Этюд в багровых штанах

– В отечественной психологии приняты два подхода для изучения личности преступника, – привычно забубнил мой заместитель: – социально-типологический и социально-ролевой. В первом случае специалисты анализируют социальную позицию личности, соответствующие ей социальные нормы, их восприятие и исполнение. Социально-ролевой подход исследует ролевые установки преступника, которые в массе своей противоречат существующему законодательству и накладывают на человека определенные обязательства. Выполняя их, он, с одной стороны, оказывается вне закона, с другой – полностью соответствует выбранной для себя роли.

Один из основных вопросов криминальной психологии – выявление внутренних личностных предпосылок, которые во взаимодействии с мотивами личности и с определенными факторами внешней среды могут создать для конкретного человека криминогенную ситуацию.

– То есть настоящий преступник может вылупиться только из того, кто вырос в неблагоприятной среде и сознательно отказался от общепринятых норм? – проснулся один из студентов.

– Настоящий преступник, – парировал преподаватель, – может, как вы изволили сказать, «вылупиться» из кого угодно. Из вас. Из меня. Из нашего уважаемого декана (тут я вздрогнула). В каждом сидит преступный ген, который может продремать до самой смерти человека, а может неожиданно проснуться в силу определенных обстоятельств. Тут важно понять один момент: психологическая зависимость преступников по своему характеру существенно отличается от аналогичной особенности, которая присуща большинству людей. Каждому человеку уже в силу социального характера, его развития и воспитания свойственно стремление к объединению с другими людьми для удовлетворения своих потребностей, достижения личных и совместных целей. В этих объединениях человек неизбежно занимает определенную позицию, в том числе и зависимую, подчиненную. Однако в отличие от убийц правопослушные люди способны выйти из группы, уйти от травмирующего их контакта, либо постараются изменить свое отношение (внутреннюю позицию) к таким обстоятельствам.

Для многих убийц, например, ситуация принципиально иная. Контакт с кем-либо другим (в бытовых отношениях – с жертвой преступления) приобретает для них крайне важный, жизнеобеспечивающий характер. При этом сам преступник приписывает жертве способность удовлетворить его потребности, а затем в той или иной форме требует этого удовлетворения

Особо хочется сказать, что в последние годы все больше преступлений совершается в элитных сферах. К примеру, по статистике, среди российских предпринимателей оказалось немало людей с низким уровнем этики и правосознания, которые свое неумение организовать бизнес, а в ряде случаев просто организовать нормальные отношения с окружающими пытались компенсировать свои проблемы актами агрессии. Практически у этих людей преступное поведение становилось способом разрешения конфликтной ситуации, которую они сами же и спровоцировали.

– А преступления, совершенные на сексуальной почве, можно отнести к этому разряду?

– Разумеется, однако это тема для отдельного разговора. Но могу сказать, что практически каждое третье преступление, совершенное бизнесменами, имеет сексуальный подтекст.

– А сексуальные домогательства являются преступлениями?

– Да подождите вы со своими сексуальными домогательствами. Перестаньте носить короткие юбки – и не будет никаких домогательств.

– Шовинист!

– От феминистки слышу. Тимофей Алексеевич, расскажите об убийствах…

Незаметно спецкурс превратился в вечер вопросов и ответов. Под конец Петренко только отдувался от студентов, желающих узнать кровавые подробности из жизни отечественных Потрошителей.

– Тяжело вам, – посочувствовала я, когда занятия закончились.

– Просто сегодня тема такая, актуальная, – признался Петренко. – Обычно они спят с открытыми глазами.

– Тимофей Алексеевич, а вы действительно думаете, что для поимки преступника нужно, прежде всего, изучить его социальную среду?

– Да. Способ убийства, мотивы преступления, поведение жертвы – звенья одной цепи. Почему преступник выбирает именно этого человека, а не другого? Какими критериями руководствуется? Почему одних убивает, а других неожиданно отпускает. Все это – загадки среды, в которой он рос. Знаете, я всегда вспоминаю пример, приведенный кем-то из современных классиков: если положить огурец в соленую воду, то хочет он того или нет, он все равно станет соленым. А во всем виновата среда, будь она неладна.

– То есть если у человека есть определенные предпосылки стать преступником, он может им стать?

– При сочетании определенных обстоятельств.

Поразмыслив, я решила рассказать Петренко об убийствах. Может, наука подскажет что-нибудь дельное.

– Ваша погибшая подруга, скоре всего, была права, – кивнул он, – ищите убийцу в агентстве.

– Но как его искать?

– Для начала найдите звено, которое могло бы объединить всех трех девушек. Возможно, в цепочке окажется несколько таких звеньев. Найдите наиболее сильное, оно вас и выведет на преступника.

– Как?

– Стефания Андреевна, до прихода в агентство поведение каждой из жертв было вполне обыденным, оно соответствовало принятым нормам в обществе. Появившись в «Эдеме», девушки, согласно вашим же словам, начали спекулировать своей сексуальностью. Одна играла в развратницу, вторая выбрала амплуа недотроги, третья отличалась особой избирательностью. Три стороны одного треугольника. А теперь подумайте, почему вместо того, чтобы спокойно работать и зарабатывать деньги, они ударились во все тяжкие? Что повлияло на поведение? Отвечаю: атмосфера в офисе. Иными словами, новая социальная среда, в которой они оказались. Не исключено, что некто сознательно провоцирует сотрудниц с тем, чтобы потом получить оправдание для своих поступков. Я убил ее потому, что она шлюха. Я убил ее потому, что она недотрога. Я убил ее потому, что она мне отказала. Угрозы, шантаж, звонки, сексуально-некрофильская символика прекрасно вписываются в картину преступления. Сначала он предупреждает о возможной опасности: измени свое поведение, и я тебя помилую, но тут же провоцирует жертву на новый проступок. Дальше все просто. Я тебя предупреждал? Предупреждал! Теперь пеняй на себя.

– А как бы вы охарактеризовали преступника?

– Сложно сказать, я же многих обстоятельств не знаю. Но в общих чертах… Это зрелый мужчина, скорей всего, имеющий проблемы сексуального порядка, по каким-то причинам он ненавидит женщин. Не исключено, что его могли обидеть в детстве или ранней юности. Психологическая зависимость убийцы формируется в очень раннем возрасте и зависит от отношений, сложившихся в семье. Суть зависимости – в отторжении, неприятии ребенка родителями, прежде всего матерью. Это означает определенное отношение матери к ребенку, когда она либо не может, либо не хочет, либо не умеет своевременно и полно удовлетворить его потребности, в первую очередь естественные (в пище, тепле, чистоте). В результате ребенок оказывается в ситуации, если можно так сказать, хронического дефицита, постоянного неудовлетворения потребностей, и постоянно зависит от матери, потому что только она могла бы их удовлетворить.

Кстати сказать, его поступками может руководить кто-то другой, более уверенный в себе и в своих поступках. Практически все психологи говорят, что большинство преступников имеют сильную психологическую зависимость от другого лица. Убийцы в целом относятся к такой категории людей, для которых свободная и самостоятельная адаптация к жизни – всегда трудная проблема.

Факт преступлений показывает, что выход из контакта с жертвой для них – практически невозможный способ поведения. Как только они теряют жертву, то сразу начинают поиски другой. Почему ваш преступник специализируется исключительно на девушках, занимающих должность менеджера по спецпроектам? Значит, в должностных обязанностях есть нечто такое, что постоянно раздражает его внимание.

– И все-таки, зачем он убивает?

В который раз за сегодняшний день я задалась этим вопросом?

– Неужели вы не поняли? – удивился в свою очередь Петренко. – Он убивает, чтобы продолжать жить самому.