Романовск. История, которой не случилось

- Вы намекаете на революцию семнадцатого, будь она неладна?

- То есть, - в её глазах мелькнул холод, - вы недовольны сменой правящей династии?

- Но, но, - погрозил я ей пальцем. - Не стоит путать круглое с мягким. Быть может правящая фамилия Ульяновых и не совсем то, что нужно мне в данный момент, но всяко разно лучше сбежавшего Николая. Переметнуться на сторону противника, скрыться у брата Вильгельма, в тот момент, когда страна почти победила в Великой войне!

- А если всё было совсем не так? – голос дамы стал неожиданно печальным.

- Тогда расскажите свою версию, – я с интересом посмотрел на собеседницу.

- Сначала скажите, что вы знаете о княжне Анастасии?

Я усмехнулся:

- Тоже, что и все - великая княжна умерла в пломбированном вагоне. Простудилась, заболела пневмонией, её похоронили где-то на границе с Польшей. Могила затерялась в хаосе революции.

- А если она не умерла? - глаза дамы подозрительно заблестели. - Представьте, что девушка пережила революцию, а через двадцать лет об этом узнали люди, которым очень захотелось увидеть её живой.

- Потому что она могла бы претендовать на престол?

- Потому что её претензии на престол выглядели бы куда убедительнее, чем у Ульяновых. Если выгорит - на троне легко управляемая императрица, не выгорит - можно оказывать давление на Владимира I.

К такому меня жизнь не готовила:

- Анастасия отказалась снова взойти на трон?

Кати посмотрела на меня:

- Вы всё-таки понимаете быстрее, чем мне хотелось бы.

- Значит, она действительно… Значит вы…

- Тише, - она подняла палец к губам. - Меня зовут мадемуазель Кати, и ничего иначе

Я откинулся на спинку кресла.

- Хорошо, допустим. Но почему Вы…, то есть Анастасия отказалась? Разве снова стать императрицей — это плохо.

Кати улыбнулась:

- Наверное, она слишком хорошо знает историю. Новый Император много сделал для страны, а также для того, чтобы легализовать своё правление - его брак с младшей дочерью греческого короля, рождение наследника Александра Владимировича…

- Хотите сказать, что для Анастасии это всё имеет какое-то значение?

Она взяла чашку, но пить не стала:

- Вы видите, что сейчас происходит в Европе? - я кивнул. - Тогда знаете и про Германию. Там один человек обещает через несколько лет изменить всё до неузнаваемости. Война снова висит над Россией, и, если сейчас вытащить на свет старую династическую карту, Россия может получить не императора, а ещё одну войну. Гражданскую!

- То есть Анастасия именно поэтому отказалась от власти? Побоялась ответственности?

- Не побоялась, а пожертвовала собой и своим будущим. Возможно, звучит пафосно, но она слишком хорошо знает, чем заканчиваются попытки спасти Россию от самой России.

В комнате ненадолго стало тихо.

- Тогда фотография, - сказал я.- Что на ней такого?

Кати протянула руку:

- Вы хороший собеседник, Семен, а может мне просто уже давно надо было выговориться. У вас есть увеличительное стекло?

Я сходил в лабораторию и принес лупу. Кати взяла её в руку, задумчиво покрутила:

- Смотрите внимательно, это был великолепный день для шестнадцатилетней девочки… и очень плохой для России. Посмотрите сюда.

Я взял увеличительное стекло и вгляделся в угол снимка.

- Не может быть! - моя спина снова похолодела. - Ведь нам всё время твердят…

- Вам много чего твердят.

Я ещё раз посмотрел в зеркало. Двое мужчин: один невысокий, в военном кителе, второй - немного лысый, в темном костюме тройке.

- Они встречались?

- Иногда самые непримиримые враги встречаются тайком, например, чтобы договориться о том, как сохранить власть, как разделить страну, как избежать крови, как сделать вид, будто каждый из них победил.

Я медленно выпрямился:

- Эти четверо знали?

- Возможно.

- И пытались использовать княжну?

- Они пытались использовать её имя. Этого вполне достаточно.

- Подождите, - вопрос вертелся на языке. - Эти кусочки фотографий в руках мертвецов, а они для чего?

Кати улыбнулась.

- Чтобы некоторые люди вовремя забыли то, что однажды случайно увидели, – она встала. – Поверьте, на этом всё закончится.

- Вы так уверены?

Да, ведь негативов больше нет! – она бросила стеклянную пластинку на пол, та разлетелась с сухим звоном.

Я был поражен. Хотя:

- Подождите, вы же заказали еще два снимка? – я указал на лежащие на столе фотографии.

- Один оставлю себе на память, а второй… Как вам кажется, Анастасия здесь хорошо получилась?

- Великолепно!

Она оторвала часть снимка, где было видно зеркало, оставшееся вручила мне:

- Держите, это подарок за молчание. Не у каждого есть снимок княжны, отказавшейся от трона ради высоких идей. – Она рассмеялась. – Берегите себя, Семён, иногда правда приносит больше неприятностей, чем ложь.

Она направилась к двери.

- Кати?! - дама обернулась. - Вы правда думаете, что главное - чтобы в стране был мир?

Она немного помолчала:

- Нет, – Кати натянула на руки перчатки. – Главное - чтобы те, кто хочет его устроить, не начали снова спасать Россию от самой России. Это слишком дорого нам всем обхо