Темные воды минувшего
- -
- 100%
- +
Утреннее солнце просвечивало сквозь пузыречек с лекарством, стоящим на столике, играло бликами на граненой рюмочке, и от этого веселого света становилось еще тоскливее.
– Простите, что не встаю при виде входящей дамы, – произнес мистер Купер тихо, – но сами видите, в каком я состоянии…
– Надеюсь, вы скоро поправитесь, – начала было Агнес, но он прервал ее легким шевелением руки.
– Это началось давно, а теперь идет к своему завершению. Спасибо Беатрис, она пытается скрасить мои последние дни. Я слышал, у вашего доброго знакомого неприятности…
Агнес мелко закивала. Старик вздохнул, глядя на нее с сочувствием.
– Я не в силах вам помочь – я с трудом передвигаюсь. Увы.
– Но вы считаете, что все-таки можно помочь?
– Мне ничего не известно об этом молодом человеке, – голос адвоката шелестел, как опадающие осенние листья. – Вероятно, он весьма легкомысленный – но не лишен чувства ответственности, а ведь именно с чувства ответственности начинается понятие джентльмен. Ведь он содержал ребенка. А мог бы и отказаться – никто бы его не заставил.
– Сэр! Вы же адвокат. И всю жизнь имели дело с такими делами… Скажите, как мне найти настоящего убийцу?
– Я бы не советовал вам этим заниматься. Вы дитя. И если преступник узнает, что вы его ищете, он может убить вас.
– А если он не узнает? Поймите, я ведь не ради забавы, я…
Агнес не докончила фразы, но адвокат улыбнулся ей уголком губ, и одарил все понимающим взглядом.
– Тогда ищите того, кому была выгодна смерть бедной Глэдис. Или того, кто, возможно, был на нее в страшном гневе в тот момент. Или и то и другое… Короче, ищите, поперек чьих интересов она встала на пути?
– Благодарю вас, – пробормотала Агнес.
– Изучите все детали, – продолжал он. – Изучите денежные дела всех, кто имеет прямое или косвенное отношение к делу. Изучите скандалы, в которых эти люди были замешаны, изучите историю их жизни, не упуская никаких мелочей…
– А историю жизни зачем?!
– Как знать? Возможно, вы узнаете, что человек когда-то сломал ногу, в детстве, и с тех пор не мог бегать. И вот, кто-то утверждает, будто видел, что этот человек бежал … Лично я сделал бы вывод, что свидетель лжет, и насторожился…
– Я поняла, – кивнула Агнес, – надо искать несовпадения, да?
– Изучите обстановку в доме, осмотрите орудие убийства, и да – самое главное – осмотрите труп. Это тяжело, но для дела необходимо…
– А что там изучать? – растерянно молвила Агнес.
– О, труп может рассказать очень многое! Раны, синяки, царапины… они расскажут вам, что произошло с человеком при жизни – надо только уметь это прочитать. Увы, мы не очень хорошо умеем по трупам узнавать действие ядов…
– Но ее вроде как убили не ядом, я слышала…
– А кто знает, может и ядом тоже? Одно другому не мешает…
Агнес яростно строчила карандашиком в блокноте.
– А самое главное – родня жертвы, ее друзья и друзья друзей….. Проверьте, может они были как-то связаны? Может, в прошлом кто-то кого-то сильно обидел, – внезапно он замолкает, словно вспомнив что-то, и кладет руку на сердце.
– Вам плохо? – вскидывается Агнес.
– Нет, просто устал я – в последнее время я легко утомляюсь…
– Простите, что я заставила вас утомиться, я не подумала… Благодарю вас, – пробормотала Агнес, и встала.
– Я провожу тебя, – промолвила Беатрис, и тоже встала.
Они молча прошли по садовой дорожке вдоль цветочных клумб, молча подошли к калитке, и тут Беатрис нарушила молчание.
– Ты хочешь спросить меня, как меня угораздило выйти замуж за старика, да?
– Вовсе нет, – начала было Агнес, но Беатрис только усмехнулась.
– По сути, я сиделка при собственном муже. Ну что ж. Взаимовыгодная сделка – он получил уход и заботу на старости лет, я же – избавилась от оскорбительной и назойливой опеки своей семьи. Если бы ты знала, что мне пришлось перенести в собственной семье… нет, прости. Я этого не говорила.
– Ну почему же, если тебе хочется выговориться…
– Хочется. Но я не хочу докучать тебе своими печалями, – Беатрис улыбнулась через силу. – Надеюсь, ты найдешь то, что ищешь. Мне уже искать в этом мире нечего…
– Нечего? – удивилась Агнес.
Беатрис не ответила. Помолчав, она пристально посмотрела на Агнес.
– Скажи, тебе что – так дорог этот юноша, мистер Парсон?
– Да. Очень.
– Послушай мой совет. Не вкладывай всей души в любовь к мужчине, и не доверяй. И будь готова только к одному: тебя любой мужчина предаст в любой момент, и чем беззащитнее будет твое положение, чем больше ты доверишься мужчине – тем больнее тебе будет. Поверь, я знаю, о чем говорю. И твои тетушки в общем-то правы, когда советуют тебе держаться подальше… Брось это расследование, я говорю на шутя. Для твоего же блага.
– Беатрис! Что ты такое говоришь. Ты, наверное, никогда не любила! Иди к мужу, ты ему нужна, я вижу. Я сама найду дорогу.
На губах Беатрис складывается горькая усмешка, и, кивнув головой, она снова спешит на веранду. Однако она не видит, что Агнес, притаившись за кустом сирени, никуда не уходит – она крадется под кустами следом за ней, и, притаившись за углом веранды, внимательно слушает разговор мужа и жены.
***
– Беатрис, могу ли я тебе задать один вопрос?
– Да, Мортимер, – она поправляет на муже сползший плед.
– Ты знакома с мистером Бэзуортом? У которого сестру убили?
– Нет, – рассеянно отвечает Беатрис.
– Ты, помнится, говорила мне, что твоего первого возлюбленного звали Лайонел. А мистера Бэзуорта тоже зовут Лайонел.
– Вероятно, это совпадение.
Мистер Купер смотрит на нее пристально.
– Совпадение, возможно. А еще ты говорила, что Лайонел был брюнет, с прекрасными голубыми глазами, высокий..
– И что же?
– А Лайонела Бэзуорта я знал с детства. Рослый был мальчик, красивый, брюнет, с прекрасными голубыми глазами. Опять совпадение?
– Ты спрашиваешь так, словно на что-то намекаешь. Не думаешь ли ты, что я пошла и прикончила его сестру?
Пристальный взгляд был ей ответом.
– Не понимаю, – говорила, уже нервничая, Беатрис, – даже если предположить, что этот Бэзуорт и есть тот самый Лайонел – и я, горя жаждой мести, пришла в их дом – логично было бы убить его самого, а при чем тут его ни в чем не повинная сестра?
– Порой потерять родного человека и мучиться, зная, что он погиб из-за тебя – это куда страшнее, чем…
– И вы думаете, что я способна лишить жизни невинного человека, чтобы… Даже если б я была на такое способна, в этом не было бы смысла. Тот Лайонел, которого я знала, не стал бы переживать ни из-за чьей смерти. Вот, возьмите ваше лекарство, время принимать.
Купер одним глотком выпивает рюмку, и ставит ее на стол.
– Мне остается только поверить вам на слово…
Он делает паузу.
Он закрывает глаза.
– Скажите Стефану, пусть поможет мне добраться до кровати. Я устал…
Когда появляется Стефан, мистер Купер стает, опираясь на его руку, делает несколько шагов – но затем колени его подгибаются, и он, как подкошенный, падает наземь. Агнес, побледнев, выбирается из-за кустов и бросается наутек.
ЧАСТЬ 3
Сидя у постели мужа, Беатрис прикрыла глаза, и волна воспоминаний подхватила ее – и понесла неведомо куда.
Лайонелл… Она рисует, и чувствует, как он склоняется к ней, как его дыхание щекочет ей ухо… Он поправляет ее рисунок, что-то объявняет, а она понимает только то, что вот он – ее первая любовь, тут, рядом….
– Ну на кой ты его пригласила и еще денег на оплату тратишь немеряно, – ворчит из кухни отец, – толку от него…
– Я мечтала, чтобы Брюс выучился на художника, – возражает мать виновато.
– И где? Брюс ни черта не делает, а он только и учит, что эту дуру, от которой никакого толку!
Снова прибой набегает на песок, и новое воспоминание сменяет прежнее…
– Родители никогда не согласятся на наш брак, и не потому что вы бедны, а потому что в этом доме я всю жизнь на положении бесплатной служанки, которую можно заставлять работать без выходных и никогда благодарить за сделанную работу… Я не могу так больше…
– Почему они так с тобой? – ужаснулся Лайонел.
– Не знаю. Брат всегда был их любимчиком, всегда ему и подарки, и забота, и похвалы за самые скромные успехи, а мне – одни попреки и куча самой грязной работы…
– Но если так, то может, бежать – единственный выход? Мы доберемся до Лондона, а оттуда отправимся в Гретна-Грин… и обвенчаемся…
– Ты с ума сошел?
– Но какой у тебя выбор? Покориться воле этих тиранов, остаться тут на неопределенное время, похоронить всю молодость? На что ты надеешься? Или – я слышал – есть какой-то троюродный дедушка, от которого ваша семья ждет не дождётся наследства? Ты на него надеешься?
Дедушка Эммерет? Да, он старенький. Но моя семейка зря надеется – он помрет еще лет через двадцать, дай ему Бог здоровья, он славный старик, – Бет рассмеялась.
– Ну, вот видишь. Единственный выход – бежать!
***
– Бет, я хочу сказать, – мистер Купер хрипит, и Беатрис склоняется к мужу поближе, – если это сделала ты…
– Нет, что ты!
– Если это сделала ты, я бы понял тебя и простил. Они причинили тебе столько зла, что…
– Но, Мортимер, я правда ни при чем!
Мистер Купер умолкает и лежит с закрытыми глазами.
А Беатрис снова вспоминает ледяной лондонский туман, и огромные хлопья снега. И холод…
Беатрис стоит на перилах Тауэрского моста, и в этот момент сильные, крепкие руки обхватывают ее сзади, и она бьется в плену этих рук, как птичка в силках…
– Ага, попалась!
– Пустите, пустите…
– Вы с ума сошли? Зачем вы туда – вы что, утонуть хотели?
– А вам-то что?
– Вы дрожите, вам холодно.
Озябшее тело Беатрис окутывает теплый плед. Только теперь она поднимает глаза: крепкий мужчина лет тридцати, грубоватая красота, матросская одежда…
– Что-то вы одеты не для такой погоды.
– У меня украли одежду. Вообще все украли.
– Так вы поэтому решили утопиться? Потому что одежду украли?
– У меня украли вообще все. Веру в людей. Надежды. Мне некуда идти, негде жить.
– Угу. Когда вы последний раз ели, простите, что задаю вам такой нескромный вопрос?
– Не помню – кажется, дня три назад, или четыре.
– Понятно. Извозчик! Садитесь.
– Куда мы едем?
– Ко мне. Я не могу предложить вам ничего роскошного, но там по крайней мере тепло, и найдется немудрящая, но похлебка.
***
Затеплив свечу, Агнес делает запись в дневнике.
«Сегодня я узнала нечто сногсшибательное! Я все думала, кто может быть убийцей, если мы исключаем Невила. То, что я узнала сегодня, потрясающе!!! Похоже, Беатрис была знакома с Лайонелом Бэзуортом, и у нее с ним старые счеты. Что, если это она убила Глэдис?! Правда, непонятно, почему не его самого? Может – чтобы причинить ему боль более страшную, чем если бы убила его самого, ведь Лайонел так любил сестру? Ее об этом напрямую спросил ее муж, я подслушала разговор. Если только убедиться, что Лайонел Бэзуэорт и есть тот самый Лайонел, который уговорил ее бежать с ним, и тогда все части головоломки сложатся воедино. Сегодня иду к коронеру, господи, так страшно».
***
– Господин коронер, добрый день. Позвольте представиться, меня зовут Агнес Феннел. Я понимаю, у вас много дел, но меня так взволновало это дело с убийством той девушки… Видите ли, г-н Парсон был частым гостем в нашем доме, то есть в доме моих тетушек – они его охотно приглашали, и у меня сложилось о нем мнение как о любезном и доброжелательном человеке, и я не могу поверить, что он способен на убийство…
Мистер Фергюсон, коронер, внимательно посмотрел на Агнес, словно сняв с нее мерку. Это был грузный мужчина средних лет, с помятым лицом, мясистым красным носом и кустистыми бровями. Пожевав губами, он ответил, цедя каждое слово.
– Вы так молоды, мисс Мэйси. Поверьте, чужая душа потемки, а злое сердце часто прикрыто самым добродетельным обликом. Так что…
– Да, да, вы правы. Но скажите: что мы знаем об этой Глэдис? Никто не знал, что она и мистер Парсон были как-то связаны… Это было тайной, которая нечаянно вскрылась. А была ли эта тайна единственной?! Может, у нее были тайные враги?
– Насколько я понял, они жили уединенно и врагов не имели.
– Ну а в прошлом? Они тут живут года три, не больше, а до этого? Не мог ли у нее быть в прошлом какой-то отвергнутый поклонник, – глаза Агнес загораются романтическим огнем, – который решил ей отомстить за пренебрежение? Он мог приехать, убить ее и уехать, и тогда вы возложите вину на невинного человека…
– И как вы предлагаете мне это выяснять?! – осведомился мистер Фергюсон саркастически.
– Я вас не понимаю… То есть, вы готовы повесить вину на того, кто оказался в плохом месте в плохое время, будь он трижды невиновен?
– Поверьте, сударыня, я не был бы коронером, если бы не знал своего дела…
На личике Агнес было написано «Сомневаюсь» крупными буквами, но она сдержала гнев.
– Простите, сэр, а кем вы были до того, как вас избрали коронером?
– Торговцем недвижимым имуществом, – отвечал Фергюсон невозмутимо.
Агнес пришла в изумление.
– Как торговля недвижимым имуществом связана с поимкой преступников? Вы не полицейский, не врач…
– Да уж поверьте, моя юная леди: нигде так не проявляются все пороки человеческой натуры, как в попытке надуть ближнего при продаже дома!
– И что же, все коронеры Англии в прошлом были торговцами недвижимостью? – изумилась Агнес.
– Ну почему же… я встречал среди коронеров кладбищенских служащих, профессиональных политиков, торговцев; еще были два брадобрея, два жестянщика, один мясник, один молочник, два владельца баров…
– Да как же можно ни в чем не сведущих людей подпускать к таким делам! – вырвалось у Агнес.
– Что вы имеете в виду?! – высокомерно осведомился мистер Фергюсон.
Агнес перевела дух. Как бы задобрить этого старого перечника?
– Вы правы, сэр, я поддалась эмоциям, это было глупо. Но будьте так любезны рассказать мне, что же все-таки произошло в тот день, подробно?
– Зачем? – глаза коронера подернулись скукой.
– Войдите в мое положение! – взмолилась Агнес, – тетушки и кузина говорят, что я должна забыть мистера Парсона, и, вероятно, они правы… Но если он вдруг невиновен, а я его забуду, это будет нехорошо, верно? Уж коли мне суждено его забыть, то молю вас как джентльмена: помогите мне это сделать! Скажите мне, что говорит о виновности мистера Парсона?
Коронер помолчал и надул щеки. Затем, собрав губы в трубочку, выпятил нижнюю губу, как бы размышляя, достаточно ли важное впечатление он произвел на посетительницу. После чего произнес, выговаривая медленно каждое слово:
– В тот день брат покойной, мистер Бэзуорт, подошел к коттеджу и услышал оттуда ужасный шум и крики. Он позвал на помощь соседа, мистера Джонсона, и они вместе вошли в коттедж, где обнаружили труп Глэдис Бэзуорт, и рядом – мистера Парсона, с руками в крови.
– Сэр, а не могли бы вы показать мне тело усопшей Глэдис?
– Это зрелище не для невинной девицы…
– Я бы не посмела настаивать сэр, но ведь я не ради праздного любопытства прошу! Ну пожалуйста! Я должна понять, что там произошло…
***
Морг располагался в угловатом здании красного кирпича рядом с деревенской тюрьмой. Коронер, с ироничным, почти издевательским выражением лица, сделал приглашающий жест рукой. Агнес вошла.
Когда с головы покойной была снята белая простыня, Агнес отметила, что никакого волнения или страха она не испытывает. На лбу Глэдис, уже отмытом от крови, она отметила глубокую рану-вмятину в форме полосы – видимо, так пришелся удар кочергой… Других ран на голове не было.
– А можно еще немного отвернуть простыню? Я хотела бы осмотреть ее руки…
– Зачем? – удивился коронер, но сдвинул простыню ниже.
Агнес осторожно приподняла руку, осмотрела ее, затем обошла стол и осмотрела вторую руку.
– Что вы ищете? – ледяным тоном осведомился коронер.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.