Хищник в зеркале

И вдруг она открыла рот и произнесла:

– Ты пришёл.

Голос был хриплым, непривычным, как у человека, который десять лет не пользовался речевым аппаратом. Но это был голос. Живой, настоящий.

Дэвид замер. Элис тоже.

– Ты… ты говоришь, – прошептал Дэвид.

– Я всегда могла, – ответила Лина, и каждое слово давалось ей с трудом. – Я ждала тебя. Ждала, когда ты вспомнишь.

– Я не помню. Почти ничего.

– Помнишь. Твои книги – это память. Ты писал о том, что случилось. Только называл это вымыслом.

Элис шагнула вперёд.

– Лина, я Элис Вуд, агент ФБР. Мне нужно знать, что случилось в ту ночь. Кто убил ваших родителей?

Лина перевела взгляд на неё, и в её глазах мелькнуло что-то – узнавание? удивление?

– Ты, – сказала она тихо. – Ты тоже здесь. Я знала, что ты придёшь.

– Что значит «тоже»?

Лина помолчала, собираясь с силами. Потом заговорила, медленно, с трудом подбирая слова:

– В ту ночь был пожар. Гаррисон… он пришёл за документами отца. Они ссорились. Отец кричал, что расскажет всё полиции. А потом начался пожар. Я видела, как Гаррисон убегал. А вы… – она посмотрела на Элис. – Ты была там. Ты пряталась в шкафу. Ты всё видела.

Элис показалось, что пол уходит из-под ног.

– Я? Но меня там не могло быть. Я была в другом месте.

– Ты была там, – повторила Лина. – Ты была Мирандой. Моей приёмной сестрой. Ты жила с нами три года. А потом тебя забрали. Дали другое имя. Ты забыла.

– Это невозможно, – прошептала Элис, но в глубине души уже знала – это правда. Воспоминания, которые мучили её всю жизнь, обрывки снов, страхи – всё сходилось.

Дэвид смотрел на неё с ужасом и надеждой одновременно.

– Элис… ты моя сестра?

– Я не знаю, – голос её дрожал. – Я ничего не знаю.

Лина протянула руку и коснулась её щеки.

– Ты моя сестра, – сказала она. – Мы сёстры. Все трое.

В комнате повисла тишина, тяжёлая, как свинец.

А потом дверь распахнулась, и на пороге появился Гаррисон. Лицо его было белым как мел.

– Что здесь происходит? – рявкнул он. – Пациентка Новак, вы нарушаете режим. Санитары!

В комнату вбежали двое санитаров, схватили Лину. Она не сопротивлялась, только смотрела на брата и сестру с мольбой.

– Я вернусь, – крикнул Дэвид. – Я тебя вытащу!

Дверь захлопнулась. Элис стояла, не в силах пошевелиться. В голове крутилось одно слово: «сестра».

Гаррисон повернулся к ним.

– Вам придётся уйти, – сказал он ледяным тоном. – Пациентка нестабильна. Визиты временно запрещены.

– Вы не можете! – Дэвид шагнул к нему.

– Могу. Это моя клиника. Если не уйдёте добровольно, вызову охрану.

Элис взяла Дэвида за руку.

– Идём, – сказала она твёрдо. – Но мы вернёмся, доктор Гаррисон. Очень скоро.

Они вышли в коридор, но не к выходу, а в другую сторону. Элис вела Дэвида быстро, почти бегом.

– Куда мы?

– Нам нужно поговорить с ней ещё. Без Гаррисона. Я знаю, где её палата. Вчера я изучила план клиники.

Они свернули за угол, потом ещё раз. Остановились перед дверью с номером 27. Элис приложила ухо – тихо.

– Лина, – позвала она шёпотом.

Из-за двери донёсся тихий голос:

– Я здесь.

– Мы вытащим тебя, – сказал Дэвид. – Обещаю.

– Нет, – ответила Лина. – Не сейчас. Идите. Он следит. Он всегда следит. Но запомните: правда в документах. В подвале старого дома. Там всё.

– В каком доме?

– В нашем. Где мы жили. Саймон, ты помнишь дорогу?

Дэвид закрыл глаза, пытаясь вспомнить.

– Кажется… да. Лес, река, старый дом на холме.

– Иди туда. Найди тайник. И берегитесь Гаррисона. Он не тот, кем кажется.

– А ты? – Элис прижалась к двери. – Что с тобой будет?

– Я ждала десять лет. Подожду ещё немного. Идите.

Они отступили от двери, переглянулись. И вдруг услышали шаги в конце коридора. Гаррисон с двумя санитарами.

– Быстро! – Элис схватила Дэвида за руку, и они бросились к лестнице.

Они выбежали из клиники, сели в машину и умчались, не оглядываясь. Только когда «Тихая гавань» скрылась за поворотом, Элис перевела дыхание.

– Что теперь? – спросил Дэвид.

– Теперь мы едем в старый дом. Ищем документы. И пытаемся понять, кто мы такие на самом деле.

Дэвид посмотрел на неё. В его глазах было столько боли, столько надежды, что у Элис сжалось сердце.

– Элис, – сказал он тихо, – если Лина права… если ты действительно моя сестра… то вся моя жизнь была ложью.

– Не ложью, – ответила она, выруливая на шоссе. – Просто ты жил не своей памятью. Но теперь у тебя есть шанс её вернуть.

– А ты? Ты готова вернуть свою?

Элис помолчала. За окном мелькали деревья, серое небо, убегающая дорога.

– Не знаю, – призналась она. – Но, кажется, у меня нет выбора.

Глава 4. Тихая палата

«Есть места, где время останавливается. Где люди существуют вне общества, вне памяти, вне надежды. Психиатрические клиники закрытого типа – это чистилище на земле. Сюда попадают те, кого общество хочет забыть. И здесь они ждут – смерти, просветления, или чуда. Но чудес не бывает. Бывает только тишина».

Из отчёта специального агента Элис Вуд

Утро в федеральном здании начиналось рано. К семи часам коридоры уже гудели от голосов, шарканья ног, звона чашек и бесконечных телефонных звонков. Элис сидела в кабинете Марти Коула, пила уже четвёртую чашку кофе и смотрела на разложенные перед ними документы. За ночь Марти сделал невозможное – собрал досье на клинику «Тихая гавань» толщиной в добрых пять сантиметров.

– Я не спал всю ночь, – сказал он, потирая красные глаза. – Но оно того стоило. Послушай, что я нашёл.

Он развернул перед Элис карту штата Нью-Йорк и ткнул пальцем в точку к северу от Олбани.

– Вот здесь, в лесах, в часе езды от ближайшего города, находится «Тихая гавань». Место выбрано не случайно – глушь, никаких соседей, только лес и река. Клиника основана в 1952 году как санаторий для туберкулёзников, потом перепрофилирована в психиатрическую лечебницу. С семидесятых годов – закрытое учреждение для особо опасных пациентов.

– Особо опасных? – переспросила Элис, вглядываясь в карту.

– Да. Тех, кто совершил тяжкие преступления, но был признан невменяемым. Убийцы, маньяки, насильники. Сейчас там около ста пятидесяти пациентов. Уровень безопасности – как в тюрьме строгого режима.

– И туда отправляли десятилетнюю девочку? – Элис нахмурилась.

– Лина Новак попала туда не сразу. После пожара её сначала держали в обычной психиатрической больнице, но через полгода перевели в «Тихую гавань». Официальная причина – «тяжёлое посттравматическое расстройство с психотическими эпизодами, требующее постоянного наблюдения в условиях строгой изоляции». Неофициально… – Марти пожал плечами. – Кто знает.

– Кто переводил?

– Главный врач той больницы некий доктор Гаррисон. Он же потом стал главврачом «Тихой гавани». И руководит ею до сих пор.

Элис почувствовала знакомый холодок. Гаррисон. Она уже слышала это имя от Дэвида, когда тот рассказывал о клинике.

– Значит, Гаррисон вёл Лину с самого начала, – сказала она задумчиво. – Интересно, почему?

– Это не всё, – Марти пододвинул к ней ещё одну папку. – Я запросил данные по пожарам. В ночь, когда сгорел дом Новаков, произошло ещё одно возгорание – в самой клинике. Загорелось отделение, где работал доктор Филип Новак. Погибли трое пациентов и двое сотрудников. Огонь уничтожил архивы, лабораторию, все документы.

– Удобно, – Элис подняла бровь.

– Очень. Следователи тогда пытались найти связь, но ничего не доказали. Решили, что совпадение. Но есть одна деталь: за несколько недель до пожара Новак обращался в полицию с заявлением, что ему угрожают. Он не назвал имени, но сказал, что кто-то хочет завладеть его исследованиями.

– Исследованиями? – Элис насторожилась. – Какими?

– Он занимался экспериментальной терапией – лечение творчеством. Считал, что через искусство можно достучаться до самых тяжёлых пациентов, даже до тех, кто не реагирует на лекарства. У него были какие-то разработки, методики, записи. Всё сгорело.

– Или было украдено, – добавила Элис. – А потом подожжено, чтобы скрыть следы.

– Именно.

Они помолчали, переваривая информацию. За окном начинался очередной серый день, и дождь снова барабанил по стеклу.

– Марти, – сказала Элис, – мне нужно всё, что есть на Гаррисона. Где учился, где работал, с кем общался, какие у него связи. И особенно – не было ли у него конфликтов с Новаком до пожара.

– Уже ищу, – ответил Марти. – Но это займёт время. Гаррисон – фигура известная в узких кругах, у него полно связей, в том числе в полиции и администрации.

– Тем более надо быть осторожными. – Элис встала. – Я поеду к Моррисону, нужно рассказать ему. А ты продолжай копать.

Она уже взялась за дверную ручку, когда Марти окликнул её:

– Элис, постой. Есть ещё кое-что.

Она обернулась.

– Я нашёл фотографию Лины Новак. Ту, что делали при поступлении в клинику. – Он протянул ей чёрно-белый снимок. – Посмотри.

Элис взяла фото. С него смотрела девочка лет десяти – худая, с огромными глазами, в которых застыл страх. Длинные тёмные волосы, острые скулы, тонкие губы. И вдруг Элис показалось, что сердце остановилось. Эта девочка была до жути похожа на Миранду. Не просто похожа – она могла бы быть её сестрой-близнецом.

– Что? – спросил Марти, заметив её реакцию.

– Ничего, – Элис заставила себя отвести взгляд. – Просто показалось. Спасибо, Марти.

Она вышла в коридор, но фото Лины Новак стояло перед глазами. Миранда. Всё время Миранда. Почему это дело так цепляет её? Почему каждый шаг приближает к той боли, которую она так старательно прятала?

Дэвид Моррисон встретил её на пороге своей квартиры. Он был бледен, под глазами залегли тени, но в глазах горел лихорадочный огонь.

– Я не спал, – сказал он вместо приветствия. – Думал о Лине. О том, что она сказала про картину. Я, кажется, понял.

– Что поняли?

– Картина, на которую она указала – это «Дорога в лесу» неизвестного художника. Репродукция висит во многих больницах. Но я вспомнил: такая же картина висела в нашем доме, когда я был маленьким. В гостиной, над камином. Я помню её. – Он провёл рукой по лицу. – Лина хотела сказать, что помнит наш дом. Что она помнит всё.

– Дэвид, – Элис прошла в гостиную и села на диван, – нам нужно поговорить. Я узнала много нового о клинике и о вашей семье.

Он сел напротив, готовый слушать.

Элис рассказала всё: о пожаре, о Гаррисоне, об исследованиях отца, о том, что все документы сгорели, а Лину перевели в «Тихую гавань» под надзор того же врача. Дэвид слушал молча, только желваки ходили на скулах.

– Значит, Гаррисон всё это время был рядом с ней, – сказал он, когда она закончила. – Контролировал, лечил, возможно, заставлял молчать.

– Похоже на то.

– Но зачем? Что она могла знать?

– Возможно, она видела убийцу. Или знает, где документы отца. Гаррисон боится, что она заговорит.

Дэвид вскочил и заметался по комнате.

– Я должен её вытащить. Немедленно. Нельзя оставлять её там ни на день.

– Мы вытащим, – твёрдо сказала Элис. – Но сначала нужно действовать по закону. Я подготовлю запрос на свидание, подключу адвокатов. Если Гаррисон замешан, мы его достанем.

– А если он успеет что-то сделать с ней? Если она в опасности?

Элис помолчала. Она думала о том же.

– Тогда нам придётся действовать быстрее, – сказала она наконец. – Но без глупостей. Мы не можем ворваться в клинику с оружием – нас арестуют, и Лине это не поможет.

Дэвид остановился, посмотрел на неё.

– Вы правы. Извините. Я просто… я не могу потерять её снова.

– Не потеряете. – Элис встала. – Я сейчас поеду в офис, оформлю все бумаги. А вы сидите дома и никуда не выходите. Если Гаррисон что-то заподозрит, он может попытаться убрать свидетелей. Вы теперь тоже свидетель.

– Я понял.

Она направилась к двери, но на пороге обернулась.

– Дэвид, ещё одно. Та девочка на фотографии, которую я нашла… Лина в детстве очень похожа на мою сестру Миранду. Это, наверное, ничего не значит, просто совпадение. Но я хочу, чтобы вы знали.

Дэвид внимательно посмотрел на неё.

– Вы ищете сестру?

– Искала. Пятнадцать лет. Но, кажется, пришло время признать, что её нет в живых.

– Не говорите так, – тихо сказал Дэвид. – Я думал, что Лина погибла, а она жива. Чудеса случаются.

Элис грустно улыбнулась.

– Для чудес я слишком цинична. До свидания, Дэвид.

Она вышла, оставив его одного в полумраке квартиры, где пахло книгами и остывшим кофе.

Вернувшись в офис, Элис застала Марти в состоянии крайнего возбуждения.

– Есть контакт! – выпалил он, едва она переступила порог. – Я нашёл человека, который работал в «Тихой гавани» в то время, когда туда привезли Лину. Старшая медсестра, уволилась лет пять назад. Сейчас живёт во Флориде. Я созвонился с ней, она согласна поговорить.

– Отлично! – Элис оживилась. – Что она говорит?

– Говорит, что помнит тот случай. Девочка была в ужасном состоянии – истощена, напугана, не разговаривала. Её поместили в отдельную палату и назначили интенсивную терапию. Но самое интересное – Гаррисон лично курировал её лечение. Приходил каждый день, проводил с ней часы, хотя обычно он не занимается рядовыми пациентами.

– И что, никто не удивился?

– Все удивлялись, но кто ж спросит? Он главный врач. Медсестра говорит, что Гаррисон запретил кому-либо входить в палату без его разрешения. Даже санитары только по вызову. Лина была фактически изолирована от всех.

– Насколько изолирована?

– Полностью. Еду ей приносили, уборку делали, но общаться не разрешалось. Она сидела одна годами.

Элис почувствовала, как внутри закипает гнев.

– Это же пытка. Одиночное заключение ребёнка.

– Формально – лечение. Доктор прописал. – Марти развёл руками. – Юридически к нему не подкопаешься. Но если всплывут другие факты…

– Надо копать дальше. – Элис села за стол. – Свяжись с этой медсестрой ещё раз, возьми официальные показания. Мне нужно, чтобы она подтвердила всё письменно.

– Сделаю.

Элис откинулась в кресле и закрыла глаза. В голове крутились обрывки информации, не желая складываться в цельную картину. Гаррисон, Новак, Лина, Миранда… Кто все эти люди? И какое отношение ко всему этому имеет она сама?

Внезапно её осенило. Она резко открыла глаза и схватила телефон.

– Марти, помнишь ту фотографию Миранды Стоун, которую ты нашёл? Ты можешь её увеличить и прислать мне?

– Конечно, сейчас.

Через минуту на экране появилось изображение. Элис вглядывалась в лицо девочки, пытаясь найти сходство с Линой Новак. Да, они были похожи. Очень похожи. Но не как сёстры – как… как один человек?

– Не может быть, – прошептала она.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.