- -
- 100%
- +
В Ровдужском погосте в 1539 году насчитывалось 86 деревень с общим числом дворов 118 и населением около 600 человек.
В 1568 году писцы Инша Булгаков и Посник Шипилов составили новую переписную книгу Корельского уезда. В Сакульском погосте тогда была уже 261 деревня с числом дворов 478 и населением около 2,5 тысячи человек.
В Ровдужском погосте было 176 деревень с 253 дворами и населением почти 1,3 тысячи человек.
Согласно переписной книге 1568 года, на территории Сакульского и Ровдужского погостов проживали только православные карелы, лютеранских фамилий не указано.
В Сакульском погосте было три православные церкви: Архангела Михаила, Николы Чудотворца и Покрова Пречистой Богородицы. На территории Ровдужского погоста было две церкви – Василия Кесорецкого и Успенья Пречистой Богородицы.
В переписной книге 1618 года на территории бывшего Корельского уезда было переписано 18 погостов – 14 северных и 4 южных погостов. От Сакульского погоста отделилась восточная часть, которая стала называться погостом Пюхяярви. Теперь поселок Плодовое Ленинградской области, Сакульский погост стал называться Саккола, теперь поселок Громово, Ровдужский – Рауту, теперь поселок Сосново Ленинградской области.
По поземельной книге 1631 года, на территории погостов Пюхяярви и Саккола указаны всего три семьи православных карел: Антипка Никифоров, Кирилка Филипов и Трофимка Григорьев.
В погосте Рауту переписано девять дворов православных карел: Данила Офонасьев, Ивашка Филипов, Илюшка Оверкиев, Васька Прокопьев, Павел Петров, Никитка Романов, Миня Назаров, Иван Иванов и Санька Антипов. Остальные карелы вышли из-под шведов на другие земли. Согласно переписи 1637 года, на территории бывшего Сакульского погоста осталось только два двора православных карел, вышел оттуда Трофимка Григорьев. В погосте Рауту осталось четыре двора православных карел: Данилка Офонасьев, Санька Антипов, Васька Прокопьев и Иванка Иванов, остальные пять дворов карел ушли из-под шведов в период с 1631 по 1637 год.
Переписную книгу 1637 года северного лёна Какисалми точнее можно называть не поземельной книгой, а перечнем собственности крестьян, которая по оценке облагалась налогами.
В собственность, облагаемую шведами налогом, в каждом дворе входили:
люди,
лошади,
жеребята,
коровы,
нетели,
бычки,
овцы,
козы,
свиньи,
медь,
хмель,
ружья,
собаки,
сено,
невода,
лодки,
рыболовные сети,
силки для ловли зайцев (тенеты),
рожь в поле и подсеке,
овес в поле и подсеке.
Указывалось количество этих объектов и налог на них, определенный оценщиком.
Подсчитывалась общая сумма налога и «облегчение» – сумма, на которую по разным причинам уменьшался налог.
Полевые культуры рожь, овес, ячмень, оценивались в бочках. Бочка ржи или ячменя оценивалась в 120 копеек, бочка овса – 60 копеек. У карел использовались денежные единицы, как и у русских – рубль и копейка. Один рубль равен 100 копейкам. Кроме того, была использована единица «пинез», от шведской единицы «пеннинг». Одна копейка равнялась 24 пинезам.
В южных погостах Пюхяярви, Саккола, Рауту и Райсяля, в отличие от северных, налогом облагалась не собственность крестьян, а земля. Единицей налога здесь была соха, поэтому в поземельной книге южного лёна указывался размер земельного надела в сохах, название деревни, имя владельца земли, налог в денежном выражении и налог зерном. Деньги были шведские, назывались талерами серебряными и медными. В 1633 году один серебряный талер был равен двум медным. Крестьяне платили налог по шесть серебряных талеров и шесть бочек зерна за каждую соху. Еще один серебряный талер за сено.
Вероятнее всего, поземельную книгу Кексгольмского лена 1637 года, его северных погостов, сначала составили на русском языке русские писцы, затем ее перевели на шведский язык. Русскими писцами тогда обычно были дьяки православных церквей. Бывшая территория Корельского уезда, названная шведами Кексгольмским леном, в 1618—1629 годах находилась в аренде у Якоба Делагарди, затем была возвращена короне. Учитывая, что в южных погостах имущество не переписывали, по названным документам трудно судить о наличии скота у карел, проживавших тогда в Сакульском и Ровдужском погостах.
Карельские дворы северных погостов, в которых облагали налогом трех человек, имели по 2 лошади, 4—5 коров, 4—5 нетели, 4—5 овец.
Названные документы дают на возможность иметь представление о жизни карел на Карельском перешейке, об их вытеснении с родной земли шведами и переселении на тверскую землю.
Сведения о православных карелах-землевладельцах, вышедших из-под шведов до 1637 года, дает список пустошей Корельского уезда (Кексгольмского лена), составленный шведами в 1637 году. Пустошь – участок запустелой, не возделываемой земли, поросшей травой, кустарником и мелким лесом, позволяет судить о недавнем уходе хозяина с этого участка земли. Память о хозяине еще сохраняли очевидцы, соседи и документы. Здесь представлены сведения лишь о пустошах православных карел.
По переписной книге 1637 года, сведений о пустошах на территории погоста Пюхяярви нет. На территории погоста Саккола указаны 5 пустошей: Антипки Никифорова, Казбека Митрофанова, Гришки Григорьева, Васьки Ледянова и Лазарки Митрофанова. По погосту Рауту указана всего одна пустошь Петра Олексеева.
Таким образом, на основе имеющихся документов, можно сделать вывод, что с территории Сакульского погоста в период с 1581 года по 1637 год ушло около 470 семей или более двух тысяч карел.
С территории Ровдужского погоста за этот период ушло около 250 семей или более одной тысячи карел. Анализируя данные переписных книг населения погостов Рауту и Саккола за 1568,1590, 1618 и 1631 годы, можно сделать заключение, что из южных погостов Корельского уезда, православные карелы стали массово выходить в период шведской интервенции 1581—1590 годов.
Последние карелы из погостов Саккола и Рауту ушли во время военного конфликта между Россией и Швецией 1656—1658 годов. В те годы из Кексгольмского лена ушли около 3000 семей. В том числе из погоста Ряйсяля ушли 15 семей. Теперь это поселок Мельниково Ленинградской области.
Исход из северных погостов Корельского уезда. Бесспорный интерес для изучения истории рождения Тверской Карелии представляет Тиурильский погост (Тиурила). В названных выше документах об этом погосте имеются наиболее полные сведения. Жители погоста были переписаны в книгах 1618, 1629, 1631 и 1637 годов.
В переписной книге 1618 года по погосту указана 41 деревня, где переписано 215 дворов. Тогда карелы находились в состоянии борьбы со шведами. Они уходили от них на другие земли, некоторые возвращались домой снова, было большое брожение, но основная масса карел покинула свое родовое гнездо. Этим можно объяснить факт, что из 215 дворов только 3 были карельскими: Первушки Филиппова, Омошки Иванова и Рясенка Родионова. Остальные 212 дворов принадлежали шведам и финнам. Переписная (подушная) книга Тиурильского погоста от 29 января 1629 года содержит бесценные сведения об изменениях состава населения этой территории.
Многие карелы стали выходить с территории погоста в Россию, в том числе и на тверскую землю, после 1617 года. Их места стали больше и больше занимать шведы и финны. Погост граничил на юге с погостом Ряйсяля, на севере с погостами Куркийоки и Ууникиеми. В переписной книге указаны сведения почти о 300 семьях, которые жилы в 51 деревне на сравнительно небольшой территории. В книге переписано мужское население с 13 до 63 лет.
Из 300 дворов 102 двора были карельскими, в остальных проживали шведы и финны. Только 17 карельских семей проживали на территории погоста менее 10 лет, то есть они переселились уже после 1617 года. Остальные семья, согласно записям в книге, проживали давно, то есть более 10 лет. Эти записи еще раз подтверждают, что не менее 85 семей к 1618 году ушли с территории Тиурильского погоста.
Например, пришедший на территорию погоста после 1617 года Есипка Григорьев, проживал в доме вышедшего из-под шведов Мартинки Феткова. Пришедший на территорию погоста Степанка Гаврилов жил в доме ушедшего Куземки Семенова.
В переписной книге от 29 января 1629 года имеются сведения, откуда семья переехала на территорию погоста, имена прежних обитателей двора, и куда они выехали. К сожалению, эта переписная книга на шведском языке, поэтому без знания языка нет возможности раскрыть все имеющиеся сведения.
Однако список пустошей Тиурильского погоста позволяет судить о том, что в период с 1617 года по 1628 год с территории погоста вышли не менее 22 семей.
Согласно переписной книге 1631 года есть сведения о 255 дворах из 41 деревни по погосту Тиурила. Там проживало 106 семей карел и 149 семей шведов и финнов. Судя по сведениям о наличии пустошей в Тиурильском погосте по переписной книге 1637 года, за 8 лет, с 1629 по 1637 год, оттуда ушло еще не менее 10 семей православных карел: Явейко Григорьев, Андрюшка Смородин, Сидорка Клементев, Петрушка и Степашка Третьяковы, Сенька Иванов, Офонька Климпаев, Илюшка Павлов, Аникейка Филипов, Юрка Степанов и Иванка Тучков.
Согласно переписной книге в 1637 году на территории Тиурильского погоста проживало 289 семей в 45 деревнях. Имеется отдельный список десяти крестьян, принадлежавших старосте Тиурильского погоста Родиону Лобанову, проживали они в четырех деревнях. К 1637 году на территории погоста оставалось 128 карельских семей. К 1670 году с территории погоста Тиурила ушли 162 семьи, из них 34 семьи карел ушли с территории погоста до 1637 год.
Сведения о жителях погоста Куркийоки имеются в переписных книгах 1590, 1618, 1631 и 1637 годов. В составленной шведами переписной книге 1590 года по погосту Куркийоки записано 80 семей, которые проживали в 23 деревнях. Из православных карел не переписано ни одной семьи, записаны лишь шведские и финские фамилии.
В переписной книге Корельского уезда 1618года, составленной шведами, по погосту Куркийоки записано 491 семья, которые проживали в 114 деревнях. Абсолютное большинство жителей погоста составляли православные карелы. Эта переписная книга имеет данные об ушедших карелах, так как в ней записаны пустоши хозяев, недавно ушедших из своих домов, всего 61 семья. При этом уходили целыми деревнями. Полностью опустели деревни Арномяки, откуда ушло 9 семей, Палвалакси, Кильбела, Риккола, Миноленмяки, Ойкала, Коволейка. Из этих деревень ушло по 3—7 семей.
Менее половины жителей осталось в деревнях Силон Карва – ушло 9 семей из 12, Отсалакса – 9 из 17, Носков Наволок – 3 из 5, Кускас Сори – 5 из 9 и других деревень.
По сведениям переписной книги 1631 года, на территории погоста Куркийоки проживало 879 семей, большинство из них – православные карелы.
В период с 1618 по 1637 год с территории погоста ушло еще не менее 76 семей карел. Это можно узнать из переписи пустошей по переписной книге 1637 года. Тогда на территории погоста оставались проживать 484 семьи православных карел, которые вышли оттуда позднее.
К 1670 году на тверскую, новгородскую и олонецкую земли из погоста Куркийоки вышли 856 семей. Если исходить из состава семьи 5 человек, то вышло 4280 человек.
Таким образом, к 1670 году вышло из погостов: Сакульского около 470 семей, Ровдужского 250 семей, Тиурильского 162 семьи, Куркийоки 856 семей, Йоукио – 420 семей. Всего из этих погостов вышло примерно 2160 семей или 11 тысяч человек [10].
К тому же времени на территории Бежецкого Верха и отрогах Валдая насчитывалось около 2000 карельских дворов или 10 тысяч человек [11].
При сравнении названий деревень Сакульского и Ровдужского погостов Корельского уезда, указанных в переписных книгах 1539 года и 1568 года, с названиями деревень в местах компактного проживания карел в Тверской области по сведениям 1989 года, можно сделать вывод, что многие названия одинаковые. Такие распространенные названия, как Бор, Горка, Заборье, Заручье, Заболотье, Починок сохранились до сих пор в Лихославльском, Бежецком, Максатихинском, Рамешковском, Спировском районах, они неоднократно повторяются.
Встречаются редкие названия деревень у тверских карел, схожие с названиями деревень указанных погостов Корельского уезда: Крючково, Соболино, Волосово, Васюково, Кунья, Хахилево, Феньково, Яхоново.
Переселившись с территории Корельского уезда на тверскую землю, карелы дали ряду деревень карельские названия: Гутты, Кагрушки, Ветча, Мяммино, Гуммала, Райда, Горма, Кало, Лукка, Минка, Новое Райдино, Койвушка, Кондушка, Вокшино, Винжа.
Названия других деревень связаны с пребыванием карел в этих местах: Старо-Карельское, Карельское Заручье, Карельское Васильево, Карело-Кошево, Сельцо-Карельское, Карельский городок и другие [12].
На территории перечисленных выше погостов Карельского уезда проживали земцы и крестьяне, фамилии которых типичны для Тверской Карелии: Артемьевы (Ортемьевы), Афанасьевы (Офонасьевы), Алексеевы (Олексеевы), Базловы, Гордеевы, Головкины, Захаровы, Константиновы, Кузьмины, Ларионовы, Лукины, Морозовы, Тарасовы, Федоровы и другие.
Например, в переписной книге 1568 года есть упоминание о моих далеких предках – династии Головкиных, проживавших в Сакульском и Ровдужском погостах Корельского уезда, там проживали двадцать семей Головкиных. Земец Головкин Иван с братьями имел 5 деревень в Сакульском погосте: деревня Головкина у Свята озера, Ларганово, Каргала, Гудково и Деревня у Свята озера. В этих деревнях было 13 земецких дворов, людской двор и 3 крестьянских двора.
В Ровдужском погосте у Головкиных было 3 деревни – Гухта, Слободка и деревня Остров Новый над Островским озерком. Половина деревни Гухта находилась у земца Ивана Головкина, сына Юрьева. Другая половина той же деревни была за сыновьями Ивана – Матвейцом и Михалцом.
Уже в переписных книгах за 1590 год в Сакульском и Ровдужском погостах не встречаются перечисленные фамилии. Можно сделать вывод, что после нападения шведов на Корельский уезд в 1581 году земцы Головкины и их крестьяне ушли с родной земли [13].
К XXI веку в местах их прежнего проживания на Карельском перешейке сохранилась лишь одна деревня Гухта. Другие деревни не сохранились, о них напоминают только название болота «Саккола».
Карелы на Тверской земле
В Новгородской писцовой книге за 1564 год есть записи: «В деревне Корнеево погоста Спасского Молдинского был двор Ивана Лязги, да Бориски Корелянина, да двор пуст…».
«В деревне Долбаево – двор Палка Корелина, двор Степанко да Ушат Микитины, двор Некраса Матфеев, да два двора пусты» [14].
Очевидно, это были первые карельские переселенцы XVI века. Они сыграли немалую роль в последующем переселении карел из-под власти шведов. Эти первые переселенцы могли изредка навещать свою родину в Корельском уезде, видеться там с оставшимися родными и знакомыми, рассказывать об обилии запустевших земель и льготах. Это они становились «знатцами» новых условий и путей передвижения на новые места и приводили с собой новых приходцев.
Наиболее яркую картину переселения карел на Тверскую землю в первой половине XVII века дает переписная книга по Бежецкому Верху 1650 года. В ней учтены 954 карельские семьи, поселившиеся на территории Бежецкого Верха. Ценность книги в том, что в ней указывается, когда, откуда прибыли переселенцы, какое имущество они привезли с собой и где поселились. Из записей в книге видно, что переселение шло из всех погостов Корельского уезда.
Сохранившиеся записи и акты определенно указывают на появление карел в слободе Толмачи в 1636—1665 годы. При этом указывается, что они скитались около 30 лет. Интересны выписки из церковных летописей села Толмачи за 1666 год, сделанные профессором А. Н. Вершинским:
«Корелянин Калинка Дементьев вышел из Корельского уезда в 1629 году, жил семнадцать лет в дер. Ворохово Бежецкого погоста Обонежской пятины. После этого 16 лет жил в вотчине Вознесенского девичьего монастыря Новоторжского уезда, в Толмачево пришел с сыном Павлом 6 февраля 1662 года».
«Корелянин Васька Макаров вышел из Юрьевского-Ливзонского уезда Егорьевского погоста в 1657 году в великий пост. Пришел в дер. Содорониха Валдайского округа, жил три года. В Толмачеву слободу пришел 19 июня 1660 года».
«Корелянин Васька Степанов с отцом Степашком да с братом Ромашком живут в пустоши Толмачево с 1660 года. Вышли из Корельского уезда в 1632 году, жили на реке Свири Олонецкого уезда три года, затем в деревне Липяги Малевского погоста Бежецкой пятины 20 лет. Потом жили в Иверском монастыре, вотчине в Березовском Рядку 5 лет, пришли в Толмачево 7 января 1660 года через 28 лет после выхода из-за шведского рубежа».
«Корелянин Ивашка Федоров сказал, что он с сыном Левкою и еще 10 человек выходил из-за шведского рубежа в разные годы – в 1629, 1639, 1642, 1643 и 1644 годах. В Толмачевскую слободу они пришли в 1660, 1661, 1662 и 1663 годах».
«Корелянин Степан Алексеев сказал, что он с детьми, а также Карпушка Юрьев, Левка Михайлов выходили из-за шведского рубежа в 1632 и 1643 гг., в Толмачеву слободу пришли в 1660 году. Тимошка Агафонов и Васька Юрьев вышли в нынешнюю войну и в Толмачеву слободу пришли в 1663 году».
«Корелянин Федька Якимов вышел из Корельского уезда в 1634 году, жил в Олонецком уезде 29 лет, в Толмачево пришел в великий пост в 1663 году» [15].
В переписной книге за 1666 год записано, что карелы, прибывшие на Бежецкий Верх, говорили о себе: «Вышли мы из Лопских погостов лет 30 тому назад, скитались по миру в государевой стороне и в монастырских вотчинах. В Толмачеву Слободу пришли на пустошь Бор в прошлом 1665 году. Двор у нас не поставлен, земли не распаханы, деньги в городовое дело не взяты».
Финский ученый профессор из города Йоенсуу Вейо Салохеймо составил списки карел, покинувших Кексгольмский (Корельский) уезд с 1618 по 1655 год. В его списке указано 6260 карельских семей или более 30 тысяч человек.
В город Торжок в период с 1638 по 1642 год прибыло 12 карельских семей, в деревню Сандово – в период с 1635 по 1643 год прибыло 12 карельских семей, в деревню Кесьма ныне Весьегонского района в период с 1620 по 1651 год – 20 семей. В Карело-Кошевский приход ныне Сонковского района в период с 1632 по 1650 год – 7 семей, в деревню Грудино ныне Краснохолмского района в период с 1624 по 1629 год – 7 карельских семей [16].
Позднее они были перевезены в карельские дворцовые волости. По шведским источникам с 1627 по 1635 год из Корельского уезда ушло 1524 семьи. В русских документах указывается, что к 1636 году из Корельского уезда переселилось более двух тысяч семей [17].
Король Швеции Густав – Адольф прибегал к крайним мерам – по его указу 1628 года начальникам городов приказывалось казнить всех, кто будет схвачен на пути в Россию. Шведское правительство дипломатическим путем требовало возвращения беженцев. Русское правительство по требованию шведов временно запретило переход карел в Россию, чтобы из-за перебежчиков не было «меж нас ссоры и нелюбия». На обменном пункте в 1647 году шведским властям было передано 316 карел [18].
Для окончательного урегулирования вопроса о переселенцах в 1649 году русский царь направил в Стокгольм специальную русскую миссию послов во главе с окольником Борисом Ивановичем Пушкиным, которые провела многомесячные переговоры. В октябре 1649 года был заключен договор со следующими условиями:
– Перебежчики – карелы с 1617 года по 1 сентября 1647 года были оставлены за Россией.
– В возмещение убытков от бегства карел русское правительство обязалось уплатить шведам 190 тысяч рублей, часть золотом и часть серебром.
– Впредь перебежчиков взаимно возвращать сторонам [19].
Розыски переселенцев-карел русское правительство формально продолжало до 1654 года, но шведам их не возвращали.
В 1656 году снова началась война между русскими и шведами. Стотысячная русская армия под командованием царя Алексея Михайловича Романова вступила в Ливонию. В июне 1656 года начались военные действия на Карельском перешейке. Карелы повсюду встречали русских с радостью, как освободителей. Они помогали русским войскам хлебом, кормом, сеном, своими запасами.
В июле 1656 года шведы стянули к Карельскому перешейку основные силы. Русские войска воеводы Петра Пушкина были вынуждены отойти от западной Корелы, которую шведы начали разорять. Переселение карел на Тверскую землю снова приняло массовый характер.
Генерал-губернатор Ингерманландии и Кексгольмского уезда Густав Горн доносил своему шведскому правительству, что за 1656—57 годы в Россию из Корельского уезда переселилось 4100 семей.
Летом 1657 года русские войска совершили наступление на Корельский уезд, крестьяне-карелы получили возможность легально переселяться на территорию русского государства.
В июне 1661 года был заключен Кардисский мирный договор, по которому русско-шведская граница устанавливалась по той же линии, что и до начала войны 1656 года [20].
В 1656 году по указу русского царя велено было отдать зарубежным выходцам – карелам земли дворцовые, церковные и монастырские, которыми завладели помещики насильно.
В 1662 году по указу царя Алексея Михайловича Романова велено было переписать карел и тех, которые не записаны за помещиками, отписать на его государево имя, оставив на том же месте до тех пор, пока не будут отысканы земли для их переселения. Таких карел Федор Аксаков отписал в дворцовые волости из монастырей, от помещиков и вотчинников в Ярославском, Угличском, Бежецком и Новоторжском уездах 1143 двора.
Перепись карел 1662 года связана с образованием Приказа тайных дел, объединившего личное хозяйство русского царя. После этого карел, пришедших из-за шведского рубежа, переписывали в 1664—1667 годах Никифор Поленов, Осип Лихарев, Данила Тютчев. В переписных актах есть записи: «Сказывали карелы: выходили они из-за рубежа, из-за шведского короля на государево имя для христианской веры. Поселились на государевых порожних землях в таких местах, где были леса большие и болота топкие, и работою своей рассекали и расчищали их многие годы, крепостей на себя никаких не девали». Однако к концу XVII века значительная часть карел-переселенцев была закрепощена помещиками и монастырями.
13 августа 1686 года именным указом царя велено было не требовать с карельских дворцовых волостей недоимки за беглых карел и выбирать в карельских селах десятских, чтобы не допускать побегов оттуда карел.
В 1698 году помещики и вотчинники, а также стольники и дворяне просили царя, чтобы он оставил за ними тех карел, которые были зачислены за ними по переписным книгам до 1678 года. По этим челобитным последовал указ царя. Карелы стали жаловаться ему, что по книгам 1662 года Федора Аксакова все они были сысканы и переписаны.
Неведомо, каким образом они все же остались за помещиками и вотчинниками? Значит, переписчики их таили, не включали в переписные книги и имели с помещиков и вотчинников большие взятки.
Была проведена проверка, которой установлено, что согласно переписных книг Никифора Поленова, Осипа Лихарева и Данилы Тютчева карелами в Ярославском, Угличском и Новоторжском уездах был построен 1571 двор. По сыскным книгам было установлено, что на помещичьих и монастырских землях вБежецком, Новоторжском и Угличском уездах проживали 525 карельских семей. Таким образом, в этих уездах в дворцовые волости не были свезены 2096 карельских семей.
Кроме того, в Бежецком и Новоторжском уездах за 15 помещиками числились еще 184 карельские семьи, но поименно не указано, какая семья за кем числится. Таких семей в Новгородском и Тверском уездах еще 151 семья, а всего не отписано по именам за помещиками 515 карельских семей.
Карельских семей, которые построили свои дома и были переписаны в Новгородском и Тверском уездах – 2415.
На основании проведенной проверки 23 февраля 1698 года боярским приговором было велено карел, вышедших из-за шведского рубежа, приписать к дворцовым селам.
23 ноября 1698 года последовал другой боярский приговор, по которому велено было разыскать дело 1662 года и окончательно определить, какие карелы должны отойти в дворцовые волости, а какие остаться за помещиками. Постановлено выслать в дворцовые селения тех карел, которые были отписаны за государем в 1662 году, или были внесены в переписные книги, оставив за владельцами записанных за ними переписчиками в 1678 году. Это было поручено сделать воеводам Ивану Сумарокову, Ивану Маркову и Афанасию Елякову.
Воеводы и писцы для вывоза карел в дворцовые вотчины посылали подьячих и приставов с окольными людьми. Помещики и вотчинники били, рубили тех посыльных людей и не давали им вывозить карел в дворцовые волости. Так в 1697 году помещики Сидорко и Андрюшка Старковы убили подьячего Афанасия Попова, который пытался увезти от них карел в дворцовую Чамеровскую волость.