- -
- 100%
- +
Самым удручающим был факт собственной неуверенности Ириды в себе. Она слишком долго думала про Богдана, как о некой угрозе, подавляющей её личность. Хотя сейчас, оглядываясь назад, она с горечью признавала, что все её страхи были надуманными, они не имели под собой твердой почвы. Она сама выдумала чудовище, которое боялась по ночам. А слухи, что витали вокруг его таинственного исчезновения и дружбы с латунцами, лишь подогревали её фантазию.
Теперь пришло время разгонять страхи. Только как?
Ирида достала овощное рагу и подогретое мясо, поставила тарелки на стол и, обернувшись к дверному проему, замерла.
Богдан стоял, молча наблюдая за ней. Когда он подошёл – она не услышала. И снова у Ириды возникло странное, удручающее чувство, что Богдан пытается разгадать её мысли. Он смотрел на неё, не мигая, и этот взгляд проникал в душу, стремясь вывернуть её наизнанку.
Богдан переоделся в джинсы и свитер, в одной руке он держал куртку.
– Ты… уходишь?
Вопрос сорвался с губ Ириды самопроизвольно.
– Да. Позвонил Загар, моё присутствие требуется в лаборатории, – он мог ничего не говорить, мог просто выйти в дверь и исчезнуть в ночи. Но то ли ощущая легкую вину за недавний грубый секс, то ли не желая оставлять Ириду в одиночестве в так и не ставшем для него родным доме, счел нужным всё-таки сказать, что улетает. – Буду не скоро. Поэтому ешь и ложись спать. Спальня – вторая дверь направо. Поговорим завтра.
Ирида растерянно кивнула, сцепив пальцы в замок. Ей не хотелось оставаться в одиночестве в чужом доме, но выбора у неё не было.
– А Стас… Он тоже будет в лаборатории?
– Да.
Богдан уже собирался уходить, когда Ирида задала интересующий её вопрос:
– Что за опыты вы там проводите?
А вот на этот вопрос ей было рано знать ответ. Ничего не сказав, Богдан отправился к подземной парковке.
Ирида ужинала, не чувствуя вкуса еды. Поела быстро. Убрав за собой посуду, направилась в спальный отсек. От переизбытка эмоций её немного пошатывало, и она решила лечь спать. Завтра предстоит не менее тяжелый день, чем сегодня.
Вошла в отсек и грустно улыбнулась. А чего, собственно, она ожидала? Отдельной спальни? Так не для того Богдан ставил ей метку и дал доступ к своему жилью.
Он поселил её в своем отсеке.
Глава 3
Как только Богдан вошёл в засекреченный отдел "Неона" и увидел срочно прибывшего Мирама, понял – дела плохи.
Мирам был таким же искусственно взращенным латунцем, как и Богдан. Их отличие заключалось в том, что Мирама в младенчестве привезли с Сидана, планеты, где большую часть материка занимали вулканы, постоянно извергающиеся. Жители Сидана так и не научились справляться с грозной стихией, что в конечном итоге привело к полному уничтожению планеты. Сейчас Сидан представлял собой бурлящую лаву, поглотившую небольшие поселения, которые остались верными планете и не пожелали улетать. Родители Мирами приняли предложение латунцев и, ради блага сына, позволили его забрать.
Одно время латунцы мирным путем пытались установить, жители каких планет имеют с ними генетически схожие коды. Среди наиболее подходящих были аромцы и тигарцы. Если первых покорить и колонизировать не составило большого труда, то жители Тигара сражались по сей день, не желая сдаваться.
Гены Мирама тоже спокойно отреагировали на мутирование, но довольно интересным образом. Он не стал воином, его тело не приобрело физической крепости и выносливости. Зато он перенял некоторые ментальные способности латунцев и посвятил себя изучению планет и погодных условий.
И увидеть его на Ароме Богдан не ожидал.
В кабине помимо Мирама находился Загар и Стас. Последний стоял, скрестив руки на груди, и хмурился.
– Приветствую собравшихся. Что за срочность? – Богдан сразу перешёл к делу.
– Плохие новости, брат мой, – Мирам почтенно склонился, приветствуя его.
– Это я уже понял. А конкретнее?
– Луна, – Мирам достал объемистую пачку исследований с чертежами и разложил их на столе. – Последние пару недель я наблюдал за Красным Восхождением и сделал неутешительные выводы. На Луне наблюдаются вспышки энергии, которые, как ты понимаешь, ей не свойственны. Последний раз подобное наблюдалось, когда Красное Восхождение приблизилось к моему Сидану, что вызвало одновременное извержение всех действующих и спящих вулканов. На Ароме вулканов нет, но уже поступают сигналы о подземных толчках.
– На Ароме никогда не было землетрясений! – фыркнул Стас, отказываясь принимать предупреждение Мирама на веру.
– Значит, будут, – холодно сказал Загар, метнув на Стаса недовольный взгляд.
После того, как Стасу открыли истинные причины пребывания латунцев на Ароме, отношения между Загаром и Стасом заметно напряглись. Последний наотрез отказывался покидать Аром, мотивируя своё решение беспокойством за судьбу сестры. Да и когда Загар насмешливым тоном сообщил, что намеревается подать заявку на Ириду, Стас чудом не вцепился ему в глотку. Пришлось сжать кулаки и отойти в сторону.
При появлении Богдана, Стас ощутимо напрягся, ему не терпелось узнать, как прошёл разговор с Иридой, поставил ли тот метку его сестре. Но ему хватило одного вдоха, чтобы понять, что Ирида была с Богданом. На Славинском отчетливо чувствовался легкий аромат, присущий Ириде.
Вздох облегчения вырвался у Стаса. Значит, с сестрой все будет хорошо. Теперь можно себя посвятить и работе! Да что говорить! Теперь он готов отправиться хоть на саму Латунию!
Загар тоже почувствовал запах Ириды, его ноздри затрепетали, он втянул воздух и довольно улыбнулся. Причем эту улыбку заметили и Стас, и Богдан. Каждый её понял по-своему. А ему-то что? Он свою роль в этой истории сыграл, пришло время двигаться дальше.
– Ты уверен, Мирам? – Богдан посмотрел на разложенную карту. На ней Мирам отмечал вспышки на Луне на протяжении последних двух недель, и если на первом снимке было обозначено две вспышки, то на крайнем наблюдалось не менее двадцати.
– Абсолютно. Поэтому-то я здесь. Ситуация складывается очень серьёзная, брат мой. Думаю, у нас есть день-два, не более.
– Хреново.
– Очень.
Богдан посмотрел на Загара.
– Что думаешь по этому поводу?
Тот пожал плечами.
– А что думать? Сворачиваем дела на Ароме и валим к себе. Особого выбора у нас выбора. Завтра быстро объявляем новый набор эшелонцев, к вечеру, чтобы избежать паники, даем информацию властям о предстоящих землетрясениях, чтобы они успели подготовиться и, по возможности, эвакуировать людей на безопасные территории. Если я не ошибаюсь, половина земель на Ароме пустуют. От землетрясения пострадает в первую очередь что? Высотки, сам город. Вот власти пусть и занимаются расселением, пока есть возможность. Гор на Ароме нет, в основном степная местность, если люди не погибнут, восстановятся быстро. При необходимости поможем.
Богдан был согласен с Загаром. Эвакуировать всех нет возможности. На Латунию они их не транспортируют, а другие планеты всех жителей Арома принять не смогут.
Стас выругался.
– Мать вашу, что же вы предлагаете…
Загар резко повернулся к парню и грубо бросил:
– А что ты предлагаешь? Ты, кажется, бычился на меня из-за сестры? Сейчас Ирида пристроена, беспокоиться тебе за неё не надо! Если собираешься играть в героя и спасать государство, которое срать хотело на твою семью, готовилось отправить тебя в Зону Отчуждения, где ты с малолетней сестрой не прожил бы и пару месяцев, пожалуйста, никто мешать тебе не будет! А можешь подумать, поразмыслить и прийти к неутешительному выводу, что правительство Арома зажралось и ведет паразитирующий образ жизни! Не пытается выйти из гнета Латунии, не пытается с нами договориться, улучшить жизнь простых граждан. Им проще откупаться детьми да женщинами! И если бы вы не подходили нам генетически, мы давно бы кинули вас. И, поверь, не прошло бы и десятка лет, как от Арома ничего не осталось! Вас бы растерзали другие расы, и даже не из-за ресурсов, а потому что вы слабые! Не развиваете медицину, не развиваете армию! Даже такие ученые, как ты, у кого мозги работают в правильном направлении, остаются не при делах! И ты знаешь почему!
Стас покраснел, глаза налились кровью, руки самопроизвольно сжались в кулаки. Нет, он не собирался бросаться на Загара, тот говорил истинную правду, ничем не приукрашенную, и от того было обиднее вдвойне. Злился Стас на себя, что оказался заложником ситуации.
Бросать Аром, свой дом… От одной мысли о подобном коробило. С другой стороны, в словах Загара была доля истины. Стас и сам приходил к удручающим мыслям, что правительство Арома "гниет", что они не желают заботиться о большинстве граждан, что довольны сложившимся порядком и не готовы отстаивать интересы своих людей. Но и бросать сотни тысяч на произвол судьбы, на прихоть стихии было отвратно.
Поэтому Стас решил зайти с другой стороны:
– А если наш эксперимент не удастся? Где вы будете брать женщин в дальнейшем?
На лице Загара заходили желваки.
– Стас… Я же сказал – мы окажем помощь аромцам. Мы не кинем их. Я прекрасно понимаю тебя и твои мысли. Еще я понимаю, что общаясь со мной, ты пока не привык читать между строк. Хорошо… Я готов озвучить свои мысли, чтобы тебе было спокойно. Но впредь давай-ка учись прислушиваться ко мне и делать соответствующие – правильные – выводы. Я отдам распоряжение – и на Аром прилетят несколько кораблей. Если начнутся глобальные катаклизмы, на них погрузят женщин и детей. Корабли никуда не полетят, покружатся над Аромом. Мирам, сколько времени продлятся землетрясения? Можешь вычислить?
– Две-три недели.
– Терпимо. Провизией запасемся. Окажем Арому ещё одну услугу, – Загар криво усмехнулся, но в его словах слышалась неприкрытая горечь.
– Естественно, не безвозмездно? – поддел его Стас.
– Естественно.
Стас медленно кивнул. Хорош бычиться, на самом деле. Другие колонизаторы на месте латунцев кинули бы аромцев на произвол судьбы или учинили напоследок форменный беспредел. В чем, в чем, а в одном Загар прав – аромцы ослабли, привыкли быть иждивенцами, жить на готовеньком. Никто не станет их уважать только потому, что они есть. И, возможно, сами Небеса решили послать им испытание в виде кроваво-красной Луны.
Всё может быть.
Мужчины проговорили до утра. Обсуждали дальнейший план действий. Загар решил не откладывать важные звонки до утра, а начать действовать сразу же. Был дорог каждый час. Наплевав на время, позвонил в консульство Арома и потребовал соединить его с правительством, после чего дал четкие и конкретные указание по поводу новой партии молодых эшелонцев. Стасу было неприятно слышать, как младенцев называют "новой партией", только в свете открывшихся событий он начинал думать, что этим детям, возможно, даже повезло. Да, они будут лишены дома и родительского тепла. Их будут воспитывать другие люди. Но детишек забирали в том возрасте, когда они ещё не знали своих родителей, не помнили материнской ласки. В этом плане латунцы были предусмотрительными. И у этих детей будет возможность вырасти не бесхребетными амебами, как большинство жителей Арома, а полноправными гражданами галактики.
Лишь под утро, когда рядом с Луной появился солнечный диск с ещё не греющими лучами, Стасу представилась возможность поговорить с Богданом. Тот, несмотря на то, что не спал практически сутки, выглядел бодрым.
– Ирида у тебя?
– У меня.
Они остались в кабинете одни.
Стас встал напротив друга, засунув большие пальцы в карманы брюк и раскачиваясь на пятках. Вести разговор об Ириде оказалось нелегко. Очень быстро из друга и покровителя семьи, Богдан превратился в пару сестры, чьё будущее счастье теперь полностью зависело от него. Стас чувствовал себя не в своей тарелке, обычное ерничество, так свойственное ему в отношениях с Богданом, застряло в горле.
Богдан почувствовал заминку друга, подошёл к нему и хлопнул по плечу:
– Не напрягайся, Стас. Всё будет хорошо. Но не сразу. Должен это понимать.
– Слушай, Богдан…
– Да?
– Не улетай с ней сразу на Латунию. Не пугай её.
– Я и не планировал. Дам ей некоторое время на адаптацию.
Стас сдержанно кивнул. Лишних слов здесь не требовалось.
***
Ириде снился прекрасный сон. Синее море, которое она не видела никогда в реальности, билось о борта небольшого корабля, мирно плывущего в неизведанные дали. Яркое солнце приятно грело кожу. Ирида прилегла на лежак и наслаждалась тихим безмятежным днем. На душе было непривычно спокойно и легко. Девушка лежала на животе, закрыв глаза и подложив под лоб руки.
Когда на спину опустилась мужская ладонь и осторожно прошлась по позвоночнику, Ирида едва не замурлыкала, так было приятно. Разомлевшая под теплыми лучами, слегка укаченная волнами, Ирида пребывала в сладкой полудреме, и прикосновение Кирилла вызвало отклик в ее теле. Робкий, но вполне ощутимый. И хотя Ирида не была настроена на занятия любовью, останавливать Кира не стала. Зачем? В последние дни они очень редко виделись, и сама поездка уже была небольшим чудом. Так к чему препятствовать удовольствию?
Кир принял её молчаливое одобрение, и его прикосновения обрели большую уверенность. Растопырив пальцы, словно пытаясь охватить больше пространства её кожи, он начал интенсивнее водить ими по спине, то ли делая массажные движения, то ли лаская подобным образом. В любом случае, Ириде нравилось. На её губах заиграла улыбка, и, чтобы показать молодому человеку, что его прикосновения ей приятны, она негромко застонала. Ей не сложно, ему приятно.
Её стон возымел действие. Давление пальцев ощутимо усилилось. И движения, определенно, перестали носить характер массажа. Пальцы бесстыдно скользнули к полоске бикини и пробрались внутрь. Задержались на округлых ягодицах, чуть сжали их, а потом нагло направились к лону Ириды.
Девушка поерзала бедрами, то ли требуя более глубокой ласки, то ли подогревая желание мужчины.
– Кир…
Имя мужчины сорвалось с её губ непроизвольно. И она уже приготовилась услышать в ответ такое знакомое: "Малыш"…
Но вместо этого её резко дернули за плечо и бесцеремонно перевернули на спину, одновременно вскидывая неким образом пойманные руки кверху и наваливаясь всей тяжестью. Ирида даже не поняла, что произошло.
И лишь темно-синие глаза, пылающие бешеной яростью, вернули её к действительности.
Это был лишь сон, где было море, яхта и Кир.
В реальности – чужая спальня, чужая кровать и разгневанный обнаженный мужчина с искаженным от злости лицом.
– Кир? – не сказал, выплюнул Богдан, сильнее сжимая её сведенные вместе запястья. – Значит, вот о ком ты думаешь, находясь в моей кровати?! О своем разлюбезном Кире, Ирида? И долго это будет продолжаться? То, что ты сама – заметь, сама! – пришла ко мне, подразумевает, что ты раз и навсегда выкинешь из головы своего распрекрасного любовничка и будешь думать обо мне!
Ирида, продолжая находиться под впечатлением от чудесного сна, из которого её безжалостно выдернули, и ещё не осознавая, что рука, ласкающая её во сне, принадлежала Богдану, раздраженно выпалила:
– Кир был мне женихом!
И лишь когда увидела, как сужаются глаза Богдана, поняла, в какой ужасающей ситуации оказалась, и что лучше было промолчать. Но куда там… Ирида словно взглянула на них со стороны: она в одной тонкой сорочке лежит распластанная на огромной трансформирующейся кровати, а Богдан, полностью обнаженный, снова злой, нависает над ней. В голове мгновенно вспыхнула тысяча вопросов, и один из них выделялся красной нитью – не его ли прикосновения она слишком реально чувствовала даже сквозь призму сна?
– Значит, жених, – сквозь плотно сжатые губы прорычал Богдан, подтягивая крепкое натренированное тело выше, оказываясь между раскинутых бедер Ириды. Соприкосновение с нежной девичьей кожей свело внутренности Богдана судорогой. Не таким он планировал возвращение домой. Совсем не таким.
Всю дорогу домой он думал, как дальше вести себя с Иридой. Простить отказ пока не мог, червоточинка внутри него ещё гнила, кровоточила, и снова бросать к ногам Ириды свои чувства Богдан не намеревался. Ему нужно время. Хотя бы пару недель. Остынет – и всё нормализуется. Гнев поутихнет, да и призрак Истова больше не будет маячить перед глазами. К тому же, им с Иридой предстояли очень насыщенные дни.
Придется потерпеть. Им обоим.
Про чувства Ириды он старался не думать. Девочка взрослая, свыкнется. И с ним, и с его укладом жизни.
Дом встретил его тишиной. Оно и понятно, час ранний. Ирида, скорее всего, спала. Так и оказалось. Поднявшись на второй этаж и войдя в спальный отсек, Богдан замер в дверном проеме.
Зрелище, представшее перед его глазами, было невероятно завораживающим.
На большой кровати, подогнанной под его размеры, свернувшись "клубочком" спала Ирида. Её белокурые волосы разметались по шелковым темно-фиолетовым простыням, светлую кожу идеально дополняла нежно-бирюзовая сатиновая сорочка, сбившаяся на бедрах и открывающая вид на изумительно округлые ягодицы, прикрытые лишь тонкой полоской белых трусиков. Во сне Ирида выглядела безмятежно, расслабленно. Во сне её ничто не беспокоило… Груди с заостренными сосками просвечивали сквозь ткань – и звали мужчину.
Как же долго он ждал, когда вот так вернется домой и застанет в своей постели её… свою девочку… своё безумное наваждение. Увидит, как она ровно дышит, как спокойно спит, в ожидании его. Как её тело, утомленное от его ласк, отдыхает в преддверии новых.
Конечно, это были только фантазии, которыми он спасался долгих четыре года. Он раз за разом рисовал в голове образ Ириды, прикидывая, какой она стала теперь, когда выросла. Какая у неё походка, какой тембр голоса. И всё равно Богдан не смог предугадать. Реальность превзошла все ожидания.
Его девочка была создана для него…
Сейчас, когда Богдан стоял в дверном проеме спального отсека, ему на мгновение показалось, что они счастливая супружеская пара, что между ними нет стены недопонимания и отчужденности, что Ирида ждет его. И поддавшись слабости, позволив себе такую роскошь, мужчина поспешил раздеться. Он бесшумно сдирал с себя опостылевшую одежду, спешил, ему не терпелось лечь рядом с Иридой, вдохнуть её сводящий с ума запах, прикоснуться к ней. Одежда жалобно трещала, когда её безжалостно рвали.
Оставшись обнаженным, Богдан бесшумно, стремительно преодолел расстояние до кровати. Остановился, чтобы перевести дыхание, обжигающее легкие. Вот она… Ирида… Его мечта… Такая маняще-сладкая… Маленькая… Обнять её, осторожно прижав к груди, отгородить от всего мира, защитить, успокоить и получить в ответ робкие ласки. Не это ли составляет основу мужского счастья?
Сдерживая яростную страсть, сжигающую его изнутри, вожделение на грани разума, Богдан осторожно опустился рядом с Иридой, стараясь не разбудить её резкими движениями. Плевать на собственную гордость… Он как-нибудь переживет своё ущемленное эго. Сейчас для него главным стало удовольствие Ириды.
Он осторожно коснулся её лопатки, опуская лямку сорочки. Скользнул ко второй. Ирида пошевелилась во сне и перевернулась на живот, что-то сонно проворчав, и – о, Небеса, – приподняв бедра, точно сознательно искушая его и подталкивая к дальнейшим действиям.
Богдану не требовалось второго приглашения. Сжав губы, практически перестав дышать, он прикоснулся к позвоночнику, осторожно исследуя кожу на бархатистость. Сорочка и вовсе задралась, позволяя его жадному, голодному взгляду увидеть обнаженные ягодицы, на которых трусики явно были лишними. Он потянул за ткань и тут услышал имя, сорвавшееся с губ Ириды.
Мужское.
Не его.
И мир мгновенно заполыхал кровавым заревом.
В Бездну полетела нежность! В Бездну покатились благие намерения! Лишь ревность, что выжигает всё на своем пути, окрасила мир Богдана, выворачивая его страсть, его трепетное отношение к Ириде наизнанку, что неприглядна и безмерно опасна. Захотелось рвать, кромсать, бить, уничтожать. Ломать всё, что попадется под руку.
Богдан рванул Ириду на себя, переворачивая её, одновременно захватывая её запястья, соединяя их и вскидывая над головой девушки. Та, находясь под властью сна, не до конца проснувшись, никак не могла понять, что происходит, на её лице застыла растерянность. Потом испуг и непонимание.
Но Богдану уже было наплевать на всё… Его нежность разбилась о безжалостные штыри черной глухой ревности, разорвалась на части, вспарывая его сущность, его мечты, его надежды на ответное чувство.
Теперь осталось место только вожделению. Тому древнему, без малейших примесей чувств, рожденному в темных пещерах с незапамятных времен. И именно оно двигало Богданом.
– Значит, говоришь жених, – тщательно выговаривая каждое слово, произнес он, склоняясь над Иридой и наслаждаясь её испугом. О, да, сейчас он упивался её страхом, её растерянностью. Её беспомощностью. Он ликовал от осознания, что она полностью в его власти, что никто не в силах помешать ему делать с ней всё, что он пожелает. А желал он многое. Её тело звало, манило, притягивало сильнее любых земных орбит. Распластанное под ним, едва ли не распятое, оно было его. Раскрытое и доступное.
И Богдан не намеревался отказываться больше ни от чего.
Его движения были лишены малейшего намека на нежность. Глаза излучали едва сдерживаемую ярость, которая готова была сорваться с поводка от одного неосторожного высказывания. Ирида интуитивно это поняла, часто задышала, пытаясь совладать с накатившими эмоциями, что плохо поддавались контролю. Сон окончательно покинул её, оставив в душе неприятный осадок. Она боялась посмотреть в лицо Богдана, боялась увидеть в нем жестокость.
– Богдан…
– О! Вспомнила, как меня зовут? – издевательски протянул он, и от его тона сердце замерло, с каждым словом погружаясь в холодную пучину безысходности. – Это хорошо, просто замечательно.
Свободной рукой Богдан взялся за край сорочки и рванул его. Тонкая ткань без усилий поддалась и разошлась на две части. Ирида, сглотнув, перестала дышать, замерла, не двигаясь. Она не хотела повторения прошлого секса, не хотела, чтобы он снова грубо и жестко в неё врывался, раздвигая и травмируя нежные складки. В голове отчаянно забилась мысль – что же делать? Как исправить ошибку, сделанную в бессознательном состоянии?
– Богдан…
– Молчи, Ирида, лучше молчи! – его голос завибрировал от внутреннего напряжения, кадык нервно дернулся.
Время разговоров и "гляделок" прошло, уступив место действиям. У Ириды возникло стойкое чувство дежа вю, когда Богдан бесцеремонно раздвинул её ноги шире, вклинивая свои, казавшиеся каменными, бедра. Руку властно положил на грудь и ощутимо её сжал. И снова без нежности, без бережливости.
Ирида всё же посмотрела в лицо своего мучителя и задохнулась, когда не увидела на нем и капли теплоты. Лишь только похоть плескалась в темных глазах. И на Ириду штормовым потоком обрушилось отчаяние. Неужели так будет всегда – жестко, на грани фола, без церемонии, без прелюдии? Неужели обида Славинского столь глубока, что перечеркнула всё, что было ранее, до того рокового разговора у клуба?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.