Бизнес для леди

Раздался звонок внутреннего коммуникатора.

– Мис Роджер. К вам капитан Гардон и капитан Шин. – сказала секретарша.

– Пригласите их, Джули. Пусть войдут.

Офицеры вошли, отдали честь, сели на стулья, стоящие у её рабочего стола.

– Слушаю вас, джентльмены.

– Мэм. Мы по вопросу родственников служащих. Есть люди, готовые стать фермерами. Мэм, они надеются на снижение цены на зерно. Мэм.

Дух предпринимательства в Австралии неистребим. Каждый ищет, что дешевле купить и дороже продать. Она разрешила выписывать контрабандные товары своим сотрудникам по весьма низким ценам, с минимально прибылью для себя. В счёт зарплаты. Ограничивала объёмы разрешённых товаров таким образом, чтобы её сотрудники не занимались их перепродажей своим друзьям и знакомым. Уже было несколько дел о незаконном предпринимательстве в отношении её сотрудников. Поэтому приходилось вводить ограничения на виды товаров, их количество, общую стоимость выписанного товара.

– Джентльмены. Я рассмотрела ваше предложение. Условия договоров ограничивают меня в действиях. Но есть один вариант решения этого вопроса.

Олимпия встала с кресла, обошла стол, подошла к той стене, в которой была входная дверь в её кабинет из секретарской. Около стены стояла доска из пластика. На специальной подставке лежали маркеры и губка для стирания написанного. Она взяла синий маркер. В верхнем левом углу доски нарисовала овал. Внутри овала написала слово «Фермер». В верхнем правом углу доски тоже нарисовала овал, внутри которого написала «Компания».

– Джентльмены. По условиям договоров с фермерскими сообществами и муниципалитетами я не могу продавать перекупщикам и тем, кто не имеет фермерской лицензии и не состоит в фермерском сообществе, присоединившемуся к базовому договору. Исключение могут составлять только производители комбикормов. Но есть один вариант. Желающие купить зерно вне этого договора могут присоединиться к моим закупкам.

Она нарисовала стрелки от овалов навстречу друг другу. Под местом встречи стрелок написала «совместная закупка».

– Конечно, – продолжила она – им придётся самостоятельно забирать зерно из порта в Австралийском Союзе. Но это не сложно. Им эта закупка обойдётся в стоимость зерна, соответствующую долю за транспортировку и логистику на терминале. Забрать зерно они могут или на личном транспорте, или нанять перевозчика. Зерно им надо будет оплатить в порту, где они его будут получать. У вас есть вопросы?

– Мэм. Это могут быть достаточно большие суммы, мэм.

– Если они будут покупать для перепродажи, то это будет нарушением соглашения, и оно будет онулированно. Со всеми вытекающими последствиями и для меня, и для других людей. А я намерена развивать это бизнес.

Она взяла губку, стёрла всё с доски. Потом опять взяла синий маркер.

– Джентльмены. Мне интересно длительное сотрудничество. Я собираюсь сформировать фермерский конгломерат. Но есть много вопросов.

Она стала рисовать на доске. Слева сверху в овале была надпись «Компания»от этого овала стрелка тянулась к другому овалу, расположенному сверху, посередине доски. Во втором овале была надпись «Фермер». Справа от него были надписи, поставленные в столбик: «Птица», «Свиньи», «Коровы», «Рыба». Под стрелкой была надпись «Зерно». От второго овала расходились две стрелки к ещё двум овалам. В том, что был посередине доски, была надпись «Переработка». Около стрелки, что вела к нему, была надпись «Продукция». В правой части доски, посередине по высоте, был ещё один овал с надписью «Отходы». К нему шли чёрные стрелки от «Фермера» и «Переработки». И около этого овала стоял большой вопросительный знак. От овала «Переработка» вниз шли две стрелки ещё к двум овалам, разделяющим нижнюю часть доски примерно на три равные части. Около этих стрелок было написано «Продукты». В левом овале внизу было написано «Магазин». От него шла стрелка вправо, к овалу, в котором была надпись «Потребитель». В принципе, она нарисовала краткую схему производства и переработки сельскохозяйственной продукции.

– Джентльмены. Мне нужны люди, готовые занять каждую из этих ячеек производства и переработки продукции. При том это надо сделать в оптимальном соотношении. И мне нужны идеи по переработке отходов. Вы, ваши люди и их родственники, можете мне помочь в этом. Выгодно будет всем. Со своей стороны я окажу поддержку всем, кто захочет работать в этой системе.

– Мэм. Можно распечатать это?

Олимпия вновь обошла стол, села на своё рабочее место. На ноутбуке нашла нужный файл, отправила его на принтер. Отдала офицерам листки с рисунками, что напечатал принтер.

– Джентльмены. Я продублирую это вам на телефоны. Подумайте, посоветуйтесь. Вероятно, будет необходимо провести встречу с заинтересованными лицами. Или даже серию встреч. Но у нас достаточно ограниченное время. Вам месяца хватит?

– Думаю, что да, мэм. – ответил Шин.

– Хорошо, джентльмены. Я вас не задерживаю.

Офицеры встали, отдали честь, вышли. А она сидела, думала. Она пыталась скопировать систему сельскохозяйственного производства Колумбии. Для этого у неё были основные компоненты. И дешёвое зерно. И большая потребность в мясе, молоке, рыбе в Австралийском Союзе. И наличие деятельных и инициативных. Не было только сдерживающего фактора в виде абсолютной власти донны. Но была бюрократия и несовершенство законов, их разнообразие. Эта юридическая пестрота осложнит её работу, заставит чаще привлекать к работе юристов. Как своих, так и местных. Это дополнительные расходы, дополнительное время на согласование. Сейчас она вернулась к изучению отчётов. Надо было проверить множество позиций и пунктов. Ежедневно в её складов разными путями пытались выкрасть товар. И если откровенные попытки ограбления пресекались службой безопасности, то кражи с использованием фальшивых документов было трудно определить до инвентаризации. И они были самыми масштабными, с большой потерей товара. Расследовали, но не все пока удачно. И это тоже следствие духа предпринимательства, только по другую сторону закона. Она же совершенствовала систему работы, чтобы предотвратить потерю товара, снизить ущерб.

Месяц прошёл в работе. И вот, первая поездка по вопросам фермерских хозяйств. За этот месяц ей пришлось много объяснять, выслушивать идеи и предложения, соотносить их с законодательством и местным правом. Постепенно вырисовывалась как общая картина, так и её частные решения для различных штатов и муниципалитетов. На каждый штат была разработана своя схема. Но, в принципе, они отличались только незначительными деталями, обусловленные местным законодательством. Для выступлений она подобрала двух человек. Первый из отдела экономики и планирования, второй из отдела склада. Первый – хороший экономист, имеющий много успешных презентаций, участие в проектах на территории Австралийского Союза. Второй – мигрант из Латинской Америки. Уже несколько лет работает в Австралии, в основном чернорабочим, что неудивительно. Его диплом, специалиста сельскохозяйственного производства, выданный в Великой Колумбии, не признаётся в Австралии. Как и любой другой диплом из Колумбии, России, Европы. Поэтому большая часть иммигрантов устраивалась на самые тяжёлые и низкооплачиваемые работы. Исключения были лишь в сфере информационных технологий и медицине. За каждым приехавшим жёстко следили. Обычно год, максимум два. Этот был из тех, кого посчитали благонадёжным. Пока он только изучал проект, готовясь к выступлению в Перте, Дарвине и Рабауле. Сначала был Сидней, потом Брисбен и Мельбурн. Она уже привыкла к такой подаче материала. Яркая презентация, после которой хотелось сразу бежать и делать. Восторженные зрители, аплодисменты. На вопросы спикер отвечал ярко, но поверхностно, бегом, не углубляясь в детали. По результатам – множество обращений к её менеджерам с желанием зарегистрироваться в её программе. А после регистрации один вопрос: «А что дальше делать?». И много работы местному подразделению программы фермерства. Но Восточная Австралия хоть и густо заселена, и благоприятный климат, но свободной земли мало, а фермеры уже заняты договорами с поставщиками, покупателями, банками. Многие из них брали новые кредиты чтобы погасить предыдущие кредиты, сроки погашения которых, по совпадению, были привязаны к срокам уборки урожая.

Но вот Перт. Первый менеджер из Мельбурна улетел на Тасманию, проводит региональные презентации. Потом через Новую Зеландию на острова Океании. Она представила выступавшего и отошла за кулисы сцены арендованного театра. Спикер начал. Сначала она не понимала, как так можно рассказывать, так неинтересно, буднично. Но не заметила, как увлеклась рассказом. По окончанию – тишина в зале. А она понимала каждый шаг будущего фермера, хотя была далека от сельского хозяйства. Новый спикер изменил и состав презентации. Но начались вопросы из зала. Ответы на них слушали в тишине. После презентации к ней обычно подходили представители местного сельскохозяйственного бизнеса, фермерских объединений. Выражали восхищение презентацией и скепсис по поводу реальности этих планов. В этот раз к ней ни кто не подошёл. После презентации в фойе театра она удивила спикера в окружении группы людей. Он им объяснял то, на что во время презентации не хватило времени. На столике, вокруг которого собрались люди, стояли бутылки газировки, лежала упаковка из под еды из местного кафе. Люди подходили, слушали, отходили. А спикер всё отвечал на вопросы. Владельцы и руководство театра не было против. Она видела, как бегал персонал кафе. Они делали двойной сбор продаж еды и напитков. Выждав достаточно времени она сама подошла к персоналу театра. Но руководство не против. Юридически, это не аренда зала. Их договор выполнен. То, что люди задержались в фойе, не противоречит договору или правилам театра. Ещё есть время. А спикер всё объяснял и объяснял. Потом все переместились на площадку кафе на улице, под навесами и зонтами. Ей принесли кофе и булочку, за счёт кафе. Как она понимала, кафе при театре делало за вечер хороший сбор. По телефону она перенесла заказ ужина в кафе на более позднее время. Завтра утром они вылетают в Дарвин.

За ужином поговорили о презентации. Но очень поверхностно. Спикер признался, что изменил материал так, как его учили. То, что она рассказывал – рабочая схема по ту сторону Тихого Океана. Но там проще. Дона отдала приказ, дала инструкции, технологию. И людям надо только исполнять их. В любом непонятном случае вызывать людей донны. И учиться на фермерских курсах. Так было вначале. Теперь фермерские курсы являются обязательной дисциплиной школьной программы. Как и основы бизнеса, основы производства, основы технологий. А он сирота. Родители погибли в результате оползня. Он в это время был у тётки. Потом детский дом, обучение. Он был один из лучших учеников. Поэтому направили учиться на организацию сельского хозяйства. Немного поработал по профессии, потом уехал сюда. По приглашению друга детства. В принципе, стандартная история. Но именно он правильно ответил на тот пароль, что ей передали. Утром они вылетили в Дарвин. На борту самолёта она смотрела, как новый менеджер работал над презентацией, исправлял некоторые моменты, вводившие в заблуждение слушателей, и упрощая подачу материала для неподготовленных. В Дарвине всё повторилось. Следующим утром они вылетали в Рабаул. Там её ждал муж и дети. Из Рабаула она летела сначала в Китай, потом в Гонолулу, «покупать» товар. В Гонолулу Тэду предстояло пройти обследование. Причина банальна. Он подрался с другими мальчишками. Хотя доктор и сказал, что всё хорошо зажило, но она беспокоилась и за глаз, и за руку сына. Да и в клинике были заинтересованы проверить эффект проведённого лечения в такой экстремальной ситуации. В Рабауле она подписала приказ о назначении нового ответственного по программе фермерского развития. Ему предстояло вновь проехать по всем её офисам, обучая персонал в рамках этой программы. И консультировать клиентов. Его работа уже дала первый результат. В программу обратились несколько предприятий и фермерских объединений с заявками на участие. Свои предложения прислали и производители оборудования с Западной Австралии и Северной Территории. Она же отправлялась отдохнуть на 10 дей. Хотя, это не отдых, а иной формат работы. Следом за ней по этому же маршруту полетит её отец. Они встретятся в Гонолулу и вместе вернутся в Рабаул на кораблях её эскадры мужа. Он уже готовится отправиться в поход. Все ждали только её.

В Гонконге она обедала с семьёй мистера Ши. Практически, официальный приём. Если бы не то, что они давно и хорошо друг друга знали. За обедом они разговаривали не о делах. Ян уже на стажировке в Лондоне. Сам мистер Ши и его семья невыездные. Его работу здесь очень ценят. Но её интересовало другое. Фермерская кооперация в Китае. Как она устроена, как функционирует. Но мистер Ши мало что мог рассказать об этом. Это было вне его работы, поэтому он не интересовался этим. Не больше того, что это может поставлять на рынок Австралии и ЮАР. Но в частной беседе сказал, что товарищи из Пекина решили ещё немного снизить цены. Так что её менеджерам снова переписывать ценники.

В Гонолулу прилетели вечером. Сразу разместились, переоделись, ужинать и спать. На следующее утро, после завтрака, Тэд отправился на обследование, Эрик в игровую комнату, а она в зал переговоров. От отца она получила задание обсудить возможность реализации ряда его предвыборных обещаний. Но первый день – подведение итогов. Программа фермерства активно развивается в западных штатах, на малозаселенных территориях. С целью сокращения затрат на логистику требовалось организовать дополнительные порты разгрузки и терминалы в глубине территории. Появилась тенденция миграции фермеров в сторону западных штатов, а в них, в сторону малозаселенных территорий, неудобных для выращивания растений. Достаточно было только доступность воды, электроэнергии, транспортной инфраструктуры. По совету, фермерские хозяйства стали организовывать в определённых районах, соответствующих всем стандартам и законам. Кредиты, под её гарантии, позволяли желающим выкупить земельные участки, начать строительство помещений, закупить оборудование. Во всём, на каждом этапе, ей помогали однопартийцы её отца. Внутренняя политика Австралийского Союза стремительно радикализировалась. Были попытки некоторых муниципалитетов отказаться от уже заключённых с ней договоров. Реакция простых людей была разной. В ряде случаев они договаривались с ней, что будут приобретать зерно с другого склада, в другом муниципалитете. В других случаях люди выходили с протестом к зданию администрации. В третьем, все просто игнорировали это, да и другие распоряжения властей. Всё это она обговаривала с менеджерами, ответственными за работу зерновой программы со стороны Колумбии и Лондона. Наметилась тенденция к участию в программе более широкой прослойки фермеров, малых и средних предприятий.

Второй день – планирование будущей работы. Пока объёмы зерна не такие большие. Но тенденция налицо. Всё больше фермеров хочет стабильных по цене и в объёмам поставок зерна. Да и крупные аграрии уже рассматривают возможность отказаться от производства кормового зерна для своих хозяйств. Конечно, всем нужны гарантии. Гарантии объёмов, гарантии цены, гарантии качества. Санитарные службы Австралии контролируют каждую её партию. Но ни где не обнаружили семена сорняков или вредителей. Их нет вообще. Да и зерно больше похоже на высшую категорию пищевого зерна, чем на кормовое. Они обсуждали темпы распространения договоров, рост поставок зерна на терминалы в Гонолулу. Донна Хуанита переносила сюда всю тяжесть логистики поставок зерна в западной части Тихого океана. Активно обсуждали и двойственность её зернового бизнеса. Часть фермеров закупает у неё зерно на общих правах. Но они вольны реализовывать свою продукцию по той цене и тому, кому пожелают. Другая часть фермеров работает по её программе, где всё регламентировано, каждый шаг. В том числе и объёмы поставок, и цены. У каждого фермера есть выбор, какую принять стратегию работы. Она заполняла свою записную книжку пометками, понятными только ей. В Австралии ей передадут все необходимые документы. А её конкуренты окажутся неудел.

Третий день она отдыхала. Следовало подождать отца, потому что дальнейшее обсуждение касалось и его, его обещаний народу Австралии. И ещё. Уже началась подготовка к новым выборам Президента. Следовало обсудить некоторые моменты, которые касались этой стороны взаимодействия. Дети были под присмотром. Она пошла в библиотеку. Говорили, что здесь очень хороший выбор книг. Как о бизнесе, так и для развлекательного чтения. В библиотеке она встретила Съюзи. Та обучала девушек, с которыми когда-то лечилась от одного и того же, от многочисленных травм. Олимпия знала их всех, как медицинский и медийный персонал этой клиники. Их обучали для того, чтобы использовать как рекламу. Небольшая с их стороны плата за то, что с ними сделали. Большинство из них вернулись в Мельбурн. Кто-то устроился на работу. Другие пошли учиться. Не все из них, кто совместно лечился, были здесь. Не было Сянь и её верной Лу. Но о них Олимпия знала всё. Сянь училась на экономику и планирование в Лондоне. Лу поступила в Лондоне на медицинский факультет. Кто-то из остальных девушек хорошо устроился в Австралии, вышли замуж, родили. Сюда приезжали только чтобы встретиться с подругами по несчастью, что устроились работать здесь. Они поздоровались, обнялись. Разговорились, прервав обучение. Девушки готовились к экзамену на звание медсестры по специальной терапии. Она не понимала, что это значит. Но её больше интересовало, для чего им это. Этот диплом не признаётся в Австралии.

– Нас уже берут в клиники. В те, что заключили договор с вашим отцом, мистером Дирком.

– Но почему? Кем вы там будете?

– Официально – младшим персоналом, или санитарками. Фактически – специалистами по специальной терапии.

– Что за специальная терапия?

– Понимаете, мисс Роджер, – ответила Съюзи. Много людей не успевает сюда доехать. Были случаи, что с самолёта или корабля выносили ещё тёплый труп. Специальная терапия там, в Австралии, позволит исключить это, отодвинув момент смерти как минимум на сутки. И здесь такие пациенты в экстренном порядке поступают на операцию.

– Как я понимаю, лекарство контрабандное.

– И да, и нет. Да, это контрабанда. Нет, оно идёт по специальной системе доставки. В клиниках, в колумбийских кварталах, оно уже давно успешно используется. Настала очередь других клиник.

Она вспомнила, что практически все клиники в латиноамериканских кварталах буквально ждали, когда её отец объявит об этом соглашении, присоединяясь к программе её отца. Именно из них идёт самый большой поток пациентов сюда. И именно в них резко упал уровень смертности. Теперь к этому присоединялись клиники и в китайских кварталах.

– А что в планах подготовки таких специалистов? Есть перспектива для других клиник?

– Есть. Любая клиника, активно работающая в программе взаимной медицинской помощи.

Она знала эту программу. Её отец заключал договор именно в рамках этой программы. Многие клиники пользовались этим соглашением, чтобы избавится от проблемных клиентов. Но со временем «отправлять умирать» в Гонолулу стали требовать и те, кого можно было ещё полгода – год «эффективно» полечить. А клиники, не заключившие с её отцом, стали терять клиентов в лице платёжеспособного среднего класса. В них предпочитали обращаться по пустяковым случаям. Хотя были и исключения. Но все они были связаны с крупной фармакологической компанией, поставляющей сырьё для своих лекарств из Колумбии. Эти лекарства считались высокотехнологичными и дорогими, хотя через её структуры поставлялись контрабандой более дешёвые и не менее эффективные их аналоги.

Они сидели и разговаривали. Австралия получала ещё одну группу специалистов. Нелегальных, тайных, но от этого не менее эффективных. Действие этой специальной терапии она видела на своём сыне. А эти девушки начинали своё лечение с этой терапии. Когда-то давно, за счёт эффектов этих препаратов людям восстанавливали страшные повреждения. Но это занимало много времени, и было не очень приятным по ощущениям. Введение в эксперимент кожи одной из ящериц резко ускорило процесс, сделало его практически безболезненным. Именно на этих девушках прошли основные испытания. Им нечего было терять. И они приобрели всё то, что потеряли. Теперь они готовились помогать другим. Она поняла, что эта встреча не случайна. И Съюзи сказала, что она тоже ждёт визита мистера Дирка, уже как медицинский специалист. Будет обсуждать с ним широкий круг вопросов. Учитывая, что этот год – год выборов.

Они возвращались морем. Старый адмирал смотрел, как его зять обучил команды своих кораблей. Крейсер, корабль снабжения, несколько патрульных кораблей. Все под завязку заполнены контрабандой. И команды старались, зная, что на борту легенда Шестого флота. Из Рабаула самолётом в Сидней. Прямой рейс, без пересадок. За штурвалом военные профессионалы. У её отца есть всё для тренировок. Аэродромы, имитирующие палубу авианосца, старые военные самолёты палубной авиации, команды пилотов, штурманов, техников, морской пехоты. И дочь, чьи интересы обслуживает эта тренировочная система в свободное от тренировок время. Практически все родственники команд флота её отца согласились стать фермерами, или иным образом принять участие в этой программе. Кто-то открыл цеха по убою и переработки продукции. Другие занялись переработкой отходов. Третьи стали продавать продукцию. Но везде, на каждом здании или внутри магазинчиков, висел портрет Дика Дирка, политического покровителя их бизнеса и человека, держащая своё слово. В офисе её встречали рабочей суетой. Прибыли новые планы развития её бизнеса. И соответствующие специалисты уже изучали их. Она вызвала к себе специалиста по зерну. Он вошёл, посмотрел на неё с другого конца рабочего стола.

– Ты просмотрел планы?

– Да, мисс. Разрешите выезжать в турне по офисам.

– У тебя нет вопросов?

– В планах то, что я изучал в институте. Для нас это база, азы, с которых мы начинали изучать животноводство.

Она улыбнулась. Один человек заменял собой работу офиса. Из дополнительного персонала – заместитель и секретарь.

– А твой заместитель?

– Он поедет в противоположном направлении. Я его подготовил. Конечно, читать он будет по бумажке. Но для Океании этого будет достаточно.

– Хорошо. Бетти, в приказ на командировку.

– Хорошо, мисс Роджер. – ответила секретарша.

Менеджер ушёл. Он получал за четверых. За двоих получал его заместитель. Но тот работал меньше своего босса. Секретарь тоже был на повышенном окладе. Фермерский отдел работал как часы, как в Колумбии или Возрождённой Англии. Она задумалась. Новые сорта и гибриды зерна изменяли всю работу фермеров. Падала потребность в сложных кормах, специальных добавках. Фермеры могли применять более простые и примитивные системы ухода за животными. Это расширило её возможности, привлекло в её программу более широкие слои фермеров. Уже сейчас её программа давала первые результаты. На птице. И она освобождена от необходимости следить за этим, есть человек. Верный, знающий, ответственный. Она же может заняться политической деятельностью в интересах движения «Старика Дика».

Они заседали советом движения. Фактически, предвыборная компания уже началась. Политические партии старательно освещают в прессе свои успехи и достижения, зачастую причисляя к таковым их действия. Старательно продуманные опросы на улицах должны были подтолкнуть избирателя к мысли, что всё, что в его жизни есть хорошего – заслуга традиционных партий, а не выскочки Дирка. Они вяло отвечали, в основном изобличая уж совсем явную ложь и приписки. Сейчас перед ними стоял главный вопрос: кого выставить в качестве кандидата. Нужен достаточно молодой, но уже широко известный человек, со способностями организовывать работу. Это был самый важный вопрос. Программа была уже написана. Она повторяла ту, с которой её отец выходи на прошлые выборы. С добавками и исправлениями, сделанными по результатам уже выполненных обязательств. Кроме Президента над было выдвинуть Вице-президента.

Её отец отказался от активного участия в политике. Он займётся преобразованием своего политического движения в полноценную политическую партию. Партию тех, кто исполняет то, что обещал. Шло обсуждение. Выдвигались кандидатуры, шло обсуждение их сильных и слабых сторон. Но решение всё равно было за её отцом. И как основателя политического движения, и как опытного политика. И он сказал своё слово. Все посмотрели на неё. Кандидат выходил из её бизнес – структуры. Из её бизнес – структуры были и те, кто будет организовывать и проводить компанию на местах. Списки уже были составлены. Она немного подумала, и согласилась. Её бизнес от этого не пострадает. Уже подготовлена замена. И на время выборов. И в случае и победы. Сейчас её больше интересовали вопросы работы её нового отдела. В части закупок зерна она не беспокоилась. На местах были хорошие исполнители. Ими руководил знающий человек, фанатически преданный этому делу, работающий по приказу Мамы. Муниципалитеты или поочерёдно присоединялись к её соглашению, или очень жалели, что вышли из него. Без смены власти в них она не будет даже обсуждать свои и их намерения. Политика и бизнес жестоки. А она, своей программой, даёт работу тысячам людей, активизируя экономическую жизнь. И граждане муниципалитетов должны понимать, что если выбранная ими администрация не хочет с ней сотрудничать, то это отразится и на их благосостоянии. А бизнес под её руководством очень прибыльный и очень стабильный. И не только для тех, кто в нём участвует, но и для тех, кто его обслуживает. Здесь и строители со строительной отраслью, и производство оборудования, и местный транспорт, и местные налоги. Наиболее разумные из глав муниципалитетов хотя бы не мешали ей, наученные опытом своих соседей. Но скоро и это прекратится. Внутренняя политика стала радикализироваться. Если ты не с нами, значит против нас. Этот тезис стал основным в действиях и высказываниях всех политических сторон, готовящихся к новым выборам. Но они терпимо относятся к тем, кто заявил о своём нейтралитете и равном допуске всех сторон к агитационным действиям. А она ведёт свою агитацию, подчиняя один муниципалитет за другим. И если руководство местных органов не хочет с ней сотрудничать, то простые граждане готовы на многое, даже на переезд.