Черная Принцесса: История Розы. Часть 1

– Понимаю… – улыбнулась София, сжимая ее правую руку своей левой и лишь слегка, но и, между тем, еще и с сильной благодарностью. Немного еще жмурясь и поджимая губы – от отблеска и отражения солнечного луча в стеклах ее же очков и часов. Будто бы и специально, и как та же это все задумывала и знала, сейчас направленного в ее же лицо! Переведя же еще, и тем самым, все внимание Софии – на них. И заставляя подумать – не только о том, чтобы отвернуть ее руку или закрыть полностью свои глаза, а еще и о том, что Карина же «последние» носила, как раз таки, ведь и для нее! И не чтобы, конечно, слепить и ослеплять… Не всегда, во всяком же случае. А и чтобы, как раз таки, «говорить и показывать» время! И если в случае с Розой, на веку же Софии, это было время начала ада… То в случае с Кариной – окончания. И в основном же – именно на этой паре. Ведь телефоны, как и вся техника, здесь запрещались. Но и опять же: на виду. Дерзко и палевно! Хотя и Карине же – все равно удавалось протаскивать и его: и хоть так же, хоть этак… Закладывая того – не только пеналом в форме длинной, но и небольшой сумки в светло-голубую, светло-розовую, темно-синюю и темно-фиолетовую толстую полоску, но и горой толстых же тетрадей, недалеко уходя от излюбленных расцветок и, одновременно же, под цвет канцелярии и прочих учебных принадлежностей с других пар. Когда же и София – чаще держала свой в рюкзаке, не особо нуждаясь в нем: в такие моменты. Как говорится, все свое ношу с собой и все в дом, все в дом… И хоть все и также ведь свое уже и так имелось под боком… А лишнее же – было бы еще и именно же лишним. Но и носила ведь! Зачем? А хотя бы и как «альтернативу зеркалу». Которое ведь делать нечего – разбить. А тут – попробуй и экран разбить. Захочется – не получится. Только и если не захочется! Как это, и обычно же все, бывает. Но и не захочется ведь! Чем он, кстати, и тоже, хоть и чуть уже менее, был и для самой же Карины… Чуть менее же, чем и приемом звонков и смс. Когда же, в отличии и еще же для Софии, заметками и музыкой. Да и если же телефон еще как-то и скрывался от всевидящего ока преподавателя, то часы уже и полностью прятались, но уже и от Никиты! Карина же, буквально и ради же все Софии, жертвовала собой и их с ним парным покоем, нося их… Ведь и он не любил, когда «отвлекались». А и тем более же: когда отвлекали именно его! Не только и спрашивая время, а и теми же еще все солнечными зайчиками от них. Чем окружающие же его еще только и больше-чаще ведь пренебрегали, пользуясь.., но и просто ведь играясь, попадая ими в лица и глаза. Но а он – просто же не любил, и в свою же очередь, «не интерес» к чему бы то ни было. Даже: к лекциям. А и тем более – к практикам! Любым. Любой же и пары. И у любого же преподавателя. София же, в оборот, любила – и подначивать же еще их этим… Не больше, конечно же, чем и непосредственно же их кольцами. Но и тоже – находила в этом: нечто прекрасное и для себя. Мол, не только она что-то и от кого-то хранит. Утаивает и секретничает. И, как удачно, что и Никита ей в этом подыгрывает. Тоже ведь: все отрицает! Но и весьма мягко. Нежно. Пусть временами – и не по-джентельменски. Но и как бы там ни было, и как бы кто и что ни говорил, что со всеми девушками надо так – не слюнявить и сусолить… Но и не абьюзить же ведь напропалую! Чего придерживался, как раз, и сам парень. Ведя себя, порой, как раз таки, и не по-джентельменски, зато и тут же ведь вел себя и как-то по-особенному. Отстраненно, да, и довольно-таки, порой, но и до невозможности же близко находясь, одновременно. Как-либо. И так это Софии напоминало же что-то. А и точнее же: кого-то. Что и губы же уже не столько поджимались, сколько кусались и прикусывались до крови, поджилки тряслись, руки дрожали и ноги стучали, сводясь, – …и принимаю тебя такой, какая ты есть. И заметь – даже без таблеток! Данный «курс» же их я уже давно пропила, так что…

– Эй! – Негодующе взъерепенилась шатенка и тут же вырвала свою руку из ее, хватая же ей вновь ручку и, в секунду обогнув ее фигуру со спины, предусмотрительно и окольными путями проходя и обходя же, таким образом, ее левую сторону

Примечания