Метафорическая психотерапия: стратегии, технологии, инструменты

6.1. Определение как инструмент создания картины мира

На втором этапе своего развития ребенок начинает говорить: в результате каждый предмет, помимо образа и некоей эмоциональной окраски, получает свое родовое и видовое обозначение.

Первая разновидность речи – речь пассивная, т.е. способность ребенка опознавать предметы по их названию – появляется у ребенка еще на первом этапе развития. Следом за пассивной возникает речь автономная – умение ребенка как-то обозначать различные предметы, привязывая к отдельным предметам или действиям некие определенные сочетания звуков. Далее ребенок переходит к фразовой речи, т.е. к умению составлять словосочетания хотя бы из двух слов.

И только начиная примерно с двух лет, ребенок постепенно переходит от фразовой к настоящей свободной речи, т.е. к составлению относительно развернутых предложений. И, приобретая с этого момента способность присваивать чему-либо некое наименование, ребенок осуществляет первую в своей жизни категоризацию окружающих его фрагментов реальности.

С этого момента непосредственные впечатления ребенка о себе и окружающем мире начинают опосредоваться словами. То эмоциональное переживание, которое на первом этапе могло быть вызвано только фактом взаимодействия ребенка с тем или иным фрагментом реальности, теперь уже может вызываться просто словом, этот фрагмент обозначающим. Это значит, что на втором этапе раннего развития картина мира становится совокупностью собственно представлений. Под представлением мы понимаем впечатление, обозначенное определенным названием и в силу этого способное воспроизводиться за пределами непосредственного чувственного опыта человека.

Соответственно, определением (в значении инструмента создания картины мира) называется придание осознаваемых границ понятию, означающему какой-либо фрагмент картины мира. За счет возникновения подобных границ происходит переход от впечатления к представлению – то есть процесс опознания, категоризации некоего фрагмента реальности, присвоения ему конкретного наименования. Наличие наименования дает человеку возможность взаимодействовать с представлением о любом фрагменте реальности даже тогда, когда сам фрагмент не может быть непосредственно воспринят. И, наконец, наличие наименования фиксирует каждый фрагмент реальности в виде соответствующего фрагмента картины мира и обеспечивает единство отношения, способов восприятия, оценки и взаимодействия с этим фрагментом в совершенно разных условиях. Можно сказать, что только определенное представление о любом предмете дает человеку возможность оптимального взаимодействия с ним.

С этой точки зрения лексический состав и грамматический строй языка является единственным и универсальным инструментом познания мира: все, что мы можем воспринять, передается словом – в отличие от непосредственных переживаний, которые не могут стать устойчивыми, запоминаемыми и осознанными. Это значит, что мы осваиваем мир заранее заданным и зафиксированным в самом устройстве нашего языка способом.

Однако даже при отсутствии у человека четко определенного представления о каком-либо фрагменте его картины мира у него имеется некоторое смысловое поле, связанное с соответствующим понятием. Смысловое поле можно определить как совокупность способов употребления слова. Под смыслом – и здесь, и в дальнейшем – мы понимаем множество возможностей, субъективно предоставляемых человеку некоторым фрагментом его картины мира.

Формирование смыслового поля слова осуществляется посредством социально-культурного контекста и состоит из четырех отдельных процессов: человек запоминает внешние проявления, сопровождающее произнесение этого слова, потом усваивает контексты его употребления, соотносит и интегрирует их с размышлениями других людей, осмысливает самостоятельно результат этих процессов – и в итоге получает представление о значении этого понятия.

У определения как инструмента создания картины мира есть еще одна чрезвычайно важная функция, связанная с понятием границ: функция разделения любых сущностей. Именно наличие способности к разделению сущностей означает понимание всего существующего в реальном мире как условий решения жизненных задач: при решении задач условия важны лишь постольку, поскольку они создают те или иные ограничения в процессе этого решения. При нарушении этой функции человек оказывается неспособным отделять свое прошлое от настоящего, с трудом осваивает правила игры, легко попадает в любые зависимости – эмоциональные, сексуальные, наркотические, пищевые и прочие.

На втором этапе раннего развития ребенок перестает говорить о себе в третьем лице и переходит к использованию местоимения «Я». Именно с этого момента он начинает выстраивать свои личные границы, то есть субъективный предел, отделяющий для человека все, полностью ему принадлежащее, от всего, что принадлежит не ему или не только ему.

Для адекватного овладения ребенком определением как инструментом создания картины мира необходима определенность самих родителей в их речи и действиях, использование ими в разговоре с ребенком только тех слов, которые соответствовали бы его возрасту и уровню понимания, действующих в семье правил и т. д. Каждое действие, совершаемое на глазах у ребенка, – как и каждое его действие – должно сопровождаться простыми пояснениями, включающими в себя название этого действия. Важно, чтобы ребенок получал на свои вопросы совершенно определенные и конкретные ответы: это, с одной стороны, даст ему возможность вводить в картину мира определенные фрагменты, а с другой – будет для него своеобразной тренировкой определенности речи.

К нарушению естественного процесса овладения определением как инструментом создания картины мира приводят разные причины:

– когда родители оказываются непоследовательны в осуществлении запретов и обещаний, ребенок перестает понимать значения слов «нельзя», «можно», «нужно» и т.п., точно так же, как отсутствие конкретных и определенных ответов на вопросы ребенка приучает его к формированию неопределенных представлений;

– когда родители разговаривают с ребенком на сложном языке, состоящем из большого количества непонятных ему слов, с придаточными предложениями и пр., это приучает ребенка к ложному представлению об их понятности и определенности;

– когда родители говорят о себе и о ребенке как о едином целом («мы заболели», «нам нравится») или произносят фразы за ребенка, это приводит к потере определенности понятия «Я».

В результате подобных нарушений процесса развития на втором этапе человек не осваивает умения четко классифицировать различные фрагменты картины мира и однозначно выделять внутри картины мира себя, свои состояния, желания и проявления. Такие же сложности он испытывает в ситуациях, когда требуется ориентация на сложные неоднозначные (например, этические) понятия. У него возникают проблемы в любых ситуациях, требующих понимания и соблюдения любых правил и ограничений, а также резко возрастает риск попадания в любые зависимости.

6.2. Критерий оценки фрагментов реальности с точки зрения качественной дифференциации удовольствия-неудовольствия

Только с овладением речью ребенок не только приобретает способность отделить себя от окружающего мира, но и получает возможность выделить и обозначить конкретными названиями различные характеристики тех предметов, людей и явлений, с которыми он взаимодействует. Это означает, что его эмоциональные переживания по поводу тех или иных фрагментов реальности уже могут осознаваться им как его собственная реакция на какие-то их свойства – т.е. к его способности испытывать различные состояния добавляется способность переживать чувства.

Именно по этой причине эмоциональные переживания ребенка на втором этапе его раннего развития становятся на порядок разнообразнее. Переживания удовольствия или неудовольствия в различных ситуациях за счет применения к ним разных словесных обозначений для ребенка тоже начинают восприниматься по-разному. Более того, удовольствие от взаимодействия с конкретным фрагментом реальности становится комплексным, состоящим из нескольких количественно и качественно различных удовольствий: например, апельсин теперь уже оказывается не просто приятным, а приятно пахнущим, приятным на вкус, на цвет, на ощупь, нравящимся в качестве игрушки и т. д.

Это значит, что ось оценки удовольствия-неудовольствия приобретает новый вид: теперь каждый фрагмент картины мира ребенка имеет на ней не одну количественную оценку, а целую совокупность оценок, отражающих все получаемые от взаимодействия с ним удовольствия и неудовольствия. Именно критерий оценки качественной дифференциации реальности дает ребенку возможность начать воспринимать и оценивать разные качества различных фрагментов реальности – равно как и различные оттенки удовольствия-неудовольствия от взаимодействия с ними.

Следствием такой дифференциации становится возможность заменить одно удовольствие другим, сходным по составляющим его качествам. Возможной также оказывается корректировка той или иной оценки в том случае, когда у ребенка меняется представление о какой-нибудь характеристике некоего фрагмента его картины мира.

Если же удовольствие или неудовольствие продолжает восприниматься ребенком исключительно как целостное, без выделения различных характеристик, это становится основой для формирования разного рода зависимостей: некий фрагмент картины мира начинает оцениваться как абсолютно уникальный, степень удовольствия от взаимодействия с которым является принципиально неповторимой. Точно так же фрагмент картины мира, который доставляет не объяснимое наличием у него каких-то конкретных характеристик неудовольствие, формирует негативную зависимость, основанную на страхе и стремлении любой ценой избежать взаимодействия с ним.

В случае нормального развития ребенок на втором этапе начинает оценивать степень удовольствия-неудовольствия от взаимодействия с тем или иным фрагментом реальности как совокупную, состоящую из некоторого количества оценок различных его качеств, что делает саму его оценку значительно более дифференцированной. Происходит это при соблюдении нескольких условий:

– родители должны широко использовать в своей речи качественные прилагательные, наречия и прочие слова, описывающие разные характеристики предметов, событий и т.п.;

– такие слова необходимо ребенку объяснять и связывать с обозначаемыми ими свойствами предметов;

– ребенку должно предоставляться как можно больше возможностей для взаимодействия с различными фрагментами реальности.

Кроме того, должны продолжать соблюдаться все условия, необходимые для адекватного формирования на первом этапе критерия оценки реальности с точки зрения доставляемого ею удовольствия или неудовольствия.

Если этого не происходит, то ось удовольствия-неудовольствия приобретает искаженный вид:

– дифференциация одного из полюсов оси оказывается значительно большей, что создает у ребенка готовность находить в каждом новом фрагменте реальности скорее приятные или скорее неприятные качества;

– степень дифференцированности различных эмоциональных переживаний, отраженных на оси, оказывается недостаточной.

Став взрослым, человек, чей критерий оценки качественной дифференциации удовольствия оказался искаженным, склонен к максималистским «черно-белым» оценкам реальности и формированию на этой основе различных зависимостей. Ему трудно понимать собственные чувства, и вся его эмоциональная сфера становится обедненной. Испытываемые им переживания могут начать смещаться к одному из полюсов оси удовольствия-неудовольствия: он оценивает каждый новый фрагмент реальности не по результатам его исследования, а на основе некоей априорной готовности.

6.3. Базовое умение осознавать реальность

К умению осознавать реальность также имеет отношение появление у ребенка способности выделять самого себя из окружающего мира, поскольку сам процесс осознания требует наличия осознающего субъекта; кроме того, осознающий субъект сам является неотъемлемой частью реальности.

В метафорической психотерапии сознание понимается как состояние одновременного, непрерывного и целостного восприятия человеком всех имеющихся у него в каждый конкретный момент представлений и отношений к ним.

Понимаемое таким образом базовое умение дает человеку возможность не просто воспринимать свои представления как фрагменты некоей внешней по отношению к нему картины, а непрерывно ощущать, воспринимать и чувствовать окружающий мир и самого себя во взаимодействии с этим миром. Это значит, что, видя, например, лежащие на столе предметы, человек воспринимает их не как некий условный список – предметы плюс стол, – а как некое объединенное совместным нахождением в пространстве целое. При этом само по себе это целое является для него включенным в большее целое – например, комнату, в которой находится в тот момент он сам. Комната, в свою очередь, включена в еще большую целостность – дом, город, страну, мир… Наиболее глобальная целостность, кроме пространственного измерения, имеет и временнóе: в нее включено все то, что человеку известно о своем прошлом и прошлом мира, в котором он живет, а также его предположения о своем будущем и будущем мира.

С появлением свободной речи у ребенка появляется возможность обсуждать с другим ребенком обстоятельства взаимодействия, участвующие в нем неодушевленные предметы и вопросы отношений. Становится возможным совместно решать, в какую игру играть. В процессе взаимодействия и после него ребенок уже может назвать все происходившее какими-то конкретными словами – то есть осознать сам процесс и его результаты и включить результаты такого осознания в свою картину мира.

Именно в этом возрасте чаще всего ребенок начинает ходить в детский сад – самое первое в его жизни организованное человеческое сообщество. Это создает необходимость самостоятельно выстраивать свое общение со сверстниками и посторонними взрослыми и осваивать большое количество новых правил и ограничений.

При нормальном освоении умения осознавать реальность человек способен в каждый момент своего существования воспринимать и понимать всю целостность окружающей его действительности и свою включенность в эту действительность. Именно это ощущение дает ему возможность ориентироваться в тех условиях, в которых он решает свои жизненные задачи.

Чтобы базовое умение осознавать реальность сформировалось адекватно, родителям необходимо строить понятные для малыша фразы, указывающие на пространственное и временнóе взаиморасположение отдельных фрагментов реальности, постоянно упоминать предметы, людей и события, в данный момент отсутствующие в пределах непосредственного восприятия ребенка, обсуждать с ним его взаимодействия, имевшие место в прошлом или способные случиться в будущем. Очень важно также обеспечивать единство и последовательность всех сторон своего взаимодействия с ребенком – т.е. самим быть способными в полной мере осознавать реальность.

Искажается нормальный процесс освоения ребенком базового умения осознавать реальность в следующих случаях:

– когда родители говорят и действуют от имени ребенка, мотивируют его действия чьими-то желаниями или чувствами, не считают нужным как-то дополнительно замотивировать ребенка на совершение необходимых, но нежеланных для него действий, а просто принуждают его эти действия совершить, он фактически лишается права и возможности воспринимать себя как отдельную часть реальности;

– при несоблюдении родителями декларируемых ими самими правил, игнорировании ими обстоятельств реального мира и т. п. ребенок не имеет возможности осознать конкретные ограничения, существующие в реальности, т.е. значимые для взаимодействия специфические характеристики этой реальности.

Нарушения в процессе освоения базового умения осознавать реальность приводят к тому, что, став взрослым, такой человек воспринимает окружающий мир не таким, какой он есть, а таким, каким его приятнее, привычнее, безопаснее или выгоднее видеть. Результатом становится совершение им неадекватных или неэффективных действий, трудности в адаптации к любым новым или изменяющимся обстоятельствам. Его понимание реальных обстоятельств становится весьма примитивным, неопределенным или просто неадекватным.

7.1. Установление причинно-следственных связей, как инструмент создания картины мира

На третьем этапе развития ребенок начинает осознавать существующие в реальности взаимосвязи и собственную волю как проекцию этих связей на свое существование. Ребенок понимает, что, если он совершит некое конкретное действие, то оно приведет к вполне определенным последствиям, а если действие будет иным, то и последствия окажутся совершенно другими. Основываясь на этом понимании, он начинает выбирать, какое действие ему необходимо совершить, чтобы получить желаемый результат. Теперь его картина мира начинает складываться из более крупных фрагментов, состоящих из нескольких представлений, которые образуют друг с другом причинно-следственную связь. Однако самым главным приобретением в рамках этого этапа является способность контролировать свои действия, то есть произвольность.

Примерно к четырем-пяти годам игры, в которые ребенок способен играть, значительно усложняются. К играм чисто процессуального характера – различным постройкам на песке, играм с предметами, ролевым играм – добавляются игры со сложными правилами, игры-соревнования и многие другие. Часть действий в этих играх связана с умением ребенка контролировать себя, заставлять себя что-то сделать или, напротив, удерживать себя от чего-то – иными словами, именно с произвольностью. Другие действия основаны на умении анализировать обстоятельства и поступки других людей.

Более сложными и разнообразными становятся и ролевые игры. К играм, основанным на подражании, добавляются игры с сюжетом, сконструированным самим ребенком. Такое конструирование говорит о появлении у ребенка умения осмысливать человеческие отношения и самостоятельно развивать драматургию происходящего.

Представления о существующих в окружающей реальности причинно-следственных связях напрямую отражаются в действиях. Под действием мы понимаем процесс решения конкретной жизненной задачи. Это значит, что каждое действие есть материализованное представление человека о причинно-следственных связях между некоторыми фрагментами его картины мира. Человек, совершающий адекватные действия, приводящие к удовлетворяющему его решению поставленных им задач, имеет реалистичные представления о причинно-следственных связях между различными фрагментами его картины мира.

Чтобы ребенок смог овладеть инструментом построения причинно-следственных связей, ему необходимо на этом этапе развития столкнуться с реальными последствиями своих собственных действий и самому – по мере возрастных возможностей, конечно – с ними справиться. Более того, ребенок должен иметь возможность самостоятельно ставить перед собой задачи и прилагать усилия для их решения.

Не менее важно и то, что ребенок в любой ситуации должен иметь выбор. Предоставление выбора и есть главный инструмент помощи ребенку со стороны взрослых в освоении причинно-следственных связей. Когда ребенок постоянно сталкивается с необходимостью делать тот или иной выбор, он начинает понимать, что к разным следствиям приводят разные причины. Он получает важный опыт: чтобы получить определенный результат, нужно совершить конкретные действия, потому что другие к желаемому результату привести не могут.

Процесс освоения причинно-следственных связей как третьего инструмента создания картины мира может быть нарушен следующими причинами:

– когда родители ставят перед ребенком задачи, с которыми он не способен справиться в силу возрастных ограничений, не дают ребенку необходимого поощрения в случае его успешного действия, принуждают его к совершению каких-либо действий без видимых для него причин, подменяют естественные последствия его действий произвольно налагаемым наказанием, у ребенка не возникает возможности выстроить адекватные причинно-следственные связи между отдельными фрагментами своей картины мира;

– когда родители оберегают ребенка от серьезных последствий его действий, навязывают ему определенный готовый способ мышления или действия, ребенок начинает связывать отдельные фрагменты своей картины мира неадекватными причинно-следственными связями и не видит необходимости совершать специальные исследовательские действия для построения адекватных связей.

Взрослый человек с нарушенным третьим инструментом создания картины мира испытывает серьезные затруднения с построением любых причинно-следственных связей. В результате его действия оказываются неадекватными, не приводящими к ожидаемым результатам; на совершение таких действий затрачиваются избыточные или, наоборот, недостаточные усилия. Такой человек не способен спрогнозировать даже ближайшие последствия собственных действий или действий других людей – равно как и изменения внешних условий.

7.2. Критерий оценки фрагментов реальности с точки зрения итоговой выигрышности взаимодействия с ними

Формирование этого критерия начинается на третьем этапе развития ребенка и тесно связано с формированием произвольности. Главным внешним событием в повседневной жизни ребенка на этом этапе является поход в школу — событие многоплановое, требующее овладения многими навыками. По сути своей это – встраивание в сложную внешнюю структуру с большим количеством различных новых для ребенка правил.

В ходе адаптации к учебному процессу, к процессу самостоятельного взаимодействия и совместной деятельности с большим количеством сверстников и взрослых ребенок начинает соотносить полученное от достижения результата удовольствие с приложенными им усилиями. В сущности, тем изменением, которое вносит третий этап раннего личностного развития в ось удовольствия-неудовольствия, является возникновение самой темы такого соотнесения.