Непокорный зверь

Глава 5

Предгорное пастбище было довольно обширным, простираясь в разные стороны на полтора десятка километров. Но учитывая аппетит огромных животных, пастись они тут могли не дольше одного месяца. После этого скот нужно было перегонять на другое место, давая возможность растениям восстановиться.

Пока торны паслись в низине, утробно гудя и пережевывая сочные стебли тростника, Винтар Прэт приглядывал за ними с вершины холма. Остальные рабы вместе с надсмотрщиками находились где-то на другой стороне, и он их не видел.

Сначала аборигены удивлялись, почему новый погонщик все время куда-то уходит, стараясь держаться обособленно, но постепенно привыкли к странному чужаку. Если бы он хотел сбежать, то сделал бы это давным-давно. Но в том-то и дело, что бежать ему было некуда, в отличие от других невольников. Поэтому надсмотрщики большую часть дня его не беспокоили, и не интересовались, где он пропадает.

Родовая община Утабэ, которой сейчас принадлежал Прэт, считалась одной из самых малочисленных в племени Шаду. Но, благодаря тому, что она занималась разведением и выпасом крупного рогатого скота, её статус был довольно высок. Может быть, именно поэтому Винтар не жалел о том, что Гарш передал его новому хозяину в обмен на торна. Теперь он чувствовал себя гораздо свободнее, чем раньше. Но он не забыл, как и при каких обстоятельствах это произошло.

Прэт прожил в главной деревне Шаду более полугода, прежде чем в ясном вечернем небе появился быстро увеличивающийся силуэт крупного космолёта. Но он был не серебристый, как корвет контрабандиста, а чёрный. Да и форму корпуса имел немного иную, более угловатую.

Винтар увидел его благодаря возбуждённым возгласам аборигенов, которые запрокинули головы и уставились куда-то вверх. Обладая более острым слухом и зрением, они заметили корабль гораздо раньше.

Судя по крутой траектории снижения, управлять им мог такой же сумасшедший человек, как вольный торговец. Или это действительно сам Тьер? А если не он, то кто ещё сподобился прилететь на эту дикую планету?.. Вопросов в голове Прэта было много, но ответы пока не находились. В любом случае космолёт был другим, и прибыл он сюда досрочно, что вызывало сомнения.

В этот прохладный вечер, в конце дождливого сезона, Винтар занимался сбором сухостоя и опавших веток для очагов в домах. Но при виде корабля, он всё бросил и спрятался в кустарнике неподалёку от того места, где в прошлый раз приземлялся «Блудный сын». Он надеялся, что в ближайшее время надсмотрщики искать его не будут.

Вскоре антигравитационное поле под днищем трапециевидного космолёта вспыхнуло ярко-голубым ореолом. Резко сбросив скорость, он со свистом пролетел над поселением и совершил посадку в двух сотнях метров от изгороди. Ещё через несколько минут из ворот деревни вышла знакомая процессия, состоявшая из группы вооружённых воинов и Гарша. По такому важному случаю правитель племени надел на себя генеральский мундир Прэта, чтобы ещё больше повысить свой статус в глазах небесного гостя.

Преодолев половину пути до корабля, аборигены остановились. В то же время бронированная створка шлюза откинулась аппарелью на землю. Из космолёта медленно вышел человек в коричневой кожаной куртке. На его поясе с двух сторон висело оружие, а лицо было скрыто под знакомой маской с рогами и клыками. Вслед за ним в шлюзовом отсеке показались четыре помощника, готовых начать разгрузку. Скорей всего, это были андроиды, поскольку они почти не двигались.

Когда Тьер приблизился к Гаршу, они обменялись приветствиями и некоторое время о чём-то разговаривали. Винтар их почти не слышал. Потом контрабандист позвал двух помощников, и они принесли к ногам вождя пару ящиков с образцами товаров. Катур придирчиво осмотрел предлагаемые вещи со всех сторон, но, судя по всему, остался доволен увиденным. Звёздный торговец сразу оживился, явно пытаясь набить цену, и сделал знак андроидам выносить из космолёта оговорённую часть груза. Сегодня помощь аршальцев ему не требовалась.

Оставаться под прикрытием кустов больше не имело смысла. Поэтому Прэт встал во весь рост и быстрым шагом направился к Тьеру и аборигенам. Однако его там никто не ждал. Это стало понятно по недовольному взгляду Гарша и удивлённому восклицанию бородатого контрабандиста.

– Оппа, генерал, живой!..

– Как видишь, – холодно ответил Винтар на земном языке. – И теперь ты должен выполнить своё обещание – забрать меня с этой планеты!

– Я что-то обещал?.. – торговец громко рассмеялся, и отключил браслетный автопереводчик. – Нет, я тебе ничего не должен! Потому что я не Тьер…

Голос человека, действительно, был другим, тоньше и моложе. Да и ростом он был повыше.

– А где же Тьер, чёрт его дери?

– Можно сказать – уже подрал, – невесело усмехнулся торговец, сделав шаг назад. – Это долгая история. Но он пока жив. И останется жив, если я продам весь его товар и выплачу за него долг рейдерам.

Кстати, меня зовут Стив. Тьер обо мне ничего не рассказывал?..

Ну да, он не любит болтать о других. А ведь мы много лет работали вместе, пока не решили разделить бизнес.

Понимаешь?

– Не очень…

– Ну, это неважно. Главное, что у меня дела пошли в гору, а Тьер взял у знакомых рейдеров золото в долг, чтобы купить списанный полицейский корвет. Отдать должок вовремя он не смог, или не захотел. Так что теперь его могут грохнуть.

Я согласился ему помочь по старой дружбе, забрал новый товар, и сюда. Тут хорошие покупатели…

– Так забери меня отсюда! – настойчиво сказал Прэт, подходя ближе к торговцу.

Стив покачал головой и положил ладони на рукоятки двух парализаторов, предостерегая Винтара от резких движений.

– Я не могу тебя забрать.

– Почему?

– Тьер рассказал мне, кто ты, и как тут оказался. Но он так же предупредил, чтобы я не поддавался на твои уговоры, если мы встретимся. Если честно, он не верил, что ты сможешь здесь выжить.

В любом случае, я не смогу тебя забрать. Тьер тебе обещал, вот и жди его возвращения. Это, во-первых. Во-вторых, для меня важнее отдать долг за бывшего напарника, а не выкупать тебя у Гарша. А в-третьих, у нас сейчас и без тебя проблем хватает. Самим бы уцелеть! Так что извини, генерал…

– Хватит говорить на непонятном языке! – неожиданно вмешался вождь племени, нахмурив лоб. – И вообще, Мэтшун, что тебе нужно от небесного торговца?

Заметив раздражение в голосе катура, Стив поспешно включил автопереводчик. Он услышал последний вопрос Гарша и спокойно ответил:

– Твой раб хочет, чтобы я забрал его с собой в небесный мир.

– И зачем ему это нужно? Разве там лучше, чем здесь?

Винтар открыл рот, чтобы ответить, и на секунду задумался.

С одной стороны, вопрос был наивно-глупым, ведь туземец понятия не имел, насколько там может быть лучше. А с другой стороны, Прэт и сам не знал, чего ему теперь ждать от жизни на цивилизованных планетах Земной Федерации, где он признан изменником. Рано или поздно его личность будет раскрыта, и что тогда, пожизненная тюрьма или новая казнь? Остаётся один вариант – лететь к своим покровителям в Клисионской Империи. Но ждут ли его там сейчас, после того, как операция «Эверона» в звёздной системе Полукс оказалась провалена?! Тем не менее, он уверенно произнёс:

– Думаю, мне там будет намного лучше, чем здесь…

– Он так думает, – усмехнулся торговец, – А что об этом думает великий катур?

– Этот раб принадлежит моей общине, – сказал Гарш. – Я честно купил его у тебя, и он честно трудится в нашей деревне. Он даже ни разу не пытался сбежать, как делали другие рабы.

Мне было бы жаль отпускать его обратно в твой мир. Я хочу, чтобы он остался на Аршале.

Кроме того, небесный торговец, я отдал тебе за него три красивых камня и один самородок жёлтого металла. Помнишь?..

Стив утвердительно кивнул.

– Так вот, – продолжил вождь, – я не знаю, как оцениваются рабы в вашем мире, но этого я не отдам дешевле начальной стоимости.

– На самом деле, великий катур, в нашем мире он стоит ещё дороже, – сказал торговец, сделав замысловатое движение рукой. – Но я соглашусь оставить его в твоём племени за дополнительную плату.

– Хорошо, я могу дать тебе за него ещё один небольшой зелёный камень, чтобы ты был доволен, – предложил Гарш, тряхнув кожаным мешочком с драгоценностями.

– Договорились!..

– Сволочь! – негодующе крикнул Винтар, сжимая кулаки. – Я что, по-твоему, безмозглая вещь?

Ты не можешь оставить меня здесь из-за какого-то камня!..

– Я тебе уже всё объяснил, Прэт. Других вариантов не будет, – Стив развёл руками. – К тому же, как говорили древние, бизнес есть бизнес, ничего личного.

Это был тупик. Но смиряться с таким положением дел в двух шагах от космолёта Винтар не собирался. Он и так слишком долго, и слишком много терпел. Кипевшая в нём злость, наконец, выплеснулась наружу.

Он рванулся к вольному торговцу как разъяренный зверь, и прежде, чем тот успел выхватить из кобуры оружие, нанёс ему два сильных удара, в печень и голову. Пока Стив падал на землю, ловя ртом воздух, Прэт побежал к грузовому кораблю, рассчитывая захватить его раньше, чем парализующие лучи попадут в спину. По большому счёту это надо было сделать сразу, без лишних разговоров с торгашом. Главное – прорваться внутрь космолёта мимо андроидов и закрыть шлюз. А дальше действовать по обстановке.

Так быстро Винтар ещё никогда не бегал. Но, когда до аппарели шлюзового отсека оставалось не больше десятка метров, в его левую ногу вонзилось что-то острое. Икроножную мышцу обожгло резкой болью. Из горла непроизвольно вырвался крик. Споткнувшись на ровном месте, Прэт пролетел вперёд и растянулся на земле. Затем попытался вскочить, чтобы доковылять до корабля, но не смог даже подняться. А к нему уже мчались аршальцы.

Он отчаянно завопил и ухватился руками за оперенное древко стрелы, пробившей ногу насквозь. Стрелявший в него абориген оказался на редкость метким, или ему случайно так повезло.

Теперь Винтар чётко осознавал, что потерял все шансы покинуть мрачную отсталую планету. Это было хуже реальной смерти. Никаких гарантий, что Тьер за ним когда-нибудь вернётся, у него не было, а оставаться до конца жизни в рабстве у дикарей, это чересчур......

Два дюжих воина из личной стражи катура подбежали к Прэту и грубо схватили за руки. Он дёрнулся, пытаясь вырваться, но всё было тщетно. Хватка аборигенов оказалась надёжной.

Вскоре к ним подошёл Стив, потирая ушибленную скулу. В правой руке он держал парализатор.

– Ты, генерал, ещё глупее, чем я думал, – презрительно сказал торговец и ткнул Винтара в живот стволом оружия. – Но тем хуже для тебя самого.

– Да пошёл ты… – прохрипел Прэт, отдышавшись. – Все вы одинаковы, чёртовы торгаши.

– Я тоже думал о тебе лучше, небесный раб, – неожиданно заявил Гарш, подходя к ним ближе. – А за то, что ты хотел от нас сбежать, я тебя накажу.

Сначала ты получишь двенадцать ударов плетью, а потом, когда ты снова сможешь ходить, я отдам тебя в другую деревню в обмен на торна. Это будет хорошая сделка.

– Будь ты проклят, дикарь! – с ненавистью воскликнул Винтар. – Чтоб вас всех твари лесные сожрали и костей не оставили! Чтоб вы…

Он задохнулся от резкой боли, когда один из воинов наступил на древко стрелы, торчавшей из раненной ноги. Абориген знал, как заставить невольника замолчать.

– За эти слова, Мэтшун, ты получишь ещё шесть ударов плетью, – вынес окончательный приговор вождь племени. – А теперь заткнись, если не хочешь, чтобы я отрезал тебе язык.

– Да, генерал, лучше помалкивай, – посоветовал Стив и поднял парализатор повыше. – Прощай…

Между ними сверкнул бледно-голубой луч, и тело Прэта полностью онемело, будто в один момент ему свернули шею. Но сильная парализация одновременно избавила от боли в ноге. Хоть в чём-то вольный торговец проявил милосердие… Обдумать эту мысль он не успел, так как внезапно потерял сознание.

Очнулся Винтар в своём рабском жилище, когда на улице было уже темно. Он сразу почувствовал тупую ноющую боль в ноге. Но переживать по этому поводу теперь не имело смысла. На этой отсталой планете шансы выжить и умереть от таких ран были примерно равны.

Ощупав ногу, Прэт обнаружил, что его икроножная мышца туго перевязана широкой кожаной полоской, пропитанной какой-то резко пахнущей мазью местного целителя. В том, что его перевязывал старый знакомый Фош, он не сомневался. И такая забота была вполне объяснима, ведь ему ещё нужно было дожить до наказания плетьми, а потом и до отправки в другую деревню.

Остаток ночи он провёл в тревожной полудрёме, заново переживая встречу с торгашом Стивом, который отказался выкупать его у Гарша. Но ещё больше он переживал о том, что ему не удалось захватить корабль торговца, хотя возможность такая была. До неё оставалось совсем немного, но какой-то меткий урод всё испортил…

О необходимости наказания Мэтшуна никто не забыл.

Уже на следующий день, его вместе с тремя другими провинившимися рабами вывели на деревенскую площадь, привязали к столбам и нещадно высекли плетьми перед толпой любопытных зевак. Эта экзекуция оказалась для Винтара наиболее унизительной, ведь раньше его так сильно и долго не били. Надсмотрщики могли хлестнуть плёткой пару раз за какие-то ошибки или умышленное неповиновение, но это происходило без зрителей. А тут…

Удары двух карателей сыпались один за другим, и часть из них невольники выдержали молча. Потом раздались первые вопли избиваемых туземцев, ставших пленниками Шаду. Прэт закричал последним, хотя на его тело обрушилось в два раза больше плетей, чем на спины других рабов.

Боль от хлестких ударов в его затуманенном сознании смешивалась с оскорбительными выкриками взрослых аборигенов и плевками детей, постепенно превращаясь в дикий хоровод и пляски на его исполосованном теле. Но, возможно, последнее ему лишь привиделось или приснилось, когда он впал в забытье.

Возвращение к жизни казалось по-настоящему адским. Он лежал на животе в хижине рабов, и вся его спина горела от жгучей боли, словно её натёрли острым перцем, или просто содрали кожу. Правда через какое-то время боль немного утихла, поскольку Фош уже обработал раны целебной мазью. Всё-таки определённые зачатки гуманизма у некоторых представителей аршальской расы имелись.

Прошло ещё несколько дней, прежде чем раны немного затянулись, и он смог встать на ноги. Теперь Винтар имел более-менее товарный вид, подходящий для обмена с рухмадом Утабэ. Что-то похожее сказал Гарш надсмотрщику, когда проходил мимо жилища небесного раба. Морально Прэт был к этому готов, хотя и не знал, что его ждёт в общине скотоводов.

В тот же вечер Винтара повели в дальнюю деревню, находившуюся на расстоянии нескольких километров от главного поселения племени. В непродолжительном пути его сопровождали два знакомых надсмотрщика и представитель сословия мерхов, который занимался обменом товаров и рабов.

Новая общинная деревня ни чем особым не отличалась от всех остальных, где Прэту довелось побывать раньше. Те же бревенчато-глиняные дома, та же изгородь из кривых стволов местных деревьев. Зато рухмадом общины оказался вовсе не мужественный абориген, как представлял себе Винтар, а вполне себе аршальская «женщина» в возрасте не старше тридцати лет. Она и являлась той самой Утабэ, о которой говорил правитель Шаду.

Скорее всего, она уже когда-то видела небесного раба, поэтому смотрела на него без особого удивления. Но и какого-либо неприятия с враждебностью в её кошачьих глазах тоже не наблюдалось. По внешнему виду Утабэ можно было понять, что в очередной женский цикл она вступила совсем недавно, и эти изменения смягчили не только её голос, но и характер.

Позже Винтар узнал, что она почти не торговалась, когда мерх попросил за Мэтшуна взрослого торна, хотя реальная ценность животного была намного больше ценности любого раба. Это польстило Прэту, но тогда он ещё не догадывался, что новая хозяйка может потребовать от него взамен.

Недолго думая, Утабэ определила Винтара в группу погонщиков скота. А, спустя пару дней, он вместе с другими невольниками погнал стадо торнов к отдалённым пастбищам племени Шаду.

Всё это было больше четырёх месяцев назад по местному календарю. Прэт знал об этом наверняка, потому что ежедневно делал насечки на посохе погонщика, продолжая считать сутки, прожитые на Аршале. И вот он в очередной раз находился на восточном пастбище, размышляя о своей жизни на этой планете.

Оставаясь бесправным рабом, без рода и племени, Винтар мог рассчитывать только на свои силы и умения, ведь ни что иное не могло помочь ему выжить в окружающем мире. Если бы не такое положение, с другими недостатками примитивного сообщества можно было бы как-то смириться, а многое и вовсе изменить, дав дикарям новые знания. Благо, образование у него было отличным, и он хорошо помнил историю земного средневековья, когда научный прогресс только начинал делать свои первые шаги. Но чтобы хоть как-то повлиять на текущее развитие аршальской цивилизации, и одновременно улучшить условия собственной жизни, ему нужно было добиться определённого влияния в племени Шаду. Вопрос в том, как это сделать?..

Забрасывая в рот сладковатые съедобные ягоды с кустов хага, в надежде хоть немного утолить дневной голод, Прэт периодически поглядывал на одного из молодых торнов. Животное всё больше отходило в сторону, углубляясь в заросли тростника. Пора было идти за ним, чтобы вернуть поближе к стаду.

Подобрав с земли пастуший посох, Винтар не спеша двинулся в обход кустов и деревьев, росших на вершине холма. С другой стороны можно было быстрее перехватить молодого торна.

Когда Прэт оказался в зарослях густой растительности и стал спускаться в широкую прогалину, он неожиданно заметил внизу, в полусотне метров от себя, двух аборигенов с копьями в руках. Они смотрели на рогатое животное, и не видели Винтара. Сначала он подумал, что это надсмотрщики, отправившиеся на его поиски. Но в следующий момент заметил ещё нескольких аршальцев, вооружённых луками и саблями. Всего их было семеро. Они вышли из-за кустов, тихо обмениваясь репликами на своём языке. Теперь стало ясно, что это чужаки. Скорее всего, яронцы, судя по серовато-рыжим шкурам дрэтхов, в которые они были облачены.

Быстро присев на корточки, чтобы его не заметили, Прэт внимательно наблюдал за крадущимися в отдалении туземцами. И хотя он, в принципе, не мог любить аборигенов из племени Шаду, это вовсе не означало, что враги нынешних хозяев могут стать его друзьями. Перспективы встречи с яронцами были вполне предсказуемы.

Если они намеревались захватить и угнать стадо торнов на территорию своего племени, он должен был предупредить надсмотрщиков об угрозе нападения. Скрываться в зарослях тростника и ждать, когда враги уйдут, прихватив с собой добычу, Винтар не хотел по разным причинам.

Во-первых, он никогда не был трусом, и глубинный инстинкт самосохранения в молодости часто его подводил. Во-вторых, если он вернётся в поселение Шаду один, целый и невредимый, Утабэ и Гарш могут заподозрить его в помощи вражеским воинам. Никто не поверит, что яронцы добровольно его отпустили. А сказать, что он прятался в кустах, в то время, когда надсмотрщиков убивали, это худший из вариантов.

Межплеменные конфликты Прэта совершенно не касались, и при других обстоятельствах он мог бы отсидеться в зарослях. Однако Винтар хорошо понимал бессмысленность такого решения. Если бы он вернулся в общину без торнов, для него это было бы равносильно самоубийству. В борьбе с врагами у него ещё были определённые шансы уцелеть, а в деревне его точно ждала неминуемая казнь.

Болтаться на виселице, или валяться в грязи с отрубленной головой ему как-то совсем не хотелось. Уж лучше погибнуть в честном бою с яронцами.

Глава 6

Как только чужаки, друг за другом, двинулись дальше к пасущемуся невдалеке торну, Винтар Прэт бесшумно последовал за ними. И тут ему в голову пришла идея не только предупредить надсмотрщиков, а самому первым атаковать врагов с тыла. Тогда он мог бы стать не просто участником боя с захватчиками, а настоящим героем в глазах всего племени Шаду.

Возникший в мозгу план действий казался довольно реалистичным. Если надсмотрщики услышат сигнал тревоги, они окажут активное сопротивление вражеским воинам. Кроме того, им должны помочь остальные рабы, чтобы не попасть в плен к новым хозяевам, ведь среди погонщиков не было ни одного яронца.