- -
- 100%
- +
Тернер поднял на лоб очки, в то время как Миллер обошел машину и встал напротив Купера.
– Сядем в машину?!– спокойно произнес Тернер, кивнув головой.
Купер презрительно хмыкнул, подошел к джипу, открыл заднюю дверь, и запрыгнул в салон. Оба агента последовали тут же за ним. Тернер сел за руль, и вдруг обернувшись, улыбнулся. Но, улыбка вышла натянутая, как у нашкодившего школьника. Миллер снял очки, зацепил их за ворот рубашки и тоже, в пол оборота стал смотреть на лейтенанта.
– Испугался?– бросил Тернер.
– Я слушаю!– игнорировав издевку, вопросил Купер.– Зачем устроили за мной слежку?
– А ты разве сам не понял?– спросил Миллер.
– Нет. Представляешь не понял!
Тернер тяжело вздохнул, и взглянул на Купера, так как смотрит следователь на подозреваемого преступника, словно говоря:– Я знаю все, что ты совершил, так что, давай, колись!
– Мы все знаем про Моррелли!– сказал Тернер.– Он сейчас находится в больнице, под неустанным наблюдением ваших людей. Мы пытались забрать это дело у вас. Но, нам этого, к сожалению не позволили сделать. Так что…
– Я не дурак!– перебил Купер,– И знаю, что вам надо от меня.
– Ну, вот и молодец!– дернул бровью Тернер,– Деньги! Это все, что нам от тебя надо…
– Не от меня…– огрызнулся Купер.
– Ну…это и так и понятно!– ухмыльнулся тот,– Как он себя чувствует, этот Моррелли? Нам бы не хотелось, что бы он сдох раньше, чем мы узнаем, где деньги.
– Моррели пока находится в коме, на грани, между жизнью и смертью.
– Хреново!– заскрипел на кожаном сидении Миллер. Он перекинулся взглядами с Тернером.– А что там за два отморозка, с которыми он ехал в машине? Что-нибудь за них известно? Они вроде как выкрали Моррелли… Что там произошло?
– Если честно, я сам толком не знаю!– повел плечами Купер.– Эти двое, как, оказалось, сбежали из тюрьмы. Для чего и зачем они решили выкрасть Моррелли, я не знаю. И боюсь, не узнаю, пока Моррелли не придет в себя.
Оба агента замолчали. Купер смотрел то на одного, то на другого. Едва заметная ухмылка застыла на его губах. Молчание нарушил Тернер.
– Странный ты какой-то, лейтенант!– сказал он вдруг, резко повернувшись и бросив долгий и пронзительный взгляд на Купера,– Насколько мы знаем, у тебя за последнее время набралось много нераскрытых убийств. Но ты почему-то не очень то и торопишься ими заниматься…
– Так дел то много, а я один!– отрезал лейтенант.– Вы сами то, много убийств раскрыли за последнее время? Как там у вас дела с «Ножами»?
– Мы занимаемся этим делом!– убедительно ответил Миллер.
– Ну…так и я занимаюсь своими делами…в меру своих сил!– улыбнулся Купер,– Так что ребята…
– Ладно, лейтенант…– перебил Тернер, и отвернувшись завел двигатель, Мы тебе лишь хотели сказать, что в случае, если найдешь бабки…десять штук из них твои. Но, не вздумай кинуть нас на все бабки…
Купер уже открывал дверь. Услышав последние слова, он задержался на секунду, скорчив гримасу отвращения, которую заметил Миллер. Он негодующе, и с удивлением уставился на полицейского. Но лейтенанту было на это плевать. Он бросил на последок:
– Мне ваши чертовы бабки, не нужны! И не стоит меня пугать. Всего хорошего!
И Купер уверенной походкой направился к своей машине. Остановка в это время уже опустела. Народ разъехался. Тернер проводил недовольным взглядом лейтенанта. Миллер покачал головой, откинув назад голову.
– Он и правда, странный какой-то!– сказал он,– И ведет себя странно! Деньги ему наши не нужны. Ладно. Я позвоню шефу, скажу, что деньги мы ищем…
– Если Купер захочет нас кинуть, я сам завалю его!– проговорил Тернер, нажимая на педаль газа. Джип послушно рванул вперед, заурчав двигателем…
Дождь закапал неожиданно. Мелкие капли застучали по лобовому стеклу, быстро стекая вниз. Купер включил дворники. Щетки медленно, с неохотой принялись стряхивать из стороны в сторону воду. Через минуту дождь усилился. Купер вел машину по оживленной трассе, уже не волнуясь, что за ним будет слежка. Он немного сбавил скорость и прибавил мощность дворников. Щетки заработали быстрее, очищая лобовое стекло. В этот момент олейтенан заметил загоревшийся на панели приборов оранжевым цветом датчик. Бензин был на нуле. Чертыхнувшись, он завернул в ближайший переулок и поехал к ближайшей заправке, которая находилась через две улице от него. Дождь уже лил как из ведра. Щетки дворников, не смотря на полную мощность едва справлялись. Купер ехал с минимальной скоростью. Небоскребы вокруг него превратились в серо-бурые скалы, таявшие за плотной стеной дождя. Люди, бежали по тротуару, ища укрытия в подъездах домов и крытых остановках. Медленно, машина Купера подкатила к заправке, и остановилась возле свободной колонки. Помимо лейтенанта, на заправочной станции находилось еще две легковые машины. Одна из них уже отъезжала. Купер вышел из своего «ниссана» и направился к зданию автозаправки. Он проходил мимо старенького, белого «шевролета», видавшего лучшие времена. Окна машины были приоткрыты. Лейтенант невзначай повернул голову, и встретился взглядом со старухой цыганкой, сидевшей возле окна, на заднем сидении, в ярко зеленом платке, с большой золотой серьгой в правом ухе и с равнодушным видом курившей сигарету. Голубоватый дымок медленно, тонкой струйкой, словно джин из кувшина струился из окна машины. Запах табака смешивался с запахом бензина. Купер становился. Беспечность цыганки удивила его. Курить на заправке строго запрещалось. Это знал каждый. Но, по ходу старухе на это было наплевать. Или, может она в счет своих лет просто забыла об этом. Лейтенант кинул взгляд на двери здания, куда, по всей видимости, ушел расплачиваться за бензин водитель «шевролета». Неужели он не видел, что старуха сидит, курит в машине? Полуприкрытые, с поволокой, бесцветные глаза цыганки казалось, равнодушно наблюдали за Купером. Лейтенант не дождался, когда хозяин «шевролета» выйдет на улицу. Он склонился перед окном, за которым, в облаках табачного дыма восседала, выжившая из ума старушка и произнёс:
– Гм…простите мэм! Но, разве вы не знаете, что на заправках нельзя курить?!…Вы не могли бы потушить сигарету?!
Цыганка все так же с безучастным выражением, на своем сморщенном лице, смотрела на полицейского. Казалось, она даже не видела его, или смотрела сквозь него. Купер замешкался, посмотрел вокруг себя, а потом снова произнёс, с неуверенностью в голосе:
– Мэм! Извините, пожалуйста…
– Я тебя прекрасно слышала!– неожиданно ответила старуха дребезжащим голосом. Рот ее открылся, показав торчащие одиноко, словно обгоревшие деревья в степи, два полусгнивших зуба на передней и нижних челюстях. Купер с отвращением глянул в черную, без губ пропасть ее рта, сжатую и проваленную. Старуха поднесла к себе сигарету, всосала в себя дым, и тут же выпустила его в самое лицо Купера. Лейтенант отпрянул назад, закашлявшись. Цыганка засмеялась визгливо и противно, так, как смеются выжившие из ума люди. Лейтенанта всего перекосило от брезгливости и накатившей злости. Но, все же, он кое как преодолел в себе желание врезать старухе по ее противной, увядшей роже, и сжав кулаки сказал:
– Я полицейский! Пожалуйста, потушите сигарету!…Я прошу вас…
Но, цыганка вдруг выпростала перед собой длинный, худой и узловатый, как ветка дерева указательный палец левой руки, почти достав до носа Купера грязным загнутым ногтем.
– Ты!!!– громко и четко выкрикнула она.
– Что-о-о?– оторопел Купер.
– Ты-зло!– бросила резко старуха, и ткнула корявым пальцем в подбородок лейтенанту.
Купер отскочил назад, схватившись за подбородок.
– Ты, что, старуха…
– Ты будешь последним!– противным, дребезжащим голоском прогнусавила цыганка. Она выкинула из окна, под ноги Куперу окурок, после чего быстро и умело, по-мужски сплюнула.– Смерть пометила тебя. И не только тебя,– дрожащие пальцы старухи вцепились в края приоткрытого окна. Она беззвучно смеялась. Дряблая кожа на ее лице тряслась, как сопля на носу индюка, одно веко подрагивало,– Он продал душу…
– Что? Кто…продал душу…– нахмурился Купер, неуверенно снова приближаясь к машине, из которой как крот из норы на него смотрела цыганка.
– Эй! Ты кто такой…что тебе надо?– раздался вдруг мужской голос.
Купер обернулся. Из здания автозаправки вышел рослый, молодой мужчина со спутанными, черными волосами, в грязных джинсах и мятой, на выпуск цветной рубашке. Увидав Купера, он почти бегом устремился к нему.
– Слышь, я тебя спрашиваю. Ты кто такой. И что тебе надо от моей бабушки?
Мужчина остановился перед лейтенантом, кинул на него испепеляющий взгляд, после чего положил ему на плечо свою широкую ладонь, и обратился к цыганке:
– Бабушка Шукар. Что от вас хотел этот человек?
Мужчина гневно свел на переносице густые брови. Черные, большие глаза вцепились в Купера. Пальцы до боли сжали плечо. Лейтенант, поначалу потерявший дар речи от такой наглости, вдруг пришел в себя и одним резким движением скинул с себя руку незнакомца.
– Я из полиции!– выпалил он.– И если это ваша бабушка, то попросите ее не курить на заправочной станции. Это очень опасно.
Купер произнес эти слова, находясь, как он это почувствовал, словно в состоянии какого-то гипноза. То ли слова цыганки на него так непонятным образом подействовали, то ли просто усталость сказывалась, но Куперу стало не по себе. Водитель «шевролета» замер на месте, услышав слово «полицейский».
– Вы…из полиции?!– как бы обращаясь к самому себе, пробубнил он,– Вот черт…Ладно. Бабуль,– обратился он к старухе,– не кури больше. Хорошо?
Цыганка ехидно хмыкнула, и указала рукой на Купера.
– Он плохой! Очень плохой. Держись от него подальше, Микки.
Мужчина неловко стал топтаться на месте, не сводя глаз с лейтенанта.
– Вы простите её,– смиренно произнёс он вдруг,– Она…она не совсем в своем уме…
– Кто не в своем уме?– возмущенно воскликнула старуха, пытаясь высунуть в окно свое дряблое лицо,– Я вот тебе покажу, Микки…Ах ты, негодник такой…
Микки скорчил в гримасе лицо, как бы говоря этим: «Вот видите. Что я вам говорю».
– Давай уже, поехали!– защебетала цыганка, не сводя мутных, старческих глаз с Купера,– Этого полицейского смерть пометила. Поехали от греха подальше, Микки. Я кому говорю…
– Да, да, едем!– затряс головой мужчина.
Купер молчал, глядя на Микки. Он ничего не мог сказать, так как находился в состоянии стопора, словно его пригвоздили к месту. Слова обоих цыган казалось доносились до него откуда-то издалека.
– Извините!– виновато выдавил из себя Микки. Он быстро обежал машину, открыл дверь и плюхнулся на водительское сидение. Старуха отвернулась от окна, выпятив вперед острый подбородок. «Шевролет» пулей вылетел с заправки и через секунду исчез за поворотом. Купер какое-то мгновение еще постоял, находясь в шоке от случайной встречи с полоумной цыганкой, а потом, резко повернувшись, направился к зданию заправочной станции. Но, слова цыганки еще очень долгое время не давали ему покоя. Какое-то щемящее чувство страха закралось ему с тех пор глубоко в душу и больше уже никогда не покидало, ни днем, ни ночью. «Ты- зло!– эхом отдавались в голове слова старухи,– Смерть пометила тебя». Сквозь шум дождя, который казалось, все усиливался и усиливался, эти слова звучали приговором.
ГЛАВА 47
Алестер Вуд откинул в сторону газету.
– Представляешь, Мэган,– сказал он своей секретарше, которая в этот самый момент ставила перед ним на стол чашку кофе. Девушка была в облегающем синем платье, с глубоким декольте. Она склонилась над Вудом, обдав его тонким ароматом дорогих духов. Но, шеф был занят другими делами, и сексапильность девушки на него не действовала в данный момент,– Два дня назад в Центральном парке из-за сильного ветра сломалась тяжелая ветка дерева и насмерть зашибла молодого парня, который проходил мимо…
– Да, мистер Вуд,– улыбнулась белоснежной улыбкой Мэган,– Я уже слышала об этой новости,– она выпрямилась, гордо держа голову. В руке ее была зажат поднос.
– А почему не сказала мне?
– Зачем? Я посчитала это не нужной для вас новостью!
– Ну почему же,– посмотрел снизу вверх на секретаршу Вуд,– Не каждый день у нас происходят такие случаи!…Бедняга парень…Ладно, дорогая, иди! Спасибо за кофе!
– Не за что, мистер Вуд!– Мэган кокетливо завиляла бедрами, направившись к двери. Она чувствовала спиной прожигающий взгляд шефа, который не смог все-таки не позволить себе проводить ее глазами. Через два дня у них была встреча на квартире, которую снимал Вуд. На работе же, они старались держать дистанцию. Ненужные сплетни им были не нужны.
Мэган ушла, а Вуд многозначительно покачал головой, встал из-за стола, и подошел к окну. Взгляд его уперся в соседний небоскреб, в котором когда-то он познакомился с Мэган. Она в то время работала у его знакомого. Вуд был покорен красотой девушки с первого взгляда, и долго не думая переманил красавицу к себе. Ему самому было далеко за пятьдесят. С женой, которая кроме шмоток да дорогих украшений ничего не видела, его давно уже ничего не связывало. Сексом с ней уже и забыл когда занимался. Все его время поглощала работа. А тут вдруг, на тебе, словно снег на голову, встреча с такой красавицей, как Мэган. Если бы не половина имущества, которая была переписана на жену, он бы не задумываясь, развелся. Разница в возрасте не пугала его. Мэган молодила его, насыщала кислородом его кровь и самого сделала словно на десяток лет моложе. Бес в ребро, думал он, с вожделением глядя на упругое тело секретарши. Он хотел через две, три недели поехать с ней в круиз по морю. Даже заказал уже пару билетов бизнес класса в новом лайнере. Алестер на мгновение закрыл глаза, вспоминая недавние их с Мэган ролевые игры, с плетками и наручниками. Ох, как это было, незабываемо и задорно…Бизнесмен почесал кончик носа. Пожалуй, надо будет съездить в ювелирный магазин, сделать Мэган подарок, купить колечко с небольшим бриллиантом. Подумав, он встал из-за стола, но тут в дверь постучали, и сразу же после этого в его кабинет зашла Мэган.
– Тут к тебе…к вам, мистер Вуд, приехали двое мужчин. Говорят, у вас с ними назначена встреча.
– Что?– удивился Вуд, остановившись перед секретаршей,– Вот черт. Точно…как же я мог забыть.
Он бросился к столу, перелистал календарь, и покачал головой.
– Да, да! Точно. Я и запамятовал. Это отец и сын. Джек и Вилли Кингсман. Они мне вчера звонили. Попросили о срочной встрече. Интересно. Что им от меня нужно. Скажи, пусть зайдут.
Секретарша вышла, и через полминуты вернулась снова. Вместе с ней в кабинет вошли двое мужчин, почти одного роста, но с той лишь разницей, что один был молодой, а второй пожилой. Но, было видно, что это отец и сын, сходство было поразительное. Отцу было лет шестьдесят, сыну не меньше тридцати. Оба строго, по-деловому одеты; в черные, классические брюки, и накрахмаленные, белые рубашки. Но, тем не менее, ни тот ни другой не понравились Вуду. Лица у обоих Кингсманов были надменные и холодные, словно все вокруг дышало и жило ради них. Мэган ушла, а отец с сыном остались стоять на месте, не сводя своих жестких глаз с Алистера, словно попрошайки, ждущие подаяния. Ни тени улыбки не промелькнуло ни у того, ни у другого. Молодой лишь засунул руки в карманы брюк, кинув равнодушный взгляд по сторонам.
– Добрый день!– негромко произнес Вуд, последовав примеру молодого Кингсмана, засунув руки в брюки.– Вы звонили мне вчера. Чем могу быть полезным?– он удивленно переводил взгляд с одного мужчины на другого, не понимая, чего от него хотят эти два непонятных субъекта.
– Здравствуйте!– сухо, словно хрустнула в лесу ветка, произнес пожилой мужчина. Он поджал губы и прищурил глаза,– Вы, Алестер Вуд?
– Да! Я Алистер Вуд! Что вы хотели? Это ведь вы вчера звонили?– и вдруг бизнесмен почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок, во рту пересохло. В голове промелькнула мысль, что это могут быть еще одни киллеры, пришедшие доделать то, что недоделал Моррелли. Он мог стать пятой по счету жертвой. Но, в следующее мгновение Вуд отогнал от себя эту глупую мысль, так как вряд ли киллеры рискнули бы его вот так открыто прийти, убить. Слишком глупо это было бы с их стороны. Да к тому же, отец и сын-киллеры, звучало уж очень смешно. Нет, эти двое, хоть и с холодными, и злыми лицами, были явно не убийцами. Вуд незаметно выдохнул воздух.
– Я Джек Кингсмен,– представился пожилой мужчина,– А это мой сын Вилли,– мужчина посмотрел себе под ноги, на начищенный до блеска паркет и на такие же начищенные, дорогие черные туфли, стоявшие, как успел заметить Вуд, не меньше трех тысяч долларов за пару. Потом Кингсмен поднял глаза, в которых сквозило легкое презрение и надменность, и резко произнёс,– У нас к вам есть деловое предложение.
Но, слово «предложение» прозвучало как приказ. Это очень удивило Вуда. Он покосился на стулья возле стола.
– Вы может, сядете?– предложил он, пытаясь угадать, кем являются незваные гости.
– Нет, спасибо!– покачал головой Джек Кингсмен,– Мы постоим. И в общем, будем кратки. Мы, я и мой сын являемся хозяевами очень большой компании, которая занимается, как и вы грузоперевозками. Может, слышали, «Деловые линии». Наши компании располагаются в нескольких штатах Америки. Последние несколько лет мы расширяемся, и за последний год открыли компании в Вашингтоне, Портленде, Бостоне, и вот теперь, наконец, решили добраться и до самого Нью-Йорка.
Вуд, слушал, закинув за спину руки. Он уже понял, что перед ним стоят его конкуренты. И что сейчас, быть может, этот пожилой господин с надменным лицом торгаша попросит у него какой-нибудь совет касательно бизнеса. Но не тут-то было. Отец с сыном переглянулись, после чего, старший Кингсмен выгнул спину, будто ему туда неожиданно воткнули кол, и с достоинством выпалил:
– Мы не будем ходить вокруг да около. Мы хотим купить вашу компанию. Естественно за хорошие деньги. Рас мы решили открыть компанию в Нью-Йорке, то…конкуренты нам не нужны. У нас есть очень серьезные покровители здесь. Они нам если что, помогут решить основные проблемы…– на слове «проблемы», Джек Кингсмен сделал ударение, с явным намеком на угрозу.
– Вы это серьезно?– оборвал ошарашенный Вуд. От такой наглости у него волосы зачесались на затылке. Кровь ударила в лицо,– Вы в своем уме?– бизнесмен упер руки в бока, готовый наброситься на отца и сына за такое бесцеремонное предложение. Это даже было не предложение, а утвердительное «пошел вон». Наверняка эти двое уже не впервые так вот легко, заходят в кабинеты, подобные его, Вуду, и предлагают в настоятельной форме продать компанию. И Вуд, почему то был уверен, глядя на их наглые рожи, что это у них получалось ранее, они выкупали чужие компании. Вот только интересно, каким путем. Алестер открыл, было, рот, что бы выказать свое недовольство, но Джек опередил его, назвав сумму.
– Четыре миллиона долларов!– резко выпалил он, не моргнув глазом. Сын с легкой усмешкой, склонив голову на бок, следил за реакцией Вуда.
– Что?– вскипел бизнесмен,– Вы вообще, господа…в своем уме? Какие еще к черту, четыре миллиона. С чего вы решили, что я продам свою компанию, да еще за такую мизерную сумму,– Вуд не мог подобрать слов, что бы выразить свое удивление и недовольство,– Вы совсем рехнулись? Я ни за что не продам свою компанию. Уходите ка отсюда…– его палец взметнулся вверх, указывая на дверь.
Но, отец с сыном и не думали уходить. Они даже не сдвинулись с места, молча взирая на обалдевшего бизнесмена. Четыре пары холодных, безразличных глаз пригвоздили к месту Вуда, словно пытаясь раздавить его, как назойливого клопа.
– Успокойтесь, мистер Вуд!– мягким тоном произнёс Вилли Кингсман,– Просто понимаете, э-э-э…как бы вам помягче сказать,– молодой человек потер гладко выбритый подбородок,– Хотите вы этого или нет, но компанию вы нам продадите. Так как в противном случае, мы вас просто выживем из этого бизнеса, после чего вы ее сами продадите за гроши, и естественно объявите себя банкротом. Вы не первый человек, который встречает наше предложение с таким жаром и энтузиазмом. Мы в этом бизнесе больше тридцати лет. Ну, я сам лишь десять, а вот мой отец…
Вуд чувствовал, как ноги его начали слабеть. Но, садиться на стул, показывая этим, что он испугался, не стал. Он слышал о компании «Деловые линии», и довольно часто. И прекрасно знал, насколько сильно прибрала эта компания бизнес во многих штатах Северной Америки. Вуд не знал, каким образом, оказывается, выжили эти две акулы транспортного бизнеса своих конкурентов. И вот теперь, узнал. Он был шокирован ситуацией, которая в данный момент ему казалась более чем смешной. Два идиота, пусть и очень богатых, богаче, чем он пришли к нему и нагло предложили продать компанию, да еще за четверть от ее настоящей суммы. Вуд посмотрел на свои руки, которые не один уже рас кромсали и резали, чьи то тела, и с садистской злостью подумал, что надо будет позже позвонить Куперу, и сказать, что у него есть сразу две новые жертвы для их игр. Надо же. Кто-то решил отобрать его бизнес, впрочем, не в первый рас. Но, что бы вот так бесцеремонно. Такое было впервые. Он насупил брови, и с ненавистью вперил свои глаза в молодого Кингсмана. Тот не отвел взгляда, безжалостно прожигая свою новую жертву точно таким же взглядом. Для этого у него был подобающие глаза, серые, почти прозрачные, с ледяным, Северным, каким-то ядовитым сиянием. «Да,– подумал Вуд, содрогаясь всем телом от отвращения и какого-то внутреннего трепета, такие люди, как эта парочка, как рас и правят миром, бесцеремонно шагая по головам. Хотя,– с ухмылкой подумал бизнесмен,– я сам именно из таких. Но, почем им знать. Волки пришли к волку».
– Знаете, что,– голосом, не требующим возражения, произнёс Вуд,– Ваш визит…господа, для меня очень неожиданн. И ваше предложение тоже. Но, я вам скажу вот что…– Вуд перевел взгляд с Вилли Кингсмана на его отца, высыхавшую копию выродка, сына,– Катитесь к черту отсюда. Да побыстрей. Будем считать, что вас тут не было, и предложения вашего я тоже не слышал. Ясно вам?
Лицо Вуда сделалось свинцовым. Его потряхивало. Еще немного и он набросился бы на зарвавшихся хозяев «Деловых линий». Но, видавшие по всей очевидности многое, Кинсмены даже и ухом не повели. Джек с безразличным спокойствием достал из кармана брюк визитную карточку, прошел мимо Вуда, к столу, небрежно кинул ее, и направился к двери. Сын направился следом за ним. Не поворачиваясь, на ходу, Джек бросил последнюю фразу, взявшись за бронзовую ручку дубовых дверей:
– Не торопитесь с ответом, мистер Вуд. Мы…ждем вашего звонка!
Кингсмены ушли, а Вуд остался стоять, пригвожденный к месту, потерянный, но не напуганный. Он молча взирал на дверь, удивляясь, до чего докатился мир. Надо же. Приходят все кому не лень, думая, что их влияния и денег, хватит для того, что бы напугать и отобрать бизнес. По-другому Вуд не находил слов для такого дерзкого предложения.
– Ладно,– сказал он сам себе, подходя к столу, беря со стола телефон. Он набрал номер Купера и когда в трубке услышал знакомый голос, сказал,– Привет, Харви. Ты сильно занят? Приехать можешь, прямо сейчас…Да. Прямо сейчас. У меня тут серьезные проблемы. Нет, Покушения никакого нет. Но…в общем, срочно приезжай. Нужна твоя помощь и совет. Нет, по телефону нельзя… Хорошо. Жду.
Вуд бросил телефон на стол и плюхнулся на стул, который затрещал под его тучным телом. Все-таки руки предательски дрожали, заметил он. Подумав, он нажал кнопку акселератора, и попросил Мэган принести кофе. Потом привычным движением открыл маленькую дверцу своего стола и достал оттуда бутылку виски и хрустальный фужер. Вытащив из бутылки тугую пробку, он до половины налил в фужер виски, выдохнул воздух и одним большим залпом выпил. Приятное тепло тут же разлилось по телу. На работе Вуд старался не пить. Но, сегодняшний случай заставил забыть о принципах. Махнув рукой, Алистер налил еще. Но, на этот рас выпил лишь четверть, чтобы не захмелеть в конец. Как не крути, а надо было признать, что приход Кингсманов ничего хорошего не обещал. Богатый жизненный опыт подсказывал, что те в очень короткий срок начнут приводить свои планы в действия. Рас они так быстро открыли компании в других городах, то, что сможет их заставить очень быстро, имея большие деньги и знакомства открыть пару фирм в Нью-Йорке. А это означает, что они купят огромный автопарк машин, намного больше, чем у него, и цены за развоз и доставку всевозможных товаров по стране сбавят, и сбавят существенно. А это что означало? А означало лишь одно. Его в очень короткий срок выживут из бизнеса. А скорее всего и…устранят. По крайней мере, попытаются это сделать.
На столе зажужжал и сразу же после этого зазвонил телефон. Вуд бросил взгляд на номер. Звонил сын, с которым у него были очень натянутые отношения. Вэллу было двадцать пять. Последние два года он ничем почти не занимался, гуляя и прожигая жизнь. Он пытался стать писателем, но особым даром не обладал, и осознав это, наконец, уехал в Майами, где жила его девушка. Там он и находился, по сей день, тратя деньги, которые высылал ему отец. Они с ним были разные, и этот факт сильно удручал Алестера. Хотя, с другой стороны может, оно было и к лучшему. Может, сын не был таким монстром, каким был его отец. Пяти тысяч долларов в месяц Вэллу не хватало. Но, больше Вуд ему не высылал. Телефон звонил, надрываясь, но он не стал отвечать, находясь в прескверном настроении, да и прекрасно понимая, зачем звонит сын. Будет как всегда клянчить деньги. По другой причине он не звонил. Телефон замолчал, и Алестер потянулся за стаканом. Но тут снова зазвонил телефон, но уже на этот рас внутренний. Вуд недовольно шмыгнул носом, который начал краснеть от спирного, и нажал на кнопку.