Весёлые сюжеты, печальные истории
- -
- 100%
- +
– Так ты, смотрю, себя к ним причислил уже напрочь.
– Нет. Я просто рассуждаю.
– Послушай, дружище. Раз уж пошла речь о таком высоком… А не попытаться ли тебе в качестве земного человека вот эти все свои принципы осуществлять? Что, если ты станешь на своём – человеческом – месте улучшать этот мир? Это будет гораздо почётней, патриотичней, даже приятней, мне кажется. Тебя будут называть большим, выдающимся человеком, сделавшим для мира столько хорошего… А? Так не лучше?
– Не знаю. Я и так уже стараюсь… Как-то пытаюсь на людей воздействовать. И ещё больше кажется… кажется, – и всё! – что я инопланетянин.
– Но почему?!
– Потому что у меня желания часто оторваны от действительности. Как будто я знаю мир, где все эти желания легко исполняются.
– Не убедил. Это просто мечты.
– Потому что я… я не могу без дела сидеть! Я всегда или руками работаю, или головой.
– А вместе не получается?
– Перестань язвить!.. Не могу спокойно лежать, отдыхать. Кроме сна. Это же не по-человечески? Лень присуща человеку?
– Не по-русски, может быть. А вообще встречается.
– Мне кажется, что во мне дремлют колоссальные силы. Огромный нераскрытый потенциал.
– Прекрасно!
– Я одиночество очень люблю. Как будто не из человеческой общины… общества. Один, в закрытом помещении… Блуждаю по мирам. Это ж…
– Бывает.
– Ты знаешь, мне вообще, как я замечаю, больше духовное нужно благополучие, нежели материальное. Мне лучше книжка хорошая, чем какая-то вещь, одежда. А ведь человек обычно стремится к обладанию вещами… Странно, правда? Словно я уже знаю цену обеспеченной всем необходимым жизни и поднялся до сознания приоритета других, высших ценностей. Согласись, нам до этого ещё далеко.
– Ты знаешь, с каждым твоим словом… я радуюсь. Оказывается, ты очень даже прекрасный и умный человек. И почему-то искусно скрывал всё это. Ты, по-моему, уже созрел для каких-то более важных дел. Тебе, мне кажется, пора уже выходить на открытый разговор с людьми. Ты, говоришь, фантастику пишешь, песни? Покажешь?.. Вот и говори там людям, к чему они должны стремиться, от чего избавляться. Ты не инопланетянин. Ты человек, который, видит наш мир не плохим, серым и падающим в пропасть, а несовершенным, немного больным, карабкающимся по скалистой горе. Но ты видишь этот процесс и чувствуешь, что ошибки можно и нужно исправлять. Действуй! Покажи народу дорогу, позови его… Ладно, будь инопланетянином. Если тебе кажется, что это путь к совершенству… Но делай что-нибудь, ради чего тебя сюда прислали.
– Да ведь я что хочу сказать, ведь всё мной перечисленное – это же всё во мне одном! Вот что смущает… А может, всё-таки человек из будущего?
– Будь из будущего! А лучше просто будь очень хорошим, активным, честным, творческим человеком. Авангардом своего времени. Одним из тех, благодаря кому цивилизация развивается.
– Буду. Спасибо… Но ты тоже, смотрю, не так прост. А ты зачем притворялся?
– Видишь ли… мне казалось, что я тоже здесь чужой. Я думал, что меня никто здесь не поймёт. Я думал, что я где-то… х-ха… инопланетянин.
– Ты?!
– Угу.
– Ну мы даё-ём!! Люди-человеки!
Надежда родителя
Мирная семейная сцена в обычной однокомнатной квартире: жена на диване носки штопает; муж, лёжа на кровати, читает газету; их сын-пятиклассник прилежно сидит за столом, делает уроки.
Глава семейства, про себя, читает: «Итальянская команда «Ювента» заключила с российским футболистом Владиславом Пинальниковым контракт на полтора миллиона долларов.»
– Во!.. – Вырвалось у него. Отложил газету. Живут же люди! Это ж какие деньжищи! А тут, едрёный корень… С презрением обвёл взглядом своё убогое, ничтожное жилище. Жена старые носки по которому разу чинит, новые купить не на что. Телевизор опять сгорел, сколько уж лет отпахал. В холодильнике из съедобного только лёд. Воды горячей третью неделю нет, не помоешься. Завод прикрыли до лучших времён, значит, надолго. Хорошо, хоть, погода пока держится.
Сын… ручку сидит грызёт с умным видом, зубрит-решает чего-то. А троек всё равно навалом.
Он посмотрел-посмотрел на своего отпрыска внимательно: вроде пацан как пацан… Прищурился. И вдруг сказал сердито:
– Мишка! Ну чё ты тут уткнулся в эти свои дурацкие учебники? Кому они на фиг нужны? А ну давай живо!.. Иди с пацанами лучше футбол гоняй! Сидит он!..
Бывает же такое!
Вован-юморист
Есть у меня друг один. Кодовое название – Вован-Балабан (по фамилии). Тип замечательный. Два метра роста, юмора и беспредела.
Мы с него животы постоянно надрываем все. Причём независимо от меры выпитого корки мочит. Вообще постоянно что-нибудь выкидывает, всего и не упомнишь. Ходячий конферансье и уличный шут. Приколы так и сыплются.
То напьётся и выходит во двор в одних трусах зимой самбу танцевать. То давай из себя журналиста корчить. Возьмет фотоаппарат, микрофон, магнитофон в спортивной сумке – и давай приставать к прохожим с какими-нибудь дурацкими вопросами типа: видели ли вы когда-нибудь инопланетян и хотите ли встретиться с ними или с барабашками? Или, когда вы в последний раз выходили из себя и почему, и когда вернулись? Или, расскажите, пожалуйста, ваш любимый или просто смешной анекдот. С матами и без.
Однажды он отмочил номер! Феноменальный. Мы тогда с утра вчетвером собрались, немного выпили, и поехали на выставку турецких товаров. Этот тип взял с собой магнитофон. Небольшой такой. Сунул его под куртку. Мы как-то не того. Ну, музычку, думаем, потом послушаем, погуляем.
Едем, значит, в автобусе, ничего не подозреваем. Вован, такой, нам говорит: «Стойте здесь, я сейчас.» И полез в середину салона. А там давка бешеная. И вдруг вопль оттуда: «Ой! Осторожней, вы что?»
Все, естественно, туда повернулись – что там такое? Скандал – это всегда интересно. Голос, вроде, Балабана был, но нет, смотрим, спокойно стоит, в окошко глядит. И снова крик: «Да тише вы, люди! Раздавите совсем! Что вы, не видите куда прёте? Слепые? Я вам что?!!» В автобусе напряжённая тишина. И снова голос, какой-то истеричный: Люди! Вы что, правда меня не замечаете?! Я что, невидимкой стал?» На задней и передней площадках прошёл смешок. Но в середине салона странная тишина. Лица недоумённые. Переглядываются друг с другом. Потом и задние резко смолкли. Шеи вытягивают все, заглядывают в ту сторону. Смотрим – в центре внимания Вован. Голова над всеми возвышается, что-то вокруг себя высматривает, наверное, того невидимку. И ещё раз голос, но уже торжествующий: «Получилось, люди! – Через три секунды: – Мы вас разыграли!» И наш неугомонный Балабанчик вытаскивает из-под куртки магнитофон. Ну артист-импровизатор! Ну Петросян! Мы там выпали в осадок втроём! Народ тоже, как ни странно в наше время, юмор понял… Два метра всё-таки… Никто не хотел говорить дурного. Да и программа «Городок» многим вспомнилась. Все сразу попытались стать фотогеничной на всякий случай…
Это ещё не предел. Один кон я с него вообще «умер». Когда он с фотографией…
В тот вечер мы у него сидели трое: он, я и третий наш кент, Витька. Выпили литр. Было ещё, но мы с Витьком больше не захотели – завтра на работу. А Вован такой: если пить, так пить, до состояния холодца (его метафора). Но один тоже никогда не пьёт. «Я чё, алкаш что ли?»
Ну и завалились, значит, спать. Мы с Витьком на диван, он один на кровать.
Вскоре я проснулся почему-то. Слышу – на кухне разговор. Вован кому-то чего-то рассказывает. Кто-то ещё припёрся, видать. Витька спит. Слышу из кухни: «Ну, давай! Пусть у нас всё будет!» Дзинь! Буль-буль-буль. Молчание. Снова он забубнил чего-то. Тост: «Ну, дай Бог! Бог не даст – сами возьмём!» Дзинь! Буль-буль-буль. Пауза. Опять Вован заговорил. Что у него там за собутыльник глухонемой? И вдруг слышу: «Катюха! До чего ж я тебя люблю! Ты такая классная, блин!» Қатька пришла?!
Я соскочил, штаны напялил. Время – час ночи. Отправился к ним. Мне Катька тоже нравится, весёлая, компанейская девка.
Тихонько так подкрадываюсь к кухне, фразу заготовил: «Здрассьте вам, какими ветрами?» Но слышу: «Катюха, за тебя! «Дзинь!
И тут я резко дверь открываю. «Стоп!» – говорю… И замер. И улыбка сползла.
Балабан сидит за столом Один. У меня сразу мысль: «Амбец! Вован допился! Крыша поехала!» А он такой: «О, Санёк. Садись, вмажь с нами!»
А мне немного страшно – чёрт его знает…
– А я – говорит, – тут вот с Катюхой сидю. Общаемся. – Всё, думаю, точно. И показывает на бутылку. Ага, готов. Вот эта подружка и довела… А что это? Фотография?
И тогда я выпал в осадок. Заржал в полный голос и на пол свалился, скрючило меня. Витька примчался – и тоже рядышком со мной слёг.
Этот артист народный Катькину фотографию прислонил так к бутылке аккуратненько, и давай с ней квасить, общаться. С бутылкой чёкался.
«Да, – говорит потом, – лежал-лежал. Не спится чегой-то. Там же стоит пузырёк. Одиноко ему. Испортится, чего доброго. Катьку чего-то вспомнил. Ну и как-то подумал: а чем не компания? Всё не один.
Вот так Вован и приговорил с «Катькой» грамм четыреста.
Мы это рассказали потом Катюхе. Она, когда смогла говорить, отсмеявшись как следует, ему сказала: «Ладно, Вовочка, в следующий раз я тебя так же приглашу к столу.»
У нас этот случай стал легендой. И иногда выручал, спасал от одиночества…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.