Аллоген. Книга вторая. Сын Аллогена

– Яркая вспышка… И все… Что и как именно, я не знаю. Я дал команду всем оставаться на своих местах, – пояснил Василий.

– Они перешли в наступление? – спросил Рауль.

– Нет… Стоят на своих позициях.

– Я же говорил, – вмешался Юра.

– Что ты говорил? – крикнул Рауль Гальярдо. – Мои догадки подтвердились… Ты… Провокатор… И специально отвлекаешь наше внимание, а… синий – вражеский лазутчик, которого они хотят вернуть. Что же… Вернем… Только мертвого… Он слишком много видел…

– Постойте, – вмешался Акарш Алуру и, обращаясь к Юре, спросил: – Откуда ты знаешь слова – парвати и праджапати?

– От него, – указал пальцем на Савитара Юра.

– Хватит трепаться! – рыкнул Рауль. – Синему отрежьте голову, а этого провокатора в карцер.

– Я думал, у нас Совет и надо выслушивать мнение других, – подал голос Никита Сергеевич.

– Возможно, мальчик не врет, – задумчиво, больше адресуясь сам к себе, поддержал Никиту, Акарш Алуру…

Глаза Рауля налились кровью:

– Хорошо… Будем совещаться… Провокатора и синюю тварь в карцер – на разные этажи… Объявите общую боевую готовность на случай, если нас, пока мы будем совещаться, атакуют акремонцы.

– Пшел, – не скрывая злорадной усмешки, навел на Юру серп Алим…

III

По дороге к карцеру встречные прохожие, заметив Юру под конвоем Алима, расходились в стороны, уступая им дорогу…

У кого-то в глазах читалось презрение, а у кого-то сочувствие…

– Неужели, это все мне показалось из-за того, что я надышался парами чая Кьета?… Нет… Такого, не может быть, – размышлял про себя Юра.

Возле перехода на третий уровень он хотел обернуться и посмотреть, ведут ли за ним Савитара, но услышал предостерегающий окрик Алима:

– Даже не думай…

Они прошли мимо лазарета, из которого доносился храп Вазгена Ашотовича, и направились в конец коридора к карцеру…

Его двери были открыты нараспашку…

– Заходи, – скомандовал Алим и толкнул Юру ногой в спину.

Слегка споткнувшись, Юра вошел в камеру и глухим голосом попросил:

– Алим, принеси мне, пожалуйста, попить…

– Ты уже попил чайка… Клоп проклятый, – ответил тот.

Юра почувствовал в затылке резкую боль…

Пелена беспамятства накрыла его своим черным крылом…

Юра очнулся, лежа на животе, уткнувшись лицом в пол. Сколько времени он пробыл без сознания, определить было трудно, но, судя по значительной луже крови, вытекшей из раны на голове – провалялся он так не менее часа.

Первым делом, превозмогая боль, он ощупал затылок и с облегчением отметил, что кости черепа целы. Только косая, рваная рана от приклада, при пальпации посылала в мозг весьма неприятные ощущения.

Рану, пока не начался воспалительный процесс, необходимо было обработать антисептиком. Однако взять его было негде.

Немного поразмыслив, Юра достал из нагрудного кармана куртки бинт и на него помочился. Обильно смоченный мочой компресс, Юра приложил к ране…

Очень хотелось пить. Только возникал вопрос… Придется ли ему еще раз попробовать воды?

Юра, подложив под голову импровизированый компресс, попытался собраться с мыслями.

– Неужели я действительно попал под влияние шестирукого? И он меня использовал, в каких-то своих целях? Нет… Вряд ли… Я отчетливо помню, что с ним общался… Такое привидеться не может, – размышлял он про себя.

Потихоньку… Юра вернулся в мыслях к своей маме и братику, лица которых, он уже стал забывать…

Он вспомнил первые уроки деда Миши… Первый сексуальный опыт… Пирожки тети Поли… Тот день, когда Никита Сергеевич нес его, спасая от полчищ акремонцев… И… Многое другое…

Незаметно для себя, Юра окунулся в дрему. Он уже не мог определить спит он или нет.

Внезапно, что-то произошло…

Он увидел свое тело со стороны…

Затем он увидел Алима и, лежащего в карцере, на самом нижнем ярусе бункера, Савитара…

Он перенеся на верхний ярус…

Там он увидел встревоженного Василия, который отдавал какие-то распоряжения бойцам из группы быстрого реагирования…

Испугавшись, Юра попытался открыть глаза, но видение не исчезло…

Ноющая боль в затылке, вернула его сознание обратно. Он попытался сесть, но тело отказывалось ему повиноваться. Пересиливая себя, Юра перевернулся на живот и стал на карачки.

– Неужели инфекция в ране распространилась и попала в мозг? – подумал он.

Юра дополз до стены карцера и прислонился к ней спиной. Как только он закрыл глаза, видения вернулись…

Теперь, он видел бункер…

На поверхности была ночь…

Люди в городе не спали…

В совещательной комнате он увидел Рауля Гальярдо, Аджамаль Адиба и Хо Чана, которые что-то возбужденно обсуждали…

На этом же этаже, в карцере, почему-то сидели Никита Сергеевич и Акарш Алуру…

За пределами города, в питомнике, происходила перегруппировка отрядов разведчиков…

В это время в карцере открылась дверь, и Юра вернулся в сознание.

– На, поешь напоследок, – с издевкой произнес Алим и кинул на пол котелок с перловкой. – Утром, тебя вместе с синим, отдадут акремонцам.

– Что случилось? – спросил Юра. – Почему Никита Сергеевич и Акарш Алуру в карцере?

– Откуда ты знаешь? – вытаращил глаза Алим.

– Знаю…

– Вот, ты, сволочуга…

– Алим, дай попить, – примирительным тоном попросил Юра.

– Конечно, последнее желание само собой, – ответил Алим и захлопнул дверь.

Через двадцать секунд дверь открылась…

На пол, у входа, Алим поставил алюминиевую кружку и захлопнул дверь обратно.

– Пей на здоровье.

Юра подполз к кружке и, трясущимися от слабости руками, поднес ее ко рту…Резкий запах мочи ударил ему в нос.

– Сволочь, – подумал Юра и разозлился…

Его сознание освободилось…

Он увидел Алима, который от хохота, слегка сциканул в трусы…

– Будешь знать, как корчить из себя грамотея, – злорадствовал конвоир.

Юра увидел организм Алима насквозь… Нервные импульсы будоражили его мозг, но больная печень тормозила выброс эндорфина…

– Интересно, – отметил про себя Юра, и мысленно сжал кишечник Алима.

Все содержимое кишечника конвоира – вышло в штаны.

Тот уже не смеялся…

Он испуганно осмотрелся по сторонам и побежал в душевую…

Юра хотел удивиться своим способностям, но заметил, что Алим забыл закрыть на двери засов…

Он уперся в дверь плечом, но… не смог ее сдвинуть с места.

– Надо восстановить силы и подумать, что делать дальше, – решил Юра.

Нащупав в темноте, опрокинутый котелок, он с удовольствием проглотил холодную перловку…

IV

По-видимому, общение с шестируком, как-то повлияло на него и на его дар – видеть чужие мысли. Теперь он мог не только читать чужие мысли, но и воздействовать на человека.

– А что если попробовать? – внезапная мысль осенила Юру.

Он закрыл глаза и мысленно перенесся в карцер к Никите Сергеевичу и Акарш Алуру…

Они о чем-то разговаривали между собой, но о чем – Юра услышать не смог.

– Ладно, – сам себе вслух сказал Юра и перенесся в карцер к Савитару.

Тот лежал без сознания. Юра рассмотрел, что кровь в его организме почти не циркулирует.

– Нет, дружок. В анабиоз тебе еще рановато, – мысленно произнес Юра и сжал три сердца акремонца одновременно, несколько раз подряд…

Лицеклювый резко открыл все три глаза и сел, испуганно осматриваясь по сторонам.

Сознание Юры вернулось обратно… Голова болела неимоверно.

– Все-таки это очень тяжело, – подумал Юра и обратно сконцентрировался на шестируке.

– Савитар, ты меня слышишь? – спросил он.

– Юра? Как…Как ты…Что…

– Да, это я.

– О…Ты сильный праджапати…Ты…ты… Я не знаю, кто ты… Я чувствую, как ты прямо внутри меня…

– Я и сам не знаю кто я, но общаться с тобой мне трудно. Ты в порядке?

– Хочу есть.

– Кто бы сомневался, – попытался иронизировать Юра. – Что-то произошло и тебя хотят отдать вместе со мной Сурье.

– Я знаю.

– Откуда?

– Она же моя сестра и гунураджас между нами постоянно. К тому же я все же еще могу контролировать некоторых бхактов.

– Что же ты молчал об этом?

– Ты же праджапати… Я думал тебе понятно.

– Ладно. Что тебе известно?

– Сейчас… Мне надо немного времени.

Юра не видел Савитара, но он увидел картинки из его сознания…

Огромная обнаженная синяя матка акремонцев, размером со слона, сидела, сложив ноги крест на крест, в каком-то помещении посреди огромного города со строениями из материала, напоминающего мутное стекло… Все ее двадцать четыре руки беспрерывно шевелились в замысловатых пируэтах… Третий лиловый глаз, размером с большую тыкву, был раскрыт нараспашку… Рядом суетились мелкие, по сравнению с ней, акремонцы…

Видение длилось всего лишь мгновение, а потом исчезло.

– Она готовится к атаке. Как только она освободит мою прану…

– Убьет? – перебил Савитара Юра.

– Да… Она отправит бхактов в наступление.

– Танки перемолотят всех тех, кто выйдет на линию атаки.

– Несколько тришула сметут ваши вышки. Как только это случится, отряд лучших бхактов пройдет на вашу территорию и через подземный ход попадет в город. Изнутри захватят всех… И тогда, в обмен на жизни ваших самок и их потомство, потребуют остановить ваши виманы и сдаться.

– Что за подземный ход. Я про него ничего не знаю.

– Зато знает тот герадамас, который перешел на сторону Сурьи.

– Дима?

– Наверное… Тот, который бил меня, когда я прибежал к вам.

– Ты знал про это с самого начала?

– Нет… Только сейчас я это знаю.

Юра отвлекся от Савитара и принялся лихорадочно размышлять.

– А, если она тебя не убьет – она будет атаковать? – вернулся он в мыслях к акремонцу.

– Нет.

– Почему?

– Молодых бхактов ведут в атаку старые опытные бхакты, которые воевали на стороне архонтов. Они из разных родов и могут в любой момент во время атаки начать уничтожать друг друга. Пока я жив она не может полностью контролировать всех бхактов. Я не могу объяснить это тебе… Это… У вас есть оружие, которое если его кинуть в отряд бхактов дает яркую вспышку и нарушает связь в гунураджас. Тогда бхакты становятся неуправляемыми и могут перебить друг друга. Что бы восстановить гунураджас с ними, надо использовать больше… э…э… силы, но часть ее гунураджас… силы, уходит на меня. Когда меня не станет, она полностью будет контролировать всех бхактов и они вас сметут… А потом съедят.

– Надо предупредить Совет, – решил Юра. – А она сейчас не знает о чем, мы с тобой говорим?

– Нет, – обнадежил Савитар. – Праджапати, в отличие от парвати, могут блокировать свою прану… Поэтому она меня и боится.

Юра смутно догадывался, о чем говорит Савитар, но вдаваться в подробности он не стал. Времени было в обрез. Он стал думать, как предупредить членов Совета о предательстве Гошкевича и предотвратить неминуемое поражение.

– Хочу есть, – прервал ход мыслей Юры Савитар.

– Достал ты уже меня, – огрызнулся Юра. – Жить, хочешь?

– Есть хочу.

Юра закрылся от Савитара и сосредоточился на происходящем снаружи карцера…

Алим уже вернулся в новых штанах и, сидя возле двери, грыз яблоко. К сожалению Юры, конвоир обнаружил свою промашку и закрыл засов двери.

– Все-таки перловка хорошая штука, – подумал Юра, ощутив внутри себя прилив сил. – А что если попробовать?

Юра сосредоточился на мыслях Алима…

Тот вытянулся в струнку, подошел к двери и открыл засов. Юра почувствовал, что может убить Алима одним усилием мысли, заставив того самому себе свернуть шею… Он даже прощупал каждый позвонок его шейного отдела… но делать этого не стал.

Алим открыл двери карцера, развернулся и с разгона ударился головой об стену… Связь между Юрой и Алимом прервалась.

– Отдохни, друг, – сказал Юра, выползая на карачках из карцера. – Давид тебя потом подлечит.

V

Свет на коридоре неприятно резал глаза. Юра поднялся на ноги и с полминуты простоял, опершись об стену и приходя в себя.

Потихоньку переставляя ноги, он двинулся по коридору к переходу на верхний ярус, твердо решив, что расскажет о планах акремонцев Совету.

В коридоре никого не было. Возле перехода он встретил слепого Жана. Тот спускался, держась за поручень по лестнице, неуклюже переставляя по металлическим ступеням обрубки ног.

– Дядя Жан, что случилось, почему члены Совета в карцере? – спросил у него Юра.

Тот нисколько не удивившись, повернул голову в стороны Юры и ответил:

– Нет больше Совета, сынок.

– Как нет?

– Теперь у нас триумвират.

– Что?

– Рауль Гальярдо, Аджамаль Адиб и Хо Чан захватили власть в городе.

– Почему?

– Не знаю что произошло, но это все из-за тебя… Никиту Сергеевича и Акарш Алура арестовали. Утром их отдадут акремонцам вместе с тобой и синим мутантом… Потом наши войска пойдут в наступление.

– И все жители города молчат?

– Все слишком напуганы. Никто не знает, что будет впереди. Все отряды перешли в подчинение к Василию, а ты знаешь, что дисциплина превыше всего.

– Как же так? Надо предупредить Рауля о том, что акремонцы нас атакуют, как только мы отдадим им Савитара.

– Кого? – удивленно переспросил Жан.

– Пленного акремонца.

– Откуда ты знаешь?

– Знаю, дядя Жан… Знаю… Поверьте мне… Гошкевич перешел на сторону акремонцев и рассказал им про какой-то подземный ход, ведущий в город. Именно через него они нас и атакуют.

– Я верю тебе сынок, но больше тебе никто не поверит… Тебе надо бежать из города.

– Но, как и куда?

– Не знаю, но от Вахита – заведующего арсеналом, мне известно, что на резервном выходе стоит вездеход… Его подогнали на всякий случай. В него загружено несколько бочек с горючим, продовольствие и оружие.

– А, как же остальные жители города? – возмущенно спросил Юра. – Женщины, дети? Все в опасности…

– Я знаю, что ты особенный и у тебя есть какие-то способности еще с тех пор, как ты вмешался в мои воспоминания.

– Извините.

– Я знаю, что ты не специально.

– Я сам не знаю, какие у меня способности, но… я могу влиять на людей.

– Верю. Поэтому я думаю, что тебе необходимо выжить.

У Юры в голове возник план.

– Я доберусь до Озерска и приведу подмогу.

– Ох…ох…ох, – вздохнул Жан. – Есть ли, тот Озерск?

– Есть… Точно есть, – уверенно сказал Юра.

– Пойдем к грузовому лифту. На нем ты поднимешься прямиком к резервному выходу, а там тебе и карты в руки.

– Вас же за это будут судить.

– Мне не страшно. Время все расставит по своим местам.

– Надо забрать акремонца с собой.

Тень сомнения пробежала по морщинистому лицу Жана.

– Зачем?

– Поверьте… Он не обычный. Пока он жив акремонцы нас не атакуют. Он залог безопасности города.

– Он на нижнем ярусе.

– Я знаю.

Жан откинул сомнения и пошел первым.

К облегчению Юры по дороге они больше никого не встретили. Видимо все население города находилось на верхних двух ярусах.

Карцер с акремонцем никто не охранял. Вдвоем с Жаном они с трудом открыли дверь. Из темноты Юра вытащил за ноги безвольное тело Савитара.

– Очнись. Мне нужна твоя помощь, – мысленно позвал Савитара Юра.

– Хочу есть, – не открывая глаз, отозвался тот.

– Ты умеешь управлять нашей техникой? – задал вопрос Юра.

– Конечно… Ты же знаешь.

– Знаю. Пойдем… Там есть вездеход, в котором есть еда. Нам надо добраться до него и уехать из города.

– Не могу идти.

Юра поднял тельце акремонца и закинул себе на плечо. Хоть тот был по весу, как десятилетний ребенок, но слабость в теле после травмы давала о себе знать… В глазах у Юры появились черные точечки.

– Все-таки, наверное, у меня сотрясение, – отметил про себя Юра и уже вслух сказал: – дядя Жан, я готов.

Благо, что грузовой лифт находился недалеко от карцера и за минуту они добрались до подъемного механизма без происшествий. Жан старался не отставать и переставлял свои культи так быстро, как только мог. Порывшись в карманах своих штанов, Жан извлек ключ в виде дверной ручки и, нащупав отверстие в панели управления, вмонтированном в стене возле лифта, вставил его в отверстие…

Створки с противным скрежетом раздвинулись в стороны.

– Сколько раз говорил им смазать, – беззлобно, сам себе под нос, пробурчал Жан.

Они вошли в помещение огромного лифта, который с легкостью бы вместил в себе танк, и кабина плавно тронулась вверх.

– Этот живой? – спросил Жан у Юры.

– Почти, – ответил тот, переложив Савитара на другое плечо.

Лифт вздрогнул и остановился. Жан повернул ручку… Створки, с тем же противным скрежетом, разошлись в стороны.

Тут их ожидал неприятный сюрприз…

Когда они приблизились к вездеходу, стоявшему у самых гермоворот, из него вылезли двое разведчиков из группы быстрого реагирования.

Юра знал их обоих. Валдис и Сархан были на два года младше его, однако уже имели в качестве наград за боевые заслуги наручные часы. В руках у каждого было по серпу, а за плечами висели автоматы.

– Куда собрался? – спросил Сархан и навел руку с серпом на Юру.

– Сархан, мне нужно вывести акремонца из города и тогда лицеклювы не будут нас атаковать, – попытался объяснить ситуацию Юра.

– Ага, – сказал Валдис и тоже навел серп на Юру.

– Вообще-то, это мы будем атаковать, а ты, вражина, видимо хочешь спасти и себя, и своего хозяина, – заговорил Сархан.

– Послушайте, как только этот шестирук попадет в руки акремонцев, они атакуют нас через подземный ход, – продолжил Юра.

– Какой такой подземный ход? Не плети ерунду, – отрезал Валдис.

– Послушайте его ребята, – вмешался в разговор Жан.

– Молчи, слепой огрызок, – рявкнул Сархан.

– Пока он жив город в безопасности, – попытался объясниться Юра, однако, всмотревшись в лица разведчиков, понял, что договориться с ними не удастся.

– А для кого вы сторожите вездеход? – спросил Жан.

– Не твое дело, – ответил Валдис.

– Не для своих ли командиров на случай эвакуации? – опять задал вопрос Жан.

– Не тебе решать, старый обрубок, – грубо парировал Сархан.

Юра сосредоточился и проник в сознание сразу обоих бойцов…

Он был уже готов послать легкий импульс им в мозги, что бы они отключились, но тут произошло непоправимое…

– Бестолковые щенки, – повысил голос Жан: – неужели вы не понимаете, что вас используют и кинут потом, за минованием надобности, на съедение акремонцам. Включите свои дурные головы и поду…

Договорить Жан не успел…

Валдис активировал серп и слепого, с расстояния в пять метров, разрубило пополам.

– Укоротил немного, – заржал придурочным хохотом Валдис.

Медлить было нельзя…

Юра слегка сморщил лоб и Сархан с размаха ударил головой Валдиса в лоб, отчего оба повалились без сознания.

– Надеюсь, вы вспомните про подземный ход, – пробегая с акремонцем на плече, обронил им Юра.

Он открыл водительскую дверку вездехода и закинул туда Савитара. Затем подбежал к разрубленному телу Жана и взглянул тому в лицо…

Он был мертв… Гримаса негодования, так и застыла на его лице…

– Спасибо, – сказал мертвецу Юра и побежал крутить колесо запорного механизма гермоворот.

– Савитар, заводи вездеход, – обратился Юра к акремонцу.

Ответа, как и звука двигателя не последовало.

Сворки гермоворот уже разошлись на достаточное расстояние для того, что бы прошел вездеход…

Юра сосредоточился на Савитаре и, как и в прошлый раз, простимулировал три его сердца одновременно…

Акремонец подскочил как ужаленный.

– Заводи мотор, – крикнул вслух Юра.

Акремонец немного помедлил и через несколько секунд вездеход фыркнул, выпустив из себя облако черного дыма. Юра бросился к вездеходу и заскочил в машину. Савитар, как будто всю жизнь только и делал, что водил вездеходы, расположил сразу четыре руки на двух больших и двух маленьких рычагах управления и машина, резко взбрыкнув, пошла в темноту…

– Надо уйти как можно дальше, – успел сказать Савитару Юрка и потерял сознание…

Глава6

I

Юра очнулся от острой боли в левой руке…

Открыв глаза, он обнаружил, что уже светло, а вездеход стоит, упершись бампером в массивный кедр. Савитар лежал рядом на водительском кресле и с закрытыми глазами теребил в клюве его большой палец левой руки. Юра выдернул руку и обнаружил, что палец прокушен почти до крови.

– Савитар, проснись, – мысленно сказал Юра и потряс того за одну из рук.

– Хочу есть, – еле, еле отозвался тот.

– Сейчас посмотрим, что там у нас.

Юра открыл небольшую дверцу, расположенную за вторым рядом сидений и попытался пролезть в кузов, но не тут-то было. Сразу у дверцы стояло несколько ящиков с патронами. Пришлось вылезти из кабины и открывать задние дверцы вездехода.

Тут было все: две столитровые емкости с горючим, двадцать автоматов, четыре ящика патронов к ним, несколько мешков сухарей, вяленое мясо, сыр, яблоки, два мешка картошки, различные семена овощей, два десятка свето-шумовых гранат, прибор ночного видения, водородный элемент питания, десяток перепелиных яиц, перевязочные материалы, медикаменты и многое другое, что необходимо для длительного пути. Немного прикинув в уме, Юра рассчитал, что припасов было рассчитано примерно на десять или двенадцать человек.

Дальше он не стал разбираться, что было в многочисленных тканевых свертках, а решил в первую очередь подкрепиться. Перенесенные потрясения за последние трое суток, весьма подорвали его здоровье. Юра достал из конопляного мешка увесистый кусок солонины и пошел к кабине.

Савитар по-прежнему лежал в том же положении, с широко открытым клювом. Юра положил возле него мясо и стал наблюдать… Через мгновение Савитар открыл глаза, поднялся, схватил всеми шестью руками солонину и принялся отрывать клювом куски мяса, которые пропадали в его горле с пугающей быстротой. Буквально за несколько секунд, Савитар умолотил мясо и уставился на Юру.

– Чир…ра..ру…с, – то ли прочирикал, то ли прошипел на своем родном языке Савитар.

Юра не стал подключать свои, неожиданно открывшиеся, способности. И так было понятно, что он сказал: «Хочу есть».

Он достал из кузова головку творожного сыра… Глаза у акремонца разгорелись, а из клюва капнула слюна. Пока Савитар пожирал сыр и урчал от удовольствия, как старый жирный кот по кличке «Падла», прибившийся как-то несколько лет назад к разведчикам в одном из уцелевших поселков, Юра достал кусок вяленого мяса и принялся его с наслаждением жевать…

Кто придумал коту такое имя, никто не помнил, но то, что оно подходило, как нельзя лучше, чем другие имена было очевидно. «Падла» наотрез отказывался ловить крыс, а только ел и гадил фекалиями соразмерными с аналогичными отходами взрослого мужчины. При этом, пользуясь любовью всех без исключения женщин, работавших на кухне, беспрепятственно проходил туда в любое время суток, умудряясь умыкнуть что-нибудь вкусное из-под рук зазевавшихся кухарок.

– Я не «Падла», – прервал Юркины воспоминания Савитар.

– Я ничего тебе и не говорил, – ответил ему Юра.

– Ага, – почти по-человечески вслух отозвался Савитар и проглотил остатки сыра.

Юра достал небольшой мешочек с сухарями, и, развязав тесемки, протянул его Савитару. Тот поначалу взял по сухарю в каждую руку, однако затем, немножко подумав, забрал весь мешок. Юра вздохнул и пошел обратно к кузову, где приступил к осмотру содержимого остальных мешков и металлических ящиков.

К своему удивлению, среди различного провианта и снаряжения, он обнаружил женское зеленое платье в белый горошек.

В бункере платья были большой редкостью. Женщины, как и мужчины, ходили в армейском камуфляже и ботинках. Благо обмундирования было навалом и только во время редких больших праздников, которые по своему усмотрению определял Совет, избранные женщины щеголяли в платьях, добытых разведчиками во время рейдов по пустым поселкам. Счастливые обладательницы платьев берегли их, как зеницу ока, и в пользование на время другим женщинам не давали. Это зеленое платье носила Гражина – высокая стройная блондинка, любимая фаворитка Рауля Гальярдо… Даже с армейскими ботинками это платье на ней смотрелось очень эффектно.

– Видимо Жан был прав. Рауль готовился, в случае непредвиденной ситуации, эвакуироваться из города, прихватив свою любимицу, – пришел к выводу Юра и принялся искать другую одежду, что бы приодеть голого Савитара. Тот, в это время хрустел сухарями так, как будто он грыз орехи, а не хлеб.

Перерыв содержимое оставшихся мешков, Юра другой одежды не нашел, зато обнаружил в углу кузова снайперскую винтовку «Незабудку», которую однажды видел издалека и как она работает, знал только со слов других. Это было последнее достижение в сфере стрелкового оружия, появившееся незадолго до вторжения архонтов. Винтовка была легче автомата, стреляла бесшумно и единственное, что нужно было сделать стрелку – это поймать в прицел цель и ее зафиксировать. Дальше можно было стрелять в каком угодно направлении – умная пуля летела к заданной цели и поражала ее.