Там, где цветёт огнецвет

– Зуйка, а сколько тебе лет? – спросила Валя, когда ребята собрались за обедом.

– Девять. А так как год на Эрте, длится столько же, сколько и на Земле, то я только немного вас младше.

– А ты была в космосе? – спросил её Павлик.

– Конечно, на Фелле, нашем спутнике. А вот в дальнем космосе только один раз, – вздохнула Зуйка. – Папа не берёт меня в экспедиции на «Кайярре» потому, что я ещё маленькая. Только в прошлом году взял на Тейну.

На следующий день, с самого утра ребята загрузились во флайер и отправились к Бурой горе, где, на берегу Орийского озера, располагалась ботаническая станция.

Станция представляла собой три небольших белых домика: в одном располагалась лаборатория, в другом склад, а третий служил временным жильём работавшим на станции биологам: Тану и двум его помощником.

– Здравствуйте! – ребята вошли в лабораторию и представились. Из-за стола поднялся среднего роста молодой мужчина с коротко подстриженными тёмно-русыми волосами и светло-голубыми глазами.

– Привет! Танимил Кунин. Чем могу помочь? – представился ботаник.

– Эти ребята ищут солнцецвет, – объяснил Кан. – И рассчитывают на твою помощь, ты же – специалист.

– Вы с Земли, так ведь?

– Ну да… – ответил Павлик.

– Меня можете называть просто – Тан.

– Ну да, Тан, – повторил Павлик.

– Я догадался, – улыбнулся учёный. – И откуда? Я там бывал. В Амазонии, Индии…

– Из Центральной России.

– Там я пока не был, бывал лишь на Урале и Алтае… Значит, солнцецвет… Считайте, что вам повезло. Солнцецвет или золотоцвет, как его чаще называли у нас, здесь действительно растёт. Если не поленитесь, в горах у этого озера можете собрать целую коллекцию.

– А какого?

– Обыкновенного и горного. А если прогуляетесь на Заветную поляну, как её называет Зуи, то найдёте и золотистый, его там не меньше. Ускользающий пока только восстанавливают в лабораториях. В природные сообщества его ещё не ввели.

– Горного? Мы про такой не слышали! – удивилась Яся.

– Неудивительно. Золотоцвет, или горный золотарник никто не считал родственником легендарного солнцецвета. Его считали родственником другого похожего цветка, точнее цветов – золотарников: лекарственного, пахучего, росолюба и некоторых других. А потом, когда мы решили восстановить популяцию «цветка солнца», то оказалось, что золотистый солнцецвет – его прямой родственник.

– А правда, что солнцецвет колдуны использовали для своих «магических путешествий? – поинтересовалась Яся. – Я читала об этом в книжке.

– Всё очень просто, Яся. На золотарнике паразитирует бурая плесень. Когда-то шаманы заваривали её и дышали парами этого гриба, которые имели одурманивающее действие. А сам цветок здесь не при чём.

– А «цветок солнца»? – спросила Юля.

– Солнцецветы солнечный и чудесный? С этим немного сложнее… Эрта – не родина этих цветов. Горный золотарник, обыкновенный и ускользающий солнцецветы – это эволюционные потомки каких-то неизвестных пока растений. Возможно, это и есть наши легендарные солнечный и чудесный солнцецветы. И, возможно, что эти растения занесли к нам с другой планеты. Дело в том, что у золотарников (эволюционных потомков горного золотарника, который вполне можно назвать живым ископаемым) и восстановленных нами солнцецветов на Эрте нет предков.

– А кто занёс сюда этот цветок? – поинтересовался Павлик.

– Возможно, это сирианцы… ещё до «небесной битвы», погубившей сирианский союз.

– Тан, а это они? – Валя показала ботанику гербарий и картинку из книги.

– На картинке изображён горный золотарник или золотоцвет. Эта картинка из старинной книги, «Описание, лекарственных, съедобных и иных полезных человеку растений горных мест Заозёрной равнины». Издана она была почти триста лет назад. Эта картинка и подсказала нам, где искать потомков легендарного солнцецвета. Но сам «цветок солнца», тот что описан в сказках, легендах и магических рецептах, пока ещё… – Тан с сожалением пожал плечами. – А вот гербарий… Я видел такое растение. Его вид похож на наш сказочный Цветок Жизни.

– Огнецвет?! – ахнула Юля.

– Нет. Этот цветок и называли «золотым цветком» или золотоцветом. Золотарник потому и получил своё второе название из-за схожести. Но его лепестки – ярко-жёлтые, а не оранжевые.

– И что!? Опять мимо!? – у Павлика даже лицо вытянулось от обиды и разочарования.

– Да нет, Павел. Вы как раз очень близко, почти вплотную подошли к разгадке вашей тайны: тайны цветка и тайны загадочной планеты. Но для этого нам придётся прогуляться на довольно интересную соседку нашей Эрты.

– Тейну? – переспросил Павлик.

– Да, на Тейну. Кстати, знаете, как её называют местные жители?

– Нет…

– Кен-Нава.

У Павлика даже рот открылся от удивления. Он обернулся к девочкам и только и сумел, что развести руками.

– Вот и таинственная Кинава… – толкнула Валя в бок Юльку. – Так всегда – ищешь ответ, а он под носом, на самом видном месте.

– Так ведь кто знал, что тот, кто написал название на упаковке гербария, название планеты переврал, – ответила Юля.

– Вы говорили, что видели цветок, как в гербарии? – спросила Тана Валя. – А про огнецвет вы не слышали?

– Нет, не слышал. А вот про «золотой цветок» не только слышал, но и видел. В музее в Саллейне, родном городе Зуи (это недалеко от нас), есть такой же гербарий, как и у вас. Впрочем, у меня тоже есть похожий и не менее таинственный цветок, – Тан порылся на полке, достал синюю папку со шнурками и, раскрыв, положил перед ребятами. В папке лежал засушенный цветок, что-то среднее между крупным маком и тюльпаном, только не оранжевый, а красно-бурый.

– А откуда эти гербарии?

– Сирианский исследовательский корабль «Аланара». Он провёл исследования соседней с нами звёздной системы. Но при возвращении на Теллус потерпел катастрофу. Большая часть собранных коллекций, материалов и документов погибла. Было это почти семьдесят лет назад. От сирианцев мы и узнали о солнечном и чудесном солнцецвете. И узнали, что наши «цветы солнца» могут иметь инопланетное происхождение. И эти гербарии – с планеты Тейна. Кен-Навы…

– Эта планета возможно и есть ваша цель. Через три дня «Магуар» и «Кайярр» отправляются туда, и я приглашаю вас принять участие в экспедиции.

– Спасибо, дядя Найда, – поблагодарил Павлик. – А это далеко?

– Нет. Три-четыре дня пути с одним средней дистанции прыжком.

– А нас возьмёте с собой, в экспедицию? Мы вам можем пригодится, – добавила Зуйка, взяв за руку Луанну.

– Конечно! – согласилась Юля.

– Ладно, мы согласны! – Павлик пожал руку капитану.

– А этот гербарий у вас откуда? – Лу показала на папку с бурым цветком.

– Полицейские подарили. Перехватили у каких-то контрабандистов вместе с другими диковинами. А они его украли в одном из музеев Нового Алата.

– Так значит… – догадалась Яся.

– Этот гербарий моя мама и видела… – подтвердила Лу.

Глава 1. Тейна

Через три дня два корабля легли на разгонную траекторию для прыжка к звёздной системе Тавола, в которой находилась Тейна, таинственная родина «золотого цветка». Первым шёл «Кайярр», на котором летели Кам, Зуи и Тан, а также ещё десяток учёных и космонавтов. А в кильватере (если конечно этот морской термин применим к космосу) следовал «Магуар».

Первая База на Тейне располагалась в восточном полушарии планеты недалеко от берега океана в небольшой долине на берегу неширокой живописной реки.

Ранним утром ребята спустились с трапа модуля-2Б «Магуара» на силикетовую площадку космодрома. Космодром был довольно примитивным и совсем небольшим, сколько таких «полевых» космодромов было сооружено на новооткрытых планетах на просторах Галактики знали только в Космофлоте. Бетонное поле, телеметрическая вышка, цилиндрические красно-белые здания технической службы и склада. Вокруг расстилалась равнина, кое-где покрытая редколесьем и небольшими рощицами. На противоположном базе берегу речки равнину пересекала невысокая холмистая гряда, за которой виднелся лесистый горных хребет. Чуть в стороне, у самого горизонта сияли снежными вершинами высокие скалы.

Сама база тоже не отличалась чем-то особенным среди тысяч таких исследовательских баз. Несколько кубических, полуцилиндрических и полусферических зданий и домиков из серого металлопласта; оранжереи, где пытались выращивать растения для нужд базы и хранили коллекции местных растений; загоны для отловленных на Тейне представителей местной фауны; вышки и мачты с различной аппаратурой…

Как оказалось, на Тейне были ещё две базы: в противоположном полушарии база сирианцев, а в двухстах километрах от совместной базы Эрты и Земли – база калиакрийцев.

Войдя на территорию базы Павлик и Валя вдруг остановились, как вкопанные.

– Вы что?! – испуганно спросила их Лу, натолкнувшись на Пашкину спину.

– Алька… – растерянно ответила Валя.

– Какая Алька?

– Векшина, – Павлик кивнул на вышедшую из расположенного метрах в десяти домика невысокую белокурую девочку с бантиками из узкой синей ленточки, одетую в экспедиционный комбинезон.

– Алька! – Юля крикнула девочке, и та испуганно обернулась, с изумлением глядя на друзей.

– Вы?! Откуда?! – Алька действительно была немало удивлена, встретив их здесь.

– Оттуда, – Павлик кивнул на модуль.

– Понятно, что из космоса. А почему? – удивление Альки прошло, и теперь она с интересом смотрела на ребят.

– Мы летели на Кинаву, искать тот таинственный цветок…

– И где она?

– Не поверишь! Здесь! – Яся торжественно топнула ногой по силикетовой плитке.

– Нас папа Луанны – капитан Каммо – на «Магуаре» подбросил, – добавила Валя. – Познакомься, – Валя показала на высокую голубоглазую девочку с короткими, светлыми, чуть рыжеватыми волосами.

– Луанна Каммо, – представилась Лу.

– Алина Векшина, но можно Алька. Меня так все знакомые и друзья называют, – ответила Алька. Правда слово «друзья» она произнесла как-то неуверенно, странно поглядев на ребят. Как будто хотела спросить: «Ведь друзья, правда?»

– А меня можно Лу, так проще и короче, – улыбнулась Лу.

– А я Зуйка, – подскочила к Альке девочка помладше с каштановыми волосами и такими же зелёными глазами, как у Лу. – Вообще-то, я – Зуина. Но я ещё маленькая, поэтому, пока я – Зуйка.

– Значит, огнецвет здесь?

– Не знаю, – неуверенно ответил Павлик. – Здесь родина солнцецветов. И говорят, что здесь растёт «золотой цветок», тот что в Валином гербарии. Это Тан сказал, что это он… А огнецвет, наверное, всё-таки сказка.

– Значит, вы пойдёте в экспедицию, да? – Алька спросила это каким-то странным голосом, жалобным и неуверенным.

– Может быть… – пожала плечами Яся. – Если командор базы разрешит.

– Дебора Фергюссон, она – командор земной базы, а эртянской – Маркат Оссинжа, – Алька кивнула на подходившим к ним высокого смуглого, похожего на грека или турка мужчину и средних лет темноволосую, спортивного сложения женщину. Алька вновь глянула на ребят, как будто ожидая от них чего-то, потом вздохнула и отошла: – Я пойду, надо папе помочь.

– Аль, а ты-то здесь откуда? – спохватилась Юля.

– А я с мамой и папой позавчера прилетела на целый месяц, – Алька постояла, смотря на друзей и печально вздохнув, пошла к домикам базы.

Ребят поселили в домике, рядом с лабораторией этнографов.

– Только придётся тебя поселить с девочками, – сообщила Дебора Павлику. – С местами у нас небольшая напряжёнка, если конечно девочки не против (Зуйка поселилась с родителями, а Луанна была занята на «Магуаре» и ночевала в модуле).

– Мы не против, – согласилась Яся. – Павлик свой человек.

– К тому же Павлик мой брат, – добавила Юля.

– Мы с ним ещё с самого детства дружим, – вынесла окончательный вердикт Валя.

– А не боитесь, что я буду за вами в душе подглядывать? – озорно пошутил Павлик.

– Ой, тоже мне… – хмыкнула Яся, оглядев мальчика. – Можно подумать, что ты Юльку в душе ни разу не видел и на нас на пляже не смотрел, когда мы в одних панамках. И ты, кстати, то же, – хихикнула девочка.

– Павлик, а ты не боишься, что всё будет наоборот, – заговорщицким тоном добавила Валя. – Вдруг это мы будем за тобой подглядывать?

– Тогда вечное проклятие падёт на ваши головы! Ибо вы нарушите великое равновесие вселенской гармонии света и тьмы! – заявил Павлик в ответ, гордо задрав курносый с веснушками нос, но «не удержал позы», весело рассмеявшись вместе с подругами.

– Ладно, располагайтесь. А завтра Зуи познакомит вас с нашими мохнатыми помощниками – форгарами, – сообщил Маркат. – Очень любопытные звери, скажу я вам.

– Вообще-то, это должна была делать мама. Но она очень занята и вами займусь я, – не без гордости ответила девочка.

День был в самом разгаре, и ребята, разобрав вещи, решили осмотреть окрестности базы. В первую очередь Павлик и девочки решили посетить небольшую станцию наблюдения, расположившуюся на другом берегу речки. Перейдя мост, дети оказались у небольшого надувного купола, возле которого стояло несколько металлических цилиндров.

– А что это? – Павлик показал на цилиндры вышедшему из-под купола молодому черноволосому парню.

– Воздухоотборники. Здесь, если вы заметили, постоянно дует ветерок с расположенных выше по течению лугов. И этот ветерок приносит нам пыльцу растений, растущих там, на предгорных лугах. Поэтому нам нет необходимости часто посещать те места, а сосредоточится на более интересных объектах.

– А разве там не интересно? – удивилась Яся.

– Там луга… – пожал плечами парень. – Для ботаников там, конечно, раздолье. И наверно теперь, когда они приехали, там тоже развернуться исследования. А я – метеоролог. Да, извините, не представился – Сергей Арутюнян.

– А мы тоже ищем цветы, – похвасталась Яся. – Солнцецветы. Говорят, что они здесь растут.

– А там что? – показала рукой на видневшуюся вдалеке группу кустов Валя. – Какие странные цветы…

– Это не цветы. Синие квадратики на кустах – ловчие приспособления. Этот куст – хищник, питающийся насекомыми.

– Ух ты! – у Яськи загорелись глаза. – А можно посмотреть поближе?

– Можно. Погодите чуть-чуть, и я вас провожу.

– А что, мы сами не дойдём? – удивился Павлик.

– Ну, как сказать…

– Пошли! – скомандовала Яся, махнув рукой.

– Может подождём? – на всякий случай спросила осторожная Валя.

– Не боись, Валька! – Павлику передалось задорное настроение Яси.

До кустов было не очень далеко, нужно было лишь перейти небольшую желтовато-охристую пустошь.

– Стойте, юннаты! – рассмеялся Сергей. – Ну, я вас предупреждал! – усмехнулся метеоролог, увидев, как ребята вступили на жёлтое пятно.

Да, легко сказать – перейти пустошь! Как только ребята вступили на глинистое пятно, ноги сразу же разъехались в стороны – глина оказалась необычайно скользкой и при этом липкой, как смола.

– Ой, мама! – взвизгнула Юлька, плюхнувшись на глину. Она попыталась встать, но куда там! Ноги и руки разъезжались, и девочка продолжала беспомощно барахтаться в скользкой жиже. Впрочем, остальные ребята оказались в не менее беспомощном положении.

– Вот теперь я понимаю, что чувствует корова на катке! – глубокомысленно заявила Яся.

Наконец, со смехом и визгом, перемазанным с ног до головы жёлтой грязью ребятам удалось доползти до края, где их вытянул Сергей со сбежавшимися помощниками.

– Ну как? Я же предупреждал! – рассмеялся Сергей. – А теперь живо в душ! Эта грязь богата кальцием и может обжечь кожу.

– Ага, уже жжётся! – ответил Павлик.

– И чешется! – добавила Валя.

В домике ребята сразу скинули грязную одежду.

– Всем в душ! Слышали? – скомандовала Яся. – И тебя, Пашка, это тоже касается!

– Ой, ну и липкая она! – Юлька пыталась оттереть бок. – Как смола!

– А ты не так моешься, – подмигнул ей Павлик.

– А как?!

– Видела, как машины и роботов от грязи отмывают? – и Павлик направил на сестру струю воды из душа.

Юля взвизгнула и с воплем: «Ах ты так!!!» направила душ на брата. А Яська, рассмеявшись крикнула Вале: «Валька, наших бьют!» и схватила свою душевую сетку…

– Ну вы даёте! – Валя, фыркая от смеха, сидела на диване и выговаривала друзьям. – Это надо было додуматься! В салки душем играть! А если бы домик затопили?

– Но мы же не затопили? – виновато потупившись, глянула на неё Яся.

– Ну да… Немного заигрались… – пожал плечами Павлик.

– Ладно, герои-исследователи, надо готовится ко сну, – резюмировала Юля. – Смотрите, завтра Лу или Зуйке не проболтайтесь! Или Альке! Подумают, что мы не серьёзные исследователи, а так… посмотреть прилетели.

Глава 2. Чужие звёзды

– Как быстро стемнело! – Валя села на койку и посмотрела в окно.

– Сказанула тоже! – усмехнулся Павлик. – Здесь сутки всего восемнадцать часов!

Ребята улеглись. Но уснуть на новом месте никак не удавалось.

– Ребята, – послышался голос Яси. – А я всё-таки не поняла…

– Что ты не поняла? – переспросила её Юля.

– Ну, эта глина, в которой мы сегодня извозились. Как она может быть и липкая, и скользкая одновременно?

– Пулемёт у нас – единственный настоящий учёный, – усмехнулся Павлик, – даже засыпая, она решает интересные вопросы!

– А ты не смейся, Пашка! – отозвалась Яся. – Мне просто интересно.

– Я не смеюсь. Мне кажется, что всё очень просто, – Павлик приподнялся на локте, глядя на девочек. – Она сама очень скользкая, поэтому и скользит сама по себе…

– Паш, а можно попонятнее? – попросила Юля.

– Хм… – Павлик задумался. – Вот смотрите: если взять и намазать этой глиной две пластины и приложить их друг к другу, то они будут скользить, как смазанные маслом. То есть слои глины друг к другу не липнут.

– А липнет она к пластику. И к нашей одежде, – подхватила Валя. – Потому, что наши комбинезоны из синтетической ткани, а сапоги из пластика.

– Ага! А ещё она липнет к коже, точнее к жиру. Потому что кожа у любого человека покрыта салом, – закончила Юля.

– Понятно, – согласилась Яся. – Глина прилипла к нашим подошвам, и мы на них катались, как на тефлоновых ботинках для кёрлинга.

Ребята замолчали, пытаясь заснуть. Но сон по-прежнему не шёл. Павлик встал и направился к выходу.

– Паш, ты куда? – спросила его Юля.

– Не спится. Пойду посмотрю, какие здесь звёзды.

– Чужие, – почему-то вздохнула Юля. – Комбинезон одень.

– Нет, я сейчас в одних трусах пойду! – добродушно усмехнулся Павлик.

Павлик оделся и вышел из дома, решив прогуляться. Ночь только началась и до полной темноты было ещё далеко. Из-за ветра, дувшего со стороны видневшихся на горизонте гор ощущалась знобкая прохлада, даже несмотря на то, что от нагретых жарким дневным солнцем дорожек из кварцебетона поднималось ощутимое тепло.

Мальчик, несмотря на надетый комбинезон, зябко поёжился. Стояла полная тишина, нарушаемая лишь плеском воды, текущей неподалёку от базы реки. Большинство обитателей базы спали, мимо прошли, направляясь к обсерватории, только Илан и Вейда, семейная пара астрономов, с которыми Павлик познакомился ещё днём.

Он поднялся на крышу дома. Здесь фонари, освещавшие территорию станции, не засвечивали небо, лишь мерцал силовой барьер по периметру. Павлик лёг на крышу и посмотрел на звёзды. «Жалко астрографа нет, надо завтра попросить на базе, а ещё взять у Илана местную звёздную карту. Где здесь Солнце?»

Павлик любил астрономию и сейчас наслаждался красотой звёздного неба. Звёзды мерцали в вышине, складываясь в незнакомые созвездия. И лишь белёсая полоса Млечного пути, пересекавшее небо была единственным знакомым мальчику объектом. Павлик был рад ему, как старому другу, встреченному в толпе незнакомых людей. Незнакомые созвездия… Чужие звёзды… Чужие… Мальчик вдруг почувствовал какой-то неприятный, тоскливый укол в сердце. Чужие звёзды…

«Зачем мы здесь? – неожиданно подумал Павлик. – Здесь, на чужой планете, далеко от дома. Зачем?»

А зачем вообще люди куда-то стремятся? Срываются с насиженных мест… Едут, плывут, летят куда-то… Зачем? Затем, что хотят увидеть: что там, за горизонтом?

«Что там, за горизонтом? – прошептал Павлик, глядя на звёзды. – Что там, за горизонтом? За линией, к которой, как бы ты ни бежал, ни ехал, ни летел, нельзя приблизиться ни на шаг?»

Там тайна. Она и зовёт, манит людей, притягивает к себе. Завораживающая, будоражащая воображение тайна…

«И нас позвала сюда тайна. Тайна загадочного цветка, тайна легендарного огнецвета…»

Павлик сел и посмотрел на огни станции.

«Хорошо бы цветок оказался здесь, – подумал Павлик. – Не всю жизнь ведь его искать по Галактике. А было бы здорово доказать всем, что огнецвет – не сказка. Но с другой стороны? Ну найдём мы здесь огнецвет, который все считают легендой. И что? Я всем докажу, что не гоняюсь за сказками, а провёл настоящее исследование. И что дальше? А дальше… Будет, как с голубой ланью – все скажут: огнецвет нашли учёные с базы, а Павлик и девчонки так, посмотреть летали…» И Павлику вдруг стало обидно. Обидно до слёз.

Павлик был немного похож на девочку («Что поделать, если мы с Юлькой – близнецы и похожи друг на друга», – вздохнул Павлик) и по характеру был спокойным, осторожным и рассудительным, что многими мальчишками воспринималось, как робость и нерешительность. Понимал его только Димка Смирнов. Ну, и Яся с Валей, конечно. Юлька – это особый разговор. Она его сестра, и у них никогда не было никаких тайн друг от друга. Павлик и Юля доверяли другу самые сокровенные мысли и переживания. А девчонки… Они и есть девчонки. Всех жалеют, всем сочувствуют…