- -
- 100%
- +
– Завали хайло, чухан16! В общаке мышь повесилась. Стражники гайки закрутили, братву крутят и на каторгу отсылают в один день. А братву греть17 надо? Надо! А откуда тити-мити18 брать, только с воли! Так что свали, пока я добрый, а ещё раз про сходняк вякнешь, я тебе весь ливер отобью. Ты меня нямлишь19?
– Понял я, понял, – карманник скривил лицо, посмотрев на два золотых кругляша в своей ладони и, поднявшись со стула, отправился в дальний угол, где царил столь любимый им полумрак.
– Дуболом, – рявкнул Живорез. – Дуй сюда, пустая твоя тыква…
– Только дернись, падла, прирежу! – стоило Аимпу сесть на лавку, как неведомо откуда у него за спиной оказалась Лучина с ножом в руке. Она уперла кончик лезвия под кадык вора и прошипела. – Гони рыжьё!
– Я…
– Только вякни ещё раз без спросу, и я заберу золото с твоего остывающего трупа. Где империалы?
– В кармане.
– В каком, у тебя их тут несколько.
– Во внутреннем, за поясом.
– Сам доставай, – брезгливо произнесла девушка. – Я туда не полезу. Быстрее, у меня ещё дела!
– Ладно-ладно, – вор просунул за пояс два пальца и вытащил медяк.
– Ты что, гнида, насмехаешься надо мной? – сдерживая ярость, сквозь зубы произнесла Лучина, она повертела ножом перед глазами вора и угрожающе произнесла. – Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому!
Потерявшая бдительность девушка, прозевала момент, когда Аимп полоснул её по запястью остро заточенной гранью монеты. Нож выпал у неё из руки, сама она вскрикнула от неожиданности и вида крови, но при этом быстро отпрыгнула в сторону от оказавшегося не таким безобидным карманником и тут же обратилась к главарю:
– Живорез, меня Аимп порезал! Это беспредел! Вор не проливает кровь!
– Доигрался, Аимп?! – главарь осклабился в улыбке, которая не обещала ничего хорошего тому, кому она была предназначена. – Будем сходняк собирать и решать, что теперь с тобой делать за твои фокусы. Хотя, чего тут решать, кончать тебя надо!
– Господин, извините… – в комнату, держась за разбитый нос, ввалился один из громил, обычно дежуривших у входа.
– Что ещё, Мора тебя подери? – взъярился Живорез от того, что его прервали в столь патетичный момент.
– Вас хотят видеть.
– Кто?
– Полуэльф с Варга.
– Зачем? Почему я должен из тебя каждое слово клещами тащить?
– Я не знаю, он…
– Отойди-ка, – Ромка с легкостью отодвинул громилу в сторону и всмотрелся в профиль главаря:
Имя: Живорез (неигровой персонаж).
Вид: человек (мужчина)
Уровень: 72
Класс: разбойник
Подкласс: убийца
Профессия: глава гильдии «Воров и убийц»
Фракция: Хаос
Бог-покровитель: Йоба
Отношение к вам: Ненависть
– Ты кто по жизни? – свирепо глядя на Ромку, задал вопрос главарь, незаметно извлекая нож из рукава куртки.
– Я Линкс, вор подмастерье. Прибыл с инспекцией от гильдии воров с Варга. Говорят, у вас тут воровские законы попрали, «ломом опоясанный»20 честную братву кошмарит! Говорят, что глава гильдии не вор. Говорят, что он восемьдесят процентов добычи якобы в общак забирает, а по факту общак пуст, тюрьмы и каторги никто не греет. Зато у главы гильдии особняк в престижном районе города, почти по соседству с аристократами…
– Я тебя услышал, фазан21. Ты же знаешь, что слухам верить нельзя…
– Я не фазан, уже давно в учениках не бегаю, – огрызнулся Ромка с прищуром глядя на Живореза. – Информация у меня из надежного источника, вот от него, – Рома показал рукой на громилу с разбитым носом. – И от того бугая, со сломанной ногой, что хотел меня на гоп-стоп взять.
– Кто им поверит?
– Я поверил. Значит и воровское общество Варга поверит. Да вон, – Ромка кивнул в сторону Аимпа. – Какого чёрта эта деваха держит нож у горла уважаемого вора? Не по понятиям это!
– Он её порезал, нарушил воровской закон. Настоящий вор кровь не проливает!
– Я защищался, она меня загрантовать22 хотела, – с надеждой глядя на Ромку, произнес Аимп
– Беспредел у вас тут. Ворами убийцы командуют. В тюрьмах и на каторгах масть воры держат, а у вас всё с ног на голову. Надо менять порядки. Теперь будет две гильдии. Отдельно гильдия воров и отдельно гильдия наемных убийц.
– Ты чего раскомандовался, фраерок, – Живорез цыкнул и сплюнул под ноги Роману. – Ты кто такой, чтобы устанавливать порядки в моем городе?
– Я вор, в отличие от тебя, душегуба. И по этому праву определяю порядок, который не мной установлен, а воровским сообществом.
– Адыр, Мох, – Живорез показал двум крепким парням на Ромку. – Кончайте этого щенка. Труп спрячьте так, чтобы его с собаками найти не могли.
– Братва, вы же воры, а не убийцы, не слушайте его, – подал голос Аимп, но был вынужден замолчать, получив весомый удар кулаком в бок от Лучины.
– Нет человека, нет проблемы, слышал такое, Линкс?
– Слышал и что? Думаешь, убьешь меня и решишь проблему?! Так я тебя расстрою, я бессмертный!
– Живорез, он в натуре бессмертный! – подал голос Адыр, остановившись в паре шагов от Ромки. – С бессмертным связываться – себе дороже. И вообще, он правильные слова говорит, не дело это, когда убийца руководит ворами. Не по закону!
– Завали хайло!
– Сам завали, если братва с Варга сюда своего человека засылает, значит у нас реальный беспредел творится!
– Я сказал тебе заткнуться! – Живорез сделал неуловимое движение рукой и Адыр упал на пол с ножом по рукоять вошедшим в грудь. – Кто ещё также думает, как и Адыр?
– Я так думаю, – крикнул Аимп, понимая, что его так и так ждет смерть. – Ты, Живорез, беспредельщик. Убил главу гильдии воров и занял его место, убивая любого, кто хоть словом возразит тебе и кинет тень на твой авторитет. А я прекрасно знаю, что ты козёл23, шавка24, работающий на графа де Вильбу…
– Мочи его, Лучина, а я пока этим юнцом займусь, – скомандовал Живорез и надменно глянул на Ромку. – Бессмертный, значит?! Ну, что ж, придется тебя связать по рукам и ногам и держать на привязи.
Голова Лучины взорвалась огромным, ярким цветком мака, от попадания в лоб зачарованного арбалетного болта, выпущенного Романом. А вот голова Живореза аккуратно отделилась от тела и с глухим звуком упала на пол, а через мгновение, рядом с обезглавленным Живорезом появился Олег, все это время находящийся в режиме «скрытности».
– Воры налево, убийцы направо! – скомандовал Олег и для пущей убедительности задрал рукав, чтобы показать всем присутствующим свою татуировку, подтверждающую его высокий статус в преступном мире.
– Вор в законе, наконец-то, – радостно произнес Аимп. – А то я тут единственный вор, кто хоть мало-мальски пополняет общак.
– Отныне будет две гильдии! – громогласно произнес Олег. – Гильдию воров возглавлю я. Вор в законе, по прозвищу Граф. Гильдию наемных убийц возглавит другой, скоро он здесь появится. Контрабандисты в королевстве есть?
– Есть, – руку поднял зрелый мужчина с глубокими морщинами на загорелом, обветренном лице. – Вот только гильдии у нас своей нет. Живорез со своим подручными убил всех контрабандистов, кто мог оказать ему сопротивление и подмял нас под себя.
– Ты кто?
– Я Фрах, мой профиль, контрабанда магических ингридиентов из Адандара в Айдахар и зачарованного оружия в обратную сторону.
– Ладно, пока опустим это, – Ромка посмотрел на дюжину наемных убийц, скромно переминающихся в стороне. Все они были молодыми и неопытными парнями, только пара из них достигла уровня старших учеников, остальные были обычными учениками. – Кто заказал дворянина Енжи Кварри?
– Мы не знаем.
– Живорез нам не говорил.
– Мы не в курсе… – послышались неуверенные голоса со стороны наемников.
– Его граф Дирем на это дело подрядил, мне Оглобля, покойничек, об этом сказывал! Причем, терпиле надо было глотку перерезать от уха до уха, это вроде знака рода Дирем.
– Что ещё за знак? – уточнил Роман.
– У каждого аристократического рода Айдахара, чьи предки были воинами, есть свой фирменный «знак смерти». Например, род герцога Негейского славен тем, что его родоначальник на дуэли отрубал противникам ноги. А родоначальник рода де Кабустье своим фирменным ударом обезглавливал своих соперников. У каждого рода есть свой секретный, фирменный удар.
– И что, все знают об этих родовых пристрастиях?
– Аристократы безусловно. Они же ненавидят друг друга ещё с самого основания королевства Айдахар. Тот же самый родоначальник рода де Кабустье был сражен на дуэли предком графа Карафа. Он вонзил ему клинок в правую глазницу. Каждый из этих аристократов спит и видит, как бы подсидеть конкурента и оказаться на ступеньку ближе к трону. Это они лицом к лицу улыбаются, соблюдают правила этикета, а за глаза ненавидят друг друга и готовы вцепиться в глотку, как только представится удобный момент.
– Ладно, ближайшее время с Ереба прибудет представитель от гильдии наемных убийц. А ты, Аимп, пока возьми на себя гильдию воров. В общак больше двадцати процентов не бери, и не забывайте про жертву Йобе!
– Понял, всё сделаю в лучшем виде. А что делать с деньгами? – Аимп показал рукой на тугой кошель, принадлежащий покойному Живорезу и лежащий на столе.
– Подогреть братву в тюрьме, остальное по справедливости поделить… по воровскому закону…
– Да ну, как так-то?! – Аимп удрученно покрутил головой, отчитал из калиты ровно половину, а остаток протянул Олегу. – Держи, эти деньги твои!
– Всё правильно сделал, Аимп, по закону, – Олег вернул карманнику кошель. – Потрать деньги на нужды гильдии… Гильдии воров. Вопросами гильдии наемных убийц и контрабандистов займется другой!
***
– Ничего не понимаю, – Олег, накинув капюшон, сидел за столиком летнего кафе в компании брата и Зорге. – Час назад общался с Комиком, он был у меня в контактах, а сейчас его в моих контактах нет!
– И в моих тоже, – изумился Ромка. – Но ведь так не может быть?!
– Не может, – согласился Зорге, внимательным взглядом отслеживая всё, что происходит вокруг.
– А ты чего такой напряженный? – Ромка толкнул приятеля в плечо, отчего Зорге дернулся, как от удара током.
– Что-то ты совсем нервный, – Олег оторвался от проверки контактов и испытующе посмотрел на паладина. – У тебя проблемы?
– Нет никаких проблем, – импульсивно ответил Зорге, – всё у меня хорошо.
– Да мы видим, ты же весь на нервах. Что послужило причиной твоей взвинченности?
– Давай колись, братуха, – улыбнулся Ромка и вновь толкнул приятеля в плечо.
– С чего это я вдруг брат уха?
– В смысле? – Ромка нахмурился и подозрительно посмотрел на Зорге.
– Ну, ты сказал, что я брат уха! Ни носа. Ни глаза, а уха! На что ты намекаешь?
– Да это просто слово такое – «братуха»! – растерявшись, пояснил Рома. – Одно слова, а не два. Понимаешь?
– Теперь понимаю, – Зорге поднялся из-за столика. – Братухи, мне надо идти. А Комик мог пропасть из контактов только в одном случае, если он удалил своего персонажа и создал нового. Или, – паладин воздел указательный палец вверх. – Или если он поменял ник. Так что, если количество контактов в вашем мессенджере не уменьшилось, ищите имя, которого там ранее не было.
– Что это с ним? – Ромка проводил взглядом Зорге и повернулся к брату. – Про уши зачем-то заговорил…
– Он просто съехал с неприятной для него темы, при этом смог тебя в диалоге поставить в неудобное положение. Зорге, на самом деле, намного умнее, чем хочет казаться. Но периодически он прокалывается, то фразочку ввернет специфическую, то, как с этой пропажей Комика. У меня в контактах появился новый персонаж, дроу с ником «Сумрак».
– У меня тоже.
– Всё, я написал Сумраку, это Комик, – пояснил Олег. – Так как у него нулевой уровень, он потратил всего две тысячи империалов, чтобы поменять имя и расу. Теперь о том, кто такой Сумрак, знаем только мы с тобой.
– И те, кто сможет сложить два плюс два и сделать правильный вывод, – хмыкнул Ромка. – Ты ему объяснил, что от него требуется в Айдахаре?
– Да, и он очень благодарен…
– Ещё бы он не был благодарен, перед ним, в роли главы гильдии наемных убийц и контрабандистов такие безграничные перспективы маячат… думаю, что не ошибусь, если предположу, что он нас скоро будет подключать к прохождению квестов.
– Я в этом не сомневаюсь. Ладно, надо будет собраться всем ландшафтным агентством и обсудить вопрос, как защитить Куша от наемных убийц.
– Кушу ничего не угрожает, – не согласился Ромка. – Убить хотели Енжи Кварри.
– Рома, голову включи, если Куш однажды из-за этого покушения на Кварри пострадал, почему такое не может повториться ещё раз.
– Тоже верно, – недолго подумав, согласился Ромка. – У меня тут одна идея родилась, в твоем стиле…
– Значит так, – на неожиданно раздавшийся голос, братья одновременно повернули головы и изумленно уставились на вернувшегося Зорге. – Вот ты, – Зорге показал рукой на Олега. – Почему ты запретил употреблять спиртное на своем острове? Я всё проверил, у тебя в семье нет алкоголиков и наркоманов. По крайней мере пока, и в ближайшем окружении тоже! Так почему ты столь яро выступаешь против употребления спиртного
– Ну-у-у, – под словесным натиском приятеля Олег растерялся. – Сложно объяснить! Это на эмоциональном уровне…
– Не ври! Ты отвел взгляд вправо, это признак лжи!
– Да не вру я! – возмутился Олег.
– Опять врешь!
– Точно, Олег, ты посмотрел вправо! – Ромка неожиданно встал на сторону паладина. – Рассказывай, в чем реальная причина.
– Блин, – Олег с силой выдохнул воздух через нос и принялся пояснять. – Я заметил, что, будучи в игре, я не только хорошо усваиваю лекционный материал, но также проецирую свое поведение из игры в реальную жизнь. Мое общение стало более жестким, сам я стал прагматичнее, я стал во всем искать для себя выгоду… Игра формирует личность не только в виртуальном мире, но также оказывает серьезное воздействие на нас в реальности. У меня есть одногруппник, который увлекается ножевым боем. Я «пофехтовал» с ним на паре по физкультуре. Взяли вместо ножей двадцатисантиметровые линейки, и кто кого первый пырнет. Я ни одной схватки не проиграл. А он, между прочим, больше года ножевым боем занимается!
– Может он плохой боец! – предположил Ромка. – Вот ты у него и выиграл…
– Не плохой, с ним ещё пара ребят с моего курса попробовала пофехтовать и он их вынес в одну калитку!
– Так это хорошо! – резюмировал Ромка. – Можно прокачивать рукопашный бой в игре, а затем стать чемпионом UFC в реальности!
– Ничего хорошего я в этом не вижу! – не согласился Зорге. – Через игру можно навязать игроку такие парадигмы, что потом уже ни один психотерапевт не сможет помочь!
– Вот и я так подумал! – сказал Олег и тяжело вздохнул. – Стоит что-то принять в игре, так потом в жизни это будет сделать намного проще, так как запретный барьер уже был преодолен.
– Дела-а-а, – задумчиво протянул Ромка.
– Ладно, давайте расходиться, – Зорге жестом подозвал официанта, но тот показал пальцем на Романа и развел руки в стороны. – Вот чёрт, всё время забываю, что это твоё с Димкой кафе и мне не надо платить.
– Не надо, – Ромка ухмыльнулся и, глядя брату насмешливо в глаза, задал вопрос: – Ты знаешь, почему учительница черчения никогда не попадет в рай?
– Э-э-э, нет. Почему?
– Потому что она чертила!
– Смешно, – Зорге криво улыбнулся. – Всё, я ушел, у меня дела.
– С Ллос?!
– Допустим, а что?
– Ничего, – Рома пожал плечами и широко улыбнулся. – Ллос весомая фигура в игре, и это очень хорошо, что она на нашей стороне.
– Она на своей стороне, – не согласился Олег, вспомнив, как резко менялось к нему отношение Пастрины и леди Евы. – Она неигровой персонаж и её поведением управляет ИскИн.
– Она на нашей стороне, – не согласился Зорге. – И однажды вы в этом убедитесь.
– Время покажет, кто из нас прав, – Олег вслед за Зорге поднялся из-за стола. – Я выхожу из игры, мне завтра рано утром на практику. Увидимся ближе к вечеру.
Глава 2
Родная деревня Въялка встретила меня недружелюбно. Первое, что бросилось в глаза, это закрытые ворота, ведущие в поселок, и усиленный наряд суровых ветеранов…
– Стой, где находишься! – зычно гаркнул Друз Сартан, отец моего друга Доса.
– Стою, дядя Друз.
– Ты откуда мое имя знаешь? – удивился ветеран.
– Я Куш, сын Дайчина Сеппа.
– Не может быть, – Друз подслеповато прищурился. – Подойди-ка ближе, я с возрастом потерял остроту зрения.
– Он это, точно, – испытующе глядя на меня, произнес второй ветеран легиона, который выйдя в отставку, поселился в поселке и зарабатывал на жизнь ювелирным мастерством.
– Доброго дня, дядя Будулай.
– Привет-привет, – Будулай качнул кучерявой, почти полностью седой головой. – Вымахал ты, конечно, знатно. Сразу видно, в отца удался.
– Проходи, – Друз приоткрыл створку, запуская меня на территорию поселка. – А я тебя не признал, представляешь… – извиняющимся тоном произнес Сартан. – По дороге никого не встретил?
– Много кого встретил, кто тебя конкретно интересует, дядя Друз?
– Бессмертные! Повадились, понимаешь, нападать на нашу деревню. Сколько людей покалечили, жуть. Хорошо, шаман и колдуны у нас опытные, но двух воинов потеряли. Не оправились они от ран!
– Это всё из-за пришлых бессмертных, что гостили у твоего отца. Как только они появились в поселке, тут же начались нападения. Мы их выгнали, от греха подальше… – злобно сказал Будулай и рубанул ладонью по воздуху.
– И что, нападения прекратились? – уточнил я.
– Мы их два дня назад попросили покинуть деревню, – вместо Будулая, ответил Друз Сортан. – Опосля этого никаких эксцессов не было. Хотя эти бессмертные: Сокрушитель, Ош-Тиш, Мигель и их команда, лихие парни, знатно нам помогали, особенно в последнее нападение…
– Так, а зачем вы их тогда выгнали?
– Затем, что из-за них это всё! – вновь вмешался в разговор Будулай. – Не будет их, не будет нападений на деревню.
– Странная логика, – не согласился я.
– Странная она или не странная, это не тебе, пацану, решать, – устало произнес Будулай и отер вспотевшее на солнцепеке лицо рукавом. – Ступай домой, мать, наверное, ждет не дождется, все глаза уже проглядела, а ты здесь с нами лясы точишь. Не думаете вы о нас, о родителях, а мы за вас переживаем…
– Ладно, вы правы, дядя Будулай.
– Ты после заката солнца к нам заходи, – крикнул мне вслед Друз Сортан. – Дос будет рад тебя видеть. Да и остальные ребята тоже.
***
– Привет! – стройная, высокая девушка, которой на вид было около тринадцати лет, поставила на землю ведра полные ключевой воды и радостно бросилась мне на шею.
– Э-э-э, привет, – растерянно произнес я, не зная, толи обнять девочку, толи отстраниться от нее.
– Ты чего? – девочка обхватила мое лицо руками и пристально посмотрела в мои глаза. – Не узнал меня, что ли?
– Почему же, узнал, просто ты сильно изменилась с тех пор, как я видел тебя в последний раз, Камочи…
– Твой брат, Союн, совсем сошел с ума, в этом проклятом богами Айдахаре, – у меня за спиной послышался насмешливый голос.
Я повернулся на голос и ошарашенно уставился на красавицу с длинными ногами, крутым изгибом бедер, высокой грудью и толстой косой, перекинутой вперед через плечо.
– Куш, ты чего, как будто действительно не в себе.
– Да я немного растерялся, – честно признался я, глядя на девочку, стоящую возле меня. Это была Союн, моя младшая сестренка. Она была почти на два года младше меня, но игровая механика такова, что девятилетняя девочка в «Лучшем мире», выглядит как тринадцатилетняя, а вот Камочи, которой фактически стукнуло только двенадцать, запросто могла сойти за семнадцатилетнюю девушку. Неудивительно, что в империи Адандар разрешены браки с четырнадцати лет. Хотя, о чем я говорю, я тоже выгляжу, минимум на пять лет старше своего возраста, хотя мне всего двенадцатый год.
– Ну, чего ты встал столбом? – Камочи вызывающе посмотрела на меня, задрав свой милый носик. – Иди, обнимемся, как старые друзья!
– А-а-а.
– Братец, что ты, в самом деле, как будто телок несмышлёный, – Союн подтолкнула меня в спину. – Ступай, обними Камочи.
– Привет, Камочи, – я как деревянная кукла, расставив руки в стороны, сделал несколько шагов в сторону девушки.
– Ой, всё, не так я себе представляла нашу встречу, после столь долгой разлуки, – девушка нахмурила бровки и махнула на меня рукой. – Приходи вечером к дому Доса. Это вверх по улице, седьмой дом справа. С резными ставнями…
– Я помню, где живет Дос, – растерянно ответил я.
– По тебе не скажешь. Складывается впечатление, что ты всё и всех позабыл. Ведешь себя, как недавно восставший драург.
– Кто?
– Драург! Неупокоенный воин, душа которого не может уйти в царство Моры из-за того, что он не выполнил некогда данную клятву!
– Да, я вспомнил, кто такой драург, я даже с ними встречался в одном лабиринте…
– Вот вечером нам про это и расскажешь. Всё, мне пора бежать, – Камочи подмигнула Союн. – Ящерка, доведи брата до дома, а то сдается мне, что сам он дорогу не найдет!
– Конечно, не волнуйся!
– Ящерка? – я удивленно уставился на Союн.
– Ну да, именно так переводится моё имя.
– С какого языка?
– Исконного! Что за вопросы, братец?
– Исконный язык? – уточнил я, не отвечая на вопрос сестры.
– Ну да, язык, на котором разговаривали боги, до того, как создали всё сущее в этом мире.
– Ясно. Ладно, давай я возьму ведра и пойдем домой. Я тебе гостинцев из Айдахара привез.
– Каких?
– Сама увидишь.
– Ну, Куш, что ты мне привез? Это можно есть или носить?
– Я и сладости привез, и дорогие ткани, из которых мама сошьет тебе умопомрачительной красоты платья, и будешь ты у меня самая красивая в поселке.
– Не буду, – Союн надула губы. – Все мальчишки, от мала до велика, без ума от Камочи. Спят и видят, чтобы она на них внимание обратила, кинув хотя бы мимолетный взгляд.
– Ну, какие твои годы, сестренка. Через пару лет и ты будешь сводить мальчишек с ума. Всему свое время, – ободрил я Союн, а сам подумал, что Камочи действительно очень красивая и в будущем, когда она войдет в пору полного взросления, она станет еще более прекрасной, и ещё не известно, сколько мужчин погибнут на дуэлях, добиваясь её благосклонности…
***
– А вот здесь у меня браслеты, – Дайчин выставил на верстах небольшой, но тяжелый ящик, на три четверти заполненный ювелирными изделиями. – Из меди, латуни, бронзы и даже из небесного железа. – Это мы с Сокрушителем на пару наковали. Он так-то по профессии ювелир, не смотря на то, что барон. Хороший мужик, рукастый. Жаль, совет старейшин деревни постановил всех бессмертных выселить из поселка. У меня на него такие планы были… – Дайчин расстроенно махнул рукой. – Да чего сейчас сетовать. Хорошо, что ты приехал на побывку, поможешь мне из этих обычных браслетов сделать уникальные?!
– Конечно, помогу, только их тут больше трех сотен, мне все три месяца придется в мастерской просидеть.
– Все-то не надо, сынок. Половины достаточно. И это, – Дайчин запустил пятерню в бороду. – Не получается у меня улучшить вещи, сделанные из небесного железа, слишком большое сопротивление, может у тебя получится?
– Давай попробую, – я взял из рук своего игрового отца браслет, выполненный из метеоритного железа, и удивился, насколько он тяжелый, несмотря на свой изящный вид. Две кобры слились в диком танце, перевившись телами, и каждая держала в пасти хвост другой.
– Это не моя работа, я бы до такого не додумался. Это всё Сокрушитель! – неправильно истолковав мой интерес к браслету, принялся оправдываться Дайчин. – Непотребство какое-то, я так гному и сказал, а он мне ответил, что это метафоричное отображение прошлого и будущего, а не похабчина, о которой я подумал! А я что? Я ничего!
– А настоящее в этом метафоричном браслете присутствует? – задал я вопрос отцу, раскрасневшемуся после чарки полынной настойки.
– Рука, на которой будет находиться этот браслет, будет олицетворением настоящего! – заученно произнес Дайчин и растерянно улыбнулся. – Сынок, я же не философ, и не ученый. Я в прошлом воин, а в настоящем кузнец!
– А в будущем?
– Что? – Дайчин от моего вопроса растерялся ещё больше.
– Кто ты в будущем?
– Не знаю, – Дайчин пожал могучими плечами. – Но хотел бы остаться простым кузнецом. Дворцовые интриги, политические ухищрения, вероломные войны, это всё не по мне… Слушай, давай поговорим с тобой об этом, когда ты пройдешь инициацию и станешь мужчиной?! Потерпи чуть больше двух лет.