Интуиты. Ася

  Дотронулась до простыни ладонью. Всего один раз…

  …Вот Ионов, напевая (он умеет петь??) незамысловатую мелодию, поправляет резинку на темно-синих шортах. Распахивает дверку высокого серого шкафа, достает комплект постельного белья.

– Сойдет.

  Засунув комплект подмышку, направляется к кровати, продолжая "мурлыкать" под нос…

  Ася распахнула глаза и резко села.

  Так. Стоп. Ей никто не давал права влезать в чужую жизнь. Одного раза, там, в гостиной, было вполне достаточно.

  Но так хотелось знать, кто же застилал ей постель. Она же не нарочно, не со зла. А заодно и проверила, по-прежнему ли она находится в доме Ионова. Может, Леха поместил её в джип, и они благополучно уехали в гостиницу?

  Ася покачала головой, и затылок отозвался легкой болью.

   Прав был Лешка, пить ей не стоило. И не важно, что у неё стресс, что она промокла под дождем. Это все равно не дает ей право напиваться, тем более, она знала, что последствия могут быть весьма неприятны.

  Что же было потом? Вроде бы её отправили в душ…

  Да. Точно. Душ был.

  Ася смутно помнила, как поднималась с братом по лестнице, как регулировала теплую воду. Помнила, как руки-ноги отказывались её слушаться, и совсем не хотелось раздеваться. Вот совсем. Помнила, как перешагнула край поддона и прямо в одежде залезла под теплые струи воды.

  Ё! Вот она отчудила!

  А потом она, кажется, уснула. Где? Прямо в душе?

  Ася вспомнила, как у неё перед глазами всё поплыло, а веки налились пудовой тяжестью. Через силу она ухватилась ватными пальцами за кран и закрыла воду. Потом съехала по стенке душевой кабинки.

  Все. Больше ничего Ася не помнила.

  Зато сейчас она сидела на кровати, которую для нее застилал Ионов, одетая в свою же шелковую сорочку с кружевом на лифе.

  Троекратное "Ё!".

  Ася глухо застонала от застарелого стыда и закрыла лицо руками.

  Хороша же она, ничего не скажешь. Мало того, что врывается без приглашения в чужой дом, напивается, устраивает скандал, а потом засыпает в душе, так ещё и не помнит, кто её доставил в кровать и переодел.

  Только бы это был Лешка.

  Хотя и перед Лешкой тоже стыдно.

  Выходит, раз она умудрилась встать под душ в одежде, то кто-то вынужден был переодеть ее вплоть до нижнего белья. Господи, стыдно-то как!

  Ася охватила плечи руками и стала раскачиваться из стороны в сторону, до крови кусая нижнюю губу.

  Сколько она так просидела, девушка не знала. Может, несколько минут, а может и час. Угнетение и раздражение сменились желанием узнать, что же произошло после её "забытья". Да и пить тоже очень хотелось.

  Поднявшись с кровати, Ася прошла к дорожной сумке, кем-то заботливо поставленной на широкий пуфик. Вещи лежали не так, как укладывала она. Понятное дело – искали белье и сорочку. Сорочку-то на неё надели, а вот белье… Ни трусиков, ни лифчика на ней не было. Щеки девушки вспыхнули огнем от смущения.

  Не думать… Не думать о том, кто это сделал и какими красноречивыми эпитетами сопровождал свои действия.

  Ася быстро нашла шелковый длинный халат, идущий в комплекте с сорочкой, туго подпоясалась и, как была, босая, отправилась на кухню. В коридоре горели две лампочки, поэтому опасаться, что упадешь в темноте с лестницы, не стоило. Держась за перила, Ася начала спускаться, одновременно прислушиваясь – не раздаются ли где-то поблизости мужские голоса. Но в доме было тихо. В гостиной, так же погруженной в полумрак, горел ночник. Кто-то заботливо оставил освещение.

  Дорогу на кухню она нашла быстро. Двери, отделявшей кухню от гостиной, не было, поэтому Ася нерешительно застыла на пороге, когда увидела, что не только ей одной не спится.

  За дубовым столом, рассчитанным на большую семью, сидел Матвей. Перед ним стоял высокий узкий стакан с прозрачной жидкостью.

  Вода? Минералка? Или что-то покрепче?

  Услышав шаги, он повернул голову. Ничего не говоря, медленно, едва ли не вызывающе, оглядел нежданную гостью с ног до головы. Выжидающе приподнял брови.

  Ася, сжав губы в тонкую линию, приказала себе не реагировать на его взгляд. Сама виновата.

– Я попить, – глухо сказала она. Потому что хоть что-то надо было сказать.

  Ионов рукой махнул в сторону крана.

– Или минералки налить? – нехотя предложил.

  Ася сглотнула и инстинктивно, в защитном жесте, сжала полы халата на груди.

– Воды. Спасибо.

– Думаю, сама справишься? – иронию в голосе она заслужила.

– Справлюсь, – отозвалась девушка и прошлепала к крану. На столешнице стояли чистые стаканы, она взяла один из них.

  Весь вид Ионова говорил о том, что он не смягчился – всё тот же колючий, недружелюбный взгляд. Хозяин берлоги, иначе не скажешь. Ася неловко передернула плечами. В горле запершило. Девушка торопливо налила полный стакан и выпила прохладную жидкость.

  Стоять спиной к Матвею вечно она не могла, пришлось повернуться. Чтобы не упасть, прислонилась к одному из кухонных шкафчиков.

– А где Лешка? Спит?

  Ионов хмыкнул и, откинувшись на спинку стула, скрестил руки на груди.

– Он уехал.

  Его слова прозвучали, как гром среди ясного неба.

– Как уехал? – ошарашенно переспросила Ася.

– Взял и уехал. Всё очень просто.

– Нет… Он не мог, машина же сломана… – девушка резко оборвала себя, облизнула пересохшие губы. Внезапная догадка прервала возражение. – Джип и не был сломан, правильно я понимаю?

– С этим вопросом не ко мне, а к брату.

  Ася усмехнувшись, покачала головой.

– Ну, Алексей!

  Она бы с удовольствием высказала всё, что думает о его выходке. Исхитрился-таки, паршивец. Не мытьем, так катаньем. Ладно, с ним она разберется при встрече. Сейчас появились вопросы куда насущнее.

  Ионов.

  И она в его доме. Одна.

  Он смотрел на неё, не отрываясь. Пристально, изучающе. Продолжая демонстративно разглядывать. Словно мысленно оценивал, сравнивал. Раздевал.

  Ася, сглотнув, вызывающе вскинула подбородок. Ну, уж нет, тушеваться она не будет! Хотя и стоит извиниться.

– Я хочу…

– Садись, – грубовато прервал он её. – Разговаривать будем.

  Она тотчас насторожилась.

– О чем?

  Он хмыкнул.

– О том, зачем вы ко мне пожаловали. Уточнение требуется?

  Возникло желание стукнуть его, огреть чем-нибудь тяжелым по голове. Порыв, естественно, Ася сдержала. Да и осознание того, то она стоит перед незнакомым мужиком без нижнего белья, не добавляло уверенности. И вокруг – ни души.

  Но Лешка ему доверял. Значит, и ей не стоит себя накручивать.

  Ася кивнула и не спеша приблизилась к столу, по ходу отметив, что этот стол ей очень понравился. Да и вся обстановка на кухне – добротная, сделанная из натурального дерева – ей пришлась по душе. Очень уютно.

  Она отодвинула стул. В наступившей тишине скрип ножек по паркету показался оглушающим. Ионов поморщился. Сев, девушка старательно сдвинула полы халата. Блин, почему ей не хватило ума одеть белье? Сцепив руки в замок и положив их на стол, она посмотрела на Ионова.

– Леше не следовало уезжать, ничего не сказав мне.

– Это вы с ним сами потом разберетесь, что следовало ему делать, а что нет, – в голосе мужчины прозвучали жесткие нотки. Дал понять, что не намеревается выслушивать её стенания. – Давай по существу.

– Давайте. Я так понимаю, вы согласились… – подобрать нужные слова оказалось тяжеловато, – временно предоставить мне защиту?

– Согласился. Но у меня есть условия.

– Какие?

  Сердце отчего-то тревожно ухнуло. Вчера вечером происходящее воспринималось слишком преувеличенно, всё казалось слишком важным. Слишком роковым.

– Первое, – мужчина сменил позу и точно так же сцепил пальцы в замок, положив их поверх стола, – ты мне рассказываешь особенности своего дара. Все особенности. В мельчайших подробностях. Чтобы я понимал, с кем имею дело, и чего от тебя ждать.

– А Алеша ничего не говорил?

  Мужчина громко вздохнул, давая понять, что её вопрос ему не понравился.

– Ася, ты меня слышишь? – он говорил нарочито медленно. – Я повторю. Именно ты мне всё рассказываешь. Считай, что твоё откровение послужит своеобразным актом доверия. И давай на "ты". Нечего мне "выкать".

  Нечто подобное Ася ожидала услышать. Это и понятно. Человек желает знать, кто именно находится рядом с ним. И, возможно, если бы их встреча произошла без лишних эксцессов, Ася открылась сразу же. Сейчас она задумалась. А имеет ли смысл откровенничать с человеком, которому ты не приятна?

  Только… есть ли у неё выбор?

– Хорошо. Давай на "ты", – она специально тянула время, не в состоянии определиться с выбором.

  Ионов оказался проницательным. Ухмылка стала шире, а в глазах появился насмешливый блеск.

– Не доверяешь?

– Не люблю, когда за меня принимают решения, – честно ответила она.

  Брови мужчины нарочито медленно приподнялись.

– Так я и не настаиваю, – теперь в его голосе появились едва ли не ласкательные нотки.

  Разозлился. Но сдерживается.

– Матвей, – Ася начала говорить и замолчала, не в состоянии определиться с дальнейшим диалогом.

– Ася?

  Его поза, его тон – были точной копией тона и позы девушки. Неужели он владеет техникой нейролингвистического программирования? Всё может быть. Он работал в Центре, значит, должен быть хорошим психологом. Хотя, его накачанная мускулатура и атлетическое сложение никак не вязались с умственным трудом. Больше всего Ионов напоминал солдата удачи.

  Ася цыкнула на себя. Нашла время думать о его мускулатуре! Не видела полуголых мужиков с накаченными бицепсами? Видела. В тренажерный зал иногда наведывалась.

  Но одно дело тренажерный зал, а другое – дом неприветливого бирюка, сидящего на кухне в одной майке-боксерке и шортах.

  Совсем не о том думаешь, мать! Видимо, алкоголь, принятый вчера, до сих пор давал о себе знать. Голова соображала с трудом, и внимание акцентировалось не на том, на чем следовало.

– А ещё условия будут?

– Будут, – мужской взгляд потяжелел.

– Может, сразу озвучишь?

– Озвучу.

  Сказал, а сам не торопился произносить их вслух.

  Ася занервничала. Разговор получался трудный. Ни она, ни он не спешили открываться.

– И какие?

– Ты мне в мельчайших подробностях рассказываешь, что уже успела обо мне узнать. И не надо делать невинно-удивленное лицо! – неожиданно рыкнул он. – Знаю я вас, интуитов… Не успеете оказаться на чужой территории, как вторгаетесь в личную жизнь владельцев!

  Асю поразило не его условие. А та ненависть, что вспыхнула в его голосе при слове "интуит". Точно он произнес что-то грязное, неприятное.

  И ведь он прав, ничего в свое оправдание не скажешь. Асе стало стыдно.

  Девушка тихо вздохнула.

– Я могу видеть прошлое, прикоснувшись к вещам хозяев. То, что было. То, что будет – нет, – она говорила скупо. Несмотря на то, что за последние месяцы ей приходилось ни раз и не два говорить о своем даре – или проклятье? – она чувствовала себя паршиво.

  Ионов выслушал, но говорить что-то в ответ не спешил.

  Ася тоже молчала.

– И это всё?

– Да. А что ещё можно сказать про мои способности? Говорю же, вижу только прошлое, дотрагиваясь до предметов. По ним могу воссоздать картину событий. Но для этого, правда, надо много вещей.

– Как возникают видения? Спонтанно? Или ты прилагаешь усилия, чтобы их увидеть?

  Он знал, о чем спрашивать.

– В девяносто девяти процентах прилагаю усилия, сосредотачиваюсь. Очень редко видения приходят сами.

  Ионов медленно кивнул, не отрывая от её лица колючего взгляда.

– Дальше.

  Ася выпрямила спину. Он желал знать про себя.

– Я видела, как ты занимаешься спортом и как застилаешь кровать, – выдохнула быстро и приготовилась к негативной реакции.

  Её не последовало.

  Ионов снова молчал. И это молчание опустилось на плечи Аси стопудовыми гирями.

– Значит, так. Я не доверяю интуитам. Ради Лёхи попробую поверить тебе. Я хочу, чтобы ты здесь и сейчас пообещала мне, что ни при каких обстоятельствах больше не будешь вторгаться в мою личную жизнь. Моё прошлое оставим мне. Я не желаю, чтобы кто-то копался в нем. Понятно выражаюсь?

  Ася от напряжения едва не заскрежетала зубами.

– Понятно.

  Брови мужчины снова скользнули вверх.

  Черт!

– Извини, да, конечно, я обещаю. Я… не буду. Мне не доставляет удовольствия видеть чужую жизнь. Ты, конечно, мне можешь не верить, но я предпочитаю жить своей жизнью.

  Ответом послужила насмешливая ухмылка. Ионов всем видом показывал, что её слова не произвели на него впечатления.

  Внезапно Ася разозлилась. Какого черта она ведет с ним беседу? Откровенничает? Пытается загладить вину? Не проще ли всё прекратить разом?

– Нарушишь обещание, выпровожу вон, – глухой тон мужчины ворвался в её сознание.

  И Ася сорвалась:

– Я готова хоть сейчас уехать.

  Тяжелый взгляд из-под насупленных бровей пригвоздил ее к месту.

– Я думал, ты умнее. Можешь собирать вещи, я не берусь охранять самоубийц.

  Ася вскочила на ноги, часто дыша. Кровь прильнула к щекам, дыхание сбилось в груди, сердце учащенно забилось.

  Да как он смеет! Да он попросту над ней издевается! Глумится! А она, дура, уши развесила. На самом деле решила, что здесь будет в безопасности. И Лешка!.. Бросил её. Но ничего, дом Ионова – не конец цивилизации, завтра она вызовет такси и уедет. А в городе что-нибудь придумает.

  Выпутается.

– Сядь.

  Вроде бы и не приказал, но Ася безмолвно подчинилась. Словно невидимые руки опустились на плечи и вернули на место.

– Не пыли, – мужчина сменил позу, провел рукой по лицу, точно смахивая накатившую усталость. – Я уже понял, что ты у нас девочка гордая, чуть что – в бега. Самостоятельная.

  Ася под столом сжала руки в кулаки и от волнения облизнула пересохшие губы. Взгляд мужчины метнулся к её припухшим от постоянного прикусывания губам. Потемнел. Стал тяжелым.

– Я не понимаю тебя, – Ася старательно выбирала слова, стараясь держать себя в руках. Хотя хотелось вскочить и высказать Ионову в лицо всё, что она думает о его "гостеприимстве". – И мне не нравится то, как ты со мной общаешься.

– Ну, извини, нянчиться тут с тобой никто не будет. Принимай таким, какой есть.

  Ей показалось, или его слова прозвучали двусмысленно?

  Ася мотнула головой. Всё хорошо. Ведь правда?

– Со мной нянчиться не надо. Ты правильно заметил, я девушка самостоятельная. Привыкла сама за себя отвечать, и если бы не крайние обстоятельства…

– Знаю. Ты бы ко мне не поехала.

– Не поехала! – всё-таки она проговорила более порывисто, чем хотелось.

– Ася, хорош, – жестко оборвал он её. – Мы оба всё знаем. Нечего сотрясать воздух. Завтра поговорим о том ублюдке, который преследует тебя. Сейчас лучше лечь спать. Всё, что я хотел сказать – я сказал. Всё, что требовалось от тебя – получил.

  Вот так запросто прервал разговор.

  Ася поджала губы. Как же хочется послать его по матушке и по батюшке да с подробным указанием маршрута!

  Сама виновата. Если бы не напилась, смогла бы уехать с Лешкой. Теперь нечего пенять на других. Придется подстраиваться под обстоятельства.

– Мне, наверное, следует поблагодарить тебя, – она некстати вспомнила о вежливости.

– Не надо, – и снова взгляд из-под насупленных бровей.

– Матвей, я рассчитаюсь с тобой. У меня есть деньги и…

– Ты много говоришь, женщина. Давай, иди, спи. Досыпай.

  Тонкий намёк на не красящие её обстоятельства.

  Кажется, на самом деле пора закругляться с ночными посиделками.

  Ася встала, зачем-то кивнула, неловко отодвинула стул, и направилась к выходу из кухни. Да, Ионов прав. Завтра они продолжат разговор, сейчас она не готова вести беседы, да и голова на утро будет соображать получше. Сейчас главное отдохнуть, выспаться.

  И, может быть, в эту ночь ее не будут мучить кошмары…

– Ася.

  Он окликнул её, когда она подошла к арочному проему.

  Застыла. Оборачиваться не стала.

– В следующий раз не забудь надеть нижнее белье. Ты в доме с мужчиной. А не с подругой. Не оденешь… я подумаю о тебе неправильно.

  Глава 4

  Ася проснулась от того, что солнечные лучи ласково коснулись её лица. Прошлись по губам, задержались на щеках, после чего замерли на плотно сомкнутых веках. Мол, красавица, хватит спать. Открывай глазки, просыпайся.

  Негромко застонав, Ася перевернулась на бок и рукой потянулась к прикроватной тумбочке, на которой у неё стояли часы – надо было узнать, который час.

  Ни прикроватной тумбочки, ни часов, соответственно, не обнаружилось.

  Резко распахнув глаза, Ася несколько раз моргнула. Блин, да что же это такое! Она снова не сразу вспомнила, что находится не дома. Была у неё такая не особо приятная особенность – она плохо ориентировалась. Если засыпала в чужом доме или в гостинице, то спросонья не всегда могла разобрать, где она находится и как оказалась в том или ином месте.

  Досадная неприятность.

  Облизнув губы, Ася быстро встала и потянулась за мобильным. Удивленно свела брови на переносице: часы на экране показывали без десяти полдень. Долго же она спала. Но это ладно, пустяки. Насторожило её не время, а пустая сетка, указывающая на то, что связь полностью отсутствует. Странно. Вроде бы дом Ионова находился не совсем уж в глуши.

  Ионов.

  Стоило подумать о нем, как масса самых противоречивых эмоций накрыла Асю. Вспомнилось всё: и его угрозы, и его тяжелые взгляды, и его нежелание принимать её у себя. Да, веселая картина вырисовывается.

  Ася снова посмотрела на телефон. А это даже хорошо, что связь не работает. Ей спокойнее будет. Хотя про спокойствие говорить рано, судя по её "приятному" общению с хозяином этой берлоги. Ася вроде бы и не замечала за собой особой вспыльчивости, но в отношении Ионова всё складывалось иначе.

  Покачав головой, Ася встала с кровати и пошла умываться. Надо постараться найти общий язык с Матвеем. Про то, чтобы подружиться, даже речи не шло. Ей предстоит прожить в этом доме неделю, максимум дней десять – она была уверена, что не дольше, а потому ссориться и постоянно пикироваться с его хозяином не было смысла. Себе дороже.

  Она подумала про дружбу, и отчего-то перед внутренним взором возник его образ – каким она увидела его поздно ночью на кухне. Широкие плечи, тяжелый подбородок, красивые губы. Однодневная щетина. Красивый мужик, чего уж греха таить. На таком при встрече Ася бы невольно задержала взгляд. Задержала бы, а потом шикнула на себя. Парадокс заключался в том, что она всегда старалась держаться подальше от подобных альфа-самцов (как она их называла). Не желала страдать и переживать, постоянно ожидая измены. Она была уверена, что красивого мужчину трудно удержать от соблазна.

  Господи, да о чем она думает? Вроде бы и протрезвела, и пришла в себя окончательно. И вместо того, чтобы трезво размышлять о дальнейших действиях, вспоминает накаченное тело Ионова.

  Ася зажмурилась. Но хорош ведь, паршивец! Особенно в трусах-боксерках.

  Где-то Ася слышала, что когда возникает угроза жизни, в теле активируются процессы, отвечающие за продолжение рода. Вспыхивает тяга к незнакомым людям и желание заняться сексом. Может, у неё как раз сейчас и активизировались эти процессы, если она постоянно думает об Ионове и его мускулах, а не о маньяке, идущем по ее следу?

  Поежившись, Ася плеснула на лицо холодной воды, а потом направилась в душ. Ничего, сейчас устроит себе контрастные процедуры, поумнеет.

  Из душевой Ася вышла бодрячком. Что и требовалось. Теперь поздний завтрак из овсянки с фруктами и зеленый чай. Конечно, она не станет навязывать свои привычки питания хозяину, но на кофе с бутербродами Ася категорически была не согласна. Она старалась следить за питанием и придерживаться здорового образа жизни.

  Вчерашняя рюмка коньяка не в счет.

  Из своего скудного гардероба Ася выбрала свободного кроя бежевые брюки и легкую шифоновую блузу. День обещал быть погожим. Сентябрь, кажется, решил побаловать бабьим летом.

  Спускаясь вниз, Ася опять почувствовала смущение и неловкость. Мелькнула мысль, что надо бы сгладить шероховатости в общении с Матвеем. Неправильно у них началось знакомство. Оба хороши.

  Оказавшись в гостиной, Ася прислушалась, но в доме царила абсолютная тишина. Нахмурившись, девушка прошла на кухню. Не оставил же Ионов её здесь одну?

  Сердце ёкнуло. Нет, Лешка не мог ошибиться в Ионове. Да и сама Ася имела представление о ребятах, служивших в Центре. Это были те редкие мужчины, для которых слова долг, честь и Родина имели большое значение.

  Он где-то в доме. Возможно, во дворе. На самом деле, чего это она! Не будет же он сидеть и ждать её в гостиной, пока она соизволит проснуться.

  Ася, покачав головой, прошла на кухню и удивленно замерла перед столом.

  Ей приготовили завтрак?

  На столе стояла тарелка, накрытая полотенцем. Рядом – стакан с соком. На вид – апельсиновым.

  Ася нерешительно потянула на себя полотенце. Ого. В тарелке находилась овсянка. С кусочками фруктов и ягод.

  Всё, как она любит.

  Отчего-то в горле запершило.

  Это совпадение или Ионов тоже предпочитает завтракать овсянкой? Хотя, вряд ли. Он – мужчина, и по его комплекции можно сделать вывод, что питается он хорошо, в основном белковой пищей.

  Ещё раз оглядевшись по сторонам и никого не увидев, Ася принялась завтракать.

  После того, как она всё съела и вымыла посуду, девушка включила электрический чайник. Зеленый чай ей сейчас точно не помешает.

  Вздохнув, она подошла к окну и отодвинула занавеску.

  А вот и он. Хозяин дома.

  Ионов сидел на пеньке, подставив лицо ласковому осеннему солнышку, и улыбался. За его спиной находилась приличная куча дров. Ася не слышала, как он колол дрова, но живо представила себе эту картину: Ионов с обнаженным торсом и с топором в руках. Мускулы играют на солнце. Капельки пота тускло поблескивают на крепкой спине…

  В горле мгновенно пересохло, несмотря на то, что она только что выпила стакан апельсинового сока. Причем, сок был свежевыжатым.

  Этот мужчина, когда считал нужным, умел проявлять внимание.

  Ася вцепилась руками в подоконник. Да что с ней такое… Наваждение, да и только.

  Быстро задернув штору, девушка метнулась к чайнику. И как раз вовремя: раздался характерный щелчок выключателя.

  Не хватало ещё, чтобы Ионов увидел, что она за ним подглядывает. Тогда насмешки точно не избежать.

  Ася не знала, что он любил, но ориентировалась на вкусы Алексея – приготовила крепкий кофе с одной ложкой сахара. Себе заварила зеленый чай. У Ионова был неплохой выбор – кофе разных сортов, несколько видов чая. Любит разнообразие?

  Нашелся и хромированный поднос. Поставив на него чашки, Ася собралась к выходу. Потом передумала и вернула поднос на место. Так донесет чашки.

  Стараясь не облиться и не обжечься, Ася вышла на улицу.

– Привет.

  Её негромкий голос привлек внимание мужчины. Повернув голову в её сторону, он так же негромко сказал:

– Привет.

– Я не знала, что ты любишь, поэтому… вот, – Ася протянула ему чашку с кофе.

  Уголки губ Ионова дрогнули в полуулыбке.

– Я так понимаю, это своеобразное спасибо за завтрак?

– В некотором роде – да.

  Ася огляделась в поисках того, на что можно сесть. Выбора особого не было, и она опустилась на стоящий рядом пень.

  Матвей отхлебнул кофе и кивнул.

– Угадала.

  Зардевшись, Ася ответила:

– Как и ты с завтраком.

– Что ел сам, то и тебе приготовил, – больше Ионов на неё не смотрел, полностью сосредоточившись на кофе.

  Ася, чтобы скрыть волнение, облизнула пересохшие губы, и тоже занялась своей чашкой.

  Чувствовалось легкое напряжение. Ася уже поняла, что Ионов не отличается многословием. Особенно с ней. Лаконично, по делу. Ни шуток, ни попыток сблизиться или получше познакомиться. С другой стороны, оно ему надо? Это знакомство? Навязали непонятно кого, считай, на две недели. Следи, нянчись, оберегай. Ася ненавидела быть кому-то обязанной. Поэтому вчера и предложила деньги за его услуги. Появилась мысль повторить своё предложение, но вместе с ней и возникла уверенность, что в этом случае её аккуратно пошлют. И снова она своей глупостью создаст неприятную ситуацию, которых в их знакомстве уже было предостаточно.

  Выпив половину чашки, Ася подняла лицо и взглянула на небо. Синее, красивое, спокойное. С белоснежными облаками-овечками. Когда она в последний раз вот так сидела во дворе или в парке и наблюдала, как по небу не спеша, в противовес людской суете, плывут облака?

– Матвей, – Ася всё же решила нарушить молчания.