Маршрут 415

IV

В «Торг-ресурс-имитед» у меня были шикарные условия. Наконец-то я радовалась своему маникюру, чистому и ухоженному виду. Я перестала уставать, у меня появилась куча свободного времени. Перерабатывать было нельзя, и после каждого полёта мы должны были отдыхать. Своё положение я заняла благодаря Деду. Директором «Торг-ресурс-имитед» был его друг. Почему Дед не пошёл работать к своему другу в «Торг-ресурс-имитед», а предпочёл работать на «Великане», для меня осталось загадкой. Предположу, что дело было в характере моего первого капитана, чья душа требовала полётов до последнего вздоха, и только одно представление о бесполётной профессии вызывало у него грусть.

В Космическом городке между старым и новым городом я сняла себе однокомнатную квартиру. Свободное время проводила в домашних хлопотах, встречах с друзьями по училищу и походами в Кают-компанию.

Кают-компанией и по сегодняшний день на нашем космическом жаргоне называется большая библиотека в Доме космонавтики.

В общем зале Кают-компании было кафе со столиками, окружёнными мягкими диванчиками. Кафе отличалось прекрасным меню из всевозможных космических блюд, которые только можно встретить в самых далёких колониях, и, конечно, там играла живая музыка.

Над кафе располагается огромная библиотека с рабочими столами и учебными классами. Предполагалось, что лётный персонал там будет аккумулировать знания и проводить досуг. Конечно, популярнее оказалось второе.

Одним вечером мы встретились в Кают-компании с одногруппниками из училища. К сожалению, а может быть, и к счастью, в профессии остались только я и моя подруга Вика. Вика сделала шикарный ход конём: не пошла сразу работать, а решила получить высшее образование. По её воспоминаниям, после ежедневного штудирования в училище учиться в институте было очень легко. В институте она получила профессию диспетчера и нашла работу в космодроме. Диспетчер – очень ответственная профессия. Это те Люди, которые дают указания нам – Штурманам и Капитанам, постоянно следят за порядком на стартовых площадках, разводят маршруты космических кораблей, предотвращая риски их столкновения.

Остальные мои одногруппники совсем разочаровались в профессии. Отработав в среднем пару лет, все они нашли себе достойные земные профессии. Торчать в воздухе, даже за неплохие деньги, когда в жизни надо сколько всего успеть, конечно, не очень продуктивно.

Вот и меня, как бы ни завидовали мне друзья, моя работа не устраивала. Да, я имела хорошее жалование, помогала родителям, сама жила неплохо, но каждому возрасту, каждому жизненному этапу соответствует своё поведение. Мне уже хотелось свою семью, мужа и детей.

Как всем девчонкам, хотелось стать принцессой в свадебном платье и, конечно, мамой. Много времени я проводила в длинных перелётах, создавать семью было некогда. А работа просто утомляла, мне было скучно в «Торг-ресурс-имитед». Я ведь привыкла постоянно работать головой, двигаться и разрешать разные технические задачи. На всех кораблях «Торг-ресурс-имитед» была установлена аппаратура со встроенным программным обеспечением на основе искусственного интеллекта. Программа навигации сама отправляла заявки диспетчерам и другим кораблям, корректировала курс космического корабля и рассчитывала прочие данные. И сама перепроверяла свои же данные. Мне приходилось только наблюдать за работой этой программы. Временами мне не хватало того напряжения, которое было у меня на «Великане». Адреналина, когда стоишь около обзорных иллюминаторов и флажком или светом передаёшь шифр. Беспокоишься о том, чтобы Дед ровно сел на стартовую площадку или разминулся со встречным кораблём, чтобы корабль и ты не были травмированы.

В тот самый вечер встречи с одногруппниками я думала о том, что мне хочется свою семью. С неба упала звезда и я нечаянно загадала желание. Судьба решила дать мне шанс или урок. Больше объяснений на этот счёт у меня нет.

Оркестр с унылой классической музыки перешёл в инструментальный поп, и все хлынули на танцевальную площадку. Когда я кружилась в очередном танце, ко мне, пританцовывая, подошёл привлекательной внешности мужчина. Постеснявшись его, я решила ретироваться и ушла за наш столик. Позже на веранде, куда я вышла подышать летним прохладным воздухом, мужчина подошел ко мне ещё раз и представился Михаилом. У нас закрутился роман. Михаил был крупного телосложения с огромными ладонями. Я любила рассматривать его руки. Мне казалось, что такими ручищами можно было перемолоть всё на свете. Мне безумно нравилось, когда моя шёлковая беззащитная ладошка тонула в грубой, сильной и бездонной ладони Михаила. Мы быстро нашли общий язык и стали жить на моей квартире.

Михаил работал механиком в «Пегасе», компании, занимающейся пассажирскими перевозками и перемещением небольших грузов. Михаил работал на Земле, выполнял техническое обслуживание и блочный ремонт космических кораблей.

Любила я его безумно, казалось, на всём белом свете нет больше такого человека, за которого я готова отдать всё! Всю себя. Мы могли часами молчать, обнимая друг друга, дурачиться и путешествовать. Мы любили уезжать куда-нибудь на выходные и поступали так всегда, когда они совпадали у нас. Он дарил мне огромные букеты роз и бесперебойно ухаживал за мной. Я легла на курс безграничного счастья.

Сейчас я вспоминаю эти события, и у меня уже нет тех чувств, которыми я была охвачена. Знаю, что любила сильно, а как сильно, уже и не вспомнить. Спустя столько лет думаю, к роману, скорее всего, подтолкнуло меня одиночество. То самое одиночество, которое часто выворачивает мозги одиноким людям. Помните эту прекрасную юмореску: «Одиночество – опасная штука. Не зря говорят, что от одиночества люди пропадают. Один мой знакомый уехал от одиночества после работы в Волгоград, а второй взял и один оказался в Джугбе. Но всех дальше забрался третий – он женился».

Тогда я, ослеплённая женским счастьем, не воспринимала ревностные приступы Михаила всерьёз, они меня только смешили. В те дни я ещё не знала, что ревность – это болезнь. Провожая меня в рейсы, он всегда подвозил и крепко целовал на прощанье. Я воспринимала это с огромным умилением. Но потом начался ад.

Наверное, это нормально, когда счастье сменяется чем-то плохим, иначе бы у него не было ценности, так как не с чем было бы сравнивать. Он писал и звонил по сто раз в день, спрашивал, чем я занималась поминутно. Поначалу мне казалось, что так и должно быть, но потом меня начинало трясти, когда он звонил, а мой корабль попадал в зону действия орбитальных антенн. У меня складывалось ощущение, как будто он звонил мне постоянно, не отрываясь. Наши разговоры были утомительны, мы задавали друг другу банальные вопросы и получали на них такие же банальные ответы, мы могли делать паузу и молчать в трубку несколько минут, а затем просто прощались. Какой смысл звонить и писать, если мне совершенно нечего ему рассказать? И ему самому мне тоже нечего рассказать… Может быть, один раз в день, но не каждый же час?! И всё же я думала, что это нормально. Однажды я вернулась с рейса, и Михаил устроил мне скандал, потому что заметил, как я на прощание обнялась с командой. Прощальные и приветственные обнимашки были у нас традицией, сложившейся задолго до меня. В те выходные он постоянно ругал меня и бросал презирающие взгляды, словно застукал меня за изменой. А теперь ему приходится переступать через свою мужскую гордость, чтобы простить меня. Прям противно, как вспомню! Фу! Истеричка!

Все эти его сцены, оказывается, преследовали конкретные цели. Кстати, о них он мог сказать прямо, не поднимая мне нервы. Он хотел, чтобы я завязала с рейсами и нашла работу на Земле, чтобы больше проводить время вместе. И что вы думаете?! Я согласилась и угодила к пауку в банку. Но в то время я была готова на это, и мне это казалось логичным и соответствующим моим жизненным целям.

К большому счастью, у нас в «Торг-ресурс-имитед» открывался новый экспедиционный отдел на Земле. Задачей отдела было развитие инфраструктуры на дальних маршрутах. Меня взяли работать специалистом по организации радиосвязи, можно сказать, почти по профессии. Настало самое идеальное время в наших отношениях! Я с головой утонула в новой интересной работе, проектируя с коллегами развитие радиосвязи, согласовывая места установки радиомаяков. Вся важная и деловая на работе, я любящая и бесхребетная спешила домой, чтобы превратиться в единственную и заботливую девушку. Он заезжал за мной на работу, мы вместе ехали домой, обменивались какими-то мелкими новостями и обсуждали прохожих. Мы уже начали планировать свадьбу, как меня немного повысили на работе, предложив заняться короткими разведывательными экспедициями в качестве начальника штаба экспедиционного отдела. Вместе с Мишей мы приняли положительное решение о моём повышении, так как нашей семье нужны были средства. Мы хотели завести ребенка, поэтому нам нужно было накопить некую подушку безопасности, чтобы чувствовать себя уверенно пару лет после рождения малыша.

Прокладывая маршрут до планеты «И-5-А-8», мне и моим коллегам нужно было установить на одной невзрачной планетке, расположенной по пути, радиомаяк, чтобы космические корабли могли поддерживать связь с Землёй и между собой в реальном времени. Несмотря на отсутствие на планете явной жизни, у неё была атмосфера, и уже давно работали коллеги биологи из Космического представительства Земли.

Заодно, решая вопрос об установке на этой планете радиомаяка, наша фирма вызвалась доставить биологам какое-то оборудование. Меня туда отправили для приёмки выполненных работ у Подрядчика. Задача в теории была достаточно лёгкой, так как всё оборудование представляло из себя уже скомбинированный на заводе-производителе контейнер, который по факту следует только правильно установить на твёрдую поверхность, подключить аккумуляторы с солнечными батареями и произвести настройку программ. Дополнительно со стороны подрядчика требовалось изучить возможные природные воздействия на оборудование, например, оползни или затопления, задокументировать всё в своём экспертном заключении и предпринять меры по недопущению этих рисков. А мне нужно было только убедиться в правильности установки оборудования, соответствии документов действительному положению дел и провести пробный сеанс связи с обменом данных. Установка таких радиомаяков позволяла обмениваться информацией и сообщениями на всём протяжении маршрута судов без задержек во времени.

Более того, на этой невзрачной планете из-за благоприятной обстановки был разбит аварийный лагерь, что сулило планете большое космическое будущее. Аварийный лагерь – это место, где в случае поломки космического корабля можно было найти временный приют.

Не предвещающая ничего плохого командировка аукнулась огромным зигзагом в моей жизни. Несмотря на благоприятную атмосферу на планете, наличия биологов из Космического представительства Земли, организованного аварийного лагеря, было огромное количество неизученных бактерий и вирусов. Об этом нас никто из-за обычной халатности не предупредил.

На поверхности планеты нас встретили биологи и тут же, покрутив пальцами у висков, объяснили, что нам нужно переодеться в скафандры специального биологически-защищённого типа. Не знаю, кого в первую очередь спасали биологи (нас или планету), но правила есть правила, и мы выполнили их предписания. Тем более они являлись работниками Космического представительства Земли, курирующего все наши передвижения. Это сейчас на той планете хорошая колония и люди там шастают без скафандров, а тогда вопрос о постоянном нахождении на этой планете людей только изучался.

Оформив все бюрократические проволочки, мы торжественно перерезали ленточку и запустили в работу радиокомплекс. По традиции, на открытии нового радиокомплекса принято разбивать об контейнер бутылку шампанского, и она у нас была припасена, но вышеупомянутые биологи запротестовали. Пришлось эту бутылку выпить всем вместе в дружной компании.

На обратном пути меня начали беспокоить некоторые симптомы. Я ещё не до конца понимала всю пикантность происходящего, но решила, что по прилёту обязательно обращусь к врачу. И что случилось?! С того дня я до сих пор не долюбливаю биологов. Вышеупомянутые персонажи доложили о нашем выходе на планету без специальных скафандров, и нас отправили на карантин. Конечно, они сделали всё правильно, но в тот вечер за бокалами с шампанским могли хотя бы предупредить о своём решении. В общем, шампанское выпили, а про свои помыслы промолчали. Вроде бы в этом нет ничего плохого, но по мне это грубо противоречит принципу командного духа космической отрасли.

На обратном пути на промежуточной станции нас встретили военные и отправили в зону карантина, где только у меня одной обнаружилось венерическое заболевание. В каком я была шоке, не описать никакими словами. Я проклинала Михаила, ведь других вариантов в моей голове не было. Свой гнев я изложила ему в очень деликатном сообщении. В любом случае, мне нужно было ему сказать, что я задержусь.

Военные устроили нам хороший карантин, самый максимальный в сорок пять дней, с регулярной сдачей промежуточных анализов.

Ревела я тогда много, мне даже начали колоть успокоительные. Молодой врач с итальянскими усиками грозился ввести в искусственную кому. А у меня же любовь, семья, дом, свадьба на носу, какой карантин?!

Ответ от Михаила не заставил себя ждать. Он обвинил меня во всех смертных грехах. Писал мне без остановки, обвиняя и унижая. Я уже начала ему верить. Единственное, что мне мешало обвинить себя, – я не могла в себе сомневаться. В итоге Михаил расстался со мной демонстративно, поделившись видео о том, как собрал свои вещи и уехал.

Мне было тошно и обидно. Уже пошла вторая неделя карантина. Большая белая палата и пустота. В моем доступе было в принципе все, чем я бы могла пользоваться на свободе. Друзья могли посещать с помощью голограмм, были книги, фильмы. Все, что пожелаешь. Было всего два минуса: еда, которую ужали только до полезных продуктов, ну и медицинские процедуры. Чтобы я не спрыгнула с ума от окружающей меня пустоты, ко мне посылали игровых киборгов. Иногда со мной через карантинное окно разговаривал людской персонал, в том числе и молодой врач с итальянскими усиками. Но когда я оставалась одна, на меня накатывала грусть и обида. Эта сволочь, Михаил не поверил мне и бросил… Бросил меня! И как я сразу в нем не разглядела гнильицо, даже ненавистное мне слово «механик» в его профессии ничего мне не подсказало. Я ведь была с ним честна и ожидала от него того же и поддержки. Мои мечты о семейном счастье разбились одномоментно.

Видимо, зная о моих неприятностях на личном фронте, ко мне стал чаще приходить усатый врач и шутить на разные темы. Как позже выяснилось, его звали Олег. Олегу было около тридцати пяти лет, он не был стар, хотя и рассказывал какие-то древние несмешные анекдоты, но даже это меня спасало и отвлекало от обиды и одиночества.

Может, карантин этот к счастью. Так я не успела расцарапать Мише лицо.

Было еще чувство стыда перед медицинским персоналом: они однозначно подозревали меня в том, чего я не совершала, как и бывший молодой человек. Вирусолог, кстати, заинтересовался моей историей и пообещал изучить анализы. Свое слово он сдержал, и я ему благодарна. Он даже какое-то научное открытие сделал, скинул мне на память свою статью, но до сих пор времени так и не нашлось прочитать. Да и брезгливо читать про себя в роли подопытного.

А в те дни карантина я была вне себя и допытывала киборгов глупыми вопросами: «что такое любовь?», «почему он меня бросил?» и так далее. Дуреха. У меня был большой нервный срыв. Очень большой. Гигантский, если бы не больничка, я бы съела все сладости в городе и Мишу. Мишу обязательно.

Слабость человека в том, что он может одушевлять все: предметы, людей, роботов, эмоции, отношения и даже мысли. Бог создал человека, наделив его сознанием, и человек пытается делать то же самое. Это наша слабость – видеть человека и другие вещи, основываясь на своем опыте и представлении.

По окончании карантина я была уже готова менять работу, подозревая, что, если меня не оправдает наука, то девушка с плохой репутацией не нужна ни на одном космическом корабле. Хотя, с другой стороны, мужики, наверное, были бы не против иметь девушку с такой репутацией на своем корабле. Сейчас известно, что заболела я из-за долбанного неизвестного вируса, который изобилует на той планете, а не из-за моей легкомысленной жизни. Этот вирус уже хорошо изучили и подтвердили, что он имеет такой странный венерический эффект. А тогда все мои попытки доказать, что у меня не было никакой интимной близости, были напрасны, потому я не решалась тратить силы и с пеной у рта доказывать свою невиновность.

V

Как только я вышла из карантина, с работы мне сообщили о направлении в командировку в должности Штурмана в качестве замены штатного сотрудника на исследовательском космическом корабле «Лавина».

«Лавина» была популярным в то время космическим кораблем проекта «Вектор-7». Корабли типа «Вектор-7» были мне хорошо известны. В свое время я даже принимала участие в их ремонте. «Лавина», в отличие от простых кораблей этого проекта, была напичкана разным исследовательским оборудованием. В зависимости от целей миссии исследовательское оборудование добавляли, меняли или демонтировали.

«Лавину» еще до этой экспедиции я видела лично, правда, на каком космодроме, уже не помню. Капитаном Лавины был Иван Матвеевич, бородатый многодетный капитан-одиночка. Пока его семья грелась на Земле под лучами солнца, он бороздил холодный космос, хорошо обеспечивая ее. Иван Матвеевич начинал работу с орбитального курьера и вот с сединой в бороде уже руководил исследовательским судном. Сам по себе он был чудным дядькой, пару раз мы вместе пили кофе. Много чего он видел за свою жизнь и знал миллион увлекательных историй. Других участников экспедиции я лично не знала. Фамилии были незнакомые, все учёные, в основном инженеры и робототехники. Цель экспедиции была очень простой – визуализировать магнитную аномалию и проложить мимо нее маршрут. Если коротко, то это разведка.

На планете «Т-151 В189» начиналась разработка природных ресурсов, и туда уже отправили первую часть оборудования для строительства колонии. Чтобы транспортировать ресурсы, надо было наладить транспортную связь, а для этого в первую очередь нужно проложить маршрут. Наиболее короткий, экономически выгодный и безопасный. Маршрут, который будет меньше всего пересекаться с другими путями и потребует меньше времени и сил на регулирование движения. Наиболее выгодный вариант маршрута упирался в неизученную магнитную аномалию, которую смогли нащупать с помощью специальных приборов. Из описания задачи выходило, что ученые представляют эту аномалию как скопление астероидов, состоящих из веществ, создающих электромагнитное поле.