летело через соседский забор. Это что-то упало прямо на только принесённое юным Стивеном сено.
Дул тёплый, приятный майский ветер. Тонкий шлейф дыма в один момент начал набирать силу. Не успей Стив ничего понять, как сено загорелось. Его подхватил ветер и понёс в сторону хлева со скотиной. Через короткое время дым повалил и оттуда.
Юноша перепрыгнул через ограждение и начал топтать горящее сено. Огонь разрастался всё быстрее и быстрее. Загорелась подстилка пастбища. В сарае затрещало дерево.
– Помогите! – наконец-то закричал он.
Соседи шумели слишком сильно.
– Помогите! – прокричал он снова, со всей силы, до боли в висках.
Через забор выглянуло лицо Константина – двадцатилетний соседский парень. Его глаза едва не вылезли из орбит от увиденного. Доля секунд и он скрылся из виду.
– Звоните в пожарную! Соседи горят! – прокричал он.
Что? – спросила какая-то девушка.
– Соседи горят! Пожар, – повторил он.
Крики и смех стихли. В соседнем дворе послышалась возня.
Из глаз Стива хлынули слёзы. Он продолжал топтать ногами горящее сено, пока его не схватили крепкие руки. Константин перепрыгнул с ним через ограждение.
Стив увидел валящий из под крыши дома густой дым. Вокруг быстро образовалась суета. Ребята из соседнего двора забежали в горящий двор.
– Несите воду! У меня возле гаража шланг! Перебрасывайте через забор! – скомандовал Константин.
Двое ребят тут же выбежали на улицу. Константин вывел Стивена за двор и оставил его под присмотром отдыхавшей по соседству девушкой лет восемнадцати. Сам он снова забежал во двор.
К дому стянулись соседи, ещё спустя несколько минут за зрелищем безучастно наблюдала вся деревенская улица.
Шланг мелькнул в воздухе, перелетел через забор и скрылся из виду.
– Давайте воду! – крикнул Константин.
– Открыли, – крикнул кто – то из ребят.
Короткое молчание. Константин бросил шланг на землю.
– Кран на кухне откройте! – крикнул он снова.
Воды нет. Нигде. Во всей деревне в этот день не оказалось воды. Как выяснится позже – сломался насос водонапорной башни. К сожалению так и не выяснится, что местный чиновник решил не тратить деньги не так давно поступившие в бюджет на ремонт и так нормально работающего насоса. Через пять минут приедет и он сам. Ещё спустя пять минут появятся пожарные. В это время дом будет полыхать во всю силу. Всё вокруг будет в густом, едком дыму. Стив будет реветь в захлёб.
Прибывшие пожарные вывели отважных ребят со двора, ребят, которые как могли пытались тушить пожар.
Послышится дикий крик горящих заживо животных. Послышится лай…
Собака
Стив привязал её в гараже за домом, где в этот момент была тень. У пса была густая шерсть, сам он был практически полностью чёрного окраса. На солнце ему было тяжело. Именно сегодня Стив заметил, как страдает его любимое животное, его единственный, по-настоящему любящий его друг, и перевязал его в более прохладное место. Сейчас в этом месте настоящий ад.
– Там моя собака! – крикнул Стив.
– Какая собака! Сам цел, радуйся! – крикнула старая женщина, что живёт напротив.
Стив обернулся. Он думал, что всем сейчас страшно так же, как и ему, но он ошибался. Толпа спокойно любовалась зрелищем, некоторые даже улыбались. Почему?
Лай, мучительный и пугающий, душераздирающий. У Стива закололо кожу, будто в него всего разом воткнули тысячи игл.
Он вырвался. Прошмыгнул среди зевак, скрылся в дыму, и непонятно как ориентируясь в пространстве, вышел к горящему столбом величественного, пугающего пламени гаражу.
Влетел внутрь. Пёс метается из стороны в сторону.
– Тише, это я! – рыдая, крикнул Стив.
Он так и не смог понять, куда в тот момент делись все его страхи.
Пёс немного приутих.
Стив схватил его за ошейник. Его руки впились в мягкую, горячую плоть. Пёс взвыл от боли, дёрнулся и укусил Стива за руку.
Ребёнок не сдавался.
Он понимал, что животному сейчас очень страшно, он понимал, какую боль ему доставляют огромные ожоги, оголившие мясо. Нужно пробовать ещё!
Юноша, что есть сил, ухватился за горячую цепь. Зашипела кожа на ладонях, но боли в этот момент Стив не почувствовал.
Один сильный рывок и цепь сорвалась с места. Стив бросил её на пол. На долю секунд он увидел на звеньях куски пригоревшей кожи от своих ладоней. Пёс тут же умчался со всех оставшихся у него сил в безопасном направлении.
Стивен рванул вперёд. Сверху обвалилась крыша, прямо перед единственным путём к спасению. Дым начал быстро заполнять пространство. Жар, казалось, обжигает кожу со всех сторон. Из его глаз снова хлынули слезы. Так страшно ему ещё никогда не было. Он не мог думать, ориентироваться в пространстве, принять какое-нибудь решение. Страх сковал тело ребёнка.
Он упал на колени, закрыл лицо обожжёнными ладонями и разревелся в захлёб.
За шумом, дымом и вознёй на улице и дворе – а кому – то за зрелищем – люди не слышали рёв Стивена. Его глушили стены гаража, густой дым, трески горящего дерева и шифера. Его так же было сложно услышать от гама зевак, которые в данной ситуации не только бездействовали, но ещё и вредили.
Константин.
К счастью, он продолжал возиться со шлангом у себя во дворе, всего в паре – тройке метров от горящего гаража. Его не покидала надежда, что вода вот – вот хлынет мощной струёй, но неисправному насосу, находящемуся в нескольких километрах от горящего дома, до этого не было никакого дела.
Сосед услышал крики. Он не поверил своим ушам. В его организме тут же случился выброс адреналина. Он одним ловким движением перепрыгнул за забор и помчался растаскивать в стороны горящие доски, упавшие с крыши. Более – менее растащив их, он вбежал в гараж. На какой – то миг клубы дыма отступили. Он успел заметить Стива. Вновь крепко схватил ребёнка руками, Константин благополучно выскочил с ним в горящий со всех сторон двор. Гараж тут же рухнул.
Как тогда казалось, пожарные сбивали пламя бесконечно долго. В какой-то отрезок времени вернулась мама и сестра Стива. В памяти парня накрепко засядут выражения их лиц, при виде случившегося горя. Его сердце каждый раз будет обливаться кровью, стоит ему только вспомнить, что было с мамой и сестрой.
Когда разойдутся абсолютно все зеваки, разъедутся пожарные и полицейские, вдалеке, на горизонте покажется шатающийся по дороге пьяный отец.
Он не несёт с собой ни поддержки, ни утешения.
Сгорели все мои вещи! Ах ты мелкий сучёныш! Что ты натворил?
Он присоединится к маме, сестре и Стивену, пытающимся найти в пепле о огарках хоть что-нибудь уцелевшее.
Это твоих рук дело, я – то знаю!
Собрав всё, что было возможно, убитая горем семья отправится в дом, оставшийся им от родителей мамы. Позже, когда отец отоспится, мама Стива поскандалит с ним, как никогда раньше. В частых ссорах с мужем её зачастую останавливал страх, неуверенность и убеждения алкоголика в том, что он исправится. Это было в последний раз.
Уже не один десяток раз.
Сегодня всё переменилось.
– Убирайся, проваливай к своим дружкам. Наливают – и угол найдут.
– Но, как же так? Ты думаешь, что мне сейчас легко? – взмолился жалкий, трясущийся от похмелья отец троих детей.
Мама будет непреклонной, как никогда раньше.
– Ты хоть помнишь, что ты вчера устроил? Посмотри на сына, скотина!
Стивен сидит во дворе и глядит на свои окровавленные бинты. Вчера вечером они были белее белого, такими, словно никакого пожара не было и в помине – ни пепла, ни копоти, ни густого дыма. Какой красивый, чистый бинт, скрывающий обожжённые ладони. Ребёнку было как-то странно приятно оттого, что на его теле что-то настолько белоснежное, чистое. Совсем не потерявшее цвет, не имеющее пятен. Он никогда не носил что-то настолько чистое. Практически вся его одежда была уже поношенной. Какая-то старшим братом, а какая-то и теми людьми, которых парень не знал.
Но теперь бинт перепачкан кровью.
Сегодня утром Стивен услышал в никем не кошенном саду что-то очень волнительное. Из высокой травы слышалось лязганье цепи. Чуть позже послышался тихий собачий стон.
Ребята сказали ему, что местный фермер пытался поймать пса, чтобы избавить его от мучений – пол тела животного представляло собой кровавое месиво. Животное рычало, кидалось и убегало до той поры, пока фермер не оставил его в покое.
– Ну, недолго ему страдать, – брякнет он, сажаясь в машину.
Стив с опаской зашагал на звук. Высокая трава была в росе. Парень вымок через несколько метров пути. Собаку он найдёт спустя несколько минут.
Как он вообще ещё не умер?
Стив, безо всякого страха усядется рядом с несчастным животным, которое, увидел его, тихо заскулит и завиляет хвостом. Он протянет к нему белеющие бинтами ладони. Пёс будет их облизывать.
Он любил своего пса…
Его хрупкие ладони через боль крепко обхватят шею – мясо собаки. Пёс будет смотреть единственным уцелевшим глазом в ревущие глаза любимого человека. Он не посмеет ни зарычать, ни заскулить. Он даже не станет дёргаться.
Руки впились в мясо. Мальчик не смог закрыть глаз. Он делал то, что должен был делать. Руки сжались ещё сильнее. Тело пса утратило всякое напряжение. Тяжёлое, бурлящее кровью дыхание остановилось. Остановилось и сердце, в котором была искренняя, безвозмездная любовь. Пёс умер.
Ад
1
Гость развёл руки в стороны. Земля вокруг него загорелась – небольшим, невысоким, синим пламенем. Глаза закрыты, он что-то шепчет. Вдруг умолк. Распахнул глаза. Их зрачки теперь были по-кошачьи сужены. Издал оглушающий, непонятный крик. Огненное кольцо сузилось, и Гость исчез, уйдя под землю. Сомкнувшийся со всех сторон с себя круг огня исчез. В лесу снова тихо и темно. Пели лишь редкие птицы. Мертвец лежит лицом к верху. В безжизненных глазах отражаются звезды.
Огненный тоннель кажется бесконечным. Гость бывал здесь. Он знает, что дно в этом месте есть и это дно любому известному дну. Справа от него показалась демон. За ним ещё один, и ещё один. Десятки, сотни демонов заполняли низину. Один из них отделился от остальных, расправил местами дырявые крылья и устремился к Гостю. Он знает, что здесь запросто могут поприветствовать так горячо, как подобает в подобных местах. Демон расправил кривые, пропитанные людской кровью когти – с них даже свисали куски плоти – оскалил длинные, тонкие, острые зубы и издал рёв. Огненный тоннель зашатало.
Гость увернулся, схватил демона за лапы, подтащил поближе к себе, оторвал его голову и бросил тело вниз. Оно рухнуло точно туда, откуда вылетело. Его собратья непривередливы в еде. Чёрная масса зашевелилось от запаха крови. Свежее мясо.
Удивительно, что он решил атаковать. Верная смерть. Видимо, он не мог себе представить, что его потенциальной целью окажется существо из противоположного мира и демоны, подобные ему, для него пустой звук.
Добрался до раскалённого дна. Атмосфера тут не меняется уже многие тысячелетия – вопли, стоны, боль и страдания провинившихся. Вечные муки.
Он должен быть где – то рядом.
Огненное море. В нем миллионы горящих людей. Здесь можно умереть лишь от одного крика, что издаёт каждое горящее заживо тело.
Нет, это не для него.
Демоны рубили толпы мечами. Как газонокосилка по траве. Как же их здесь много. Горы конечностей – рук, ног, голов. Здесь же и кишки, что перемешались со своим содержимым. Крылатые демоны подхватывали обрубки тел, уносили их вверх, на вершины гор из тех же обрубков. У подножья этих гор конечности каждого тела находили друг друга и вновь собирались в тела. Их хватали и отправляли на очередное, неизвестно какое по счету четвертование.
Он близко.
Вдали огромная стая тварей похожих на гиен подняла пыль – пепел в воздух. Кажется, что их сотни тысяч. Серое облако колоссальных, даже захватывающий дух размеров стелется за ними по пятам. Что происходит?
Гость видит, как из земли, одна за другой, появляются человеческие руки и головы. Гиены – их зловещее подобие – врываются в этот сад. Для обитателей раскалённого мира звучит симфония диких криков ужаса. Гиены вгрызаются в живую плоть. Они проносятся вдоль линии горизонта, как стая саранчи, оставляя после себя одну только кровавую поверхность и дочиста обглоданные кости. Поднятый ими пепел – пыль из усохшей крови стелется на кости. На них этот пепел снова превращается в мясо. Пройдёт время и весь процесс повторится вновь. Таковы здешние правила. Вечные муки.
Хруст.
Что это?
Гость смотрит под ноги. Он наступил на перепачканный чем – то липким шприц. Рядом с ним лежали ещё два, тоже перепачканных вязкой, жёлто – зелёной субстанцией. Взгляд пошёл по ковру из шприцов.
Тропа привела Гостя в тёмную, глубокую пещеру. Вдоль стен едва шевелятся красные точки – глаза здешних обитателей. Кто – то рычит, кто – то стонет, некоторые тяжело дышат, точно прибывают в агонии, но подавляющее большинство плачет.
Здешняя энергетика врезается в Гостя. Это отвратительное место. Страдания здесь хуже, чем на многих «аттракционах» во всем обители. В бесконечных муках не оставляют ожогов, не отрывают конечностей, не съедаю и не варят живьём. Это эксклюзивное место, в котором каждый обитатель желает смерти, как никто другой во всем мире. Падших людей оставляют наедине с самим собой, при светлой памяти и живой совести. Здесь их сердца вновь оживают. Они всё чувствуют, анализируют и делают выводы – какая же я тварь. Им никуда не деться. Их мир – их прошлое, их ошибки, их мечты. Любовь, счастье, родные и близкие люди. Они потеряли всё. Они выбрали иной путь. Они жалеют о содеянных поступках и сожалеют себе и другим.
Они ненавидят себя…
Гость провёл когтями по каменистой стене. Медленно и густо посыпались искры. Свет разрушил бесконечную тьму.
Прямо перед его ногами сидела худая девушка, абсолютно голая. Её взгляд прикован вперёд. Может показаться, что она смотрит в пустоту, но перед ней то и дело проносятся разные события из её утраченной жизни. В её руках детская игрушка. Она прижала её к груди. Девушка плакала и дрожала. Гость остановился. Упала последняя искра. Темнота залила пространство.
В голове Гостя прорисовалась картина. Ребёнок толкает ребёнка с моста. Всё из-за игрушки. Девочка успела вырвать из рук летящего вниз ребёнка деревянную лошадку. Она прижала её к своей груди и с ужасом смотрела на разбившееся о бетон тело, от которого медленно растекалась кровь. Именно это событие послужило началом. После девушка успела натворить много плохого.
Птица.
Чёрная птица улетает в небо. Гость видел это раньше. Страшное воспоминание, которое Стивен запрятал в самые дальние углы своего сознания.
Он совсем близко.
Искры сыплются снова. Мелькают страшные персонажи. Один из них – парень, набивающий свой рот валяющимися повсюду шприцами. Иглу притыкают его щеки, шприцы торчат в руках, ногах, груди… торчат повсюду. Он задыхается, но не останавливается.
Не смотря по сторонам, Гость выискивал чёрную птицу.
И нашёл её нашёл.
Стив лежал на боку, протянул левую руку вверх. Он хватал ею воздух, так, будто бы в нём что-то было. Он пытался дотянуться до улетающей птицы, остановить её. Ему нужно остаться с ней, а полететь вместе ней он никак не может. Теперь.
Не теряя времени, Гость схватил Стива за ловящую воздух руку и потащил к выходу. Тьма, наполненная стонами, воплями и шизоидным смехом понемногу приобретала огненный цвет. Выход близок.
Стив пребывал в полнейшей прострации. Казалось, что в этом месте он не страдает.
Но он страдал.
Его выдавали лишь глаза! Ему было плевать, где он сейчас и что с ним происходит, ведь он был в себе настолько глубоко, как никогда раньше.
Нужно спешить!
Гость перешёл на бег. Огненное зарево всё ближе. Вопли позади все громче. Отвратная энергетика набирает силу. Начинается тряска по всему телу.
Считанные метры дались Гостю тяжело. Для Стива этот защитный барьер был небывалой прежде и ни с чем несравнимой мукой. Пещера осталась в позади.
Здесь есть кто – то ещё.
Тяжело дыша, Гость увидел под своими ногами тень.
Полупрозрачная тень, будто дырявая. Острые очертания по бокам узкого туловища наводили только на одну мысль – рядом хозяин здешнего аттракциона.
Тень сдвинулась с места. Гость поднял взгляд:
Перед ним демон. Тонкое, с погнившей плотью туловище источало смрад, издавало ровный, пронзительный рык. Демон вытянул длинную руку – кость перед собой и покачал указательным пальцем.
Он мой! Он заслужил эту честь!
Гость выпрямился во весь свой рост. Расправил плечи, расправил крылья. Глаза снова стали точно кошачьими. Взгляду не занимать силы у уверенности.
Нет!
Демон завозился на месте. Послышалось мерзкое шипение. Его полу прогнившее лицо сделало невозможное – скривилось в гримасе, агрессивной и недовольной.
Ты здесь никто! Не тебе решать, ты не имеешь права!
Гость повернулся к лежащему под его ногами Стиву. Синее тело казалось прозрачным, практически невесомым. Гость склонился над ним. Двумя пальцами обхватил его кость – руку.
Что это? Раньше он ничего подобного не чувствовал. Гостю вдруг захотелось защищать это жалкое существо.
Жалость – новое чувство. Знакомство состоялось.
Гость резко встал.
– И уж тем более не тебе решать, – закинул Стива не плечо. – Могу тебя утешить – его ждёт ад не хуже здешнего, но я дам ему шанс избавится от чести быть экспонатом столь невпечатляющего сброда!
Толчок. Оба оторвались от земли. Демон всё ниже и ниже.
Раздался громкий вой. Теперь и демон расправил крылья. Он бросился в погоню. Видимо он никогда прежде не сталкивался с подобными Гостю созданиями. Он не понимает, что в данный момент все его действия ведут его к небытию.
Тоннель сужается. Огня вокруг всё больше. Демон догоняет. Он один. Он не несёт на себе «свой крест».
Он останется здесь!
Крылья гостя ударились об огненные стены. Ещё несколько взмахов и вокруг остался лишь огонь. Какое – то время вся тройка перемещалась непонятно куда, непонятно где – сплошь и рядом только пламя, пока, наконец – то, что – то не затрещало.
Вокруг темно. Тихо и свежо. Чувствуется приятный ветер – ледяной, на фоне ада.
Чувства возвращаются, набирают силу. На небе во всю силу горят звёзды. Шелестит листва. Птицы успокоились от короткого, но громкого хруста и огненной вспышки. Их пение вновь аккомпанирует сверчкам в ночной канонаде. Прекрасная симфония.
На окрашенной луной в тёмные цвета траве проступили очертания теней. Гость понемногу собрал крылья, от которых продолжал идти лёгкий дым. В паре – тройке метров от него местами горели слабые огни, вырвавшиеся из недр земли. Между ними лежал и Стив. За его спиной шумела осина. У её величественного ствола лежали ноги вырвавшегося из тоннеля демона. Остальная часть его тела в паре метров. Демон дышал тяжело, но без признаков боли. Он смотрел куда-то вверх, сквозь миллиарды звёзд. Ему никак не удавалось понять, что сейчас происходит.
Он и не успеет.
Гость закашлял. Из его рта вырвался дым – первый и последний. Его теперь уже более человекообразные глаза отыскали две части одного целого. Гость направился к той, что смотрела в небо.
Что это за место?
Посмотрел в полное звёзд небо, вправо, влево и куда – то вглубь леса Гость ответил:
– Это место есть испытание. Это место есть путь. Это место – выбор! Здесь перекрёсток, распутье. Каждый делает свой выбор самостоятельно – ни звезды, ни правда, ни ложь и никакие собственные убеждения не способны повлиять на него. Никаких оправданий нет и быть не может.
Гость говорил спокойно и мирно. Он сел на корточки у разваливающейся головы демона.
Это место есть шанс
Последнее, что было услышано от демона. После он взглянул на синего, полупрозрачного Стива, сквозь которого, казалось, проходил лунный свет, издал едва рычащий выдох, наполненный облегчением, и закрыл глаза.
Это место уничтожило его. Это место не его среда обитания. Какое-то время аттракцион побудет без хозяина, но от этого его обитателям не станет легче.
Остатки черепа растворились в чистом, ночном воздухе. Вскоре догорели и вырвавшиеся верх огоньки.
Стивен невесом. Гость принёс его туда, где лежало его человеческое, земное тело. Это место густо поросло травой, мелкими кустарниками. Их тоненькие, хрупкие стебли проросли сквозь рёбра, сквозь разрушившуюся ткань. На скелете ни осталось ничего. Одни лишь кости и лоскуты ткани.
Неплохое перерождение.
Гость положил Стивена на его же скелет. Его полупрозрачное «я» слилось с костями. По их поверхности начало прорастать новое мясо – нервы, мышцы, сосуды, артерии – очень быстро и пока тихо.