Пройти ногами Крым

– «Заблудился!» Слышу участливый голос. А и в правду, явно турист, в какой-то дырочке мироздания, стоит на месте и хаотично размахивает телефоном, именно так это виделось со стороны, и толковалось дачниками однозначно, и слава богу! Потом они долго объясняли как пройти на батарею, махали в её сторону руками и головами, ну не стал я объяснять им суть подоплеки, да и любое внимание приятно, потому я все равно сердечно им благодарен.

Осталась позади романтичная мусорная куча, я прошел какие-то гаражи, два раза пересёк железную дорогу, плавно оставил справа портовые краны и остывал, жара весьма спала.

Длинный путь губой раскатился к невидимому пока морю, Херсонесу, его древней крепости, а так же к моей главной цели – 35-ой батарее.

Морпеховская часть не скрыла своих секретов – новейшие БТР-4, расслабленно задрали пулемёты вверх под охраной пузатого! часового. Я сильно испугался делать фото. Знакомство с местными КПЗ не представляло интереса, уверен они такие же здесь как в среднем по стране.

Уже совсем близко от батареи выстроились дома нового микрорайона с одной стороны и воинский полигон с другой.

Большая башня с рукотворным изломом и была батареей, верней нынешней её главной частью – пантеоном.

А время… Глубоко седьмой час, путь в тринадцать километров с поскакушками по греческой вилле, бег вокруг мусорной кучи с телефоном наперевес, чтобы порадовать вас высокохудожественными снимками её, все это оттянуло резину времени так, что сегодня было поздно, нужно искать пятизвездочную поляну под ночлег.

Понадвдоль забора батареи спустился к морю, по ошибке зашёл не на то море, обошёл какую-то мелкую, но вредную стройку, заслонявшую проход, и оказался на народных полянах упиравшихся в забор полигона, впрочем он был уже кем-то дефлорирован, и в эту аккуратную дырочку входили все кому ни лень, в том числе и ваш покорный слуга в будущем.

Встал себе под этим забором, спустился вниз и впервые за 4 дня на крымской земле, омовил чресла свои по самую макусь, метров на пятьдесят в сторону Турции.

А потом, наглядевшись на закат, задрал лапы вверх и уснул.

Солнца не было! Ну я запаниковал сначала, потом бросил это дело, и некоторое время, часов до 11 пытался ещё раз уснуть, мне показалось, что я устал. Тело глаза то покорно закрыло, но спать отказывалось, как и телефон, испытывающий боль заряжаться под этим невнятным солнцем.

Напротив, как хорошо видно на фотографии, расположилась батарея, и я понял, пора идти. Народа много, но места ещё больше, так что столкновений там бояться не надо.

Иду к кассе.

– «У вас есть камера хранения?», интересуюсь, а то лень таскать рюкзак на экскурсии.

Началась непродолжительная, но эффективная лекция на совершенно другую тему

– «Я не знаю откуда вы приехали, но что, у вас принято ходить в музеи в шортах?»

А точно! Любуюсь на свои красивые, загорелые, крепкие ноги. Я же в шортах, а то прям не заметил.

– «Так я переоденусь перед экскурсией»

– «Можете у меня оставить ваши вещи»

Вот если б можно было б рассыпаться в благодарностях, рассыпался бы.

А пока пошёл делать то, что любит делать каждый человек – есть еду, да побольше!

И была там в 50 метрах от входа в музей столовая, без названия, обычное, тесное помещение, со столиками на улице. Рекомендую! Предыдущая столовка в Севастополе скатилась с призового места. И вкусней и цены немного ниже!

Ах, как же мы придались любви с супом с лапшичкой,, а потом в нежной позе гречневую кашу с котлеткой и бурный оргазм с запеканкой!

Забыл сказать – экскурсия и вход бесплатно! Хотя музей частный. Но каждый может дать столько, сколько может на развитие. Пусть мой скромный взнос тоже послужит на благое дело.

На поверхности батареи все достаточно просто, самое главное под землёй. Экскурсия на полтора часа, каждые 20 минут уходит новая группа строго по 25 человек и не больше.

Очередь может растянуться на несколько часов, я ждал около двух. Наша группа уже понемногу кучковалась у места сбора. Какой-то экскурсовод активно обсуждала один из этапов битвы, мы все плотно её обступили и внимательно слушали… И тут вдруг она стала говорить, что люди то отовсюду приезжают, даже с Сахалина, на что я радостно замотылял ручками и прокричал радостно

– «Я с Сахалина!». Естественно, все обернулись.

– «Ой, вскрикнула экскурсовод, ваш экскурсовод здесь уже, а я тут мешаю». А мы думали она наш…

Пожилой мужчина нас приветствовал и пригласил ко входу на батарею. Там коротко обрисовал её структуру, объяснил что таких батарей было две, эта 35 и 30. Последняя на севере Севастополя, была восстановлена после войны и сейчас законсервирована.

Спустились в сам бункер, где стояли дизеля. Там рассказал об истории строительства и первом наступлении немцев. Девушки уже откровенно зевали, мужики же слушали открыв рот. Не буду рассказывать всю экскурсию, сомневаюсь, что это интересно читать в моем изложении, но поверьте, когда прикасаешься к военной трагедии, где было место всему непосредственно в этом месте, то задевает глубоко.

Мы ходили по казематам, потернам, разрушенным башням, слушали и видели то, что происходило, и комок подступал к горлу. Тонная бомба разорвалась точно там, где было технологическое отверстие, где заливали бетон, и поэтому оно было ослабленно. Глыба выпала и завалила политрука и ещё несколько человек и заблокировала 280. Выход был только со стороны моря. Они держались ещё почти две недели, и только двое, в итоге, вырвались в горы к партизанам.

Ай, не рассказать и тени тех эмоций.

В конце пошли в Пантеон, и я нашёл единственную свою фамилию среди десятков тысяч бойцов.

И в конце нас завели в большой зал…

Огромная по кругу панорама разбитой батареи, вокруг неё, там где сейчас особняки, около которых я стоял с палаткой этой ночью.

Где стояла моя палатка и какие-то пьяные гоняли шансон, все было усеяно убитыми солдатами, разбитыми машинами и вообще техникой. Ушёл свет, вызвездилось небо, под щемящую музыку стали появляться фотографии защитников Севастополя, всего фотографий 1500… слезы сами полились.

Я уже давно шёл в сторону Балаклавы, и не мог выйти из под впечатления. Не могу это передать словами, это остаётся в тебе и не хочется никого туда пускать.

А жизнь продолжалась. Я шёл на какой-нибудь пляж километров за десять от Балаклавы.

Витыми тропами пришлось обходить полигон, чтобы вновь приблизится к побережью уводящему в Балаклаву.

А перед этим свернул немного в сторону посетить местный рынчонок. А там кету продают, а на Сахалине так то раза в пять-шесть дешевле. И булочки дорогие, и вообще цены не низкие. Кефир отвратный, а дорогой. 80—110 рублей литр. Крым оказался не многим дешевле Сахалина. Лучше всего это можно продемонстрировать на цене билета на автобус. Севастополь это 18 рублей, Южный 20 рублей, вот наверное и вся разница. Но виноград дешевле – от 90 рублей до 120 в лавке на рынке.

Мапс впервые облажался, пообещав кратчайшую между мной и желанным пляжем, завёл в тупичек, где со всех сторон теснились дачи. Кто-то под шумок занял часть дороги и несколько увеличил урожай картошки, а мне, из-за этого лишнего мешка картошки, ну или пары вёдер гранат, идти обратно и прорываться уже по неприятной дуге до ласкового моря.

Обычная запущенная местность, где, если бы не теплое море, и уникальная история, то и делать было бы нечего. Слева бесконечные дачи, а справа, как было заметно, недавно выстроенные коттеджи и виллы, но явно не греческие. Все бы ничего, но в мире, когда деньги мера всего, ты перестаёшь понимать, где тебе позволено ходить. Пока ещё это не касается подышать и нужно кого-нибудь за это поблагодарить, а то как то неловко.

Решил вдоль моря пройти… Хотя это несколько условно, потому что море там существует в нескольких измерениях. По плоской прямой до него 30 метров, по вертикальной столько же. Вот по этому обрыву и захотелось наивной душе погулять.

У богатых всегда длинный, не факт что толстый, но длинный. Длинный забор преградил путь в дальний прогулочный романтизм. И только теперь, внимательно вглядываясь в спутниковую карту, я обратил внимания на эту тонкую линию, которая проходит между людьми и теми, кто прячется за длинными заборами. Ах, а ведь кроме прогулки, так было любопытно исследовать, что за слишком правильное крутое ущелье уходит к морю. Однако тайна это была за длинным.

Я сидел на крутейшей стене свесив ноги и жуя от горя виноград за 120 рублей. И вот тут хотел бы себя утешить, не плачь, эту тайну буржуям от нас не спрятать!

Обойдя закрытый городок живоглотов, вернулся на дорогу и пошёл вообще не понимая, куда и зачем, но на море.

Всего через полтора км встречная группа веселых навеселе парней криками приветствовала моё прохождение.

– «Там внизу таких, как ты, море», – предложив это отметить, живо при этом поинтересовавшись, есть ли у меня деньги?

– «Обязательно есть, но внизу», – отшучиваюсь и с разбегу ныряю на тропу с которой сразу открывается нешуточный вид!

Это оказался рай для тех, которому чужды камеры гостиничных номеров, кто ценил вольный ветер и свободный дух! Ну или просто не было денег.

Везде, где можно было примоститься, стояли палатки, их не было великое множество, и тянулись они во все стороны. Я же пока не представлял, куда и где они могут дотянуться.

И вот стал спускаться в неведомое. Там и там были люди, лилась речь, перетрынькивались гитары, в небо уходили дыма костров. Клёвая бивачная жизнь кипела.

От балды сворачиваю в фисташковые заросли, натыкаюсь на невероятное: хорошую, не занятую поляну, где под деревцем офигительная площадка под палатку! На рядышной поляне стайка народу, у них и прошу дать справку.

– «Не занято?»

– «Нет»

– «Хорошо, а то мало ли, вдруг ваша квартира»

– «Наша здесь, там уже другая».

– «Ну я же не знал, что это раздельные квартиры, а может просто одна многокомнатная»

Так мы ещё некоторое время перешучивались, но быстро стемнело и они вообще ушли.

«Вот и прошёл этот день», – последним звоном утихала мысль. Я заснул…

Фииии шарах, что-то громко бумкнуло грохнувшись об землю, и на излете прислонилось к палатке. Где-то на третьей космической скорости летел во вселенной мой сон, а я трусливо выползал из палатки ничего не понимая, но подозревая, что меня хотели убить. В темноте натыкался на кусты и слушал, как периодически кто-то сверху, но уже чуть левей (а там под 50 метров отвесной стены) спускал лавинки. Со светящимся нимбом фонаря появился из темноты парень и спросил.

– «У тебя как с духом?»

Пытаясь говорить не дрожащим голосом, ответствовал что все в порядке.

– «Тогда идём их ловить».

– «Кого?» паскудно трусливо выскочило из меня.

– «Тех уе… ов, которые камни сверху швыряют.

– «Аааа, ну тогда конечно», чуть ли не веселье отображаю тембром голоса.

Тёплый вечер, приятный шёпот Чёрного моря, почему бы не сходить с большим ножом, который Костя (как потом узнал я), взял у других соседей, и не побегать за какими то чуваками?

На верху, куда выходила тропа, двое парней шли совершенно спокойно и курили. Трудно было поверить, что это те самые. В разговоре это в целом подтвердилось, они работали в единственном здесь кафе, были трезвые и не сопляки.

Никого мы не поймали и никто в этот дивный вечер не смог оценить красоту нашего ножа. И только тогда, наконец то, этот день закончился.

На фото тот самый забор, за которым некоторые наивно пытаются спрятаться от мира. И странно, что хохлы не используют подобные фото, Крым за колючей проволокой русской оккупации!

А я, тем временем, жил на Фиоленте. Это место совсем близко от Севастополя, ехать из центра где-то полчаса на автобусе. Прекрасно место тем, что на машине ты к морю не подьедешь, нужно пехом самому нести все свои мангалы вниз, а это круто, и то у моря не встать с ними, ну если не идти совсем далеко, например к западу, по альпинисткой, совершенно восхитительной тропе. Но сами понимаете, люди ослики ленивые, и почти все предпочтут поехать в Голубую ли бухту, или ещё куда, но не тащиться вниз с бухлом на Фиоленте.

На последний ходят романтики, с детьми, йоги… Это близко, а подальше уже романтики-отшельники, у тех уже целые землянки, и живут они там круглый год. Вот где я оказался, начинался мой первый день в этом прикольном краю.

И вот вы понимаете, что спускаясь туда, признаете этим фактом, что вы козёл или коза, горная. Тропы убегают в разные стороны и на довольно большие расстояния вдоль моря, каждый сектор имеет свое название, например я жил на Офицерике, потому что давно- давным, это было место отдыха для них, а тропу вырубали, как обычно, бессловесные их рабы-солдаты.

Ну, а теперь пользуются все, кто склонен ходить пешком.

Место у моря, как оказалось, очень удачное, ветра туда задували в последнюю очередь, имелась тень, и почти под боком ручей! Где установили 300 литровый бак и даже душ прямо у моря! А дальше тропа уходила в безызвестность, куда я и намеревался отправиться с утра.

И пошёл я. Оставил все. Палатку, вещи, только бабло и фотик и солнечную панель на рюкзак, пусть не ленится, пашет. В этот день было едва ли не холодно – 22 градуса и не по Фаренгейту. Море было теплей.

Так вот, мы отвлеклись. Я все оставил, даже дрова бросил не прикрыв, а дровишки там ценный элемент существования, это вам не лесосклад Сахалин! И я эти дрова по местным дачам шкулял! Газ нужен Родине и олигархам на экспорт!

Но такая там атмосфера, что сразу стало понятно, что у тебя даже яичной скорлупы не стырят.

С замиранием духа отправился по тропе вглубь туда, где даже присутствия духа наличия жизни не присутствовало, как мне казалось. Лишь круть, скалы, море и опасность!

Оттуда мне было знать, что там я научусь даже основам создания атомной бомбы…

Тропа просто смак и блеск! Там лишние не ходят! Нырк, то вверх то вниз, она изворотливо пытается выжить приноравливаясь к тем испытаниям, что выставляет ей капризная местность. Даже на фото видно, как не реально здесь ходить. Однако порой тропа превращалась в ровную и покладистую и лишь тогда возможно было на ходу любоваться округой без риска сорваться, или хотя бы просто споткнуться, а потом сорваться!

Но чаще все наоборот, все плохо… Именно поэтому нет здесь разноцветья палаток. Пусто.

Или почти пусто, одна тут нашла кусочек удобной суши и раскорячилась между камней. Рядышком, на газовой плитке, что-то готовила милая девушка, на шум шагов она подняла свою грациозную шею и поздоровалась. Здесь вообще волшебное место, сразу как только ты ступаешь с цивилизационного обрыва на тропу, то все здесь свои, все здороваются и общаются, несмотря на степень знакомства или перворазность видения.

– «Привет».

– «Привет. Классно, ты дальше всех, только за водой далеко». (Я еще не знал, что рядом родник в Пиратской бухте)

– «Ничего, терпимо» – почти ласково улыбается она.

И тропа опять обезлюдила, никого… Никто не проходил, никто не жил здесь. Но опять но… Со взгорочка открылась мини-бухта, такая миляга! И вокруг неё засветились на всякие предпочтения флаги. Флаг Севастополя, пиратский флаг и государственный! ФЛАГ СССР!

Это была элитная деревня, где жили самые крутейшие и оседлые романтики. Именно там они воздвигли мощные дома-землянки и несколько свысока относились к другим романтикам, менее постоялым. И я шагнул туда… И не могу не сказать про это, то что я там увидел в первую же минуту и за что буду подвергнут остракизму одной половины человечества и достойно понят другой.

Пиратская бухта приветствовала меня голыми сиськами! Упругими, торчащими в разные стороны грудями. Чудесного кроя фемина, делала умопомрачительные движения, вроде как зарядку, а чуть позже сняла трусики и задрав блеснувшую в воздухе попку, нырнула в самое синее Черное море. Местные нравы оказались мне по душе! Где я раньше был?

Проходя мимо фундаментальный стоянки, какой-то почти дед, бородатый и загорелый, дружелюбно приветствовал взмахом руки и кличем «Приятного отдыха». Отвечаю зеркально. Я уже начинаю привыкать к этому коммунизму.

Тропа вскоре закончилась на камнях по берегу моря и дальше поскакал по ним как зайчик. Напомнило мне Сахалин, много у нас подобных дорог. Я бы сказал, что вскоре появился тот самый разрез. Это и был разрез, выпиленный почти до середины стены, затем уходящая в сторону дорога с понижением стыкующаяся с морем, где наличествовал пирсик.

Вот уроды буржуазные! Я думал они хотя бы сделали за свой счёт эту дорогостоящую операцию! Чтобы повысить привлекательность своей резервации, а, ну нафиг, они просто как обычно украли общую собственность. По пирсу было видно, что он ещё советских времен, а значит резали проход тогда же.

Прошёл ещё немного по камням дальше, но подумал, а когда же отдыхать? И решил бросить якорь до вечера в пиратской бухте, а вдруг…

Только ступил я на камень-пляж бухты и сразу встретил Юру. Вот что я заметил за эти дни, все эти отшельники-романтики ну очень любят поговорить. Юра весь день мне бубнил давно устаревшие сведения про интересные места Крыма, где он лет сорок с лишним назад дитем ходил. Потом мы готовили макароны с тушёнкой, но он клятвенно обещал завтра наловить рыбы и нажарить её, а то сегодня штормило и рыба ушла, всего двух бычков поймал. Обещал научить меня ловить местную рыбу и подарить два крючка с леской, потом долго рассказывал как сделать атомную бомбу, так что записывайте – в идеальных условиях нужно 8,2 кг обогащенного урана, но если усилить давление полонием, то гораздо меньше. Он был атомщиком инженером. Много интересного я узнал и увидел в пиратской бухте, и это был не самый конец.

Обратно к родной палатке шёл уже как домой, а темнота не ждала, плотно сомкнула свои ресницы, как только я постучался в двери палатки. Барахло было на месте, даже дрова не тронули, как и предполагал. Не успел замкнуть себя в палатке, подошёл мужик.

– «Привет, это ты с Костей ходил вчера негодяев ловить?» – с лёгким оттенком уважения спросил он.

– «Ага», – без тени гордости, как мне показалось, звонко отвечаю.

– «А меня Демир зовут», – делая акцент на «е» называет он себя. Обмениваюсь с ним своей идентификацией. Ну все, можно пойти наковырять что-нибудь в инсту* и дрыхнуть.

На следующий день все поменялось… Точней уже ночью. Дёрнулась веревочка и пошёл дождь, с перерывами. Утро хоть и не туманное, но облачность сплошная, прохладный северный ветер изменил праздник жизни на унылость. Я почувствовал себя дома. Ни просвета, весь день мелкий блуждающий дождь. Сахалин, ни дать ни взять. А я думал здесь всегда солнце.

Забросив котомку за плечи, пошел учиться ловить рыбу, да и про устройство атомной бомбы остались кое какие вопросы..

Мы лазали с Юрой по безлюдному побережью несколько часов, стараясь наклоняться к воде поближе от которой мощно несло теплом и становилось не так зябко. Пока бродил по тропе, познакомился с дамой, в шляпке с цветочком. Шляпка от солнца, цветок для красоты, все правильно. (фото скалы)

– «Ловим краба паука», – с этими словами Юра метнулся лисой под камень, и с русскими народными поговорками некоторое время шебуршил там, потом с победным видом извлёк мелкого, блестящим чёрным цветом крабика.

– «Вскрываешь панцирь. Видишь желтенькое у него? Растираем и вот здесь, под камнем, где стоячая вода, распыляем. Рыбы на это косяками идут», – но они не шли…

Хотя все же пару небольших ершиков, после всей этой эквилибристики по камням, мы поймали. Но готовили и ели мы все равно макароны.

И это был последний день Юры здесь. Он вздыхал и жаловался, что приволок с собой костюм для ныряния, груза, подводное ружье и все зря. Когда море было спокойным, его заставляли пить водку, когда водка закончилась, море обеспокоилось. Так и не довелось понырять.

А то, что он могет, я видел. В первый час знакомства он залез при мне в такую «жопу», где волны вздымались как на картинках Айвазовского, что я весьма испугался за него. Только он покачался на волнах и ловко выскочил на камни без синяков и вполне живой.

Юра убежал с первой партией груза, чтобы поздно вечером вернуться, переночевать, а утром мы договорились, что поедем к нему домой в Севастополь и пойдём его детскими тропами в Херсонес, без посещения которого, по словам Юры, и смысла приезжать в Крым не было.

А вечером мы сидели с Демиром и делали то, что здесь все больше всего любили, трендели. Нам казалось, что мы философствовали, а на самом деле трендели. Но этот процесс сопровождался колением и поеданием обжаренных местных грецких орехов и потому можно было и потрендеть. А так я все больше приобщался к подножной диете, шире узнавал местную питательную базу.

Сегодня же утром Юра показал мне единственное инжирное дерево в пиратской бухте. Мы долго ползали вокруг него, отыскали в итоге один зрелый плод, который Юра и вручил мне торжественно. Плод наших усилий оказался вкусным. Взял на вооружение.

Вечер того дня начался с того же, с чего началась ночь, с дождя. Он прогнал нас с Демиром по палаткам и тут же, уже в темноте пришёл Юра. Гнать его в темноте, в дожди по горной, крутой тропе, было не очень гуманно, и мы решили, что он заночует со мной в палатке (и в тот момент я подумал, почему не блондинка с третьим размером. Если я кого-то поразил столь свежей, неординарной идеей, отпишитесь в комментариях)

Юра не был блондинкой, он был курящим мужиком и с храпливым сном. Но зато я оценил, как хорошо жить в палатке, когда ты один, ну за исключением, когда палаточное ложе делит с тобой блондинка, пусть даже со вторым размером, я согласен.

Всю ночь холодные дожди пробовали на зуб палатку…

Утром Юра сгонял пулей к себе, и принёс последнее имущество. Мы долго не могли выйти в путь, потому что ходил народ и все что-то либо хотели, либо давали. Так я лишился части газа, чтобы сварить кофе, но приобрёл полкило макарон, столько же сахара и пачку чая. Этот базар ещё долго бы не закрылся, но мы банально с Юрой сбежали. Правда, ему это было делать трудновато, тропа полувертикально перла в стену, но он справился и коммуна Фиолента осталась позади, о чем я откровенно и горестно вздохнул, она была чудесна.

Тем временем мы сели на автобус за нумером три и уже через полчаса были чуть ли не в центре Севастополя. Еще немного пешего хода и дома у Юры. Вскоре, уже налегке, мы держали путь к древнему Херсонесу, куда Юра обещал доставить какими-то волшебными, пляжными, бесплатными тропами.

На фото церковь на месте Херсонеса. Когда шли раскопки, то церковь потребовала закопать большую часть монетного двора Херсонеса, чтобы не мешало и дальше бить лоб во славу бабла. Тропы с того детства заросли заборами, и в итоге мы прошли через какую-то калитку, где стоял одинокий, скучающий мент. Все движение было правее, на главном входе, и к тому же вход оказался бесплатным, деньги драли только за отдельные экспозиции, но мы туда не пошли. Платным был ещё и туалет, мы туда тоже не пошли.

Крым в плане сколоть с вас копейку на все, по моему, впереди планеты всей, у них даже зарядка телефона в аэропорту (в старом, в новом розетки бесплатно и очень удобно прямо в креслах) платная! Стоит себе такой автомат и просит 50 рублей за 20 минут.

Херсонес место и правда замечательное, стоит почти в черте города, сам по себе он не однородный, тут все нагромождено с 5 века до нашей эры до 13 уже нашенской, родной. Мы поползли по жилым кварталам, дали экспертную оценку каким образом работала баня, не поняли почему не раскрыт образ портовых сооружений и пошли покупать пельмени, духовность на сегодня сыта, а вот плоть страдает. Наконец-то я намылся в душе и даже постирался, такие вот мелкие радости походника.

И я который раз попытался оторваться от Севастополя, но теперь более радикально. Отрываться буду на автобусах!