Звёздная Кровь Архераил. Книга 5. План номер ноль

Глава 3. Золотой ящик негодяя

– Я хочу купить ваши клятвы, – начала она сразу с дела.

Длань внимательно осматривала женщину. Любой наёмник волен идти на все четыре стороны, но всегда есть база, где тебя ждут, и люди, которые тебя нанимают с большим приоритетом. В Единстве, формально, если тебя не изгнали, то ты принадлежишь какому-либо народу, даже если весь народ состоит только из тебя самого. Длань принадлежала народу Степи, и вопрос был не в набивании цены, а просто ситуация очень нестандартна.

– У вас есть моя клятва. Какую клятву вы ещё хотите? – спросила подруга.

Я уже знал, что нахожусь в караване народа Степи. Мне об этом рассказали, пока я производил лечение. Местные были очень дружелюбны, по крайней мере ко мне, и старались рассказать всё и сразу. Где-то совсем недалеко находятся огромные равнины, богатые, плодородные, где трава как деревья, в два роста человека. Как по мне, тот же лес, только ещё сложнее ориентироваться с видимостью в один метр. Имелись многие километры, где траву регулярно выщипывали крупные травоядные, а по краям в высоких зарослях жили многочисленные сильные хищники. Всё это перемежалось высокими горными образованиями, не сильно большими по площади, зато резкими, со множеством пещер и высокогорных плато под снежными шапками.

В горных районах жили разные небольшие народы, по одному на каждой горе, а то и по одному на каждом склоне, внизу народ Степи, многочисленный и сильный. Степняки имели всегда много мяса, разводили животных. Приручали хищников, которые служили в качестве охранников, и тауро как основное транспортное средство. Горцы, в свою очередь, притаскивали кархов, добывали редкие минералы в пещерах. С учётом их немногочисленности очень активно пользовались возможностью обменять невест с племенами, живущими в степи. Всё было хорошо. Почти четверть круга занимали эти племена с владениями, доходившими до самого центрального Древа.

Многие тысячи лет все жили спокойно, огромные незаселённые и нажористые территории всегда были обычным делом, никто никого не трогал, все вели дикое существование с рунами, палками, иногда ковкой металлического ножа, когда руки дойдут сходить металл у сталь-жуков собрать, потом раз, и понеслось.

С другой части круга пришли воины Подвижных Камней. Ребята замещали народ Тени, который обычно жил по окраинам других известных мне кругов. В аборигенах я сильно не разбираюсь и могу гарантированно отличать только людей Моря, космо, людей Леса и моих любимых рыб из народа Воды. Возможно, это были те же самые теневики, но в этом круге их просто называли иначе. На той стороне располагалось крупное горное образование с постоянными вулканами, извергающимися многие тысячи лет, ту часть трясло, и каменная твердь находилась в постоянном движении.

Небольшие и нелюдимые племена Подвижных Камней вдруг объединились и начали расширять свою территорию. У малых народов, племён и больших семей чувство уникальности, неповторимости и превосходства всегда гипертрофированно. Мелкий народец, живущий на этом склоне горы, терпеть не может соседний по миллиону причин, ну, например, что они на другом склоне живут. Большие союзы среди кланов и мелких вождей происходят в исключительнейших и редчайших обстоятельствах, когда реально припрёт. Но мелкие кланы, племена, народцы и прочие, кто считал себя Подвижными Камнями, резко объединились и начали широкомасштабную экспансию. Это вкратце.

Сейчас степняков выдавливали с их насиженных мест. Большие караваны перемещались от центра круга, где были наиболее плодородные и удобные земли, к горным образованиям, среди которых удобно держать оборону. Территории в Единстве огромны, и места хватает всем. Есть районы, где неделями можно ходить, не встретив ни одного человека, и подобная агрессивность была очень несвойственна местным. Можно жить в лесах десятилетиями, собственно, как и делали многие племена, никого не трогая и не особо общаясь. Кому и зачем понадобились дополнительные территории? Это было непонятно и нелогично. Зачем тебе новые земли, если на своих у тебя меньше одного человека на квадратный километр живёт?

Мы сидели с пиалами травяного отвара, ели лепёшки и нарезанное кусочками мясо, слушая фламинику. Несколько риксов вдруг неожиданно взбесились и начали собирать огромные армии, подтягивать под свою власть целые племена. Если кто-то не соглашался, самым жестоким образом истребляли, наращивая и наращивая войско, по кругу шла совершенно дурная, необъяснимая экспансия.

– Мы хотим купить ваши клятвы. Наши люди сами окажут лечение и сами себя в состоянии прокормить, но мы будем вечно бежать, пока кто-то не остановит продвижение взбесившихся от запаха крови армий. Воины народа Подвижных Камней просто уничтожают поселения, разрушают, сжигают, убивают. Берут в трели лучших, а от остальных избавляются. Нет цели, нет надобности. Они не становятся сильнее. Это неправильно. Рикс гонит свои армии за кровью ещё яростнее, чем раньше.

– Я же два дня назад их рикса убила! – воскликнула подруга.

– Поэтому мы снова хотим купить ваши клятвы. – А дальше последовали объяснения, которые передал очень доверенный человек, живущий в лагере народа Подвижных Камней.

Утром после аудиенции с моей подругой, когда решили, что рикс заспался, и вошли в шатёр к своему начальнику с целью разбудить, то вместо девки, лежащей на растопырку после ночных утех, увидели безголовое тело вождя. Длань устроила весёлую шутку. Как было принято, народ орал, возмущался, говорил, что всех зарежет, но потихонечку начал расползаться. Буквально пара дней, и первые отряды покинут армию вторжения, разбежавшись по лесам. Но неожиданно с какой-то горы свалился дальний племянник рикса, мгновенно взял всё под свой контроль, придавил малейшие попытки малодушия и дезертирства. Даже самые сильные вожди, имеющие очень большой коэффициент личной гордости и серьёзные боевые отряды, не посмели ему бросить ни единого фионтара.

Рикс – это не просто президент, премьер-министр или руководитель торговой гильдии, выбранный главным торгашом, или просто купивший пост, – это слава, заслуги перед наблюдателем и признание. Ты мог стать самым большим руководителем, императором, начальником правительства просто так, но без кучи условий не мог стать риксом народа. Титул рикса нельзя купить или договориться о нём, его надо заслужить. Если ты хочешь стать вождём народа в Единстве, нужно удовлетворять определённые требования, и это не просто должность, а в первую очередь связь с наблюдателем, возможность торговать, получать звёздные монеты и покупать стигматы.

Не известный никому юный серебряный восходящий пришёл на смену своему дяде и решил все вопросы, смог выполнить необходимые требования наблюдателя, заняв должность убитого владыки народа. С учётом неожиданной потери самого главного руководителя войско остановилось всего на пару дней, а ещё через день-два будет наведён окончательный порядок и победное шествие армии продолжится. В этом никто не сомневался.

Длань задумалась и произнесла:

– Ну, вообще, запасной рикс – это нормально. Если ты воюешь и вдруг убили главного руководителя, то должен быть запасной.

Фламиника была женщиной умной и осознавала логичность слов наёмницы, но было видно, что внутренне она искренне возмущена. Этот рикс сломался, несите следующего. Так можно и с фламинами: ой, придушили, не проблема, запасной в секретере хранится. Однако подруга была права, и возразить тут нечего. Всё выглядело крайне странно. В Единстве все помешаны на восхождении, и сама мысль о запасном риксе казалась кощунством.

– Вот поэтому я хочу купить ваши клятвы. Я готова купить все ваши клятвы, – произнесла фламиника.

– Вы не знаете, сколько у них запасных риксов! – восторженно вскрикнула Длань.

Руководительница народа аж поморщилась, но наёмница прямо в самую дырочку угадала.

Клятву мы продали. Соглашение было рамочным. На кону выживание огромного народа и кучи племён, которые составляли союз с народом Степи, поэтому банда из пары наёмников могла взять все ресурсы, которые захочет, а как остановим вторжение, то получим великую награду, при этом всё, что мы хапнем сейчас, – это просто затраты и необходимое оборудование для нашей нелёгкой деятельности, они в сумме вознаграждения не учитывались. Длань прокомментировала условия, что словно в братство вернулась. Там тоже не имелось никаких ограничений в «снаряге», единственным условием было то, что отказаться от задания нельзя.

Дальше нас вводили в курс дела.

Племянник был жёсткий, харизматичный и имел такую степень уважения, что даже самые сильные вожди, обладающие очень большим коэффициентом личной гордости, не посмели бросить ему ни единого фионтара, а сразу приняли его власть. Не известный никому, молодой серебряный восходящий за полдня получил признание и стал риксом. С учётом неожиданной потери самого главного руководителя войско остановилось всего на пару дней, и скоро война продолжится. В этом никто не сомневался.

Были и существенные отличия от прежнего вождя. Провернуть старый трюк точно не получится. Гадёныш не общался с посторонними, не пил вино, не таскал в шатёр девок, был окружён самыми доверенными людьми, с остальными общался издали, предпочитая выслушивать и давать распоряжения через преданных подчинённых. Такой стиль управления свойственен великим завоевателям моего мира из древней истории, но местные вожди всегда хотели идти в первых рядах и получить больше славы, чем простые воины. Поведение молодого рикса было неестественно.

Времени совсем не оставалось. Нужно действовать мгновенно. Шпиона могли раскрыть, почти в любой момент лагерь мог сместиться, или говнюк, исполняющий обязанности рикса, мог перебраться в другой лагерь. Этих отрядов было немало, сколько – никто не знал, но по масштабам продвижения могло оказаться очень много. Даже если судить по количествам убегающих, то таких караванов, как наш, состоящих из сотен людей, уходящих с насиженных мест и бросающих города, были десятки, а с учётом просто уходящих племён – сотни. О размерах оставляемых поселений можно судить по машинам, выполняющим роль защиты с воздуха. Чтобы создать такую, нужны мастера рун, плотники и металлурги, а не шатры кочевого поселения.

Нас снаряжали как могли. Дефендер и штурмовой комплекс наёмницы были очень весомым аргументом. Жаль, «Тарантул» на откате, я бы его выпустил в качестве боевой единицы. Помимо пистолета взял меч и пару похожих рун с огненным сгустком, которые швыряли на два десятка шагов комок липкой и жарко пылающей жижи. Сложных брать не стал в силу своей необразованности. Нас усиливали как могли. Подобрали отличный доспех, навешали медальонов и обработали рунами. Кожа стала жёсткая, как у тауро, и даже силы в мышцах прибавилось. Доспех должен защитить меня от случайных стрел и порезов, а кожа от кислотных плевков и огня. У нас будет всего несколько секунд, чтобы ворваться и прикончить говнюка. Два раза переход открыть не дадут и нужно всё делать мгновенно.

Первыми идём мы – я с дефендером, Длань со штурмовым комплексом, – а потом все остальные. Вопрос был не в том, что нет воинов сильнее нас, но, как показала практика, даже самые сильные и отчаянные не смогли и близко подобраться к вождю народа Подвижных Камней, а наёмница в сговоре со стариком, который купил её клятву, отлично это дело осуществила. Потом караван, где она спасла больше людей от нападения с воздуха, вовремя раздав пинки и подзатыльники, чем самые могучие восходящие. А дальше к нам на помощь выскочат восходящие, готовые поддержать нас.

Мне не нравилось всё. Если честно, то не нравилось ни Длани, ни самой фламинике, но выбора просто не было, а счёт шёл на секунды. Третьему я приказал охранять руководительницу. Охраняющий и охраняемая были недовольны, но молча послушались, и Третий стал ходить за женщиной, выполняя мой приказ.

В Единстве не очень любили длинные путешествия по ночам в связи с тем, что ночью выходили самые страшные и свирепые хищники, и если ты специально не занимаешься на них охотой, то лучше переждать под защитой поселения, чем искать приключений. Кстати, в темноте можно встретиться не только с обычными, но и с теневыми хищниками Единства.

Портал открылся вовремя. Шатёр главаря Длань узнала сразу, и именно в нём пару дней назад у неё было рандеву с предыдущим владыкой народа Подвижных Камней. Мы рванули. Сразу понял, что всё не так, как, собственно, и ожидал. Штурмовой комплекс Длани и мой дефендер выхватились из рун хранилищ отлично, а вот руна, которой я намеревался спалить заведение, просто не сработала. Вокруг стояла защита от звёздной крови, но шесть гранат из подствольника и магазин длинной очередью, на расплав ствола, вылетели за считаные секунды. За это же время я полностью отстрелял пистолет.

Изрешетило и разорвало шатёр и нескольких человек внутри очень замечательно, но под вспыхнувшей тканью просматривался красивый металлический ящик, блестящий золотом, от которого искрами отлетали попадания пуль. Тех, кто находился рядом, снесло огнём, но гадёныш был в золотом гробу. Шпион точно не знал, иначе бы предупредил.

– Ловушка! – заорала наёмница, а на нас накинули ошейники, блокирующие руны.

Мой дефендер и штурмовой комплекс подруги рассыпались искрами звёздной крови. Кандалы были иные, не мои любимые с двадцатисантиметровыми поводками, но функцию свою выполнили. Руны оказались заблокированы, а в переход швырнули отрезанную голову шпиона, который открыл нам портал. Следующим движением руки проход закрыли, как раз в тот момент, когда в него заскакивал воин, бросившийся нам на помощь. Половина была ещё там, а вторая упала здесь. Один удар копья, и голову проткнул металлический наконечник, прекратив начавшийся крик боли.

Ошейник Златоглазки как бы с ленцой сытого хищника спросил: «Ну, типа, поглотить?» Я глянул на наёмницу. Она была парализована, как и я, но подруга всё поняла, и я это увидел по глазам. Дал мысленную команду моему любимцу, что можно кушать. Предмет Златоглазки со смаком пожрал мои оковы; смарт-граната на палке с верёвкой, чёрная руна истинной преданности и тысячекратного усиления на себя, рывок за шнур, привязанный к запалу, без замедления. Длань наверняка сожжёт и всё остальное выпалит до основания метров на триста. Я это знал по прошлым разам, что означает тысячекратно усиленное чёрной руной пламя термитной гранаты.

Сопля перед глазами поменяла цвет с красного на зелёный, стала осьминожкой и уползла. Я был в каменном саркофаге. Полежал, понаблюдал, послушал тишину, вздохнул. Я оставил Третьего в лагере охранять фламиншу. Он возражал, но я дал чёткий приказ. Теперь точно буду знать, где его забрать обратно, когда понадобится. Фламин народа – это не та должность, которая может уйти в лес на год-другой и совсем не вернуться. У меня сразу возникла куча подозрений по поводу рейда, которые оправдались полностью, и даже больше. Длань была согласна, но времени на другие варианты не оставалось. Надо было действовать здесь и ещё вчера. Это не просто, что всё будет не так, как должно быть, а нас ждали, отлично подготовились, и не будь меня, то наёмницу бы схватили без единого шанса. Сейчас я искренне радовался, что верный оборванец торчит около фламиники, выполняя роль телохранителя, и дожидается меня в целости и сохранности.

Попробовал извернуться, уперевшись ногами. Сдвинуть каменную плиту не получилось. Попробовал ещё раз, но только подтвердил результат. Думаю, пара тонн веса, без всяких рун и изысков.

Я почувствовал, что меня тронули сознанием. Это был второй симбионт Длани. Затем долго стучали в стену, пробили небольшое отверстие. Это я слышал через крохотные отдушины, находящиеся на боковых стенках саркофага почти у уровня дна. Они были размером всего с палец. Как только в стене появилось небольшое отверстие, то послышались ругательства. Долбёжка продолжилась, а вместе с ней усиливались и плохие слова, которые совсем не положено знать добропорядочным беременным жёнам.

Несколько часов продолжали ломать проход в стене и влезли в моё убежище. Услышал, как простукивают мой саркофаг.

– Ты тут?

– Да, – пригнувшись к одному из вентиляционных отверстий, крикнул я.

Подумал, что отверстия сделали, и от удушья сдохнуть не получится. По звукам долбёжки предположил, что это очередной саркофаг в склепе. Остальные были размещены в нишах каменных стен, и ничего долбить, чтобы подойти к ним, не надо.

Система симбиотического управления имеет довольно большой радиус взаимодействия. Капитан малого тральщика должен перекрывать весь свой корабль плюс часть дока, в который заходишь, и ремонтные дроны на обшивке, что ползают по кораблю в случае починки борта. Через обычный камень связь работала хуже, но Длань меня отлично нашла, а как она выбралась? В коридоре саркофаги поменьше, однако и там плита почти такая же, и от того, что она не две тонны весит, а тонну восемьсот, разницы никакой.

– Домик поросёнка обязан быть крепким, – хмыкнула наёмница, наверное, цитируя что-то известное.

– И тебе привет, дорогая моя. Обнял бы, даже не надо мне пистолет к голове приставлять, но тут такое дело…

Она постучала по плите. Кратко объяснила, что я выбрал себе самый здоровый из каменных гробов и, похоже, специально издеваюсь. Если сил не хватит меня вытащить, то придётся кормить через трубочку в отверстие вентиляции, а по нужде можно ходить в то, которое на другой стороне моего каменного гроба. Затем удивлённо сообщили:

– А почему ты до сих пор палец не высунул?

– А надо было?

– В других ситуациях ты меня не спрашивал, а сразу высовывал. Суй давай, – прямо возмутилась подруга.

Я почувствовал, как наёмница открыла скрижаль. Через отдушину выставил палец и тоже открыл скрижаль. Ко мне перешла руна-предмет домкрат. Статус дерево, время действия – нет, время перезарядки один час, стоимость активации десять капель звёздной крови.

И тут до меня дошло: чтобы запустить руну домкрат, мне нужна звёздная кровь, а её нужно получить. В новом теле никогда нет ни капли, по крайней мере сейчас.

– А где ты звёздную кровь взяла? – поинтересовался я.

– В смысле?

– В новом теле её нет.

– Сломала руны.

Я аж вздрогнул. Это она сломала руны, которые с ней ходят, чтобы из гроба вылезти и меня освободить?

– Ты чего замер? – начала беспокоиться подруга, перестав слышать моё шуршание.

– Ты сломала руны из тех, которые к твоей душе прилипли?

– Ты чё жрал? Опять пользованные дозеры по помойкам собирал? – удивились мне в ответ искренне и незамутнённо.

Это я своим ментальным деревом почувствовал и решил подождать пояснений. Длань немного подумала и спросила:

– И как ты только такой большой вырос с таким умом? На нижних ярусах ещё бы во младенчестве с голоду помер. У тебя что, запасных рун нет?

Я ей примерно рассказывал свою историю и что за мной таскается целая коллекция рун, которые прилипли к душе, и каждое тело я получаю новое, без атрибутов и звёздной крови, но с моими рунами. У подруги была похожая история, только о её коллекции я корректно не расспрашивал. Прямо почувствовал, как на той стороне выругались и раздражённо сообщили, просунув палец в мою отдушину снаружи:

– Дай сюда, сдвинься.

Притронувшись к торчащему пальцу, вернул руну домкрат и отполз как можно дальше. В моём склепе появилась массивная железяка, разместившись у самой отдушины. Наёмница сама материализовала приспособление внутри моего саркофага. Всё было просто. Это устройство словно шагнуло из книг про древнюю древность. Два винта, рычаг, крутилка и массивные железяки. Тут ставишь, тут крутишь. Я сразу понял, что высоты не хватает. Мой дом поросёнка был наверняка больше, чем у наёмницы, но сообщать подруге я не стал. В руне хранилища лежало немало прочных предметов. Отдельно от домкрата все эти ножи, копья и сковородки сдвинуть каменную плиту в пару тонн не помогут, а вот в роли подставки для механического устройства послужат отлично. Как только появилась щель, то мне скомандовали:

– Патроны выщелкни из пистолета. Мои мощнее, переводить не хочу. – И я получил мыслеобраз с инструкцией по выползанию из саркофагов.

– Бегу, дорогая, – ответил я и достал дефендер.

Сразу стало понятно, что надо делать. Когда появилась щель, то я вложил по паре патронов с каждой стороны. Скрутил домкрат, передвинул на другую сторону моего саркофага. Приподнял крышку там и уложил ещё пару патронов. Получилась каменная плита на крошечных колёсиках. Упереть ноги, сдвигая надгробие, и я открыл себе отличную дырку.

– Ты что, правда рун на слом к душе не привязывал? – спросила Длань, как только моя пыльная рожа появилась из дыры.

– Это как?

Она картинно взмахнула рукой, приложила ко лбу, сделав изящную позу, как будто прямо сейчас хотела начинать гибкий танец. Сокрушённо вздохнула.

– У меня постоянно к душе полтора десятка всяких ненужных рун привязано. После первого же восстановления, когда всю звёздную кровь и атрибуты тела отобрали, я только так и делаю. Я попросила рикса, и он мне у наблюдателя умение купил. Всего несколько звёздных монет, и можно руны к душе привязать, и они будут в новое тело переноситься с душой. Распылил, и у тебя звёздная кровь. Дорого, зато надёжно. А почему ты по паре запасных рун не привязал?

– Я не знал, что так можно.

– Ты даже не пробовал! Это все знают! В Единстве куча народа привязывает руны к душе, чтобы было сложнее забрать. Можно, но сложности такие, что проще не пытаться. Привязанные к душе руны в случае смерти никогда не выпадут в награду победителю, а обязательно окажутся в стигмате. Когда хотят передать секретную информацию, мастера могут сделать руну-сагу, потом её привязывают к душе, и что бы ни произошло, она будет или у человека, или в его гвозде. Я поражена! Ты же в гиперполисе вырос, а не среди дремучего леса. Это совсем просто, и об этом известно всем, кроме тебя, для которого это действительно важное знание.

Отвечать смысла не было. Теперь-то знаю и обязательно попробую. Длань мгновенно приспособилась и придумала способ всегда быть со звёздной кровью, а я понял, сколько мне ещё нужно узнать, и решил в очередной раз, как обычно, заканчивать с разгильдяйством. Зная, что её в любой момент могут прибить и она окажется в другом теле в другом месте, подруга привязывала руны к своей душе специально для слома. У неё тоже была своя сумасшедшая коллекция, которая потихоньку пополнялась, но она всегда таскала с собой запасные руны, которые могла сломать в подобной ситуации. Мне попадалось немало хороших рун, которые можно было бы использовать, но я даже и не думал о том, что можно их привязать к душе и таскать с собой, тем более для того, чтобы их просто распылить, пополнив запас звёздной крови.

Оставалось обсудить второй заход. Выполнение клятвы нам наблюдатель засчитал, и формально мы были свободны, но это не наш вариант. Фламиника формулировала задание без абсолютного значения наверняка сознательно. Мы подписались сделать всё возможное и невозможное, чтобы уничтожить нового предводителя народа, остановить или замедлить продвижение. Замедлили точно хорошо. Наверняка подобных отрядов у народа Подвижных Камней имелись десятки, а может, и сотни, потому что экспансия шла на весь круг, но потери конкретно в этом лагере должны быть огромны.

Странная формулировка, что не просто убить, а попытаться убить, приложив к этому максимум усилий, была очень несвойственна аборигенам. Местные, как правило, прямолинейны. Убить – это убить, оторвать голову – это именно голову, отделить от тела, а не надругаться позорным образом, а потом отшлёпать, зарезать ножом, повесить на ближайшем дереве и фото в вокс-сеть выложить. Создалось такое ощущение, что она предполагала, будучи очень умной и проницательной женщиной, что могут быть всякие отклонения. Наёмник обязательно выполнит клятву, но иногда лучше сохранить хорошие отношения и чуть-чуть дать слабину или задание сформулировать менее конкретно, позволив манёвр, чем загнать в угол уникального бойца.