Отчаяние нас душит.

Глава 10. Нинель. Маленький принц,ты подарил мне надежду.

Я открыла глаза и увидела человека напротив. Он обрабатывал рану на моей ладони, оставленную стеклом. Голова слегка гудела, меня подташнивало, казалось, что вырвет в любой момент. Свет в комнате был приглушён, и глаза не так сильно щипало.

А когда зрение и вовсе пришло в норму, я увидела перед собой красивого молодого человека.

Кристиан сидел напротив меня на деревянной табуретке. Его взгляд был пустым и отчужденным. Копна чёрных волос упала на лоб, отчего было трудно разглядеть его тёмные глаза.

- АЙ! - неожиданно выкрикнула я, ведь не хотела делать вид, что пришла в сознание.

Я закрыла рот левой рукой и в панике посмотрела на Криса. Но он не обратил на меня никакого внимания, лишь глубоко вздохнул и продолжил обрабатывать мою ладонь спиртом!

- Тс-с-с, профессор. Вы очень слабы, поспите немного.

Его голос, удивительно спокойный и бархатистый, словно обволакивал меня, вызывая мурашки по телу. Я старалась не поддаваться сну, но нежные прикосновения Кристиана к моей ладони, будто он убаюкивал меня своими движениями, сбивали с толку.

«Ладно, если посплю пару часов, ничего не случится», — подумала я, поддавшись очарованию этого юноши.

Через какое-то время я проснулась от прикосновений к плечу. Открыв глаза, я поняла, что нахожусь уже совсем в другой большой спальне, лёжа на кровати.

Крис сидел рядом, с краю матраса, и смотрел на меня обеспокоенным взглядом, что застало меня врасплох.

- Вот, - он протянул кружку с водой, - выпейте, и сразу полегчает.

Кристиан помог мне приподняться, поудобнее положив подушку за моей спиной.

- Спасибо, - вымолвила я охрипшим голосом.

- Но как ты меня нашёл?

Этот вопрос мучил меня с того момента, когда я ещё сидела на кресле в гостиной.

- После подработки я возвращался домой, зашёл в лифт и, когда вышел на свой этаж, услышал крики. Вы ведь знаете, что мы соседи. Моя квартира находится напротив вашей, - сказал Крис, глядя мне в глаза, он чуть склонился вперёд и забрал кружку из моих рук. Я только сейчас заметила, что у него на лбу виднеется ссадина, а нижняя губа треснула и сильно опухла.

- И что ты сделал?

- Разве вы не помните?

В смятении я помотала головой.

- Ах, точно, профессор, вы упали в обморок. Я, как врождённый джентльмен, помог вам подняться и поухаживал за вами, - улыбнувшись, произнёс он с нотками сарказма, но, увидев моё озадаченное лицо, добавил: - Не волнуйтесь, всё в рамках разумного, хотя это Вы пытались ко мне приставать. Так сильно обхватили за шею, я думаю, синяк останется, посмотрите...

Он оттянул ткань чёрного свитера от шеи, и правда, я увидела багровые следы от моих пальцев, видимо, отёк ещё не спал.

Я откашлялась, пытаясь смыть краску смятения с лица. Ведь почему-то меня бросило в жар, стоило мне только представить, как Крис нёс меня на руках в свою квартиру.

Я села рядом с ним и поняла, что всё это время этот парень не сводил с меня своих любопытных глаз. Его взгляд показался мне странным, не то что пугающим, но Кристиан смотрел на меня так, словно боялся чего-то...

- Что с тем мужчиной? Ты вызвал полицию?

Он провёл рукой по волосам, задев ладонью лоб, и тихо застонал от боли.

- Тот бродяга... Я его припугнул, можете не переживать по этому поводу.

И снова эта дурацкая ухмылка.

- Меня хотели убить, нужно вызвать полицию, дай мне мой телефон.

- Это незачем.

- Где мой телефон? Куда ты его дел?

- Профессор, - он взял меня за руку, отчего я немного испугалась, - я же сказал, что всё уладил. Этот мужчина больше никогда вас не побеспокоит.

Единственный мужчина, который меня беспокоит, это ты.

Я встала с кровати и немного пошатнулась, голова всё ещё гудела, как паровоз.

- Всё в порядке? - волнующим голосом спросил Кристиан.

Я посмотрела на него и не понимала, почему в моей голове столько противоречивых мыслей.

- Кристиан... - Стоило мне обратиться к нему по имени, как, казалось, его глаза запылали огнём, а губы расползлись в злорадной ухмылке. Я подошла ближе, он всё ещё держал меня за руку. Наши взгляды встретились, я смотрела на него сверху вниз, и на секунду мне показалось, что Крис сейчас выглядит как послушный щеночек, который ждёт команды от хозяина.

- Пойдём, теперь моя очередь поухаживать за тобой.

Я намекнула на его ссадины на лбу, костяшках пальцев и ранку на губе.

- Принеси мне аптечку, если она у тебя имеется.

- Конечно!

Кристиан отвёл меня в гостиную, а сам ушёл куда-то буквально на несколько секунд. Теперь я могла разглядеть его квартиру получше. Здесь было очень просторно, мебели было мало, отчего возникало чувство, что Крис здесь бывает редко. Около панорамного окна стоял рояль. Это было вполне естественно, ведь он учился в школе искусств. Вот только, судя по Крису, 24 года, если я не ошибаюсь, как поздно он взялся за учёбу.

Хотя не мне его судить, у парня определённо талант, таких упускать нельзя.

У стенки около рояля стояли стеллажи с книгами, классика!!!

Причём не только наша отечественная культура, но и зарубежная тоже. Я потянулась к одной и взяла её в руки. Издание у этой книжки было поистине прекрасно. Гладкие страницы, с потрясающими иллюстрациями. У меня была такая в детстве.

- Антуан де Сент-Экзюпери, «Маленький принц», - произнёс Кристиан, стоя за моей спиной. - Глаза слепы, искать нужно сердцем, - произнёс он своим бархатным голосом.

- Зорко одно лишь сердце, глазами главного не увидишь, - произнесла я, чуточку помолчав. - Ну, как бы то ни было, но вот твои раны на лице я вполне смогла заметить.

Я поставила книгу на место и, повернувшись к нему лицом, сказала Крису присесть на кресло, на котором ранее была я.

Я села рядом на табуретку. Обработала перекисью болезненные места, а после взяла обезболивающую мазь.

- Сиди смирно, ты дёргаешь головой, мне так неудобно.

На самом деле это было не самое главное, ведь то, как томно Кристиан дышит, сбивало меня с толку ещё сильнее. Мы находились слишком близко, непозволительно близко, я бы даже сказала. И то, как он всё это время смотрел мне в глаза, заставляло биться моё сердце быстрее. И я не могла понять, это происходит из-за страха перед ним или... или я вне ладах со своим рассудком.

Что за глупый бред, сердечко, хватит морочить мне голову. Я волновалась, это нельзя было скрыть. И когда я наносила мазь на его губу, он улыбался. Этот парень сведёт меня в могилу... Правда, я таким образом получу сердечный приступ.

- Теперь руки, дай сюда ладонь.

Я исподлобья взглянула на него, Крис послушно выполнил просьбу.

Я растирала ему пальцы там, где виднелись красноватые выступы.

- Ох, профессор, поаккуратней, вы слишком настойчивы, - послышался над ухом его тихий голос.

Я не знаю, делает он это специально или нет, но меня бросило в дрожь. Руки немного тряслись, они были холодными, в отличие от ладони Криса, которая была очень горячей.

И когда только этот парень из прилежного щенка превратился в хитрого лиса.

- Готово. Теперь мы квиты. - решительно заявила я.

- Да, вы неплохо справились, - наиграно ответил Крис, разглядывая свою ладонь.

И что это значит, ему было некомфортно или я что-то не так сделала. Вот же! Если было так невыносимо терпеть мои прикосновения, мог бы и сам прекрасно со всем разобраться.

- Кристиан, верни мне мою сумку и телефон.

Он молча встал и принёс из спальни мои вещи. Но когда я протянула руку, чтобы их забрать, он опешил.

- Что не так?

- Вам звонил Роберт, у этого мужчины был крайне обеспокоенный голос.

Точно, я ведь обещала вернуться сразу же после работы, а всё вышло из-под контроля.

Время было позднее, за окном давно уже темно. Они с Амелией, наверное, волновались.

- Я взял трубку и всё пояснил. Сказал, что вы плохо себя чувствовали и у вас случился обморок, - тон Кристиана изменился, он стал более раздражающим и низким, по телу прошёл неприятный холодок.

- Роберт сказал, что сейчас же приедет и заберет вас, на что я не совсем приятно ответил, в этом нет нужды.

Он подошёл ко мне почти вплотную и, склонив голову вниз, спросил: - Профессор, кто этот мужчина?

Мне стало не по себе и даже немного страшно. Его глаза горели безумием, словно он стал совсем другим человеком. Разве можно так быстро измениться?

- Он мой шофёр, Роберт работает на моего отца уже долгие десятки лет. Отец попросил его присмотреть за мной и Амелией.

Почему-то я не смогла сопротивляться этому парню, он словно загипнотизировал меня, лгать мне было трудно.

Я оттолкнула Криса и произнесла: - Раз удовлетворил своё любопытство, будь добр, верни мои вещи.

Его губы вновь тронула легкая улыбка, если честно, было очень трудно совладать с ним. Ведь настроение Кристиана менялось каждую минуту, нет, даже секунду. М-да, ретроградный меркурий сегодня явно не в духе.

Я взяла телефон и набрала номер Роберта. Долго ждать не пришлось, он сразу взял трубку.

- Нинель, что произошло? С вами всё в порядке? Я звонил несколько раз, но никто не отвечал, кроме... Тот парень... Он ещё с вами?

Его голос был спокоен, но от количества вопросов у меня разболелась голова. Кристиан, видимо, заметив это, помог мне сесть в кресло, а сам куда-то ушёл.

- Да, не переживай, всё в полном порядке. И тот парень, наверное, ты имел в виду Кристиана, он помог мне. Так что можешь не волноваться.

Почему-то он немного помолчал.

- Как там Амелия?

- Девочка давно уже спит в обнимку со своей собакой.

Вот, значит, как, это хорошо.

- Как прошёл день в школе?

- Амелия сказала, что нашла друга, его зовут Филипп. Этот мальчик, если вы не знаете, сын вашей подруги Тии. Они ходят в одно учебное заведение, думаю, их общение пошло ей на пользу.

О таком я даже и не могла подумать, это здорово! Нужно поговорить с ней об этом.

- Я рада, что всё прошло гладко.

- Нинель, мне забрать вас?

Немного подумав, я сказала: - Не нужно, я не хочу, чтобы Амелия оставалась одна в этом огромном доме. Через пару минут за мной приедет такси, так что скоро я буду с вами.

- Сколько мне ждать?

- Думаю, минут 15-20.

- Нинель, пожалуйста, будьте осторожны, - сказав это, он повесил трубку.

На его месте я бы тоже переживала, он стал мне вторым отцом, как бы это ни звучало.

- Я могу вас отвезти, - сказал Кристиан. Он держал в руках какой-то пакет.

- Что это?

Он посмотрел на меня, удивлённо подняв брови: - Сладости для вашей племяницы. Эта милая девочка мне очень понравилась, конечно, не так, как её тётя, но всё же.

Я решила сделать вид, словно не заметила, как он меня дразнит.

- Хорошо, тогда выдвигаемся прямо сейчас.

Я сказала ему свой адрес, и мы вышли на улицу. Хоть я и не очень разбираюсь в машинах, но у Кристиана по виду был чёрный «Peugeot Onyx».

Он галантно открыл для меня дверцу автомобиля, после чего сам сел за руль. Вот правда, я никак не могу понять, что у него в голове. Крис помог мне, и я до конца жизни буду ему за это благодарна, но он пугает меня, и этот страх вызван не только его настойчивостью намерений по отношению ко мне, но и моими заблудшими мыслями.

Может, этот парень не так уж и плох... И мы сможем стать друзьями, которых сейчас мне не хватает.

- Профессор, вы во мне дыру прожжете, если будете так пристально разглядывать моё лицо. - Он отвлёкся и посмотрел на меня, а после зачем-то потянулся в мою сторону. Кристиан снова был слишком близко.

- Зачем ты... - только и успела осечься я, как он ловко застегнул мой ремень безопасности.

- Крис, я могла и сама, смотри на дорогу.

Господи, помоги мне, ибо в этот момент мои щёки точно стали помидорами на грядке. Какой стыд, он ведь был моим учеником. Хоть и на бумаге, но всё же. Мы ведь никогда толком не пересекались в школе.

На удивление, мы доехали быстро и без происшествий. Мне нравилось смотреть в окно и наблюдать за прохожими людьми, как фонари безмолвно освещают улицы, а влюблённые парочки целуются в каком-нибудь переулке, спрятавшись от лишних глаз.

Кристиан вновь помог мне выйти из машины, открыв дверцу.

- Спасибо за сегодня. Если что-то понадобится, только скажи...

Он облокотился об автомобиль и скрестил руки на груди, я поняла, что в его голове точно промелькнула какая-то шалость. По-другому и быть не могло. Мы провели с ним вместе несколько часов, но чувство, словно я знаю его всю жизнь. Вот только этот парень весьма непредсказуем, не могу понять, что он скажет на этот раз.

Я развернулась, уже была готова уйти, но Кристиан меня окликнул.

- А если мне уже нужна ваша помощь?

- Что? Я вопросительно посмотрела на него, склонив голову набок. — О чем ты?

- Помогите мне, профессор... — чуть ли не простонал Крис.

Я была в замешательстве, какую игру он затеял? В моей жизни и так многое не дает спокойно существовать, а тут ещё и этот юноша свалился на мою голову.

- Ладно, хорошо, но в чем дело?

Он подошел ко мне и, улыбнувшись, шёпотом произнес: — Спасите меня от одиночества.

Видимо, увидев мою озадаченную физиономию, добавил: — Я лишь прошу об ещё одной встрече, прогуляйтесь со мной завтра, профессор.

Кристиан провел рукой по моим волосам, отчего кровь вновь прилила к моему лицу. Он вообще знает, что такое стыд????

Я молчала, думая о том, как лучше поступить, пока Крис пронзал меня своим заинтересованным взглядом.

— Она не ответила ни на один мой вопрос, но ведь когда краснеешь, это значит «да», не так ли?

И снова он копирует «Маленького принца». Я помотала головой из стороны в сторону и встретилась с его темными красивыми глазами.

- Ладно, ваша взяла, месье Кристиан.

- Это значит, Вы составите мне компанию на завтрашней прогулке?

- Да. Дай мне свой телефон.

Он протянул его без лишних вопросов, и я вбила свой номер в его контакты. Надо было видеть его лицо в этот момент! Несмотря на то, что вокруг была сплошная темнота, оно сияло ярче солнца, мне показалось, что я сейчас ослепну от этих искр счастья.

Я усмехнулась, впервые за долгое время я смеялась. Смеялась рядом с этим забавным парнем, который спас меня от маньяка-убийцы. М-да, кому расскажи — не поверят, с чего началось наше общение.

- До завтра, Кристиан.

Я развернулась и зашла за железную калитку, оказавшись во внутреннем саду.

- Могу ли я считать, что это свидание? — выкрикнул Крис, открывая дверцу автомобиля.

- Ещё раз произнесёшь подобную чушь, и я с тобой никуда не пойду!

От раздражения я даже топнула ножкой, что не замечала за собой еще с давних подростковых лет.

Он рассмеялся.

- Как скажете, профессор.

Пф, и как долго он еще будет звать меня профессором?

Зайдя в дом, я увидела в конце коридора свет, доносившийся со стороны кухни. Быстро сняв с себя верхнюю одежду, я направилась именно туда. За кухонным столом при приглушенном свете люстры сидел Роберт. Он скрестил руки на груди, голова у него была опущена. Могло показаться, что он и вовсе заснул в этой нелепой позе. Я тихонько подошла к столу и положила на него пакет со сладостями, который отдал Крис.

- Нинель, вы ведь понимаете, как я волновался? — он произнёс это с нотками раздражения и усталости.

Я присела рядом на стул, Роберт пристально сверлил меня взглядом, отчего становилось как-то уж слишком неловко.

— Не общайтесь с тем парнем, ничего хорошего из этого не выйдет.

Я и сама это понимаю. Но с ним я забыла о своем горе, хотя бы на пару часов, забыла о всех тяготах, что терзали моё сердце, и в конце концов Кристиан меня спас!

— Почему ты так говоришь? Что он сказал тебе, когда ты звонил?

Роберт тяжело вздохнул, он поднялся со своего места и задвинул стул.

— Я устал, Нинель. Раз с вами всё хорошо... — он умолк, обратив внимание на мою обмотанную бинтом ладонь, — то я, пожалуй, отправлюсь к себе домой.

Я встала вместе с ним. Если честно, то его слова заставили меня попереживать. Зачем он что-то утаивает, я ведь не маленький ребёнок, которому нужна защита.

— Роберт, Кристиан угрожал тебе или... — я замолчала, не зная, что и думать. Мы смотрели друг на друга, не говоря ни слова.

Я видела, как он злился, видела, что ему больно.

— Просто будьте предельно осторожны с ним. Это всё, что я могу вам сказать. До свидания, Нинель.

Он поклонился, а после, надев шляпу, вышел за дверь. И что это значит, быть по аккуратнее с ним? Если бы Крис хотел нам навредить, то давно бы это сделал, к тому же сегодня у него была такая возможность.

Ладно, утро вечера мудренее. И когда только я стала говорить поговорками? Это всё Тия со своим отъездом. Вот только она права, здесь нет места нашему с Амелией будущему, нужно вернуться в Россию к родителям.

Выключив свет в кухне, я быстренько приняла душ и отправилась к себе в спальню.

На кровати сладко спала Амелия. Тихо, чтобы не разбудить племяницу, я прилегла с краю, обняв её.

— Ммм... тётушка? — прошептала полусонным голосом Амелия.

— Да, родная, я здесь.

Она повернулась ко мне и, уткнувшись лицом мне в грудь, обняла в ответ.

— Мне приснился страшный сон... — простонала племянница. — Будто я, папа, мама и Софи попали в аварию. Я помню мамино лицо, оно было наполнено ужасом, Софи громко плакала. Мне было страшно... хнык... очень-очень страшно... хнык.. — она заплакала сильнее, прижавшись ко мне.

Я не знала, что и сказать. Меня всю трясло. Я не думала, что она так быстро начнёт вспоминать моменты из прошлого, нашего ужасного прошлого. Я лишь прижалась к ней, нежно гладя Амелию по голове.

— Это всего лишь сон, милая, всё хорошо, слышишь, всё будет хорошо.

Она заплакала ещё сильней. Шмыгая носиком, держа меня за руку, племянница просто не могла успокоиться.

— Амелия, слушай мой голос. Я всегда буду рядом с тобой. И Олли, видишь, она каждую ночь спит с нами на кровати, ведь так же, как и я, любит тебя всем своим маленьким сердечком, поняла? — мой голос дрожал, дрожал так сильно, что я боялась осечься и разрыдаться вместе с ней.

Я защикотала её, пытаясь поднять настроение, и когда Амелия подала детский невинный смешок, утирая слезы, я поняла, что ещё не всё потеряно.

— Тётушка, когда родители вернуться домой?

— Скоро, милая, скоро.

— Я скучаю по ним.

— Я тоже. — через силу выдавила я.

Я чмокнула племянницу в лоб, погладила её по спине, чтобы она поскорее заснула. Но в отличие от Амелии на меня снова обрушилась волна страха и горькой ответственности за нас двоих. Это было ещё одним красным сигналом, что нам нужно уехать отсюда и как можно скорей.

Я смотрела на чёрную стену, в темноту комнаты, которая мне казалось движется на меня, чтобы поглотить целиком, без остатка.Мне бы и правда хотелось просто исчезнуть, перестать существовать, чтобы не знать всю жестокость этого злощастного мира, который отнял у меня моих родных. Мою сестру, её мужа и Софи. Прошло уже почти пять месяцев с их кончины, но такое чувство, что это случилось вчера. И от этого становится ещё больнее. Дыра в груди растёт с каждым днём, и мне даже нечем заполнить её, кроме своего одиночества. Кроме слёз и моих серых, выцветших глаз.На утро я помогла Амелии собраться в школу, а после её отвёз Роберт. Он вёл себя абсолютно непринуждённо, словно вчера ничего и не произошло. Это немного начало меня напрягать. Мне было интересно, что же такого ему наговорил Кристиан, что Роберт стал вести себя слишком формально.

Оставшись дома одной, я даже не знала, чем могу себя занять. Ужасные мысли лезли в голову ещё с ночи, после того, как Амелия рассказала о своём сне. И что же мне делать теперь, если притворяться сил совсем не осталось. Мне нужен был совет, поэтому я позвала в гости Тию. Она-то уж точно сможет дать дельные ответы на все мои вопросы. Подруга сказала, что приедет через несколько часов, как уладит дела. Это было кстати, ведь времени у меня было за глаза, чтобы приготовить нам что-нибудь покушать.

Завязав волосы в хвост, я пыталась собраться с мыслями.

Если уж на то пошло, то я минут пятнадцать стояла около холодильника и размышляла о том, чтобы такого состряпать. Чтобы было вкусно и сытно... и тут в мою голову пришел рецепт пасты моей бабушки. Она итальянка. М-да, если углубляться в древо семьи, то дед был испанцем, тётка немкой, а двоюродный брат моего отца наполовину русский, наполовину американец.

В общем, вкусы у женщин были пикантными.

Не считая того, что я и моя сестра русские. А вот Амелия и Софи метисы.

Долго не думая, я взялась за дело. Подойдя к шкафу, сверху которого стояла огромная тяжелая чугунная кастрюля, я поставила её на плиту. — наследство моей бабушки Нонны. Она всегда говорила: «Нинель, хорошая паста не терпит суеты. Если у тебя нет трех часов, лучше просто съешь багет».

Сегодня у меня есть время.

Я начинаю с соффритто. Мелко-мелко рублю лук, морковь и сельдерей. Вдыхаю запах оливкового масла, когда овощи касаются дна. Я не жарю их, нет. Я заставляю их «потеть» на медленном огне, пока они не станут прозрачными и сладкими. «Это фундамент дома, — шептал голос бабушки у меня в голове, — поспешишь, и дом рухнет».

Затем я добавляю мясо. Когда мясо схватывается и начинает пахнуть жареным уютом, я вливаю бокал сухого красного. Слышу этот звук — пш-ш-ш — и вижу, как вино забирает со дна все самые вкусные прижарки.

А теперь — три наших фамильных секрета.

Первый секрет — молоко.

Когда вино выпарилось, я вливаю стакан цельного молока. Мама с сестрой всегда удивлялись: «Молоко в мясо?!» Но я знаю: именно оно сделает говядину мягкой, как шелк, и нейтрализует кислоту томатов. Я жду, пока оно впитается в каждое волокно.

Второй секрет — щепотка мускатного ореха.

Совсем чуть-чуть. Я тру его на мелкой терке прямо над кастрюлей. Он не даст привкуса пряности, он просто заставит мясо и молоко «подружиться» и создаст тот самый неуловимый, глубокий аромат, от которого кружится голова.

Третий секрет — золотая корочка.

Я добавляю в кастрюлю протертые томаты, а потом лезу в холодильник за «сокровищем». У меня всегда припрятана сухая корочка от пармезана. Я кидаю её прямо в кипящий соус. За часы томления она отдаст весь свой концентрированный соленый вкус, всё свое «умами».

Я накрываю кастрюлю крышкой, оставляя лишь узкую щелочку. Теперь соус будет «шептать» три часа.

...Проходит время. Аромат в доме стал таким, что, кажется, соседи начали учить итальянский. Соус потемнел, стал густым, насыщенным, с капельками золотистого жира на поверхности. Корочка пармезана почти растворилась, отдав себя без остатка.

Я варю тальятелле — широкие ленты, которые я сама раскатала. Они должны быть al dente, с характером.

Я не выкладываю соус сверху на тарелку — Нонна бы этого не простила. Я перекладываю пасту прямо в кастрюлю к болоньезе, добавляю капельку воды из-под макарон и начинаю быстро перемешивать. Я вижу, как соус обволакивает каждую ленту, как паста становится глянцевой, тяжелой от вкуса.

Передо мной — тарелка абсолютного счастья. Первый кусочек… и Париж исчезает. Нет больше дождя вперемешку со снежными хлопьями, нет шума машин. Есть только солнце Эмилии-Романьи, вкус томленого мяса, сливочная нежность молока и бесконечная любовь моей бабушки.

Это действительно божественно. И да, я съем всю порцию до последней капли соуса, вытирая тарелку кусочком свежего хлеба. Потому что так делала Нонна. И потому что сегодня я — самая счастливая женщина в этом городе.